Разгадки прошлого

Битва Сунь Укуна и Шестиухого Макака закончилась смертью второго. Его бездыханное трёметровое тело без головы и...уже без брони и даже без обломков от неё лежало на земле, не подавая признаков жизни. После от Макака полностью избавились. Сожгли его тело заживо и...пилигримы, небожители и Будда начали исправлять последствия вмешательства Макака. Будда силой мысли заставлял на пустых полотнах бумаги, в белом свете, появляться свои учения, раз уж оригинальные писания, что взяли герои были уничтожены. Правда делал это просветлённый без особой радости, что неудивительно. Подобное заклинание его явно выматывало, да и не очень приятно, когда твои труды просто уничтожают, даже если ты их помнишь наизусть. Ну и конечно...жителям Китая рассказали обо всём произошедшем. Что это не пилигримы терроризировали людей, что это был крайне сильный демон, у которого были помошники - тоже демоны. Но в тоже время это был крайне трусливый демон -Макак, который прятался за чужими потоками магии. Проще говоря...небожители делали всё от себя зависящее, чтобы все понимали, кто во всём этом виноват. Демоны. И не только в этом конкретном случае. Небожители рассказывали людям массого и о том, что на пути героев было много демонов, которые хотели помешать героям заполучить писания, просто они оказались слишком слабы, чтобы хоть что-то противопоставить ученику просветлённого и бывшим грешникам, которых тот в ходе путешествия на Запад перевоспитал. Разумеется жители Китая, что светлые, что люди сделали соотвествующие выводы, а тёмные...чувствовали себя не комфортно, но в целом вывод сделали тот же. Но так или иначе на время беспокойства народа спали и все поддались праведному гневу в отношении демонов, которые мешали героям выполнить великую миссию. А тот факт, что бывшие небожители среди пилигримов перевоспитались и стали лучше, за счёт учений Будды, которые освоил Суаньцзан...заставлял всех злиться на демонов ещё больше. Как они могли встать на пути решения множества проблем их мироздания? Пытаться лишить их всех возможности достигнуть просветления и избавиться от страданий? Разумеется это продолжало питать их злобу в отношении демонов и даже...заставлять небожителей Неба принять меры в их отношении. Кто-то требовал их всех взять под стражу, кто-то требовал заточить их всех в Мире демонов и не давать права выходить в свет и мешать всем остальным жить, кто-то требовал наказать только тех, кто хотел встать на пути пилигримои, а кто был порадикальней...призывал небожителей Неба и всех остальных истреблять всех демонов, вне зависимости от того делали они что-то или нет. И всё это...в ту же неделю, что все они чевствовали героев. Пилигримов, что путешествовали на Запад...и пока не подозревали, чем это всё в долгосрочной перспективе обернётся. Суаньцзан, Сянь Лун и Сунь Укун наслаждались вниманием, что им всем дарили. Им нравилось, что их всех считают героями. Для монаха это было символом того, что Китай встал на путь просветления, а он сам сделал всё правильно. Для Сянь Луна восхваление народа было символом искупления его ошибок прошлого. Когда он не смог совладать со всей силой, которую толком не понимал. А для Сунь Укуна...это было символом его роста. Символом того, что он стал ещё ближе к Небу. Стал не просто катасрофой, а стал тем, кем всегда хотел быть. Его не захлёстывала гордыня, как он считал, но он был рад, что стал героем. Что принёс на земли Китая просветление вместе с Суаньцзаном. И что теперь...мир будет становиться лучше. Никто больше не попадёт больше в ту же ситуацию, что Укун. Никто больше не совершит чудовещных ошибок. А те, кто уже совершили смогут примириться со своим прошлым и найти искупление, как это сделал Укун...ну или он так думал. Правда в то же время он понимал, что ему всё ещё есть куда рости, как и его друзьям. Но в тот момент...