Часть 5. Люциус

      Казалось, что после известия о том, кто будет визитером, время стало бежать намного быстрее. Справившись с уборкой, она пошла готовить закуски. В холодильнике не было большого количества продуктов, поэтому остановившись на нескольких видах сандвичей, девушка приступила к выполнению задания. Медленно нарезая сыр, она представляла, как втыкает этот не самый острый нож в шею Малфоя старшего, а после за испытанное унижение приходит очередь Снейпа.       Она услышала как в коридоре звякнул колокольчик. Раздались мужские шаги и открылась входная дверь. Гермиона насторожилась.       — Ну здравствуй Люциус, — голос зельевара не теплел даже в разговоре с другом. Девушка сделала пару шагов к двери, чтобы лучше слышать мужчин, — Я думал ты придешь позднее.       — Отменились дела. Темный лорд решил, что отдых мне будет полезен. — Гермиона удивилась. В голосе Малфоя было столько усталости и какой-то боли.       — Конечно, он прекрасно понимает в каком ты сейчас состоянии. Ну что же, пройдем ко мне в кабинет, выпьем.       — Если ты не против, я бы хотел выпить воды сначала. Если я правильно помню, кухня прямо?       Гермиона торопливо отпрыгнула к столу, успев схватить нож и сделать вид, что она занята подготовкой закуски, как дверь распахнулась. Девушка подняла глаза на вошедших мужчин. Люциус на секунду остановился в дверях, удивлённо взирая на нее, но после прошел к раковине. Гермиона не могла не отменить, что обычно всегда собранный мужчина был невероятно потрепан и неряшлив. Его волосы были распущены, на рубашке были пятна.       — Я уже и забыл, что ты завел себе зверька, — мужчина даже не посмотрел на нее, а Северус лишь вздохнул. По нему было видно, что он не желал, чтобы они встретились. — И как? Новый вид домовых эльфов тебя устраивает?       — Еще не оценил в полной мере.       — Потом расскажешь, а то вдруг я тоже захочу себе завести такого. — Люциус скользнул по ней взглядом, отчего по телу прошла дрожь.       — Я думаю, нам все-таки будет удобнее в кабинете. — Северус приоткрыл дверь, намекая выйти.       — Конечно, Северус. Я думаю твой эльфенок принесет нам еду прямо туда. Не правда ли? — Малфой хищно ухмыльнулся. Гермиона посмотрела в сторону зельевара, но он молчал, даже не глядя на нее. Девушка осторожно кивнула, вызвав еще одну усмешку у гостя. — Ни я, ни Белла вроде бы не отрезали тебе язык, грязнокровка. Так что отвечай, когда тебе приказывают.       — Да, сэр, — мысленно Гермиона представила, как достает палочку из заднего кармана, вызывая в его глазах удивление и страх, но она понимала, что такой возможности в данный момент нет. Поэтому, неловко поклонившись ждала когда они развернутся и уйдут.       — Хмм, на первый раз сойдет. Я предпочитаю, чтобы такие как ты обращались ко мне: «Господин». — Малфой усмехнулся и вышел, направляясь в кабинет. Северус ненадолго задержался.       — Мисс Грейнджер, постарайтесь ему не перечить, и не попадаться на глаза, — мужчина тяжело вздохнул. На мгновение девушке показалось, что в его глазах она увидела жалость к ней, но она тут же отогнала эти мысли.       Зная, что гнев мужчин может вызвать любая мелочь, Гермиона постаралась справиться с закусками как можно скорее. Она хотела бы не заходить к ним, но даже секунда промедления, может дать причину для насмешек и унижения. Отряхнув невидимые пылинки с одежды и сделав глубокий вдох, девушка постучалась в дверь. Как только получив разрешение войти, она несмело отворила дверь.       Кабинет уже больше соответствовал зельевару. Темные стены, которые можно было заметить между стеллажами с книгами. Высокий потолок, не примечательная люстра. Гермиона сразу же догадалась, что свет Снейп регулирует самостоятельно. Возле окна стоял стол на котором аккуратными стопками лежал пергамент. В дальнем углу стояли два кресла на которых восседали мужчины, а между ними был журнальный столик, на котором стояла бутыль вина.       — Северус, и как давно ты обращаешься на вы к своей зверушке?       — А что в этом такого? — Снейп разлил вино по бокалам, стараясь не замечать взгляда друга — Когда она все делаем правильно и слушается, я обращаюсь к ней на вы, чтобы понимала, что я доволен. И на ты, когда она ошибается. Вроде бы это вполне понятно.       