Guilt under the plating.. (Часть 26)

Дождь не унимался. Пластиковые щитки на воротах дрожали от порывов ветра. Под ними стояли двое: один — будто вырезанный из золота, другой — из страха, сарказма, ржавчины и ночей без зарядки. Старюка щёлкнул тумблером на своём подкамерном фонарике, и тот моргнул один раз, прежде чем стабилизироваться. — Ты долго шёл? — спросил он. — Примерно час, — ответил Голд. — Сбежал. Ушёл. Пришёл. Всё подряд. — Многозначительно, — фыркнул Старюка. — Знаешь, я думал, ты сдох где-нибудь с помехой в матрице. А ты — золотой, гладкий, даже не царапины. — Я умею прыгать. Старый голосовой модуль издал звук, похожий на совершенно не радостный смешок. — Ага. Видать, на чужие головы. Голд опустил взгляд. Капли стекали по корпусу, теряясь в соединениях. — Я не знал, что база падёт. Что вас оставили. — Ну конечно, не знал, — Старюка склонил голову. — А ты что делал, когда нас разрывали на части? Заряжался? Смотрел телевизор? Или прохлаждался в этих их глянцевых залах, где все такие особенные? Голд сжал пальцы в кулак, медленно. Не от злости. От вины. — Я был на другой базе. Я был в изоляции. Мне не дали выбора. — Всегда есть выбор, — процедил Старюка. — Даже выключить себя. Или уйти. Или вернуться. А ты сидел. Молча. Пока здесь нас превращали в пепел и стекло. Он замолчал. Только ливень заполнял паузу. Потом: — Почему вернулся? — Потому что... я больше не знаю, кто я. Но точно не то, кем они хотели, чтобы я стал. И если я что-то вам должен — то, по крайней мере, пришёл это отдать. Старюка покачал головой. — Красиво звучит. Слишком красиво для наших реалий. Он постучал по металлической двери. — Заходи. Но один шаг в сторону — и тебя выкинут даже не через дверь. — Справедливо, — коротко ответил Голд. И они вошли. Один — полный давящей вниз, в бездну, вины. Второй — обладатель слабого огонька, который непонятным образом ещё не погас.