он и Суаньцзан с Сянь Луном были просто рады, что всё случилось так, как случилось, и что Китай в едином порыве будет бороться со злом . Лишь Ша Сэн и Чжу Бацзе выглядели несколько меланхолично и немного напряжённого. Не сказать, что они были не рады, но...их явно что-то напрягало. Им нравилось то внимание и любовь, которую проявляли к ним в том числе все светлые сказочные и люди, и даже некоторые тёмные, но не могли отделаться от мысли, что они что-то сделали не так. Что...всё не так светло и радужно, как им всем кажется. Но они не могли указать пальцем на причину. - Чжу Бацзе, взбодрись! Мы это сделали! Несмотря ни на что, мы справились! Отныне всё будет становиться только лучше и лучше! А тебя даже не будут выгонять из приличных заведений, и ты сможешь наесть себе ещё больше пузо! - воодушевляюще говорил Сунь Укун Чжу Бацзе. Свин-Небожитель выглядел явно тревожно, в отличии от Ша Сэна, который скорее выглядел крайне задумчиво, но непренуждённо. - Хорошего сказочного должно быть много, как-никак! - Укун в своём обыкновении пошутил, на что Чжу Бацзе, печально усмехнувшись, ответил: - Не сомневаюсь, Укун. И очень хочу в это верить...- Чжу Бацзе, которого в своё время изгнали с Неба не мог легко в это поверить. Он был рад, но у него на душе будто скребли кошки, пытаясь ему сообщить о чём-то ужасном. Так или иначе это было беспокойство на дни грядущие, которое могло и не сбыться, и быть просто проявлением его нервов. К тому же...в будущем будут неминуемые изменения, так что не удивительно, что переживший многое тёмный не мог не нервничать на этот счёт, будь они хоть самые светлые и позитивные. И...вероятно всё же даже не зря. По началу все было сравнительно хорошо. У пилигримов так точно. Чжу Бацзе просто путешествовал по стране, пробуя еду в разных местах. Ша Сэн устраивал достойные похороны монахам, что он убил очень давно. Находил их останки в реке, в которой когда-то укрывался и сжигал их. Потому что таков путь монаха, который познаёт учения Будды. У них принято кримировать умерших, а затем развеивать прах в святых местах. Поэтому раскладывая прах по кувшинам, Ша Сэн потом направлялся в путешествия в разные концы Китая к священным местам. Местам достойным их. Да и...ему не очень хотелось выходить в народ, хоть его и простили, как тот читал. Его терзала вина за прошлое, так что пока он не закончить свою миссию, он не успокоиться. Сянь Лун решил вести спокойную жизнь в одном из поселений поближе ко входу на Небо, чтобы более-менее приспособиться к обычной жизни, которой был почти всю свою жизнь лишён. Ну а Сунь Укун...временно вернулся на Гору Цветов и Фруктов, к свои прирученным обезьянам. Те по нему безумно скучали, поэтому облепили со всех сторон по возращению. А некоторые даже больно дёргали его за волосы из-за злости. - Ау! Да, меня давно не было, каюсь! Отныне, вы все будете выходить со мной, я обещаю! Путешествие на Запад было полно опасностей, но теперь, когда они устранены, я могу за вас не переживать. Не то чтобы вы могли погибнуть...но я бы не хотел, чтобы вы получили серьёзных увечий, которые останутся с вами на всю жизнь! - оправдывался Сунь Укун, пока внезапно...перед его носом в белом свете не появился свиток. - Хм...оу. Похоже...есть ещё ошибки прошлого, которые я должен исправить. Горящая гора...которая загорелась после моего побега из печи на Небе. На неё...упали огромные угли, которые подожгли гору. Которую...раньше тушила Принцесса Железного Веера по просьбе жителей ближайших поселений.....оу....кхем. Нужно...нужно найти способ её потушить! Ну что друзья? Готовы помочь вашему королю в очередном приключении? - спросил с немного натянутым задором Король обезьян, на что те ему радостно закричали. Говорить они не умели в привычном понимании, но Укун мог их понимать. - Отлично! Тогда за дело! Для начала разберёмся как это можно сделать! За мной! - командным голосом сказал Сунь Укун и вместе с обезьянами он направился в пункт назначения. Правда...