Люциус рассмеялся. Стоило девушке войти, как разговор мужчин прервался. Гермиона, подавив судорожный вздох, пошла к мужчинам, под их пристальным взглядом. Она аккуратно расставила на столе тарелки. Немного постояв под прожигающим взглядом и не услышав дальнейших указаний, развернулась. И в этот момент с громким шлепком была припечатана мужская ладонь к бедру. Девушка задохнулась от возмущения. Так как рядом не было палочки, она замахнулась, чтобы отвесить пощечину. Ей было плевать, что Малфой был уже пьян, когда вошел в дом.       Северус успел перехватить руку девушки и оттолкнул, отчего она потеряла равновесие. Больно ударившись об пол, Гермиона зло смотрела на мужчин. В голове набатом звучал голос Снейпа, который повторял, что она теперь его вещь.       — Ах, ты — тварь! — Люциус тут же вскочил с кресла. Его серые глаза горели отвращением, — Как ты смеешь отребье поднимать руку на своего хозяина. Ты должна быть благодарна, такому вниманию.       В два шага он пересек разделяющее их расстояние и с размаху залепил пощёчину. Гермиона не смогла сдержать вскрик, от хлесткого удара. Из носа струйкой потекла кровь. Краем глаза она видела, как он еще раз заносит руку для очередного удара и зажмурилась, в ожидании боли.       — Люциус, хватит. Не забывай, она хоть и вещь, но она моя вещь, — с нажимом произнес Северус, вновь останавливая насилие. Малфой с не видящим взглядом обернулся к другу, не понимая почему его остановили. Стряхнув руку, он вновь сел в кресло и залпом осушил бокал вина. Снейп развернулся к Гермионе. — А ты убирайся сейчас же в свою комнату, и чтобы больше не попадалась мне на глаза сегодня. Я разберусь с тобой позже. Ты меня поняла?       Девушка кивнула, утирая кровь тыльной стороной ладони. Она медленно встала, голова кружилась, боясь упасть при них на пол, она осторожным шагом двинулась на выход. Гермиона хотела сначала зайти в ванную, умыть лицо и осмотреть щеку, но, решив лишний раз не попадаться на глаза, сразу же прошла в выделенную ей комнату. Лучший день в жизни превратился в сущий кошмар.       Гермионе хотелось плакать, но она лишь закусила губу, сдерживая злые слезы. Она слишком хорошо представляла, что может быть, если кто-то из них зайдет к ней, когда девушка будет плакать. Присев на пол, облокотившись спиной к дивану, стала ждать. В какой-то момент она даже задремала, потому что звук закрывающейся двери, заставил её подскочить. Гермиона испугано озиралась, пытаясь вспомнить где находится в данный момент, при этом стараясь размять затекшие ноги и и шею.       — Я тебе четко сказал не попадайся на глаза! — Северус влетел в комнату в ту же секунду, как только девушка поняла, что так и не оказалась в своем мире. В его глазах полыхала ярость. Изогнув губы в усмешке, он подошел к ней ближе, и, схватив тонким длинными пальцами за подбородок, развернул щекой к себе. На лице сохранялась краснота и отек, что в скором времени грозило стать большим синяком. — Видимо весь твой доблестный ум остался в пределах Хогвартса и книжек. Иначе я не могу объяснить с чего вдруг в твой мозг перестала поступать информация или же ты на самом деле плохо слышишь и поэтому не воспринимаешь приказы.       — Он сам зашел на кухню, где я, как вы и просили, сэр, готовила закуски. — Гермиона старалась не смотреть на Северуса. Напряжение в комнате можно было нарезать ножом. Ей было страшно, что он мог сделать сейчас с ней. Но мужчина одернул руку, будто бы обжегся.       — Не смей мне дерзить. Время когда ты что-то из себя представляла прошло, я думал, что прекрасно донес до тебя это. Я мог отдать тебя Люциусу на растерзание, мог не забирать тебя, чтобы ты гнила и дальше в подвале. Вместо того чтобы иметь хоть какую-то благодарность за спасение своей никчемной жизни, ты лишь доставляешь мне одни проблемы. — Гермиона видела как трепещут крылья его носа, а пальцы были сжаты в кулаки, поэтому пыталась не ответить на его слова, хотя высказать хотелось многое. — Просто выполняй свои задачи молча.       