Клятва Гиппократа

      Это была самая обычная комнатушка небольших размеров. Обои отсутствовали, заместо них вся стена была окрашена в оливковый цвет. Однако возраст показал своё и большинство краски осыпалось, либо потрескалось. Особо потрёпанные места были заклеены агитационными плакатами. Около одной из стен стоял столик с радио. Перед ним висела большая карта Ротфронта. Здесь было видно и столицу и все Сектора. Остальная комната была довольно пустующей. В противоположном углу, около двери, стоял шкаф с документами и одинокая вешалка, на которой висели три шинели.       За столом сидело два гештальта. Молодой парнишка в очках прижимал наушник к своему уху, настраивая частоты и вслушиваясь в каждую крупицу переговоров. Его сосед в виде седого мужчины средних лет, сидел с миниатюрной версией карты Города и красным маркером. Справа от стола, на дряхлой табуретке, сидел третий мужчина. Волосы его были растрёпаны, усы небрежно побриты, а за очками блестели уставшие, зелёные глаза. Он закинул ногу на ногу и держал в левой руке карманные часы на цепочке, пока правая рука оставалась в кармане форменных брюк.       Радио загудело, а рука парня отдёрнулась от перелючателя. На той стороне было слышно несколько реплик и стрельбу. — Есть какая-то информация о гештальтах? – старичок крутил меж пальцев маркер, просматривая карту вдоль и поперёк. — Вообще ничего. Все наши ребята в зоне поражения будто бы растворились. — Чтоб их Китежской Чумой побрало! Не может этого быть, не верю! Фредерик, ты скажи хоть что-то по этому поводу.       Мужчина с табуретки лишь поднял свой уставший взгляд на седого напарника, выдержал паузу, и вновь опустил взор на циферблат. — Пару секунд... – шёпотом произнёс гештальт, сжимая в руках часы.       Через пару секунд, будто по указке, с наушников донёсся крик и звуки активной борьбы: — Они прорвали оборону! Мы теряем контроль над КПП между Секторами С и D!       Уголки губ мужчины поднялись. Закрыв крышку на часах, он убрал их в карман рубашки. — Секунда в секунду. Как мне и припоминается. Я был прав... — Фредерик Браун! Ты опять какие-то мнимые секунды считаешь?       Улыбка в моменте соскользнула с лица гештальта, что сидел в углу. Его глаз нервно дёрнулся. — Я просил не называть меня этим именем. Кто вас дёрнул брать для меня именно этот псевдоним? — Извини, но тебе надо привыкать. У тебя новая жизнь, новая личность. Сколько прошло? Почти год. Нет, если хочешь, можем тебя звать по реальному имени. Но только тут, между нами. — Было бы славно. – мужчина встал с табуретки, забирая свой пистолет со стола и просовывая его в оперативную кобуру. — Адам, сколько секторов сейчас под угрозой? — Пока что два, герр Обер-Лейтенант. – молодой парень продолжал краем уха слушать переговоры, пока вёл диалог с Фредериком. — Хорошо, я тогда пойду перекурю. Но пусть отряд "Вальхалла" будет на готовности. Если я прав, то случится непоправимое. Мы должны это остановить.       Седой гештальт обернулся, неодобрительно покачивая головой. — Раух, прекращай. Репликам, думаешь, здорово вот так прыгать туда-сюда? — Ты многого не понимаешь, Григорий. И я это знаю, поэтому не ругаюсь с тобой. Вот увидишь, всё будет так, как я предполагаю. – Офицер вынул свою правую руку, которой оказался протез, и заодно пачку сигарет.       Гештальт подошёл к Григорию, взял из его рук красный маркер и пометил на карте Сектор D. — Это только начало потерь. Если вышка Нации не возьмётся за ограничение периметра, мы не удержим ту бурю безумия, что идёт на нас. Реплика куда проворнее и сильнее гештальта. А если она обезумела, то тут только молиться нашей Великой Революционерке.       Мужчина надел офицерскую шинель и вышел на улицу, закрыв за собой тяжёлую железную дверь. Та громко хлопнула, заставив краску осыпаться со стен. — Ну Йенс, ну даёт.

