Часть 18. Поклянитесь, что вы больше не приблизитесь к моим родным, не поставив меня в известность!

      Двухэтажный дом был огорожен деревянным высоким забором, но Князю и его агентам он не стал препятствием. На днях Паша Лобанов сообщил, что уже не раз видел в лесу Алексея Славина. Бывший физрук сфотографировал номера его автомобиля, по которым они нашли адрес проживания Славиных. Конечно, можно было бы пойти путем попроще и спросить адрес у Иры, но они понимали, что у девушки начнутся вопросы. В конце концов, Славины оставались ее родными людьми, пусть между ними и был конфликт.       Спрятавшись за сугробом, Володя достал рацию и сообщил начальнику, что они готовы к штурму. Получив одобрение, агенты перезарядили пистолеты и направились перебежками к дому.       Оказавшись у двери, Володя передал пистолет историчке, сам достал из кармана связку с отмычкам. Ира как-то упоминала, что бабушка с дедушкой вели довольно обычный образ жизни, ничем не выделяясь. За два года ничего не поменялось, поэтому никакой охраны не было и близко.       Пробравшись в дом, Вера с Володей услышали голоса. Повернувшись, увидели гостиную. У камина стояло два кресла, на одном из них сидел Алексей Славин, его супруга замерла рядом с двумя чашками в руках. — Не двигаться! — предупредила Вера, наставляя на женщину пистолет.       Поставив чашки на столик, Евдокия выровнялась во весь рост, глядя на непрошенных гостей. Во взгляде женщины не было испуга, скорее возмущение и злость. — Кто вы такие? Что вам нужно? — Адольф Меркель, Вы обвиняетесь в преступлении против человечества!       Супруги переглянулись, после чего Евдокия сообщила: — Вы ошиблись. Моего мужа зовут Алексей. Алексей Славин. Он заслуженный человек! — Сядьте на место! — попросил ее Володя.       Славин кивнул супруге, как бы говоря, чтобы она подчинилась требованию неизвестных. Евдокия присела в соседнее кресло, не сводя с гостей недовольного взгляда.       Оглянувшись по сторонам, Вера увидела полку на которой стояли семейные фотографии. Среди них были и Тамара с Ирой, а одно фото было даже со свадьбы Иры с Вадимом, на котором было все семейство, включая Колчина. — Ну что, Меркель, встретились?       Вера с Водолей услышали за спиной голос начальника. Обойдя их, Князь вышел вперед, а затем занял кресло, стоящее напротив семейной пары. — Это Вы их главарь? — догадалась Евдокия. — Прикажите своим бандитам убрать оружие! — Ну, что ты, дорогая, — обратился к ней Алексей, скрещивая руки на груди, — они побоятся. Они храбрые только тогда, когда машут пистолетами.       Князь усмехнулся, дав агентам знак опустить оружие. — Какие мы бандиты? Мы просто люди, взвалившие на свои плечи бремя возмездия. Не сочтите за пафос. Что же, пришло время платить по счетам! — Если вы из полиции, не сочтите за труд показать свои удостоверения, — совершено спокойно попросил Славин. — Иначе я звоню в ноль два. — Мои документы могут оказаться поддельными, как и ваши, — указал на них Князев. — Но у меня есть кое-что другое.       