Мужчина, бросив на последок взгляд на девушку, застывшую возле дивана, вышел из комнаты, хлопнув дверью. Гермиона некоторое время вслушивалась в доносящиеся звуки из коридора, а после присела на край дивана. В голове крутилось множество вопросов.       Она некоторое время всматривалась в пустоту, думая над словами мужчины. Возможно, если бы она в действительности жила тут, в заточении и подвергалась пыткам столько, сколько пришлось пережить Гермионе этого мира, то она бы молчала, относилась к Снейпу как к спасителю и господину. Но она была другим человеком. Человеком, который боролся до самого конца, который прошел войну, не сдался и не сломался. От невеселых мыслей ее отвлекло тихое тиканье. На стене висели часы, которые показывали одиннадцать часов вечера. Гермиона могла поклясться всем на свете, что когда она проснулась в этой комнате часов не было. Благодарно улыбнувшись, она решила не перечить мужчине.       Переодевшись в выданную пижаму, девушка расправила постель, даже не удобный диван этому телу был мягчайшей периной, что удивляло её. Все таки это тело пережило многое, о чем Гермионе только остается догадываться.       Гермиона долго не могла уснуть, постоянно ворочалась. Щека продолжала гореть огнем. Наконец задремав, она сквозь пелену сна услышала шум воды. Выругавшись про себя, она приподняла голову, не открывая глаз.       — Я думал, ты до утра будешь спать. — знакомый голос, заставил девушку разлепить глаза. Неяркое свечение ночника не раздражало глаз, но не позволяло полноценно видеть, что происходило на кухне, затуманенному от сна зрению.       — Прости. Это произошло не по моему желанию.       Гермиона потерла глаза, чтобы лучше видеть. Рон стоял облокотившись об стол. Он смотрел на нее без тени улыбки, а глаза были полны грусти. Девушка привстала с дивана, небрежно откинув плед, которым он укрыл ее.       — Рон, я правда…       — Гермиона, как ты думаешь, чего мне стоило взять сегодня выходной? — мужчина перевел взгляд на собственные руки. Он подождал некоторое время, надеясь услышать ответ, но девушка молчала. — Я надеялся, что мы сможем вместе провести время, погулять, побыть наедине. Заняться любовью, черт возьми! А ты просто засыпаешь за какие-то считанные минуты, пока я готовлю твоей чертовый кофе.       Гермиона молчала, не зная что ответить. Внутренне шла борьба между тем, чтобы сказать правду, что ее перенесло и просто извиниться. Мужчина не получив ответа, со злостью ударил кулаком об стол       — Я упрашивал руководство, чуть ли не на коленях. Ты хоть знаешь, насколько это унизительно? Я договорился с Гарри, чтобы он меня подменил. Ведь моя жена приболела, и не сидит постоянно на работе, подготавливая законы и петиции. Я готов на все это ради тебя. И в ответ прошу хоть чуточку внимания и с твоей стороны. Гермиона, я тебя очень люблю, но не понимаю тебя.       — Я была так счастлива утром. Мне очень хотелось провести этот день с тобой, хотелось быть вместе, рядом. Но я не виновата, что меня вновь перенесло. Говоришь унизительно? Унизительно, когда Люциус Малфой приказывает называть его хозяином. Унизительно, когда Снейп из раза в раз называет тебя вещью. Это унизительно, а не попросить выходной. — Гермиона уже не сдерживала слез, которые горячими ручьями очерчивали раскрасневшиеся щеки. Вся ярость накопившаяся за день унижений вырвалась из нее, а непонимающий и удивленный взгляд супруга лишь сильнее подначивал. — Ты не представляешь, через что я прохожу уже который день. Это ад, когда тебя выбрасывает из тела и ты оказываешься в совершенно другом мире, который хоть и похож на этот, но разительно отличается. И при этом тебе никто не верит!       — Опять ты за свое? Никто из колдомедиков не подтвердил твои слова. Они сказали, что ни твое тело ни сознание не пострадали. А твои странные сны, это всего лишь сны. Ты никуда не исчезаешь, а просто спишь.       Гермиона не верила тому, что слышала. Он ей не верит. Даже после всего, что она сказал. Он все равно не верит ее словам. Она, шатаясь, вернулась на диван и обняла себя за плечи. Рон, переминаясь с ноги на ногу, что-то тихо говорил, но до девушки доносились лишь обрывки фраз. Что-то про то, что Снейпа давно нет в живых и они лично это видели и что если бы Малфой в действительности так сказал, то уже давно бы получил от него.