его теперь терзали неприятные и горькие воспоминания, но он остарался откреститься от них. Он сделал всё правильно. Теперь все в Китае будут счастливы и вокруг воцарит благоденствие. Просто...нужно ещё и мелкие ошибочки прошлого исправить и всё точно станет хорошо. Особенно раз...главные зачинщики в большинстве своём были уничтоженны. - Я сделал всё правильно. Они пытались меня использовать. У меня не было...другого выбора. - убеждал себя Сунь Укун, с которого немного спала радость, но в целом он был в приподнятом настроении, ведь от будущего ожидал лишь хорошего. В итоге Сунь Укун смог потушить ту гору. Путём того...что из Мира демонов забрал веер погибшей Принцессы Железного Веера. Небожители с привеликой радостью избавили героя от необходимости контактировать с Королём демонов и Фао Сяосинь, которые проживали там. Они просто потребовали веер и почти насильно забрали, отдав потом Укуну, после чего сделав девять взмахов веером, он призвал тяжёлый ливень, который навсегда потушил огонь. Одна из миссий была выполнена, хоть она и обещала быть не последней, что Укун готов был принять. Даже если его просто попросят о помощи, он с радостью придёт на вырочку. Он теперь герой, как-никак. Ну а что касается злодеев...им была уготована печальная судьба. Помимо этого в Китае начали происходить серьёзные изменения, чего следовало ожидать. Небожители казнили добрую половину демонов. Начиная с Короля демонов, который якобы был зачинщиков всего, после чего над миром демонов установилось правление Неба. Его казнили, напоив отравой их волшебных золотых цветов на Небе и хотели казнить Сяосинь, но она...в отличии от короля смогла скрыться. Как небожители говорили, те были замешаны в том, чтобы помешать пилигримам и стермились их всех убить. Особенно светлых и "обычного" человека. Это вызвало деферамбы восторгов со стороны множества жителей Китая, и лишь у малой это вызвало дискомфорт. Ну и конечно оставшихся...небожители вынудили следовать новым правилам. Отныне демоны не могли без сопровождения светлых появляться в людных местах, и если они это нарушали, то это каралось пытками, а в отдельных случая даже казнью. Поэтому....большинство демонов было вынужденно жить в Мире демонов и никуда из него не выходить, ведь крайне мало светлых, были согласны помогать "ошибкам" мироздания. И это было лишь одно из множества ограничений, с которыми столкнулись демоны. Правда почти никого кроме самих демонов это не волновало. "Так им и надо." - думали многие, а с распостранением учений Будды и постоянных напоминаний от небожителей о преступлениях демонов, эти мнения становились более стойкими. Так же на фоне новой политики небожителей по всему Китаю появилось множество школ, которые исповедывали учения Будды, предлагали пути к достижению просветления. И...частью этого просветления была борьба с демонами. Как внутренними, так и внешними. В какой-то момент это начало приводить к тому, что многие из тех, кто прикоснулся к учениям, начинали собираться в группы и отслеживать демонов, чтобы...потерзать их за их грехи. Или...даже убить. Ученики таких школ начали собираться в карательные отряды и устраивать суд, чему небожители не препятствовали и даже не делали выговоров. Из-за этого...многие демоны жили в страхе, что...даже радовало того же Сунь Укуна. Борьба со злом шла полным ходом и просветление с течением нескольких лет, должно было быть достигнуто. Однако...в своих прогназах Укун несколько ошибся. Ну или правильней будет сказать...