Приподняв рукав курточки, а затем свитера, Борис продемонстрировал шрам на руке в виде перечеркнутой посередине латинской буквы «Z». По глазам он понял, что Славины узнали отметку. — Всех детишек помните, которых замучали? Или их было слишком много? — вызывающе спросил Борис. — А ведь у вас тоже есть дети, внуки, правнуки. Над ними вы тоже свои эксперименты проводили? — Чего вы хотите?! — на лице Алексея промелькнуло беспокойство. — Компенсацию за моральный ущерб? — Какая компенсация может стоить человеческих жизней? Я хочу, чтобы вы понесли наказания за все свои преступления! — Вы убьете нас? — Нет, Фрау Эльза! Вас же так зовут? — прищурился Борис, повернувшись к женщине. — Вас будут судить по закону! У нас хватит доказательств на несколько пожизненных!       Поняв, что мужчина не шутит и дела их не очень, Славин начал торговаться, предлагая деньги, элексир молодости. Сделав вид, что задумался, Князев обменялся взглядом со своими агентами. — Есть кое-что, — задумчиво протянул Борис Константинович. — Где Риттер Вульф? Я понимаю, это трудное решение. Но у вас есть время подумать, целых пять минут. Время пошло.       Поднявшись с места, Князев направился к Вере с Володей, стоящим у двери, чтобы обсудить ситуацию. В это время Славины обменялись только им понятными взглядами. Евдокия нажала кнопочку на своих ручных часах, после чего циферблат поднялся, открывая тайник с двумя белыми таблетками. Взяв по таблетке, супруги взялись за руки. Не сводя друг с друга обреченного взгляда, положили таблетки в рот. Через несколько секунд они замертво упали на спинку кресла, а их руки без вольно опустились.       Словно почуяв неладное, Вера перевела взгляд на Славиных, а за ней остальные. Увидев, что те без сознания, бросились к ним, проверяя пульс на шее. — Мертвы! Оба! — заключила Вера, встав между креслами с телами. — Черт! Я должен был это предусмотреть! — начал корить себя Князь. — Как думаете, Ире очень были дороги дедушка с бабушкой? — внезапно спросил Володя, посмотрев на начальника, а затем на Веру. — Думаю, она не одобрит нашу инициативу, — заключила Назарова.       Троица обменялась напряженными взглядами, решая, кто из них сообщит новость Федотовой.

***

      Ничего не догадываясь о трагичных событиях, Ира с Тамарой сидели в кабинете последней. Федотова все же рассказала тете о том, как прошел разговор Вадима с Колчиным и Славиными. — Думаешь, они поверили? — уточнила Тамара, глядя с волнением на племянницу. — Ну, если не позвонили тебе, значит, поверили, — предположила Ира, беря из вазочки печенье с орешками. — Или готовят план расплаты над нами, — мрачно проговорила женщина. — Тамара! Что за мысли у тебя? — Извини, просто я очень сильно нервничаю в последнее время. — Что-то с Виктором или Даней?       Федотова с беспокойством посмотрела на родственницу. Хорошо, что у них больше не было тайн друг от друга и они могли говорить обо всем откровенно. — Я купила домик недалеко от школы, — сообщила Тамара. — Хочу перевезти его сюда. Все-таки ближе будет ездить, чем в клинику. — Здорово! Значит, я скоро с ним познакомлюсь? — обрадовалась брюнетка.       Тамара кивнула, счастливо улыбнувшись. — Думаю, вы понравитесь друг другу. У меня никого нет, дороже вас. И Машеньки, конечно.       Поднявшись со стула, Ира подошла и обняла тетю. Федотова знала, что Тамару удочерили и она была неродная дочь Славиным, но для нее она была роднее, чем Алексей с Евдокией. — Я бы тоже хотела, чтобы Машенька была поближе к нам, но опасно перевозить ее в «Логос», — сообщила Ира.       