Золотце

Злата давно считать бросила, сколько раз ей говорили не водиться с «ведьминой дочкой», «наглой босячкой» и «смутьянкой». Раду в деревне ненавидели и за острый язык, и за то, что с травами зналась, и за мать гулящую, что померла от чахотки зимой, оставив десятилетнюю сиротку. И за красоту нездешнюю, драгоценную, тоже ненавидели. Все, кроме Златы.