Глава 14.2: Воля богов

***

      Жизнь Хью сложилась не так, как он предполагал. Когда он был мальчиком и жил на Драконьем Камне и учился у своего отца, кузнеца, он часто верил, что останется в этой рыбацкой деревне до самой смерти, но все изменилось вскоре после того, как принцесса Рейнира была названа наследницей, и он решил перевести свою кузницу на Стальную улицу в Королевской Гавани, когда пришло известие о том, что в городе навели порядок и улучшили защиту.       Все прошло не очень хорошо, но Хью не мог найти в себе силы сожалеть об этом, потому что это привело его к Золотым Плащам, к встрече с принцем Деймоном и к поиску лучшей цели в жизни, чем трудиться в жаркой комнате над оружием для богачей, которые никогда по-настоящему не ценили его работу. Теперь он защищал тех, кто не мог защитить себя сам, и ежедневно видел благодарность тех, кого защищал.       Принц Деймон подарил ему золотой плащ, а еще он дал ему цель, нечто гораздо большее, чем уйти от нищеты, возможность которой он был лишен, будучи простым кузнецом. Став Золотым плащом, Хью встретил свою жену, Элию, и у него родилась дочь Лиза, которую он любил больше всего на свете.       Хью не мог объяснить, почему у него возникло желание перевезти кузницу в Королевскую Гавань, кроме возможности получить больше монет, но, клянусь богами, он был рад, что сделал это. В Королевской Гавани он обрел семью, и не только с женой и дочерью, но и с людьми, которыми он командовал как офицер Грязевых ворот; он честно зарабатывал свою монету, и у него и его семьи была еда на столе и крыша над головой.       Поэтому, когда из Замка пришло известие, что принцесса Рейнира желает встретиться с офицерами Золотых Плащей, Хью с радостью отправился на встречу, прихватив с собой букет цветов, который Лиза настояла, чтобы он передал Ее милости. Принцесса Рейнира встретила их в казармах Красного замка, за ее спиной был сир Лейнор из Королевской гвардии, двое ее старших детей, принцы Эйрион и Бейлон, а также ее брат принц Эймонд.       Офицеры, все семеро, включая лорда-командующего, сира Харвина, отвесили глубокий поклон принцессе и принцам, и все они улыбнулись им.       — Спасибо, что пришли, добрые сиры. Я хотела бы поговорить с вами о драконах и заверить вас, что они никому не причинят вреда. Если бы вы могли распространить эту информацию, я была бы вам очень признательна.       — Конечно, Ваша милость, — пробурчал сир Лютор, и высокий рыцарь склонил голову.       Принцесса Рейнира грациозно кивнула.       — Я также хотела бы получить отчет о Безупречных, которым предоставили дома здесь, в городе. Хорошо ли с ними обращаются? Есть ли какие-нибудь проблемы?       — Насколько мы знаем, нет, — ответил сир Харвин, покачав головой. Он взглянул на офицеров. — Что скажете, люди?       — Нет, милорд, принцесса, — сказал Уолис Уотерс, капитан «Львиных ворот». — Одна из прачек взяла на себя труд обучить их общему языку.       Рейнира улыбнулась.       — Я могу послать кого-то, чтобы помочь им в этом.       — Я передам ей, Ваша милость, — улыбнувшись, сказал сир Харвин.       Вскоре после этого, когда офицеры расходились, Хью с поклоном подошел к принцессе и принцам.       — Ваша милость, моя дочь, Лиза, выбрала это для вас.       Принцесса Рейнира улыбнулась и приняла цветы.       — Вам придется поблагодарить ее за меня, сир… — Она подняла глаза от цветов и потрясенно моргнула, когда их взгляды встретились. — Как… как вас зовут, сир?       — Хью Уотерс, Ваша милость, хотя многие зовут меня Хью Хаммер, поскольку я был кузнецом до того, как стал золотым плащем, — пояснил он.       — Кто ваши родители? — спросила она, внимательно изучая его лицо.       Хью слегка нахмурился.       — Мой отец был кузнецом, на Драконьем Камне, а матери я никогда не знал.       — Вы выглядите очень знакомо, — пробормотала она, извиняющее улыбнувшись.       — Отец говорил, что моя мать была бастардом Таргариенов, — ответил он, неловко пожав плечами.       — У тебя точно похожие волосы, — весело заметила принцесса Рейнира.       Хью хихикнул и кивнул.       — Да, принцесса.       — Я позволю вам вернуться к своим обязанностям, сир Хью. Поблагодарите вашу Лизу за цветы, они прекрасны.       Хью поклонился и вышел из казармы к своим людям, зная, что Лиза обрадуется, узнав, что принцессе Рейнире понравились цветы, а Хью понял, что он принял правильное решение, став Золотым Плащом под началом принца Деймона.

