Неизбежность.

- разве не классно быть безучастным? Вместо головы солома.

Разве не классно быть безопасным? Вместо сердца пустота.

– электрофорез.

***

      С наступлением ночи, в зданиях становится холоднее. Даже несмотря на тот факт, что холодная ночь протекала быстро, Дельта уснул только под начало утра. Он тихо подошёл поближе к Марси, осторожно усевшись рядом, он посидел так пару минут, прежде чем улегся на пол. Он слышал позади себя тихое дыхание девушки, и это было все, что могло немного разрушать тишину коридоров, а так-же место их заключения. Он был уверен, что сегодня-завтра Шрам вытащит их, именно из-за этого он пытался внушить себе, что все будет хорошо. Мужчина закрыл свои глаза, крепко вцепившись в свои плечи, дабы постараться хотя-бы немного согреть себя.       Проходит несколько часов, прежде чем просыпается один из секторовцев, а именно - Марси. Девчонка морщится, когда чувствует, как в животе жутко урчит. Хотелось есть. Как стоило ей об этом подумать, то резко дверь открылась. Там стоял мужчина, что сурово смотрел на Марселин и спящего мужчину. Та даже слова не успела сказать, как он лишь оставил поднос и ушёл. Марселин неловко замешкалась, когда стала осторожно будить своего товарища.       - эй, Дельта.. Проснись, – тот недовольно мычит, когда его глаза открываются, упираясь прямо в лицо девочки. Кратко объяснив своему товарищу, что да как, тот потихоньку пришёл в себя и кивнул, им двоим нужно было поесть. Когда же они окружили поднос, то у обоих тут же повисла кислая мина на морде лица. Пара тарелок отвратительной каши не внушало доверия, Дельта первый стал ковыряться в тарелке.. Каша была густая, на запах была не столь приятной. Две каши были разные, Дельта принял на себя пшённую кашу, пока Марселин досталась манная. Дельта давился, но ел, пока Марси неохотно капалась в этой жиже.. Брезгующее чувство накатывало на неё, когда ложка с жижей пищи оказывалась рядом с её губами. Мужчина вопросительно смотрит на девчонку, кивает, как-бы намекая на то, чтобы она тоже начинала есть. Ведь, силы им очень нужны в эти моменты.. Пришлось перешагнуть себя, поедая то, что им дали. Когда же трапеза была закончена, тарелки оказались на подносе, пока два человека вновь прижалась друг к другу. Почему-то именно сейчас было ужасно холодно. Пару минут, между ними была тишина, никто не нарушал эту тишину, давая время для осознания своих дней.       - Дельта, – рассеяно говорит девчонка, когда сам мужчина быстро отозвался, вопросительно смотря на неё, – ты.. Как думаешь, мы.. Мы умрём? Мужчина замолчал, когда услышал её вопрос. Конечно, в его голову плыли разные мысли, но, точно не о смерти. Он считал, что Шрам обязан явиться, хотя-бы ради того, чтобы забрать свою сестру. Нет, конечно не их благих целей.. Вряд-ли Шрам умеет любить, ценить. Он вздохнул, когда осторожно потёр её плечо, стараясь успокоить.       - нет, малых.. Нет, – бормочет устало он, наклонив свою голову. – твой братишка уж с того света нас достанет, согласись? Не вешай нос. Марселин же поджала губы, точно так-же опустив свою голову. Дельта же все ещё понимал, что она чувствует себя отвратительно, наверняка страх покоился где-то в глубине её души. Да что тут скрывать, у него на душе тоже скребут кошки от того факта, что они сидят тут. Делать им здесь было нечего, потому, каждый из них в разное время задремали. Дельта крепко держался за свою напарницу, ведь боялся, что придут амбреловцы, да заберут девицу. Меньшее, что он хотел, так это благополучно остаться здесь одному.. Потерю этого человека он себе точно никогда не простит, как и не простит смерть Крегги.

***

      Пару часов они смогли проваляться так, постоянно меняя свое положение, но оставаясь рядом друг с другом. То один впутывал её в свои обьятья, то наоборот. Но именно на момент их пробуждения, именно девчонка вцепилась в Дельту крепкой хваткой, а тот и не был против. Разбудила их возня, которая заставила Дельту повернуть голову, пару секунд, прежде чем его сердце упало в пятки, а руки сжались на одежде Марселин, а сама она так-же недоверчиво смотрит на тех, кто потревожил их. В "камеру" их содержания вошли трое человек, два с автоматами, а другой без. Но с наручниками. Кивнув в сторону Дельты, тот поманил его к себе, прежде чем заговорить:       - на выход, мужик. Поговорить с тобой хотим, – Марселин напряглась от этих слов, смотря на своего товарища. В очередной раз она не хотела оставаться одна, её хватка усилилась, давая понять мужчине о намеке. Из её уст вырвалось лишь тихое "Андрей", прежде чем он осторожно потёр её спину. От него тихие обещания, что все будет хорошо звучали более уверенно, нежели от кого-то другого. Ей пришлось отпустить его, пока сам мужчина сдался, просто позволил себя заковать в наручники и увести. Марселин осталась одна.. Одна со своими мыслями и тем голосом. Глаза были на мокром месте, заставляя её зажаться в углу. Морща свое лицо, она почти чувствует чужую хватку.. Холодные руки заставляли девушку покрываться мурашками, дыхание окончательно сбилось. В определённый момент она пыталась убедить себя, что это галлюцинации, что никого кроме неё тут нет, но страха от этого не убавилось. Холодное дыхание почти жжёт ухо, заставляя её вздрогнуть и тихо взвизгнуть. Тихий смешок раздался за ней, а чужое присутствие оказалось уже возле другого уха.. И теперь он вновь начинает говорить.       - ну что же ты, боишься меня? Брата, - хрипит тот, пока его мутные глазёнки смотрят на неё. Он ухмыляется, прикусывает губу и его пальцы крепко впиваются в её плечи. Худенькая. Шрам не кормит что-ли? Пакость улыбается, когда вновь щебечет ей на ухо что-то, – они увели твоего товарища.. Друга. А ты молчишь, маленькая, боишься? Не бойся, не бойся.. Старший же рядом.       Он хихикает над своими словами. Он ведь нереальный.. Лишь её галлюцинации. Сильные пальцы сжимают её плечи до боли, или ей так кажется? Она запуталась.. Совсем не понимает, что же происходит, что реально, а что нет? Взглатывая, она утыкается в свои колени, параллельно слушая его хохот и подстрекающие слова.       - убей, убей.. Смазливые рожи, противные твари, – голос его меняется, а карие глаза темнеют, белок темнеет. Из горла рвется хрип, когда он продолжает, – больно делают нам.. Больно близким, больно-больно-больно.. Убей, души, души. Глаза выдави, – извращается он, предлагая все более ужасные способы причинить людям больно. Её трясет только от представления картин, которые мелькают перед глазами. Как она душит амбреловца, выдавливает ему глаза, а тот кричит, задыхается.. Ей страшно. Становится тошно, к горлу подходит ком, зубы стучат. Остаётся лишь молиться, чтобы Дельта вернулся пораньше..

