43. Век живи - век учись

      С самого утра Кейл ходил хмурый, и все пытались понять, что же произошло. На все вопросы детей, Кейдж и Рона он отвечал неясным ворчанием и говорил, что расскажет всё за завтраком.       Чхве Хан всё не просыпался. Кейл чувствовал его присутствие где-то на переферии своего сознания, но не более того. Как показала практика, все силы, положенные Святому, работали исправно. Но без чужого бубнежа теперь было как-то не по себе.       И вот, настал час заветного завтрака.       Кейл, напрочь игнорируя направленные на себя взгляды, сел за стол и приступил к еде.       — Кхм… Кейл, недавно мне поступила информация, что этой ночью ты очень напугал некоторых слуг…       — Ладно, больше не буду — спокойно сказал Кейл, а после добавил — Сразу убью.       Виолан, которая подавилась чаем, осталась в воспоминаниях Кейла навсегда — нечасто можно застать её за таким проявлением эмоций.       — Ну а что? Вообще то за покушение на жизнь дворянина полагается смертная казнь. Добавим сюда отравление, незаконное проникновение и богохульство.       Чета Хэнитьюз сидела за столом с открытыми ртами, Кейдж и Тейлор были недалеки от этого состояния, и только Рон сумел сохранить лицо.       — На самом деле им ещё очень повезло. Он вообще хотел их убить после того, как его назвали демоном.       — Он? — переспросила Виолан.       — Бог. Ну, я его быстро отговорил. Нарушение баланса и всё такое… А вообще, он все равно что-то сделал. Сказал, что слегка их припугнул.       Тишина в столовой была настолько осязаемой, что, казалось, её можно потрогать.       — Кстати, мясо просто великолепное. Бикрос готовил?

***

      Чхве Хан дал о себе знать только к обеду. И то, он практически сразу удалился для урока со Смертью. Ну а Кейл с Тейлором и Кейдж засели в библиотеке, чтобы понять, какие вообще привелегии есть у святых.       Библиотека Хэнитьюз была действительно огромной и нужная информация нашлась довольно быстро, да ещё и в большом количестве. Вот только толку от этого количества было немного, ведь чаще всего там просто повторялось одно и то же.       — О! Как тебе вот это: любой Святой может попросить убежища в любом храме. Не обязательно даже того же бога. Вот бы ты заявился к Папе церкви Смерти… Было бы весело.       — Это конечно прекрасно, но нужно понимать, что это известно далеко не всем служителям храмов — сказал Кейл — в большинстве случаев тебя просто прогонят взашей.       — Да, это так… Ну, теперь буду знать.       Ещё какое-то время они листали книги, а после Кейлу пришла одна идея.       — Кейдж, а может, ты научишь меня проклятиям?       На лице жрицы промелькнуло удивление.       — Но… Но ведь мы ещё не закончили с исцелением…       — Ну, фиалка чувствует себя прекрасно. Русалка, вроде как, тоже.       — Какая русалка? — спросил Тейлор.       — Да так, был один прецедент…       Кейл был разочарован. Он никак не мог постоять за себя! Теперь, после ночного покушения, это стало волновать его ещё больше. А что, если бы его попытались убить вместо того, чтобы изгнать несуществующего демона?       Изнурительные тренировки с тяжёлым оружием остались где-то в прошлой жизни, как и развитые мышцы. А сейчас он был хилым и тощим юнцом. Даже кинжалы, излюбленное оружие красноволосого, в его руках теперь были просто острыми кусками металла, но никак не орудием самозащиты.       Зато, у него появилось кое-что другое — возможность накладывать проклятия. И глядя на Кейдж, Кейл точно мог сказать, что это может помочь в бою. Осталось только научиться…       — Ладно, но пока только теория! Для практики нужен подопытный.       Кейл просиял, а Кейдж подумала, что обучение этого человека проклятиям ей ещё аукнется.       — Спасибо тебе!       — Что ж, как ты уже наверняка знаешь, действие проклятия зависит от бога, а сила — от тебя. Направлять силу ты уже умеешь, о чём говорит нам этот чёрный туман. — сказала Кейдж, стряхивая этот самый туман с края одежды.       Кейл скривился. Этот дым ему совсем не нравился. С тех пор, как часть какой-то непонятной печати была снята, чёрный туман постоянно кружил рядом. Стоило Хэнитьюзу отвлечься — и он снова исходил от его тела, изрядно пугая окружающих.       — С действием всё немного сложнее. — продолжала Кейдж — Для того, чтобы добиться определённого эффекта, нужно провести логическую цепочку от атрибута божества до эффекта.       — То есть?       — Для примера возьмём Смерть. Какие у тебя ассоциации с этим атрибутом? Для кого-то это боль, для кого-то сон, а кто-то воспринимает смерть как избавление от страданий.       — Эм… К чему это?       — Слушай дальше. Возьмём проклятие паралича. Видишь ли ты связь с атрибутом Смерти?       — Ну, тело не двигается — предположил Кейл.       — Именно. В какой-то степени паралич это смерть. Так же как и сон, боль, тишина и многое другое. Самая важная часть проклятия — провести логическую цепочку от Тьмы, в твоём случае, до нужного эффекта. При этом важно, чтобы ты видел и чувствовал эту связь, а не просто знал о её наличии.       — Как это?       — Рассматривая всё тот же паралич, как ты думаешь, почему он выходит у меня так хорошо, хотя это проклятие считается одним из самых сложных?       — Ты талантливая?       — И это тоже, но не только. Чтобы «почувствовать» связь, нужно или хорошенечко подумать и провести параллели, что довольно легко для слабых проклятий, но может быть сложно для чего-то продвинутого, или испытать нечто подобное на себе. Однажды в детстве я сильно заболела. А может, хлебнула какого-нибудь яда, понятия не имею. Конечности перестали слушаться и я целыми днями только и могла лежать и пялиться в потолок. Тогда мне казалось, что это похоже на смерть. Ну, вылечить то вылечили, не зря всё-таки церковь Смерти считается одной из самых сильных в этом плане. Но опыт остался. Конечно, такие радикальные меры вовсе не обязательны.       — Насколько разными могут быть эффекты? Какие есть границы?       — Эффект может быть абсолютно любой, всё зависит от твоего воображения. Но ты и сам должен в это верить, видеть связь, а не просто набор слов. Хотя чем дальше ты отходить от атрибута божества, тем сложнее. Особенно мне нравится пример с Богом Войны: Война это Смерть. Тут, насколько я понимаю, объяснять ничего не надо. Но так же Война это Борьба. Тут тоже всё понятно. Но вот что интересно — в какой-то мере Жизнь — это вечная Борьба. То есть, в теории, можно связать даже противоположности. И в конце концов можно удариться в философию настолько, что выйдешь к чему-то совершенно непредсказуемому, например, нашлёшь понос. Хотя, казалось бы, где Война, Смерть, Жизнь, и где кишечник?       Кейл задумался.       — На ум приходит только слепота. — сказал он.       — Ну, придумаешь ещё что-нибудь. — подбодрил его Тейлор.

