Страдающая клумба

Он проник в дом через сад. Возможно, то, что он зашел через открытую нараспашку дверь и нельзя было назвать проникновением, но на Земле это точно было преступление. Оказавшись, на кухне, он осмотрелся, отметив для себя большое количество зеленых растений в горшках, расставленных то тут, то там. Только потом он заметил девушку, которая сидела за стойкой, служившей обеденным столом, занесшую ко рту ложку. Они смотрели друг на друга какое-то время, пока девушка не решила все-таки закончить дело и глухо хрустнула хлопьями во рту. — Мне стоит звонить в полицию? — спросила она, вернув пустую ложку в миску. — Мне стоит уйти? Да, это именно то, что я сделаю, — мужчина отступил на пару шагов, но затем он сжался, понимая, что не может. — Я просто не могу. Моя… машина заглохла у твоего дома и не везет меня никуда, кроме этого, проклятого сада. — Твоя машина у меня в саду?! — девушка подскочила со стула, выбегая в сад, огражденный свежевыкрашенным коричневым забором. На одной из больших клумб вместо машины она увидела синюю будку, покосившуюся на декоративных камнях. — Какого хрена? Ты как ее сюда притащил? — Долгая история, — мужчина пожал плечами, выходя следом. — Проблема в этом доме или, я не знаю, в цветах, что я раздавил. По случайности, прошу заметить. Что-то не дает уйти отсюда. — Я сейчас вызову эвакуатор, и он точно сможет убрать отсюда твой раритет, — девушка приложила руку ко лбу, пытаясь холодными пальцами успокоить себя. — Что это вообще значит? Этот дом тут уже сотню лет, наверное, и только сейчас происходит что-то странное, стоило мне приехать. — Например? — Например? — девушка усмехнулась, обернувшись через плечо на незваного гостя. — Только за сегодня ко мне наведались все коммунальные службы, утверждая, что что-то не в порядке. Конечно, все было в норме, стоит им проверить. Когда я только заехала сюда, меня ждала целая куча коробок от доставки, которую никто не заказывал. — Типа этой? — мужчина заглянул за угол и показал на неровный строй коробок у калитки. — Да твою ж, — девушка глубоко вздохнула, пытаясь сбить раздражение и направилась в сторону коробок. — Теперь еще эта дурацкая будка, раздавившая любимые цветы моей матери. — Ты не открывала их? — незнакомец помог девушке, поднимая коробки с земли. Он нес их к сараю, к которому шла девушка с очередной порцией коробок. — Нет, — буркнула она, ногой открывая дверь сарая, в котором пахло мокрым деревом. — Я ем хлопья в пять вечера, потому что у меня нет ни сил, не желания, чтобы готовить. Как думаешь, есть ли мне дело до коробок? — Такое знакомое лицо, — мужчина всматривался в нахмуренное лицо девушки в полумраке сарая. — Словно уже встречались, но будто в другой жизни. — Я тебя первый раз вижу, — девушка потеснила его, выходя из сарая. — И, надеюсь, что в последний. Она прошла в дом, стараясь не смотреть на будку в бывшей клумбе, зайдя внутрь через всю ту же открытую дверь. Незваный гость прошел следом, смотря, как девушка роется на комоде, заваленном бумагами, в поисках чего-то. — Я Мона, — девушка на миг посмотрела на мужчину, случайно скинув на пол один из листов. — Пока будем ждать эвакуатор лучше не становиться врагами, хотя я готова тебя прибить. — Доктор, — он наклонился, поднимая листок и не заметив удивленного лица девушки. — Что это за рисунки? — Это мое, — Мона вырвала у него листок из рук, припечатывая его обратно к комоду жестким движением. — Я немного не в себе и эти… кружки и полоски просто прут из меня. А еще и телефон, который я снова не могу найти. — В кармане, — Доктор указал на задний карман джинс девушки, а сам еще раз взглянул на рисунки, разбросанные по комоду. — Я знаю, что это. — Что? Каракули? — Мона явно не ожидала услышать чего-то нового и искала в интернете номер телефона. — Язык, — поправил Доктор, а затем замахал рукой. — Если я пойму, что здесь не так, то не придется ничего эвакуировать. — Что за хрень ты несешь? — Мона была на грани между слезами и агрессивным избиением новоприобретенного знакомого. — Я с ума схожу. Буквально, понимаешь? А ты только даешь минимальную надежду, подыгрывая мне. — Просто послушай, — Доктор выставил вперед руки, пытаясь переманить девушку на свою сторону, но та смотрела на него красными от сдерживаемых слез глазами. — Это правда язык. Но вопрос в другом: откуда ты его знаешь? — Я не знаю, — девушка устало опустила плечи и села на стул. — Я вижу это в голове постоянно. Если я выношу это из головы на бумагу, то становится лучше. Я вижу другой мир, но от него остаются только пятна в воспоминаниях. — У тебя есть карманные часы? — Доктор видел на лице Моны непонимание. — Такие, на цепочке, круглые… — Все мои вещи в этих двух сумках, — девушка показала на рюкзак и сумку, стоящие у входа. — Думаю, ни в одной из них не спрятана антикварная лавка. — Что могло произойти такого, что бы оказывало такое влияние? — мужчина, погрязнув в мыслях, заглянул в спальню. — Может быть, смерть моей мамы, из-за чего я здесь, — Мона подорвалась со своего места, хватая Доктора за рукав рубашки. Она закрыла дверь в комнату перед его носом, сама так и не смочь заглянуть внутрь. — Почему я вообще все это рассказываю? — У меня лицо такое, — Доктор пожал плечами, смотря на девушку. Он нахмурился, пытаясь ее вспомнить, но никак не мог. — Она тебе родная? Они смотрели друг на друга какое-то время в тишине. По поджатым губам Моны, Доктор уже почти подумал, что зря задал вопрос, но девушка махнула рукой, зазывая на крыльцо. — Я оказалась в больнице с амнезией, — Мона села на крыльцо, со смирением смотря на полицейскую будку в саду. — Она там лежала со сломанной рукой. Нас выписали почти в одно время, и я помогала ей, пока она поправлялась. У нее не было родни, а я не помнила ничего, и полиция не смогла установить ни моей родни, ни мою личность. Саманта, так ее звали, помогла со всем этим и, со временем, мы стали как семья. Она оставила этот дом мне, при условии, что я буду продолжать ее любовь к цветам. — И имя она помогла выбрать? — Доктор какое-то время стоял за спиной девушки, а затем сел рядом на пыльные доски. — На древнеанглийском означает «Луна», — Мона грустно усмехнулась. — Она всегда говорила, что я свалилась на ее голову, как божественный подарок. — Может, в этом и был смысл, — Доктор сочувственно кивнул. — Что написано на листах, раз ты уверяешь, что это язык? — Мона обернулась к мужчине. — Мое имя, — выдохнул он, смотря на ТАРДИС.