***

      Дельта сидел в тёплой комнате, лишь одна настольная лампа давала свет. Он сидел за этим же столом, в наручниках. У двери стояло пару человек, а за столом также сидел ещё один. Попытки побега были бессмысленны, потому он сидел смирно, опустив голову вниз. Тот кто сидел напротив, наоборот, пытался задать вопросы, на которые получал мутные ответы. Физическое насилие в его сторону работало не особо хорошо.. Вновь разбитый нос, кровь по его морде хлещет. Били его, но тот держится.. Нужно было расколоть его. Сокол, именно так звали того, кто сидел напротив Дельты, наконец, устал терпеть это, схватился за кинжалик и резко замахнулся. Отчаянный крик Андрея раздался на пару секунд, прежде чем он сгорбился, его зрачки сузились, когда он смотрит на свою ладонь. Было адски больно, кровь хлещет, пока другой мужчина же уже более злобно спрашивает.       - Девчонка. Кто она, мать твою, отвечай же! - он почти срывается на крик, а Дельта же с глухим стоном сдаётся, глаза мокрые от слез. Он сдался, он не может молчать.. Тряпка. Шрам убьёт его на месте из-за этого.       - Сестра! Сестра! – хрипит он болезненно, за руку пытается схватиться, а ему не дают. Мычит болезненно, когда слышит вопрос о том, чья же это сестра. Вновь ему приходится отвечать, – ммгх.. Его! И-их! Шрама.. И.. И его, – Сокол сразу изменился в лице, как и те двое у двери. Он поднялся со своего места, поговорил с теми двумя и ушёл.. Двое охранников сразу стали шептаться, пока у Дельты трясутся губы, руки.. Несколько минут спустя, перед ним сидит медик, что осматривает увечия, а так-же обеспечивает помощь с раной. Андрей хихикает, когда он что-то невнятно бормочет, один из охранников рявкнул на него, мол: "чего ты там бубнишь? Нам расскажи." А он и в слух, громко так, чтобы все слышали.       - Он же из вас фарш сделает, если вы с ней что-то сделаете.. Безделушки шефа только его, он же вас подвесит за кишки, – нервно сглатывает он, когда осознание до всех доходит. А ведь, действительно, Шрам наверняка не глупенький, он уже что-то планирует.. Если не завтра, так через пару дней он устроит им кровавую баню. Медик покрылся мурашками, слушая нервный говор своего пациента. Охранники стояли уже молча. А в то время, Сокол уже нервно пытался выйти на связь с начальством, тоесть с Беркутом. Сокол чувствует липкий страх, что ползёт по его спине.. И когда начальство наконец отвечает, тот сразу же начинает :       - Командир! Раскололся, сказал про девицу, – торопливо говорит он, тем самым вводя Беркута в малый шок. Он, если честно, не ожидал того, что оно все так быстро, – сказал, что.. Девчонка сестра тех двух отморозков.. Причитал, что всех нас пустит на фарш. – Беркут молча слушал это пытаясь обработать информацию, что так резко на него вывалилась. Несмотря на то, что Шрам был агрессивным, возможно в какой-то части импульсивным, он умел делать неожиданные вещи.. И эти неожиданные вещи кончились для них ОЧЕНЬ плохо, а теперь, когда девчонка у них, все могло стать хуже. Лидер сектора 7 сейчас был как бомба замедленного действия, которая лишь намекает, что она взрывается. Главный стал думать над тем, как же ему решить эту проблему, расстеряно ходя туда сюда. Думалось плохо, но был вариант отдать его двух людей, прямо на блюдечке.. Но, что же тогда он подумает про тех, кого он отправил на помощь девке? Наверняка, он поймёт, что это они их завалили. Взглотнув, Беркут попробовал взять себя в руки, медленно говоря Соколу:       - Успокойся, боец.. Сейчас, все, что тебе нужно.. Это запрятать её, если у нас есть его родственник - значит и есть рычаг давления, – Беркут говорит с лёгкими запинками, все ещё пытаясь осознать, как же лучше ему поступить, – и боюсь, что вам придётся в скором времени ретироваться.. Иначе, если он найдёт, то он все зальет кровью. И не пожалеет. Пару минут разговоров с главным, и Сокол прекращает. Он понял, что это действительно было необходимо, но сейчас им было сложно покинуть это место, нужно было подождать хотя-бы денёк.. Как никак, их группа была все ещё на разведке, а без них они никуда не могли убегать. Товарищи ведь.

***

      Хенк. Всегда ли он был таким молчаливым, или стал таким, когда умер его отец? Он не знает, или быть точнее, просто вспоминать не хочет. Смотря в лесную чащу, он нервно постукивал по столу, что был рядом с ним. Сегодня его очередь быть на дневном карауле, а его напарник - Стеф. Они могли изредка переговариваться, перешучиваться, когда было совсем скучно.. Между ними было просто молчаливое понимание, даже несмотря на то, как бы они иногда не ссорились.. Да и были ли это серьёзные ссоры? Нет, конечно нет, скорее споры, дискуссии. Он ценил всех в их команде, а Стефа никак не меньше, даже если он и мог назвать его в шутку "трусиха". Рядовой считал своим долгом поддерживать веселье в своей "маленькой семье", он не любил, когда люди плакали.. Ненавидел, быть точнее. А когда это делали родные ему люди, то он чувствовал расстеряность и боль в груди, будто бы это он плачет навзрыд! К слезам родных он чувствует понимание, сожаление, в отличии от своих. Он ненавидел плакать, считал, что это его слабость, что ему нельзя плакать.. Никогда. А воспоминания давних лет сами пришли в голову, которые заставили его притупить взгляд в даль..