***

      Теперь первой вышла уже Шторх, которая рассмотрела реплик вдали. За ней на носочках стояла Эрика, выглядывая из-за плеча Аиста. — Одна Сова, одна Штар, вторая Штар офицерской модели. Вот тебе и да. — Какие идеи? Лично у меня ничего в голову не приходит... — Есть одна, как раз должно прокатить       Реплика взяла с пола кусочек стекла и со всей силы кинула в дальнюю стену. Звонкий звук привлёк внимание "Блаженных", те мгновением подбежали к источнику звука, упираясь в стену и прожигая ту своим взглядом. — Теперь можно идти, только аккуратно. Малейший шорох и можно прощаться с жизнью. Троих мы не потянем.       Шторх и Эрика ускорили шаг, проскользнув в комнату с лестницей. Последнее, что они услышали перед тем, как захлопнуть дверь, это громкий крик и удар шокера о дверь. — Успели, вот и славно. Мы всё ближе к месту назначения. Мне нужно передохнуть. – Аист села на пол, вытягивая свои длинные ноги.       Ито расположилась рядом, присев на корточки и доставая из сумки аккуратно сложенный план. — Осталось пройти коридор и апартаменты. – глаза девушки заблестели от осознания того, насколько они близко к поставленной цели. Эрика взяла маркер, рисуя на пройденных комнатах цифры. — Что ты делаешь? — Отмечаю количество заражённых в каждой комнате. Чтобы не забыть! — М-м-м, ладно, это умный ход. Как закончишь, догоняй.       Реплика неспеша поднялась на ноги и направилась к лестнице. Как только Эрика и Шторх оказались на втором этаже, они услышали снаружи шаги и бормотание. Всё это перемешивалось с мерзким хлюпаньем и скрежетом. — Прямо у двери... Надо подождать. – шепнула Эрика, держа руку на кобуре. — Однако можно её вырубить резко открывшейся дверью. Но мы не знаем, сколько там ещё таких.       Шторх прижалась ухом к двери, в попытке послушать, что же там ещё в коридоре происходит. — В этой маске... Так тяжело... Ды.....шать... Всё вокруг..... Гря...зно....       Говорящей точно была Ойле. Нежный голос, который сейчас хоть и изуродован, был узнаваем каждой репликой и гештальтом. Совушка ходила из стороны в сторону, но через несколько минут отошла от двери. По ту сторону образовалась тишина. — Можем пробовать идти. – Аист слегка отодвинула дверь, пробираясь в коридор, который был куда светлее, если сравнивать его с тем, что находится этажом ниже.       В помещении находилась одна Штар и та самая Ойле. Сейчас она упиралась одной рукой об стену. Во второй руке у неё был скальпель, которым она скребла подобие букв. Маска, о которой она говорила, оказалась марлевая повязка, что небрежно висела на её изуродованном лице.       Голова Совы резко развернулась в сторону Эрики и Шторх. Ойле медленно повернулась телом, вытягивая скальпель вперёд. Её яркие окуляры бегали из стороны в сторону. Шторх протянула руку вперёд, аккуратно продвигаясь по коридору и держа Эрику за спиной. — Спокойно, мы не враги. Ты же ещё при своих мозгах, я права? – Аист держала зрительный контакт с Совой. Но стоило ей моргнуть, как заражённая реплика ударила по ладони скальпелем и начала визжать.       Громкий звук обратил внимание Скворца на себя. Та инстинктивно сняла с пояса шокер, сокращая расстояние с девушками. — Вот же сука! Я беру на себя Штар, стреляй по Ойле! – Шторх вытерла об себя кровь с ладони, хватаясь за "Драхе". Ито взяла в руки "Протектор", стреляя в голову Совы. "Блаженная" быстро сдалась, падая на пол и извиваясь в конвульсиях. Тогда Эрика переключила внимание на Штар, что уже пыталась ударить Аиста.       Шторх принялась добивать двух заражённых реплик, пока Эрика упала на колени, прижимая ладонь к уху. — Я скоро оглохну, как же плохо...       