Часть 4

Проходили дни. Я почти не возвращался в квартиру, где жил. Мои родители работали за границей, а я был здесь один. Всегда самодостаточный и очень одинокий. Теперь мне не зачем было сидеть в сырой квартире, ведь у меня есть мой чердак, мой мирок, и мои друзья. Проходили дни, и вот уже июнь превратился в воспоминания о мятных волосах, нитках в кофе и маргаритках в стакане с паутинкой трещин. Мы жили летом, а лето жило нами. Мои мечты о друзьях и семье исполнились, а нам на пятки наступал июль. Теперь только жить, жить в солнечном тепле, лягушачьей воде из умывальника и звуках старого магнитофона. Сегодня в 5 утра мы поехали кататься - кто на самокатах, кто на велосипеде. Джисон схватил свой скейтборд, а Минхо взял ролики, чтобы подстраховать в том случае, если скейт сломается. Феликс забрал вторую пару роликов. А я поехал на своём велике, цвета моря. Мы вылетели на дорогу, взметнув целую песчаную бурю за собой. Чонин несся на велосипеде, вцепившись в Сынмина. Они взяли один велик на двоих, и похоже не жалели об этом. Чонин точно не жалел. Бан Чан взял самокат, а Чанбин - старенький мопед. Солнце вставало с того света, расползаясь алмазным свечением по небу. Облака растекались узором, сметая мозаику из звезд. А мы двигались навстречу солнцу, лету и бескрайней дружбе. Добро пожаловать в мир счастья, глубины и запаха цветов. Добро пожаловать в отель “Калифорния”. Мы катались до самого полудня. Солнце слепило, сжигая кожу и волосы. Пора было возвращаться домой. Не в затхлую квартиру, а на чердак, упакованный летом. С ним в комплекте шли свитера и небесного цвета гитара, потерянные в полях кассеты, пачка попкорна и пластырь с цыплятами, подаренный цыпленком. Если жить, то только с этим прекрасным набором. Середина лета промелькнула, как юла, валяющаяся где-то между забором и окном на чердаке. Вообще все, что хранилось на чердаке легко исчезало. Умирали эти вещи или терялись в окружении стен и летящих занавесок - мы не знали. Знали только, что потеря эта не настоящая. Об этих вещах все вспоминали, как о друзьях. Уйти никто не мог, пока не отпустят, пока не забудут, пока будут мечтать о лете и дружбе. А мы и мечтали. И жили. И верили в свет - и в солнечный и в звёздный. В свет огоньков гирлянд и города. В свет свечей и светлячков. В свет глаз и блеск мятных волос.