***

      Впервые, когда он ревел, как девчонка, это когда он был ещё маленьким.. Просто ребёнком. Тогда после очередной ссоры родителей, которая сопроводила уход отца, он.. Он плакал. Ему было страшно, чего не понимала женщина, которая родила его. Мать же строго шикнула на него, мол: "мужчины не плачут, прекрати разводить нюни!" И он прекращал, ведь, это все пустяки. Он все больше зарывая в себе то, что он в первую очередь человек. Простой человек, который.. Может плакать, может смеяться и чувствовать эмоции. С такими мыслями он дошёл и до армии, там продолжая укреплять это всё, там он, кажется, возмужал. Понял, что он сильный и никогда ничего не сломит его дух! Как много было тогда амбиций у него, почти детские мечты. Хорошие друзья, даже была любимая дама сердца, ради которой он мог сделать все, что хотелось той девушке. Он любил, он хотел любить, а так-же хотел, чтобы и его любили в ответ.. Ценили. А потом все полетело к чертям, чёртов апокалипсис, разлука со всеми. Так он и потерял все в один момент, и это.. Это было больно! Ему тоже тогда зоиелось плакать! Но он же мужчина, мужчины не должны плакать, никогда.       А потом то, что навсегда осталось в его мозгу. Отец. Он.. Почти не помнил его, ведь тот ушёл в его далёком детстве, и больше почти не появлялся. Но, когда он услышал новость о том, что он погиб.. Тогда стало резать сердце, глаза стали болезненно щипать от слез, в горле застрял ком. Помнит, что тогда заперся в уборной. Рыдал, как никогда раньше, но так тихо.. Потому что было стыдно, был страх, что ребята не поймут, осудят! Даже когда Шеди поинтересовался, все ли с ним хорошо, он предпочёл преукрасить свое состояние. Отмахнулся. Он задыхался от собственной боли, слез. И ведь, никто не знал о его подробном горе. Он просто молча проглотил это все САМ. Не желая грузить товарищей, боясь, что те осудят.       И даже сейчас он боялся, но уже не своих слез, не осуждения. А того, что однажды застанет рыдающего Хантера, Резнова, Шеди, Леску.. Цербера, в конце концов Стефа! Больше всего его теперь тревожат они, потому что он не хочет допустить их слёз, ведь, они означают то, что произошло что-то ужасное. У него есть семья, они не родные по крови, но, между ними связь, которую нельзя просто взять и обрубить. И даже если ему нужно будет переступить через себя, он черт возьми, переступит. Меньшее, что он хотел бы, так это потерять их всех. От этой мысли его сердце сжалось, но тут же его размышления оборвал Стеф.. Тот рассказывает очередной анекдот из книжки, которую он прихватил однажды в заброшенном магазине книг. И меньшее, что сейчас мог сделать Хенк.. Так это улыбнуться, пока по его щеке потекла слезинка. Присутствуе товарища даёт ему чувство, что он не один.. И никогда больше не будет. Из его рта вырывается тихий смешок, в то время, как товарищ точно так-же разрывается от смеху по ту сторону. Хенк обожает их всех до глубины своей души, и он готов идти с ними рука об руку остаток жизни. Потому что любит их. До боли в грудной клетке, до посинения костяшек.

***

      Марси сидит лицом в угол. Прошло больше часа с момента, как Дельту увели. Она успела наслушаться разных ужасных вещей, которые шептал ей голос. И.. возможно, что он был прав. Пока девчонка, кажется, витала в своих мыслях, один амбреловец тихо подходил к "камере" содержания, где была она. В руке его был шприц, что должен был заставить её провалиться в небытие. Сама она поняла, что на неё глазеют, но вида не подавала, потому что так сказал шёпот. Нижняя губа дрожит, когда она чувствует, что амбреловец становится ближе. И когда тот уже осторожно присел на корточки и тянется к ней, Марселин резко оборачивается и бьёт его со всей дури по роже. Мужчина свалился на пол, не успевая даже прийти в себя, как на нем сверху уже ее туша. Её руки сжимают шею, сдавливая, а сам мужчина хрипит, пытается сбросить её, но она прочно устроилась на нем. Душит. А у самой слезы на глазах, льются прямо из глаз, пока она до боли прикусывает губу. Расстеряно хрипит сама, смотря на то, как глаза мужчины закатываются назад, он синеет на глазах.       - Умри, умри, умри пожалуйста, – обречённо всхлипывает, когда её пальцы сдавливают горло бойцу. У самой сердце стучит как бешенное, она почти не понимает, что творит. Голос умершего брата подначивает её душить "уродливую морду", чтобы тот даже не смог ничего сказать. Или трахею сломать ему. Так или иначе, второму варианту не было суждено случится, ведь на грохот подоспели товарищи страдающего. Они увидели своего синеющего друга, а так-же и девчонку, что душит его. Как-то на автомате получилось, что в очередной раз её ударяют по голове прикладом. Больно. Темно. Её тело рухнуло куда-то в бок, пока ударивщий солдат подоспел к тому, что лежал на холодном полу..       - мёртв, – обречённо говорит он, повернув голову к другому парню. Тот уже успел подходить обмякшее тельце, слушая товарища, что причитал, – мелкая дрянь, не лучше брата.. Откуда в ней столько силищи, чтобы мужика задушить? Этот разговор долго не продлился, ведь нужно было отнести её к доктору Шпаку, что с радостью согласился пока понаблюдать за ней.. И возможно, что поговорить с ней. Это была возня на несколько минут, в отличии от похорон того, кого она убила. Это было сложно назвать "похороны", но тем не менее, умерший был закопан.       Шпак ждал их почти с предвкушением, ведь понимал, что ему даётся достаточно редкий шанс.. А именно, попробовать протестировать некоторые препараты, что были сделаны им, а так-же несколькими другими людьми. Он постукивал пальцем по краюшку стола, он с нетерпением ожидал своего нового гостя. И когда его дверь открылась, он почти подскочил на месте, ведь солдат осторожно занёс девчонку в помещение. Шпак же начинает тараторить ;       - Сюда её, клади её сюда! - указывая на стол, он поднялся со своего места и направился к железному столу. Смотря на мордашку девушки, он отметил, что вероятнее всего, она плакала, щеки мокрые, покрасневшие. Подняв взгляд на солдата, тот молча кивнул ему, дабы тот удалился, на что он так и поступил. Доктор и Марселин остались одни в помещении, Шпак хмыкает. Наверняка, доверие девчонки утеряно ещё давно, учитывая, чьей "безделушкой" она является, поэтому, пытаться с ней по хорошему, вероятно, закончится просто ничем. Но доктор был не так прост, как впрочем и ожидалось. У него уже было несколько идей, как заставить девчонку делать то, что ему нужно. Наверняка, с тем молодым человеком, которого поколечил Сокол, у неё доверительные отношения. А это лёгкий способ шантажа, да и достаточно взрослой девушкой она не выглядит, потому, это будет легко. Ставя чайник на плиту греться, он сел неподалёку, продолжая глазеть на неё. Ему не было жалко её, ведь как только она попала к ним в лапы, то уже перестала иметь свое мнение. И имела ли она вообще его когда нибудь? Возможно, это он узнает из диалога, когда она проснётся. Доктор в общем-то не свалился своей доброй натурой, что тут сказать. Ему лишь бы поизучать, потестировать. Уж он то точно брезговать её ситуацией не будет, ему это никогда не мешало, а сейчас особенно. Даже несмотря на то, что Беркут пригрозил, что Марси должна быть в презентабельном виде. Никак иначе. Чайник же вскипел, налив в две кружки кипяток, мужчина кинул две заварки в кружки. Взяв небольшую пробирку с жидкостью, что была болотного оттенка, тот со спокойной душой добавил её в чай, который позже будет предназначен девчонке, которая даже не узнает об этом маленьком секрете.