Аист обернулась и наклонилась к девушке, осматривая уши. — Кровь не идёт, но да, я и позабыла, что гештальты страдают от стрельбы в помещениях. Надо будет что-то придумать, как доберёмся до госпиталя. Осталось чуть-чуть, пошли.       Эрика быстро встала, убирая пистолет в кобуру и подбираясь к двери апартаментов. Как только дверь квартиры открылась, в нос ударил резкий запах. Но то была не плесень и даже не гниль. — Газ. — Точно, от плиты набралось, к-ха... — Значит пистолет даже в руки не берёшь, как и я свой автомат. Мы должны проскочить как пуля.       Аист зашла в квартиру, поджимая рукой нос, но то, что предстало её взгляду, повергло реплику в шок. Около кровати стояло две "Блаженных". То были Сова и... Нечто?       Большая фигура величественно возвышалась, упираясь в потолок низкой квартирки. Её тело было покрыто язвами и волдырями. Ноги заражённой дрожали, а спина была очень сгорбленной. Руки у реплики отсутствовали, но что точно вызывало внимание, так это длинный отросток, заменяющий привычное лицо.       Аист пошатнулась, пытаясь упереться о стену. — Это... Это моя сестра, я чувствую её голос у себя в ушах. Вот, чем мы становимся под действием этой заразы... – шёпот Шторх менялся на дрожание в голосе. Сама реплика села на пол, зарываясь пальцами рук в собственные волосы. — Голова... Голова болит, сильно... — Эй, эй, держись. – Эрика подползла к Аисту, достав из кармана инъектор. — Убери шприц, он тут не поможет. Я чувствую, как в моей черепушке копаются черви. Святая Революционерка, отрубите мне голову... — Давай, осталось немного! – Эрика продолжала шёпотом поддерживать реплику. Потянув её за руку, она продолжала ползти в сторону двери. Шторх немного пришла в себя и последовала за гештальтом. В секунду они проскользнули в дверь, но "Блаженная" Аист успела их углядела. Под звук закрывающихся дверей, раздался пронзительный вой, отличный от всех криков заражённых. После него, Шторх окончательно потеряла контроль над собой, падая на плитку. — Я не могу спасти тебя. Прости меня! Ты уже обращена, а я всё ещё борюсь за свою жизнь! – Аист тянула себя за волосы, склонившись пред ногами Эрики.       С каждой секундой реплика всё громче просила прощения перед своей сестрой за дверью. Тут же Шторх затихла, прижимая ладони к ушам. Она молча смотрела на дверь, не смыкая своих окуляров. — Идём! Ну же, вставай!! – Ито попыталась потянуть товарища за ноги, но для неё одной, Аист слишком тяжёлая, хотя немного её и получается сдвигать.       Эрику привлёк звук позади. Она повернула голову, заметив, что из комнаты медпомощи выглядывает здоровая Ойле. К несчастью, как только Сова это замечает, то тут же захлопывает дверь. — Стойте, помогите мне! Я не из заражённых! Шторх тоже!! – Эрика подбежала к двери, начиная стучать двумя руками.       Неожиданно, дверь открывается и девушка заваливается внутрь помещения, а над её лицом нависает лезвие ножа. — Если ты меня понимаешь, то запомни, что любое движение для тебя будет равняться смерти! — Я же говорю, я обычный гештальт! В коридоре моя подруга по несчастью, мы здоровы!       На лице Совы промелькнула доля непонимания. Та осмотрела Эрику, убеждаясь в её словах. Глаза реплики стали излучать счастье, а из под марлевой маски можно было увидеть яркую улыбку. — Какое счастье, я не одна здесь! Меня зовут EULR R2101, или же просто Крат. – Ойле убрала нож на операционный столик, помогая Эрике встать. — Теперь пойдём, поможем Протектору!       