Однако они с Вадимом договорилась, что Маша и Антон будут жить теперь с Натальей Ивановной. Заодно на дорогу на полчаса меньше тратить, что тоже не плохо. Да, и им спокойнее, что дочь с родными людьми. — Ладно, у меня скоро урок. Пойду заберу журнал у Вадима, может, он ему уже не нужен, — сообщила Федотова, отстранившись от тети.       Подняв взгляд на Иру, Тамара насмешливо улыбнулась. — Так и скажи, что хочешь Вадима увидеть.       Сказав, что ничего подобного, Федотова покинула медпункт, сдерживая улыбку.       До спортзала она дошла довольно быстро, но увидев, что на ринге посреди зала стоят Максим и Вадим, не стала заходить. Не хотелось отвлекать от боя последнего.       Впрочем, за боем, затаив дыхание, наблюдали и старшеклассники. — Урок первый: ярость плохой союзник в поединке, — сообщил Вадим, когда Максим упал на маты. — Урок второй: не пытайтесь атаковать более сильного противника.       Федотова усмехнулась. Это звучало довольно самоуверенно. В общем, в стиле Уварова.       Ученик и учитель вновь встали друг напротив друга, начав боксировать. Морозов не учел совет, и начал опять атаковать.       Повалив Макса на ринг, Вадим обхватил его локтем за шею. — Урок третий: всегда четко следуйте указаниям тренера.       Вырвавшись из захвата, Максим опять занял стойку. То ли Вадим расслабился, то ли парень учел свои ошибки, но в этот раз атака удалось. Довольно сильный удар прошелся Вадиму прямо в лоб, после чего физрук упал. Морозов сразу подхватил учителя и помог подняться. — Извините, пожалуйста. Я не хотел. Думал, Вы блок успеете поставить. — Вадим, ты как?!       Разумеется, после увиденного Ира не могла оставаться в стороне. Было плевать, что сейчас подумают старшеклассники, ведь больше волновало состояние мужа.       Обхватив его руками за щеки, Федотова приподняла его голову, осматривая. — Голова не кружится, не тошнит? — Ир, я в порядке! — заверил физрук, глядя на брюнетку с улыбкой.       Переведя взгляд в сторону, он заметил, что все ученики пялятся исключительно на них, некоторые при этом улыбались так, словно знали их секрет. — Урок окончен. Все свободны!       Повторять дважды не пришлось. Через считанные секунды школьников, как ветром сдуло. — Вадим, давай я тебя в медпункт отведу! — предложила Федотова. — Пусть Тамара посмотрит. — Малыш, брось, это всего лишь царапина, — заверил ее Вадим, после чего машинально дотронулся до лба и прошипел. — Ладно, обработать все-таки не мешало бы, — согласился шатен, увидев на пальцах кровь. — Аптечка в подсобке. — Как ребенок! Даже наша дочь с первого раза понимает!       Улыбнувшись, Вадим послушно направился за девушкой в сторону своего кабинета. Достав ей аптечку с полки, Уваров опустился на стул, чтобы было удобнее обрабатывать ссадину. — Доктор, я готов. Уже раздеваться?       Закатив глаза, Федотова дотронулась ваткой, смоченной в антисептике, к ране. Вадим немного дернулся, хватаясь руками за бедра девушки, а затем скользнул выше, сжимая ягодицы. — Так, больной, руки держите при себе! — А мне так легче. Разве доктор не должен делать все, чтобы облегчить страдания больного? — Сейчас кто-то договорится, и я выпишу постельный режим на неделю, — пригрозила Ира, приклеивая пластырь на лоб. — Никаких физических нагрузок! Вообще!       Вадим поднял на жену жалостливый взгляд, но та покачала головой, сказав, что это не сработает.