***

      Стеф. Тот ли это человек, который никогда не видал проблем в своей жизни? Просто трусиха, или нечто большее в этом горе забытом мире? Конечно же нечто большее. Стефан никогда не отличался каким-то качеством, лишь только своей национальностью и родным языком. Возможно, он человек с тонкой душевной натурой, но точно не размязня. Нет, он не истеричка, просто он.. Очень сентементальный. А так-же очень дорожит что своей жизнью, что жизнью других. Ему хочется оберегать, поддерживать их, прямо как мать наседка. Мужчина вырос в многодетной семье, где являлся одним из старших детей. Он с теплотой вспоминает, как проводил время со всеми братьями и сёстрами, а теперь даже не знает, как они там. Но мужчина предпочитал не думать об этом, ведь сейчас у него были другие заботы.. Заместо родной семьи, у него теперь его товарищи, за которых он переживает не меньше, чем за родных. Он рассеяно почесывает свою щеку, сидя в такой же "башне", как и Хенк. Ему было немного скучно, потому, рука сама по себе потянулась к книжке, что лежала неподалёку от него. Книжка с анекдотами сама просилась в руки, как и рация, которая также оказалась в его руках. Волна рядового сама по себе была на автомате, поэтому.. Первая попавшайся страница, рандомный анекдот.. И тихий смешок рядового на волне, и ему это нравится.       - Эй, рядовой, – говорит Стеф, когда отложил книгу с анекдотами в сторону, – почему-то сегодня все на ушах, а мы, как всегда, не в курсе. Хенк хмыкает, когда соглашается с напарником. Что вчера, что сегодня все действительно были на ушах, но пока что один Стеф и рядовой были не в курсе, но позже, они обязательно спросят у остальных. А сейчас, им придётся дальше нести свою будничную рутину.       В это же время, Хантер был занят тем, что выслушивал Беркута, который торопливо сообщал ему важную новость, от которой у него чуть глаз не задергался. Военный устало потер свои виски, когда откинулся на стул и закрыл свои глаза. Беркут и его люди попали в сложную ситуацию, которая может обернуться для них весьма плохо, да и для Хантера с другими тоже, что тут таить. Блондин расстеряно перебирал все варианты возможных событий, которые устроит им Шрам после того, как найдёт то, что "принадлежит" ему. Оставалось только молиться, что тот будет отвлечен своей родственницей, а не постройкой очередных злых планов для ребят. Но нельзя было лишь надеяться, нужно было думать. Поэтому, пришлось дёрнуть Шеди от его родственных дел, а так-же и малого, что резвился на базе. Они были теми, кто знал Шрама больше, чем кто либо другой.. Кроме Дока, конечно, но тот отправился в мир иной, потому им не поможет. Теперь они втроём сидят за большим деревянным столом, все молчат, ведь пытаются переварить информацию, что передал им Хантер. Малой первый подаёт голос, тем самым давая от себя ответ:       - Да этот Шрам вообще чокнутый! Вряд-ли этот человек способен на такие тёплые чувства, как любовь! Даже к собственной сестре, – категорично говорит он, сложив руки на груди, а потом задаёт, наверное, логичный вопрос, – с чего они вообще взяли, что он будет её искать и переживать? Хантер, отпивая воду из кружки, вновь отвечает на торопливые вопросы мальчишки, – потому что так сказал его подчинённый. Если он не чувствует к ней любви и не ценит её, как ты утверждаешь, то хотя-бы боевой единицей она послужит ему. — между ними вновь повисло неловкое молчание, Шеди же скукожился. Он-то умел представление, как может извращаться Шрам, чтобы причинять людям боль. Даже вон, не побрезговал тем, чтобы угрожать ребёнку с помощью его родителей. Да и он всегда помнил, как раньше делал Шаман.. Они были одновременно похожи, но в то время такие разные. И сейчас он приуныл, наклонив голову вниз, но все же стал "рассуждать" с другими.       - нет, малой. Не думаю, что он не может не испытывать тёплых чувств к кому-то. Но этот человек определённо опасен в гневе, и если он захочет, он утопит всех в крови, – бормочет брюнет, сжимая кулаки. У него сжалось сердце, когда он вспомнил всё, что делал этот бандит, – и учитывая, что это его сестра.. Я боюсь, будет мало предоставить её на блюдечке для него. Ему нужно будет в два раза больше, если не в три..