***

      Эйгон прислонился к борту корабля лорда Корлиса и с удовольствием наблюдал, как над ними резвятся Солнечный огонь и Караксес, безобидно огрызаясь и гоняясь друг за другом. Пока корабль плавно плыл по морю, он не мог не вспомнить, почему он так хотел уничтожить рабские города Эссоса и ради кого .       Дейенерис Бурерожденная, если ему повезет, не станет принцессой-изгнанницей, просящей милостыню и находящей силы в рабстве у дотракийского кхала. Но это заставляло его чувствовать себя виноватым, ведь кто, если не Разрушительница Цепей, освободит рабов от оков? Эйгон сделает это от ее имени и уйдет, оставив Дейенерис дневник. Он объяснит, почему он сделал то, что сделал, от ее имени; боги подтвердили, что она будет существовать, но, он надеялся, что жить она будет не так, как прежде: проданная безумным братом кхалу Дрого, мертвый сын, детство, проведенное в постоянных побегах от наемных убийц узурпатора Роберта Баратеона.       Он восхищался женщиной, которой она стала, но скорбел о той жизни, которую она могла бы прожить. События разворачивались против нее, невинной малышки в утробе матери, всю жизнь обвиняемой в грехах брата и отца. Эйгон отвлекся от своих мыслей, когда Солнечный огонь с воплем пронесся мимо корабля, непрерывно дергая его по связи, чтобы отвлечь от мрачных мыслей.       Деймон подошел и похлопал его по плечу.       — Все будет хорошо, племянник.       — Надеюсь, что так. — Он беззлобно рассмеялся, покачав головой. — Работорговцы могут ожидать предательства.       — Наш план надежен, Эйгон, — заверил его Деймон, встретив его взгляд с уверенностью. — Как и наш запасной план.       Эйгон усмехнулся, забавляясь.       — Да, оба плана хороши. Я лишь надеюсь, что драконы прислушаются.       — Прислушаются. Твоя связь с Солнечным огнем крепка. Он поймет, что ты от него хочешь. — Деймон закатил глаза, когда Караксес укусил младшего дракона, который зарычал и бочком вился вокруг него, дразня. — Он маленький засранец, но будет слушаться.       Эйгон нахмурился, обидевшись.       — Солнечный огонь — ангел, Кепус, я не понимаю, о чем ты говоришь.       Деймон фыркнул.       — Он поджег паруса двух кораблей.       — Он не целился в них, — слабо возразил Эйгон.       — Нет, он просто пытался попасть в Караксеса.       — Он играл!       — Как я уже сказал, маленький засранец.       — Ну, Караксес тоже. Он специально бросил передо мной тушу акулы! У меня кишки в волосах, дядя, — пожаловался Эйгон, вскидывая руки вверх.       Деймон захихикал, вспомнив, как воняли внутренности акулы.       — Это была месть за то, что ты назвал его глупой ящерицей за то, что он укусил Солнечного огня.       Эйгон поборол желание смеяться.       — Ты называл его и похуже, — сказал он.       — Да, — согласился Деймон, ухмыляясь. — Только он этого не слышал.       С резким свистом Караксес пролетел мимо корабля, его хвост опустился в море и стремительно поднялся, обдав их обоих волной холодной воды. У Эйгона открылся рот, и он уставился на промокшего Деймона, который медленно вытирал морскую воду с глаз. Эйгон фыркнул и разразился безудержным хохотом, когда Деймон заорал на Караксеса, чьи щелчки и свист подозрительно походили на смех.

***

      Сами боги следили за ее действиями, ибо как еще ей удалось незамеченной затеряться среди тех, кто направлялся в столицу? Она наверняка была бы замечена, схвачена, если бы боги не были на ее стороне, направляя ее и позаботившись о том, чтобы она добралась без проблем.       Слова Матери звучали в ее голове. Она знала свою Святую Миссию, и она не потерпит поражения: Алисента убьет лже-наследницу и ее отпрысков и коронует своего сына как короля Эйгона, Второго его имени, чтобы установить новый порядок в Вестеросе.       Такова была воля богов.