стал недоволен отдельными результатами так называемого просветления и борьбы со злом. А ведь всё началось с мелочей, которые на первый взгляд ничего и не значили. Суаньцзан стал частенько наведываться к Королю обезьян на Гору Цветов и Фруктов. Чаще, чем кто-либо ещё из его друзей. Атмосфера на Горе Цветов и Фруктов его расслабляла. Весь этот запах, все эти красивые виды лилий и фруктовых деревьев...были усладой доя ощущений. Они с Укуном говорили о всяком ещё задолго до того, как в Китае установился новый режим в отношении демонов, но теперь...монах с каждым своим визитом становился всё печальней и напряжённей. - В чём дело, мастер? Ты очень напряжён, что случилось? На тебя напал какой-то демон и его надо побить? Только скажи, и я этому уродцу глаза выцарапаю! - Укун был в хорошем настроении и предлагал Суаньцзану решение проблемы, которую тот ещё не озвучил. Снисходительно, но печально усмехнувшись, монах ответил: - Хех...нет Укун. Дело не в этом. Не нужно никого бить. Просто...в последнее время сюда часто наведывается Будда...в Китай...- начал говорить монах, но Укун его тут же перебил: - И это разве плохо? Это значит, что просветление идёт полным ходом, а Будда следит, чтобы всё прошло должным образом. Ты должен держать нос выше, Суаньцзан! - Укун говорил это с неподдельной радостью и воодушевлением, с искренним стремлением подбодрить друга, всё ещё будучи гордым его и друзей свершением. - Так-то оно так...просто, я уже не в первый раз замечаю, что Будда...его что-то беспокоит. Его лицо всегда спокойное, и он никогда не проявляет негативных эмоций, но в последнее время...он очень мрачен. Ну или...наверное просто обеспокоен. И я не знаю почему Я спрашивал его всё ли хорошо, но он всегда отвечает, что всё нормально. Отвечал...по крайней мере. На днях...он мне признался, что ему ужасно страшно. Но он не уточнял из-за чего. Лишь сказал мне: "Суаньцзан, если ты сделал кому-то больно, если ты поступил неправильно - это правильно чувствовать вину. А если ты ничего не делал и всё равно чувствуешь...вероятно ты что-то упускаешь или что-то на данный момент не совсем так. Если когда-нибудь ты себя так почувствуешь...всегда будь честен с собой и не беги от правды. И передай этот урок другим, если обнаружишь себя в ситуации полного сметения. Даже если...не будет кого-то, кто мог бы тебе дать ответы на все твои вопросы. Даже если...ты почувствуешь, что тебе не на кого опереться, и земля уходит из под ног." Я никому ничего плохого не делал, чувства вины тоже не испытывал, причин которой я бы не знал. Но...Будда к чему-то мне все это сказал. Он...выглядел неспокойным. Словно...его что-то гложело. Но это же невозможно! Он просветлённый! Он...достиг нирваны! Ну...вернее он в неё попадёт, когда умрёт. Он стал свободен от вечного круга перерождения и череды страданий, сам знаешь, Укун. Я...просто не понимаю. Может это такое испытание, но...просто это на него совсем не похоже. - пояснил Суаньцзан, а Укун его терпеливо слушал и даже не шутил. Всё это действительно было странно, но Укун не видел особых поводов для беспокойства. - Не думаю, что это что-то серьёзное. В конце концов, зло побеждается, учения распостраняются. Возможно...он просто не даволен, что этот процесс происходит медленно. Хотя...на него не похоже. Возможно это действительно какое-то испытание для тебя. Что бы это ни было, если это что-то серьёзное, то наверняка Будда нам всем об этом скажет. В конце концов он всем желает только всего наилучшего. Достичь конца бесконечных страданий и навсегда обрести внутренний покой. Давай не будем слишком напрягаться и накручивать себя попусту. Вот, скушай персик. А лучше два...дцать. Ну или сливу. Я предпочитаю персики, но они тоже ничего. - ответил Укун, срывая с деревьев персики. Суаньцзан же...всё ещё напряжённо, но уже чуть более расслабленно, усменулся и сказал: - Да...возможно ты прав, Укун. В конце концов...как Будда всегда говорил: "Смотри на свои волнения и пугающие мысли, как на облака в небе, которые проносятся мимо." Хех. Возможно это оно. Я должен был...