***

      Марселин начала приходить в себя, когда чайник уже вскипел, доктор успел разлить чай по двум разным кружкам. Видя серый потолок и ощущая знакомую поверхность, её прошибло потом, из-за чего она торопливо приняла позу сидя, но сразу пожалела о резкости. Голова вновь гудела и болела, именно поэтому она не сразу обратила внимание на доктора, что сидел неподалёку за столом. Её глаза бегают по комнате, пытаясь найти хотя-бы один предмет для самообороны, а ккогда он тихо прокашлялся, давая понять, что тут, то.. Девчонка повернула к нему голову, лицо её скривилось, вероятно, что беседы будут.. Отвратительными. Прилизанный на вид доктор не внушал ей никакого доверия, но тем не менее, он заговорил.       - Юная леди, не бойтесь, я не причиню вам никакого вреда, – говорит Шпак. Осторожно пододвинув кружку с чаем в её сторону, намекая, – присядьте, расслабьтесь, я же не буду вас бить.. Мы же разумные, можем и поговорить. Марси недоверчиво смотрит на него, когда повернулась к нему и своим корпусом. Ноги свисали со стола, пока она сверлила его своим взглядом, что был наполнен презрением, отвращения.. А так-же страха. Ей с трудом даётся сохранять спокойствие, а не впадать в истерики и крики, ведь ей не хотелось показывать себя с этой стороны.. Да и, кажется, что она не помнит, как задушила одного из солдат. Из её уст следует логичный вопрос, – с чего я должна подчиняться и выполнять ваши требования, док?       Мужчина пожал плечами, когда отхлебнул из кружки достаточно чая, чтобы довольно выдохнуть, а после же сказать: - а с того, что твой друг у нас, девочка. И ему может стать очень.. Очень больно. Понимаешь? Марселин замолчала, смотря на доктора и недовольно скривила свое лицо, а тот же настаивал на том, чтобы она тоже пила чай. Неохотно, ей приходится согласится и потянутся за кружкой. Первый глоток чая, а ей уже хочется выплюнуть данную гадость. Он был горьковатым на вкус, но со второго глотка стало получше. Тяжело вздыхая, она опустила голову вниз, пока доктор наблюдает за ней, кажется, чего-то ожидая. А пока он ждёт, то начинает пытаться завести с ней разговор.       - ну, Юная леди, можете называть меня доктор Шпак. Я успел узнать о вас пару вещей, – Шпак отпивает чая из своей кружки, наблюдая за лицом девчонки, которое меняется с последней фразы. Он улыбнулся, протягивая ей пару печенек, дабы создать вид, что тут достаточно мягкая атмосфера. Этого жеста Марселин не оценила, но рука потянулась к лакомству, а доктор продолжал, – охранники немного переживают, ведь ты.. Убила одного из них. Зачем ты это сделала? Марселин запнулась, смотря на доктора. Руки сами по себе крепче сжались на ручке кружки, как и на мучном изделии. Стало почему-то тошно, а в голове стали всплывать жуткие картинки, как она саморучно убила охранника, задушив его, а тот даже не мог ничего сделать. Чай, который оказался внутри совсем недавно, хотел выбраться обратно. Она злобно зыркает на Шпака, гулко взглотнув, — вы же понимаете, что для меня вы все здесь враги, вы бы тоже убили меня, если бы я не была вам нужна, – говорит Марси, когда дрожащими руками вновь отпивает чай из кружки. Мурашки пробежались по её коже, когда голос умершего вновь зашептал ей на ухо ;       - ты глянь на его рожу смазливую, он что-то задумал. Не верь выродку, – хрипит он, было ощущение, что он задыхается, а Марси тихо шепчет ему в ответ, что будет аккуратнее. Теперь, ей, кажется, не так страшно находится рядом с этим нечто. Наверное потому, что он один из тех, кому можно доверять? Марселин не знает, но уж это лучше, чем тот докторишка. И почему-то начала болеть голова, было ощущение, что она расколится пополам. Она точит его своим взглядом, пока доктор же скрестил руки на груди.       - вот как.. Но, вы сами не задумывались о том, что ваш брат точно так-же может убить вас, как вы перестанете приносить пользу? – Шпак потер свою переносицу, поглядывая на Марси, которая заметно замялась от этого вопроса. Она поджала свои губы, опустив глаза вниз. Она не думала об этом вопросе, но сейчас этот вопрос её разгневал. Она вновь подняла взгляд на мужчину, начиная говорить;       - это.. Это звучит как отвратительный бред, вы просто хотите, чтобы я начала сомневаться в себе и в.. Шраме. – она недовольно фыркает, когда доктор тихо усмехнулся. Он покачал головой, когда глянул на кружку, что была у Марси. Та была почти пустая, поэтому, он уже ожидал результата, который обязан быть. Глянув на неё, мужчина со спокойным видом задал вопрос;       - как чувствуете себя, юная леди? Как чай? – с лёгкой ухмылкой, доктор откусил кусочек печенья, пока Марси поставила кружку в сторону, так-же откусив кусок печенья. - Да, знаете, доктор.. У вас отвратительный чай, горький, какой-то непонятный.. Как вы это пьёте, – бормочет Марси, когда голос умершего почти бьёт тревогу, почти визжит о том, что здесь что-то не так. Из-за него, голова начинает болеть ещё сильнее, потирая свои виски, она отметила, что Доктор действительно смотрит так, будто чего-то ожидает. Так еще и невинно глазами хлопает, спрашивает; "девушка, что же это вы. Плохо вам?" Это начинает её напрягать, но и сказать она ничего плохого не может. Девчонка хрипит, пытается что-то сказать, как резко начинает ужасно тошнить. Желудок ходитв верх дном, а дышать становится немного труднее. Не проходит и нескольких минут, как она валится вперёд, руки трясутся как сумасшедшие. Всё, что было выпито и съедено полезло назад, издавая неприятные звуки, она сама содрагалась от страха. Голос же со стороны вопил, причитал почти ; - вот уебок! Отравить нас решили, гад, – но Марселин не особо обращает на это внимание, её волновало только то, что сейчас ей действительно становится страшно, тревожно. Шпак тут как тут, помогает ей подняться, сам садит на прежнее место. Только сама она рухнула на стол, свернулась как только смогла, нервозности в его действиях не было, очевидно, что он это планировал. В глазах же её плясали разные цвета, все вещи скакали и меняли форму на глазах. Доктор же отличился на пару минут для того, чтобы поставить неподалёку от Марси таз, дабы все, что будет отвергнуто её организмом, было выблевано в таз, а не на пол. Она судорожно кашляет, тяжело дышит и трясётся, ей хотелось уже поскорее убраться отсюда. Тошнота так-же присутствовала, а когда ей уже нечем было рыгать, то в ход шёл желчный сок. Ощущение рук доктора на плечах нервирует её, хотелось вмазать ему со всей силы, но той не было, как и чёткой уверенности в своём желании. Вновь девушка завалилась на спину с чужой помощью, но легче не становилось, только если наоборот. Стало трудно дышать, почти невозможно, безудержный кашель мешал глотать хотя-бы крупицу воздуха. Когда же Шпак заметил это, тогда и пришло его время начать переживать, но не за девчонку, а за свою шкуру. Ведь, если та умрет, то тогда всем будет плохо. Он осторожно хлопает её по щекам, успокоить старается, но это получается.. Плохо, мягко говоря. Это не отменяет того факта, что от стольких факторов, она провалилась в темноту, под тряску Шпака.