Уже вдвоём, Ойле и Ито затащили Шторх в медкомнату. Аист начала приходить в себя. Даже смогла встать и молча сесть на кушетку. — Как ты чувствуешь себя? Как дела с головой? – Эрика смотрела на обессиленую реплику, пока Сова искала по шкафчикам остатки медикаментов. — Я видела сны. Красную пустыню и множество своих сестёр. Они звали к себе, но стоило мне приблизиться, как эти фигуры растворялись в сильной буре. — Красная пустыня? Песок? – Эрика сразу вспомнила слова своей сестры. Да, Иза с того самого дня видела один и тот же сон на протяжении двух лет. Он появлялся моментами, но каждый раз, когда это случалось, Изольда говорила Эрике об этом. — Другие Совы тоже упоминали странные сны... Это было вот, за пару дней до инцидента – в разговор влезла Сова, что начала менять ремонтный патч на шее Аиста. — Я попрошу Вас не дёргаться, уважаемый Протектор. — Сейчас мне уже получше, так что не нужно беспокоиться. Но приятно понимать, что мы с тобой не одни, Ито. — Это да... – Эрика уселась в кресло и взяла из шкафчика свежую пачку бинтов, решив заняться самостоятельной медициной.       Как только Сова закончила с шеей Шторх, то маленькая реплика взялась за обработку пореза на ладони. — Спасибо большое, милая фрау Крат. Раз уж у нас есть время, то можете нам рассказать, как вы застали этот кошмар?       Щёки Ойле загорелись румянцем, а в её голосе стали замечаться нотки заиканий. — А...а? Ох, Вы об этом... В последнее время к нам приходило всё больше реплик в состоянии комы. Никто не мог понять, в чём дело, анализы не приносили результатов. А как только мы брались за обработку головного отдела, то всю аппаратуру срубало, она гасла и прекращала работу. Нам ничего не оставалось, как запаковывать их в чёрные мешки и оставлять в особенной комнате. Оттуда их забирали Протекторы. Однако вчера одна реплика вышла из комы. Это была Ара. Она долго дёргалась, потом порвала мешок и выбралась наружу. На шум сбежался персонал, на который Ара и напала... — Что с ней сделали? — В тот момент за ними приехали Протекторы, поэтому её ударили шокером, упаковали в новый мешок и увезли. – Крат опустила голову, а её руки задрожали. — Всё в порядке? – Шторх настороженно посмотрела на реплику, привстав с кушетки. — Да! Просто... Вспоминая сегодняшний день, мне становится больно. Среди реплик нас было двое. Моя сестричка Кляйн и Я. Ей стало очень плохо посреди приёма. Она попросила заменить её, что я благополучно и сделала. Но меня начало настораживать долгое отсутствие Кляйн. Я зашла в уборную и увидела, как всё зеркало было в оксиданте, а она... Она держалась двумя руками за раковину и билась об неё головой. Я никогда не видела подобного. Мои ноги повели меня очень быстро в комнату персонала. Там я закрылась, лишь слушая дикие крики Кляйн и испуганные визги пациентов.       От данного рассказа, Ойле начала рыдать, выронив из рук упаковку ремонтного патча. Шторх же, чтобы поддержать реплику, аккуратно расположила свою ладонь на макушке Совы, начиная медленно её гладить. — Там ты и переждала этот ужас? — Д-да... — Хорошо, тебе нет смысла продолжать рассказ.       Аист встала с кушетки, надевая пояс с автоматом. За ней следом подтянулась и Эрика. — Мы готовы идти? — Так точно, фрау Протектор!       Шторх обернулась, чтобы посмотреть на Ойле. — Идём с нами. — О чём вы?? Я останусь тут! — Ты что?       Данный ответ удивил не только реплику, но и Эрику. — Но как же так? Что вы будете тут делать? — Ждать ещё кого-то, мало ли. Быть может, кто ещё уцелел. К тому же, мне некуда идти. Мой дом здесь, в госпитале. Вы знали, что ещё тогда, когда гештальты жили на Винете, они при посвящении в медики давали особенную клятву? Я буду её исполнять и останусь здесь.       После своих слов, Сова протянула мешочек, полный медикаментов для гештальтов и реплик. — Это вам пригодится в пути! Надеюсь, что вы доберётесь до безопасных мест...       Эрика упаковала медикаменты в свою сумочку, ещё раз взглянув на Ойле. Та лишь продолжала махать рукой, провожая девушек в добрый путь. — Удачи тебе в деле, Крат. – проговорила Шторх, открывая дверь госпиталя. — Спасибо Вам, фрау Протектор! И фрау Эрика! Удачи!