***

      Вернувшись в школу, Вера шла по коридору в сторону своей комнаты, когда из другого конца вышел Кирилл. Он торопливо прошел мимо девушки, даже не посмотрев на нее. — Кирилл! — окликнула его Вера. Когда мужчина обернулся, спросила: — В чем дело? — А что случилось? — удивился математик. — Не поздоровался? Так мы сегодня виделись. — Мне кажется, ты меня избегаешь, — прямо сказала о своих подозрениях блондинка. — Тебе есть, что скрывать от меня? — Ты думаешь, я поверил в твои мифические способности?       Назарова нахмурилась, она вспомнила, как в последний рабочий день перед каникулами призналась ему в своих способностях. Также рассказала, что видела, как он убил Крылова. Наверное, после этого математик и стал ее усердно избегать. — Тогда что между нами произошло? — Может, не произошло? — задал встречный вопрос Кирилл. — Может, искорка не проскочила? Дыхание не перехватило? — Я не понимаю тебя, — отозвалась блондинка, глядя на мужчину с недоумением. — Мысли читать умеешь, а слов не понимаешь, — усмехнулся тот. — Ладно, скажу прямо: ты меня не интересуешь! И перестань бегать за мной. Это глупо. Мы же не школьники.       Развернувшись, Воронцов продолжил свой путь, а Вера осталась стоять на месте, чувствуя, как на глазах собираются слезы. Еще и Ире надо было как-то сообщить о смерти родных, но она точно не была готова это сейчас сделать.

***

      Оставшееся до ужина время пролетело незаметно. Когда учителя собрались за столиком, от их внимания не ушла травма Вадима. — Это Ирина Алексеевна, ей не понравились цветы, — пошутил Вадим. Однако заметив непонимающие взгляды коллег, а еще хмурый супруги, пояснил: — На уроке Максим Морозов не рассчитал силу, когда боксировали. — Да уж, у парня явно проблемы с агрессией, — кивнул Воронцов. — Сегодня у меня на уроке сцепился с Ромой Павленко. К счастью, мне удалось их успокоить без последствий, а то сейчас был бы братом по несчастью Вадима Юрьевича, — пошутил в конце математик, указывая на пластырь на лбу физрука.       Учителя не сговариваясь посмотрели на столик, где сидели ребята. Обычно те что-то обсуждали не переставая, а в последние дни подозрительно молчали. Не оставалось сомнений, что у них разлад в компании. И только Виктор Поляков, благодаря племяннику, знал, что все дело в том, что ребята подозревают друг друга в предательстве.       От рассмотрения школьников преподавателей отвлек приход Леонида, помощника Галины Васильевны по хозяйственной части. — Тамара Алексеевна, Вас к телефону, — сообщил мужчина, протягивая школьный телефон врачу. — Меня? — искренне удивилась Славина, не понимая, кто мог звонить ей на школьный телефон. — Слушаю, — настороженно ответила женщина, не став даже никуда отходить, ведь думала, что это ошибка какая-то. — Да, это я.       Федотова напряглась, заметив, как побледнело лицо тети, а глаза удивлено распахнулись. Не было даже вариантов, что ей там говорят. Завершив разговор, Славина отдала трубку Леониду, который унес его обратно в учительскую. — Тамара, что случилось? — с беспокойством спросил Виктор, повернувшись к возлюбленной. — Звонили из полиции, — сообщила Тамара, подняв взгляд на Иру. — Родители погибли!       Ира ошарашено уставилась на тетю, чувствуя, как в голове появился какой-то шум, а все остальные звуки отошли на второй план. В голове только крутилась мысль, что дедушки с бабушкой больше нет. — Прими мои соболезнования, — первой заговорила Вера, с трудом подняв взгляд на врача.       Всё, что смогла сделать Тамара, это только кивнуть. — Извините, я…       Недоговорив, Тамара поднялась из-за стола и направилась к выходу. Не долго думая, Ира поспешила за ней. Наплевав, как это будет выглядеть со стороны, за ними отправился и Вадим. Виктор тоже хотел бы поддержать любимую, но понимал, что Ире и Вадиму, наверное, нужнее сейчас быть рядом с ней, ведь они были семьей.       