***

      Мужчина сидел в комнате, где окна были зашторены, темно тут было. Поднимаясь на ноги, лидер "Сектора 7" направился к окну, приоткрыв его немного, дабы табачный дым не заслонял всю комнату. Он ждёт достаточно долго, и его терпение уже было на исходе, из-за чего он недовольно мычит. Он уже давно чувствует присутствие одного из своих солдат, и знал, кто именно позади него трясётся от страха. Поджигая кончик сигареты, он затянулся табачным дымом и обратился к бойцу; - Обрадуй меня, Рейк, – хрипит мужчина, выдыхая дым из собственных лёгких, пока так называемый Рейк прокашлялся, пытаясь подобрать чёткие слова. - мы нашли примерное местоположение, где могут находится наши люди, босс, – говорит паренёк, но когда он увидел, что Шрам замер, то стал переживать. Лидер повернулся к Рейку, подходя к нему ближе и нависая над ним. ‐ она там? – схватив парня за плечо, Шрам смотрит на него, изредка моргая. Было достаточно страшно оказываться в такой ситуации, учитывая, что этот человек может убить тебя и не пожалеть. Рейк быстро закивал, хотя в душе он понимал, что если её там не будет, то не снести ему головы. Шрам подождал пару минут, отпуская плечо Рейка и отворачиваясь от него, вновь подходя к окну. Делая глубокую затяжку сигаретой, он вновь говорит; - скажи Ремарку, чтобы готовил людей. Я буду наблюдать, чтобы вы, олухи, не смели облажаться. Живее, живее! И ещё, пусть группа разведки устранит любые помехи, что могут возникнуть, прежде чем мы отправимся, – прикрикнул он, когда Рейк тут же побежал от него, а Шрам даже в след тому не усмехнулся. Видимо, лидер действительно был в ужасном настроении. Сигарета, а вернее то, что осталась от неё, оказалась в пепельнице, пока сам Шрам вновь выглянул наружу, придерживая штору рукой. Погода была гадкая, но он уже видел, как Ремарк ходил туда сюда, с виду что-то бурно объяснял его бойцам.. Именно за это он и ценил Ремарка, тот был безжалостен и безрасуден, когда дело доходило до выполнения задачи. Вот бы все его солдаты были такими, как Ремарк. Пройдёт не меньше пары часов, прежде чем настанет время идти. Шрам выглядит почти так-же, как остальные солдаты, но ему это в коем то веки нравилось. Сборы занимает не так много времени, но теперь он не хочет выделяться, да и какой резон? Наверняка, это всего лишь кучка амбреловцев, как он и узнал позже от Рейка. Но, дело так-же не только в этом. Им нужно было действовать быстро, а по дороге наверняка могут возникать проблемы, именно поэтому, он почти как все солдаты. Одет только в более тяжёлую версию снаряжения. Загрузились эти ребята в две машины, Ремарк и Рейк в первой, полицейской машине, Шрам же во второй, машинка скорой помощи. В пути все молчали, никто не желал прерывать молчание, возможно, что боялись быть рядом с боссом и сказать то, что ему не понравится. Зато у Ремарка все было пучком, если так можно было выразиться. У этого отбитого всегда был хохот и обсуждение того, как они расправятся с врагами. Вот такой он был - Ремарк. Очередной псих в компании Шрама, но в отличии от него, у него скакали положительные эмоции намного чаще. Очередной псих, которому есть дело до такого человека, как Марси. Он считает её.. Забавной, если коротко. Можно сказать, что именно поэтому он один из тех, кто рвется ей на помощь.. Между тем, они стали приближаться к цели, мало по малому, расстояние начинало сокращаться.