это понять. Я нервничаю впустую. Возможно это действительно, просто испытание. И всё-таки...иногда бы я хотел, чтобы он говорил прямо... - Разумееться я прав! Никаких сомнений! К тому же он и так...говорит прямо, просто излишне...педантично и со всякими замудрёнными метафорами. Куда уж прямее? Хм. Вот, скушай персик, не забивай себе голову, мастер. - сказал с набитым ртом Укун, протягивая Суаньцзану персики. Тот взял у Сунь Укуна персики и начал их есть. Он немного успокоился, но...не похоже, что волнения его полностью отпустили. Правда Укун этого...уже не заметил. Всё шло своим чередом. Ничто не предвещало беды, но...в один из дней, когда Суаньцзан в очередной раз пришёл на Гору Цветов и Фруктов...он был в глубокой печали. Он был ужасно мрачным, хоть и старался всеми силами ухватиться за спокойствие, хоть и не мог. Его переполняло изнутри какое-то горькое чувство, о котором...Укуну не было ведомо. - Мастер...всё хорошо? Почему ты такой мрачный? У тебя как будто кто-то умер. - сказал Укун, в своём обыкновении пытаясь разрядить обстановку шуткой, но лучше не стало. Напротив...Суаньцзан стал мрачнее после этих слов. - ...Укун. Я...думаю, я ужасно ошибся. В том...в чём я был уверен, что я прав. А ещё...я был уверен в правоте одного человека, но...тот тоже серьёзно ошибся в одной вещи...в которой ужасно ошибся я. - пространственно говорил монах, что заставляло Укуна немного нервничать и задавать ещё больше вопросов: - Да?! И в чём? Мастер...я не понимаю. Что случилось? Не может же...всё быть настолько плохо. В чём именно ты ошибся? Или...тот человек? Ты про кого? Это твой ученик? Я могу помочь тебе, Суаньцзан! Я как никак Великий мудрец равный Небу! Нет ничего того, с чем я не мог бы справиться! - помимо прочего Укун предлагал свою помощь. Однако...монаха не воодушевляло. - Боюсь...ты этому помочь не сможешь. Это...ужасно большая ошибка, которую...боюсь не исправить. Я так точно...уже больше не смогу...- всё также пространственно говорил Суаньцзан, что заставило Укуна разволноваться за своего друга и мастера ещё больше. - В смысле?! Конечно сможешь! У тебя...у нас ещё вся жизнь впереди! Просто скажи мне, что за ошибка и мы её вместе исправим! У тебя какие-то проблемы с учениями? - спрашивал Укун, но...монах ему на эти вопросы не ответил: -...Я...не могу сказать, Укун. И дело даже...не совсем в том, что я чувствую себя ужасно из-за этой ошибки, хотя я это чувствую. Прости. Просто...всё слишком серьёзно и...я не хочу, чтобы стало хуже. - от этих слов Укун показательно насупился. Он выглядел обиженным до глубины души, с поправкой на то...что он не мог не переживаться за своего друга, чьё лицо к этому моменту даже напоминало кусок ваты, которую поваляли в грязной луже. Настолько...монаху было плохо. - Не обижайся на меня, Укун. Я правда не могу сказать. Но обещаю, что...тебе всё станет понятно. Ты...всё узнаешь. Я клянусь. - сказал Суаньцзан, на что Укун ему ответил: - Ну хорошо....но смотри мне! Если ты сделал глупость, которую можно было легко исправить, я тебя лично притащу к Будде на долгий разговор, чтобы он вправил тебе мозги! - пригрозил Укун, на что монах ответил: - Не переживай...в этом не будет необходимости. И...Укун, можешь подойти ко мне? - спросил...или скорее даже попросил Суаньцзан, после чего Укун подошёл. В следующее мгновение глаза монаха загорелись золотым, как и ободок на голове Укуна, после чего...Суаньцзан его снял. - М...Мастер?! Зачем ты его снял?! Я...я ещё не готов! Мой духовный поиск не закончился! Я...могу всё ещё нуждаться в этой штуке и...! - говорил Укун, но в следующую секунду Суаньцзан его заткнул, крепко и неожиданно обняв. Укун не стал сопротивляться, но не мог не чувствовать, что...здесь что-то совсем не так. - Тебе не нужен этот ободок, Укун. И...