Ближе всего к столовой был медпункт, поэтому троица направилась туда. Тамара села на свое обычное место, опустив голову на руки, Ира заняла стул напротив, а Вадим остался стоять, прислонившись плечом к шкафу. — Как это произошло? — спросила Ира, глядя на тетю.       Та не плакала, но выглядела оглушенной подобной новостью. — Полиция не сказала. Только попросили завтра подъехать на опознание и зайти к следователю, — сообщила женщина. — Я ничего не понимаю. Вадим, ты их видел последним… — Так, я не при чем, — сразу предупредил Уваров, посмотрев поочередно на девушек.       Конечно, у него со Славиными были напряженные отношения, но убивать их он бы точно не стал. Хотя бы из-за того, что это родственники Ирины. — Тебя никто не обвиняет, — успокоила его Ира. — Может, ты что-то заметил? Может, они странно себя вели? — Ничего подозрительного, — пожал плечами Вадим. — Как обычно, оскорбили меня, пожелали всего плохого.       Парень не был расстроен их смертью, и даже не пытался это скрывать. — Ну, не могли же они умереть в один день своей смертью! — недоумевала Ира.       Славина предложила дождаться завтрашнего дня, когда она поговорит со следователем и станет известна хотя бы причина смерти. — Вадим, ты не мог бы нас оставить, — попросила Ира.       Тот понимающе кивнул. Тем более, ему сейчас следовало позвонить Колчину и сообщить о гибели Меркелей, пока он не узнал это от кого-то другого.       Когда Вадим вышел, Ира протянула руку, сжимая Тамарину, лежащую на столе. — Том, ты как? — Не знаю. Наверное, пока не осознала в полной мере, — предположила Тамара, сжимая руку племянницы в ответ. — А ты как? — Я скажу ужасную вещь, но я чувствую какое-то облегчение, — виновато призналась Ира. — Наверное, для меня они умерли с моим уходом из дома. Когда увидела их в ресторане, не почувствовала радости от встречи, а лишь горечь. Да и, судя по словам Вадима, они совершенно не изменились и не сделали никаких выводов.       Славина понимающе кивнула. Она не осуждала племянницу за эти слова и чувства, наверное, где-то даже была согласна с ней.       Когда в медпункт неуверенно заглянул Поляков, Федотова тактично ушла, оставляя пару вдвоем.       Стоило Ире выйти за пределы кабинета, как увидела Веру. Назарова подошла к ней, сказав, что надо поговорить. — Вер, я сейчас не в том настроении. Давай завтра, — устало попросила учительница английского. — Это касается Славиных.       Услышав про дедушку с бабушкой, Федотова согласилась. Пришли они в комнату Веры, ведь в Ириной теперь мог быть Уваров. Здесь их уже ждал Володя, занявший стул возле рабочего стола истерички. — Вам что-то известно об их гибели? — догадалась Ира, заметив странные переглядывания напарников. — Ир, тут такое дело, — начал Володя, виновато посмотрев на девушку. — Мы причастны к этому.       Федотова непонимающе посмотрела на повара, а затем на учительницу истории. — Я не понимаю, — нервно улыбнулась девушка.       Назарова взяла на себя эту непростую миссию, рассказав об их утреннем визите в дом Меркелей. Узнав, что дедушка с бабушкой выбрали смерть вместо того, чтобы сдать Колчина, Ира неверующе покачала головой. — Неужели они были настолько преданы Вульфу, что выбрали смерть, лишь бы не сдавать его? — Не удивлюсь, если сотруднички в компании молятся на его портрет на ночь, — хмыкнул Соколов.       Посмотрев на напарников, Федотова нахмурилась. — Поклянитесь, что вы больше не приблизитесь к моим родным, не поставив меня в известность! — потребовала брюнетка.       Вера с Володей переглянулись, не торопясь давать обещание. — Ир, мы, как и ты, выполняем приказы Князя. И иногда он ставит нас перед фактом, не взирая на возмущения, — сообщил Володя. — Ясно! — усмехнулась Ира, поднимаясь с кресла.       Не глядя на товарищей, Федотова направилась к выходу, а те не стали ее останавливать. Конечно, они могли бы согласиться, но понимали, что могут были ситуации, когда слово придется нарушить, тогда лучше было бы сразу не давать невозможных обещаний.