***

      Марси очнулась, видимо, уже когда был далёкий вечер.. Она вновь была пристегнута к чертовому столу, почти не могла двигаться, а так-же во рту была какая-то тряпка. Но, из плюсов было то, что её почти не тошнило, но голова все ещё гудела.. Стоило ей прийти в себя и осмотреться, так тут же ей вновь захотелось провалиться в небытие. Она уже не была в кабинете Шпака, комната была тёмная, голые стены.. Было ощущение, что здесь в общем-то никого нет, пока откуда-то сзади выполз доктор Шпак, который вновь глянул на неё с хитрым взглядом. Он остановился напротив, подкатив капельницу к ней поближе, а там уже говоря; - ну что, маленькая, очнулась? Это хорошо, сейчас я поставлю тебе капельницу, и станет полегче.. Эти слова не принесли девчонке никакой радости и успокоения, наоборот, она стала брыкаться и пытаться выбраться. Марселин даже пыталась кричать, но тряпка мешала, было плохо слышно её. Доктор отстал от неё лишь тогда, когда он убедился, что капельница надёжно закреплена и то, что без посторонней помощи она не сможет остановить процесс. Он оставил её в комнате одну, давая тревогам девушки заполонить всю её головку. Ей стало адски страшно, что она умрет, что это просто конец. Попытки выбраться были просто никчёмными, она могла лишь натереть себе конечности, тем самым усилить неприятные ощущения. Лежа там, прямо как обычное дерево, она смотрит в потолок, а у самой на глазах слезы наворачиваются. И не покричать, вообще ничего! Когда все таки солёная влага начала течь, то сразу появился голос умершего брата, который нашептывал ей слова поддержки, что достаточно сильно удивило её. Видимо, она действительно начинает сходить с ума, раз верит каким-то глупому голосу, который находится лишь у неё в голове. Но, делать было нечего, он был единственным собеседником и тем, кто поддерживал её для того, чтобы она окончательно не свихнулась. Проходит ещё около тридцати минут, прежде чем она слышит с наружи какую-то возню. Это были выстрели, из-за чего она достаточно сильно испугалась. Но, был плюс в том, что это были явно не зомби, ведь таковых звуков не было. А минус же в том, что нападающим мог быть кем угодно! И лучше от этого ей явно не будет. В очередной раз на девушку накатило огромное отчаяние, которое грозилось заполнить её с ног до головы. Ей меньше всего хотелось переходить из рук в руки, больше всего сейчас она хотела домой. Она не могла видеть, что же происходит снаружи, но понимала, что амбрелла была застигнута в расплох, и те кажется, явно проигрывали.. А потом, резко что-то зашипело там, в далеке. Это заставило напрячься её с новой силой, а так-же забиться в наступающей истерике.              Ремарк же знал, что хочет видеть его босс, именно поэтому он и взял командование на себя, да и Шрам сам об этом говорил. Да и был момент, что он хотел попробовать новые газовые гранаты, которые их научники смогли сколотить. Смотря на всех ребят, которые сидели в противогазах, он и сам ненароком вспомнил, что нужно взять еще две штуки для девчонки, а так-же возможно для того, кто им понадобится еще. Когда они стали подъезжать к месту назначения, то пришлось остановиться неподалёку, попутно объясняя им план в очередной раз. Выскочив из машин, они быстро сгруппировались в одну группу и попёрли ордой на здание. Амбрелловцы не ожидали того, что сначала им полетят газовые гранаты, а уже по ним начнут стрелять. Потому, в начале они быстро стали упускать свои позиции. Ремарк действует быстро и точно, как робот, и он ужасно гордиться этим. Когда же они прорвали их оборону, то первым делом Ремарк принялся переваривать, где же они могли держать Марси. Пока остальные секторовцы расчищали здание, он бегал по комнатам и заглядывал в каждую из них, ведь ей не стоило находится под влиянием газа, что так-же очень хорошо помогал им в устранении соперников.       Когда выстрелы стали громче, ближе, так-же стал появляться неприятный запах стал прочасиваться через дверь, то, стало ещё более страшнее. Она расстеряно смотрит на дверь, когда с трудом выплевывает ткань из своего рта. А потом.. Помещение стал заполнять газ, он имел еле видный оттенок зелёного. Заставляя её глаза округлится от страха, она нашла в себе силы, чтобы со всей дури начать орать. Она надеялась, что хоть кто нибудь сможет услышать её, пока газ не заполнил всю комнату. Этого времени наверняка будет мало, а она успеет надышаться им достаточно сильно, чтобы получить отрицательные эффекты.       Ремарк успел проверить почти все, он уже успел подумать, что тут и вовсе нету Марси, пока на его глаза не попался Дельта. Тот сидел в камере, уже склонив голову. Видимо, он надышался газом. Первый противогаз сразу же был отдан Дельта, пока мужчина грубо пытался одеть на своего товарища противогаз, тот даже пришёл в себя на пару минут, чем воспользовался Ремарк. - Дельта! Дельта, блять, где Марси?! Сука, – ругается мужчина, когда трясет того за плечи, но тот лишь мычит невнятно. Приходится смириться и подозвать ближайшего солдата, и вручить ему Андрея тому бойцу, чтобы он его унёс. Ремарк поднялся, а затем пошёл дальше исследовать данное здание. Проходит минут пять, прежде чем он находит спуск вниз, а уже там он слышит отчётливый визг. Он почти сорвался с места, пытаясь определить, где же был этот крик. Здесь было достаточно дверей, но второй крик дал понять, куда стоит направляться Ремарку. Перед ним оказалась деревянная, хлипкая дверь, и он вовсе не стал медлить. С первой же попытки ему удалось выбить дверь к чертям, а перед ним же оказалась неприятная картина. Газ уже заполонил всю комнату, а девчонке только и оставалось, что кашлять и глотать воздух с газом. Ему приходится судорожно одевать на неё противогаз, попутно приговаривая; ‐ ну-ну, Марсик, тих-тих. Сейчас мы отсюда съебемся. Щас я, обожди девчуль. Вторым делом, он запреметил капельницу, которая тут же оказалась в другом угле комнаты, перед этим осторожно отсоеденив её. Мужчина наконец смог отстегнуть все конечности Марси, осторожно закинул её руку к себе на шею, он подхватил её на руки, поудобнее сжав её, дабы побыстрее покинуть это место.       - Ну все, Марс, не ссы. Скоро мы окажемся дома, – приговаривает мужчина, когда торопливым шагом он покидает комнату и движется в сторону выхода. В данном случае Ремарк выиграл, а остальное досталось Рейку, который рыщит в поиске главного сей базы. Потому, когда он заметил приоткрытую дверь, то он решил заглянуть туда. Из интересного, что там оказалось, так это солдат амбреллы, который тянулся к рации, дабы подать сигнал SOS. Рейк резким движением настиг его, лишая того жизни с помощью ножа. По инструкциям Шрама, тот должен был изуродовать главного. Главный всегда отличался своей формой, поэтому, он с лёгкостью определил его. Наспех, ему пришлось орудывать ножом на лице мужчины, разрезая щеки человека, в общем делая из его лица кровавую кашу. Пнув бедное тело от себя подальше, Рейку пришлось спешить, дабы без него ребята не уехали, так как наверняка уже все загрузились в машины. Выскочив из здания, он поторопился в залезть в чёрную машину, после же захлопнуть за собой дверь.