***

      — Ты хоть понимаешь, что сделал? — спросил Смерть, подпирая лицо рукой.       — Нет. — тихо ответил Чхве Хан с видом побитого щенка.       — Выдернуть душу существа, которое находится в сознании в свой домен сложно и опасно. Любая душа имеет свою естественную защиту, которая ослабевает во время сна или любого другого бессознательного состояния, из-за чего мы обычно и общаемся со смертными через сны. Если защита слишком сильна, то ты не сможешь затянуть человека в свой домен. Если слишком слаба, то можно нечаянно повредить душу, что приведёт к психическим проблемам или даже смерти. Но даже если цель подходит по всем параметрам, есть риск не рассчитать силу и угаснуть лет на десять.       — Угаснуть? — не понял Чхве Хан.       — Уснуть, отвалиться, затухнуть, отрубиться — названий много. Но суть одна: твоё сознание исчезает на какое-то время. Сила вроде как продолжает циркулировать, так что это не печать. Но не более того. Последователи всё ещё могут пользоваться твоей силой, баланс худо-бедно поддерживается, если не возникнет непредвиденных обстоятельств… А в остальном это похоже на обморок.       — То есть, тогда я угас?       — Да. И в следующий раз такое состояние может занять годы, если не десятилетия. И тогда весь план пойдет на смарку. Кейл, конечно, мальчик умный, но ему одному будет нелегко.       — Понятно…       Смерть ухмыльнулся.       — А если уж хочется подраться, используй проклятия. Кейдж как раз посвящает Кейла в эту тему.       Чхве Хан немного воодушевился.       — И, раз уж ты здесь, я покажу, как делать несколько фокусов.       — Фокусы?       Смерть неопределённо помахал рукой.       — Слабенькие эффекты, но почему-то именно они вызывают наибольший восторг у публики. Хотя и среди них есть очень полезные… Жаль, что применять их можно только в определенных условиях.       Любопытство проснулось в Чхве Хане.       — А какими бывают эти эффекты?       — Видел, как свечи внезапно гаснут? Или двери захлопываются? Вот что-то типа этого, хотя у каждого индивидуально. Вроде бы реальной силы не несёт, но смертные отчего-то в восторге от такого.

***

      — Нет, ну ты видел это? Да когда ж он успел! — возмущалась Солнце.       — Ну… Может, эта парочка просто какие-то особенные. — хмыкнул Война.       — У нас есть аналог книги рекордов Гиннеса? Если нет, то нужно завести. — сказал Смерть.       — Всё настолько плохо? — рассмеялся Очищение, который примкнул к их сомнительной группировке совсем недавно. — Что я пропустил?       — У Тьмы появились первые последователи. — объяснил Смерть.       — И что в этом такого?       — Ничего плохого. Но прикол в том, что он сам об этом ещё не догадался. — сказал Война.       — Если так пойдет и дальше, при следующей встрече буду учить его «зову». Штука полезная.