никогда не был нужен. Я должен был...найти другой способ помочь тебе. - холодно и даже немного отстранённо сказал Суаньцзан, что ставило Укуна в ступор. Он не знал, как на это реагировать. - Суаньцзан... - Я знаю, что это...внезапно. Но...прими это. Ты заслуживаешь этого и всегда заслуживал. И...я давно должен был избавить тебя от этого золотого ободка. Поверь мне...это будет лучше для тебя. Я в этом уверен...- говорил пространственно монах, а Укун, всё ещё ничего не понимая, крепко обнимал друга в ответ. Он обижался на Суаньцзана за то, что он не говорит напрямую в чём дело, но...не мог заставить себя продолжать распросы. Они явно давили на монаха, а Укун...всё же надеялся, что его друг и мастер обязательно расскажет в чём дело. Ну или...всё действительно станет яснее и Укун всё сам поймёт, как монах и сказал. А Укун верил...что его друг не станет ему врать об этом. - Суаньцзан! Почему ты мне не сказал?! Почему ты нам не сказал?! Почему?! Почему?! - сокрушался Сунь Укун склонившись над телом монаха, который лежал на земле и которого воины Неба с минуты на минуту должны были сжечь. Кремировать монаха, согласно традиции его веры. На днях Суаньцзан умер и как казалось Укуну и его друзья совершенно неожиданно. - Почему...почему ты не сказал мне, что ты был болен!? Почему...? - Укун смотрел на бледное лицо своего друга, которое стремительно скрывалось в языках пламени воинов Неба, не понимая почему тот не сказал, что ему осталось жить совсем немного. Что его вот-вот из этого мира унесёт болезнь, которую он не мог победить в одиночку. - Я бы помог тебе! Мы бы все помогли! Мы бы нашли лекарство! - кричал на сгорающий труп Суаньцзана Укун, в то время как остальные могли лишь хранить горькое молчание. Потеря мастера...и друга была для них всех тяжёлым ударом. - Боюсь ты не мог помочь, Король обезьян- Великий мудрец равный Небу. Даже небожители не могли. Это странная и неизвестная болезнь, с которой мы никогда раньше не сталкивались. Она неумолимо поражает внутрение органы людей и у неё даже названия нет. Нам очень жаль. - сказал один из воинов Неба, принимаюших участие в кримировании, чувствуя в отношении Укуна холодную жалость. - А как же Будда?! Он бы мог бы помочь! Он мог сделать то, что не могли небожители! Он уже делал так раньше, так почему!? - Укун не мог смириться с тем, что произошло. Он не мог поверить, что Суаньцзану нельзя было помочь. Он был уверен, что расскажи монах о своём плохом состоянии или подозрениях, что он может погибнуть в самое ближайшее время...они бы помогли. Способ обязательно бы нашёлся. - Будда не успел, уважаемый Сунь Укун. Да и если бы успел, сомневаюсь, что ему можно было бы помочь. Его болезнь уже была на финальной стадии. Быть может попроси он о помощи раньше, то всё бы обошлось, но он так не сделал. - констатировал второй небесный воитель, что не успокоило Укуна. Он всё ещё яростно кричал, а теперь ещё и рыдал, ведь не был готов настолько рано проститься со своим другом. Будда уже живёт больше пятиста лет, поэтому Укун и надеялся, что Суаньцзан...будет в его жизни дольше. Если не навсегда. - Думаю...он не хотел напрягать тебя, Укун. Особенно если...лекарства правда не было. Возможно он хотел...провести с тобой последние светлые деньки ни о чём не переживая. Хотел видеть твою улыбку, а не отчаяние и злость. - предположил Сянь Лун, обвившись вокруг упавшего на колени Укуна, словно змея. Только он его не душил. Он обнимал всем телом. - Да...он даже ко мне наведался в последний раз. За день до своей гибели. Вероятно правда...просто хотел видеть радость перед смертью, а не тоску за него. - согласился Ша Сэн, который уже выполнил свою миссию. Правда в его голосе были лёгкие нотки неуверенности. Казалось, что он боялся делать однозначный вывод, но хотел считать, что это правда. Что он просто не хотел никого напрягать. А затем Ша Сэн присоединился к объятиям. Тоже решил поддержать Сунь Укуна таким образом. -...