***

      Шрам, когда увидел, что к нему несётся Ремарк со скоростью света, так ещё и с телом на руках, тут же отварил широкую дверь машины, давая товарищу влезть в машину и уложить тело на земь. Стянув с себя противогаз, Ремарк стал в срочности описывать все, что видел в той комнате, где он нашёл Марселин; - шеф, она газом успела надышаться. Че делать будем?       - че делать, че делать, тьфу ты, блять! Сейчас я решу всё, зазывай всех обратно, нужно сваливать, – отмахнувшись от Ремарка, он потянулся за небольшой аптечкой, которую они приготовили ранее, перед этим всем. Доставая оттуда один шприц, а так-же одну апмулу, ему приходится поворачивать некоторые махинации, прежде чем ввести это дело Марселин. Выкинув шприц в открытое окно, он тянется руками к Марси, стягивая с её лица противогаз. Бледная морда девчонки даёт ему чувство отвращения и чего-то ещё. Он понял, что действительно беспокоится за состояние собственной сестры. Ему приходится осторожно уложить её на матрас-слайдер, попутно закрепив её для большей надёжности.       Наконец, все солдаты оказались на месте, и они смогли двигаться вперёд. Прямиком на базу. Шрам очутился на переднем сиденье, ведь просто не хотел видеть её. Было неловко чувствовать для него новое чувство беспокойства. Особенно, когда оно было столь нежеланным. Он даже помнит, когда их жизни переплелись, то помнит один диалог; - Шеф, а зачем вам девчонка? От неё никакой пользы, – однажды сказал ему один из его бандитов, а тот лишь усмехнулся, отвечая ему в ответ; - просто мне скучно, поэтому я позволяю ей жить. Да и знаешь, успеет она стать полезной. А как перестанет быть полезной и наскучит мне.. Убью.       Шрам закрыл свои глаза, когда потянулся за зажигалкой и сигаретой, ему нужно было расслабиться и просто забить. Единственное, что крутится в голове этого человека, так это мысли о том, как он бы поубивал самого Беркута, а так-же и его солдат. Наверняка, этот самоуверенный индюк ещё действовал с помощью командой Шеди, – эти тоже по самое первое число получать, выблядки. Каждого на их собственных кишках подвешу.

***

      Марселин смутно понимает, что происходит. Всё в её глазах размыто, двигаться и говорить в общем сложно. Но первым делом, что она видит, так это лицо Ремарка, который сидит рядом с ней. В машине было достаточно солдат, но лишь он смотрел на неё. И когда тот заприметил, что девочка пришла в себя, на его роже появилась улыбка, сразу же он заговорил:       - очнулась? Ты отдыхай, отдыхай. Босс за тебя переживает очень, – говорит тот достаточно громко, чтобы Шрам грозно рявкнул на него, приказывая ему тут же заткнуться. Марси же непонимающе смотрит на Ремарка, вероятно, что она все ещё не понимает свое окружение и ситуацию. Но его слова, почему-то, греют ей душу, – он переживает, – думается в её светлой головушке. А на лице появляется глупая улыбка, из-за которой Ремарк вновь хихикает и издаёт случайное хрюканье во время смеха. Из-за этого, остальные солдаты так-же залились смехом.

***

Марси пришла в себя уже на базе, по всей видимости, в медицинском отсеке. Она гулко взглотнула, когда услышала чей-то разговор. Но, уже с первых минут она поняла, кто же это был;       - ну что там, доктор Картез, что скажете? – этот голос она узнала почти сразу, очевидно, что это был её брат. А второй же человек, являлся одним из их докторов       - не переживайте, Шрам. Возможно, что пару дней у нее будет плохое самочувствие, ведь как я понял, в ее организме помимо газа было другое вещество, – говорит механический, выскойи голос, – но жить будет.       - отлично. Я хочу, чтобы вы все докладывали мне, Доктор. Наблюдайте за ней, – после же этих слов, диалог закончился, а дверь захлопнулась. Она не видела самих ребят, что говорили, но чётко поняла, о чем и о ком речь. Тяжко вздыхая, она нащупала стакан воды на тумбочке, чуть не опрокинув его на земь. Залпом выпив воду, она осторожно приняла позу сидя, осматриваясь. Стакан оказался на том же месте, где она и взяла его. Рыжий мужчина с щетиной появился как по щелчку пальцев, оказавшись рядом с ней. Он держал в руках бутылку воды, а так-же пару белых пилюль.       - а вот ты и очнулась, Марселин. Как чувствуешь себя? Выпей пару таблеточек, – доктор протянул ей это все, а девчонка и не сопротивлялась, наоборот охотно последовала его советам. Таблетки были приняты, а бутылка воды на тумбочке. Она вытерла рот рукой, смотря на мужчину.       - знаете.. Бывало и лучше, доктор Картез. Но я рада, что мы наконец на базе, – она слегка улыбнулась, когда словила кивок от доктора.

***

      Обсуждение Шрама и того, какой он полный мудак давно кончилось, потому, все они вновь занимаются своими делами.. Хантер же остаётся на прежнем месте, после чего, резко его тревожит средство связи. Беркут. Хантер даже не успевает открыть свой рот, как на его вытекает поток слов от Беркута, который явно был зол, или же обеспокоен, если не все сразу! С каждым словом, сам блондин стал все мрачнее и мрачнее, ответив короткое; принял, он отключился от волны амбреллы, подключаясь к общей.       - прием, ребят. У меня для вас печальные новости, – это первое, что услышали все, у кого имелись рации из ребят. Они отвлеклись от своих дел, тут же начиная внимательно слушать Хантера, что спустя пару минут продолжил; - ребята Беркута на укрепленной точке разгромлены. По его словам, работа Сектора 7. И так-же, он передаёт, что по всей видимости, их лидер – очень, очень зол.

***