- Чжу Бацзе же ничего не сказал. Казалось не смог подобрать нужных слов и просто присоединился к общей поддержке и тоске. Он тоже скучал по мастеру и другу, но в его лицо...был какой-то странный холодный мрак, который казалось терзал бывшего небожителя изнутри. - ...Я...посажу в этом месте...где развеют его прах...персиковые деревья. В его честь. Я знаю...что так делать не принято, но и не запрещено. Я...я хочу. - немного дрожащим голосом сказал Сунь Укун. И явно не шутил. В последствии...на месте, где был кримирован Суаньцзан, он посадил целый персиковый лес, будучи в состоянии сильнейшей тоски. Однако...ему было сужденно сделать не только это, после потери того, кого он считал другом. И помимо прочего это было не последним, что должно было вызвать у Сунь Укуна такое расстройство. Укун много месяцев не мог отойти от смерти Суаньцзана. После того, как он засадил саженцами персиковых деревьев всю полянку, где его кримировали, он целыми днями занимался бестолковыми и пустыми действиями и ничто не могло его подбодрить. Он ел персики и сливы на Горе Цветов и Фруктов, тренировал своих обезьянок, помогал Небу с отловом неблагонадёжных демонов. Его за последнее даже награждали, как героя, но он не испытывал особенной радости от этого. Как и от еды, хотя он очень любил поесть. Правда не так сильно, как Чжу Бацзе, с которым в последнее время Укун стал видеться чаще. И не совсем по своей инициативе. Свин-Небожитель сам приходил к Укуну. Чтобы тот не раскисал на едине с собой и обезьянами. А когда Укун терял аппетит, даже умудрялся уговаривать его поесть и даже брал с собой в разные приличные и не очень заведения, где можно было поесть и выпить. Где можно было развеяться, но Укуну это мало помогало. Он не мог принять смерть мастера. К том уже...в последние дни его всё начало как-будто бы...угнетать. Его раздражало и вгоняло в тоску всё. Даже случайные разговоры. Люди и сказочные постоянно говорили о демонах, проклиная их во всём, а Укуна это заставляло вспоминать путешествие на Запад. Где он сблизился с Суаньцзанов, как и то, как он спас его от тьмы в душе. Во всяком случае Укун так думал, но так или иначе это всё вгоняло его в тоску. - Вы слышали новость? Небожители планируют сделать правила в отношении демонов строже. Оказывается их гораздо больше, чем можно было подумать. Очень многие тёмные на проверку оказываются демонами, представляете? Оказывается многие тёмные - это не тёмные, а демоны. Они гуляют среди нас, всиляют тьму внаши души и путают сознание. - говорили случайные голоса в заведении, где сидели Чжу Бацзе с Сунь Укуном. - Какой ужас... - Да. Хорошо что они пообещали найти каждого, кто выдаёт себя за обычного тёмного, а затем они устранят тех, кто посмел идти поперёк закона, подвергая всех опасности. - Какое счастье! - Лучше бы просто установили тотальный контроль над тёмными. Они же и так склонны ко тьме в душе. Возможно если выделить под них отдельные города, то их будет прощу учить и контролировать, а заодно будет проще выявить, кто из них может быть демоном. - Да! Это хорошая идея! Кажется кто-то из небожителей об этом даже говорил. - Да? Вот и славно. Значит наше общество скоро станет не просто чистым, но и более достойным. Каждому воздастся по заслугам и каждому дадут то, что соотвествует их природе. - И то верно. - все эти разговоры заставляли Чжу Бацзе мрачно и печально хмуриться, из-за чего он временами выглядел мрачнее, чем Сунь Укун, что последний...не мог не замечать. - Хм...значит всё-таки правда. Хотя не могу сказать, что я не подозревал...- очень тихо пробубнил себе под нос Чжу Бацзе, делая огромный укус от копчённого окорока. - Чжу Бацзе....всё нормально? Что...правда? - печально и с подозрением спросил Сунь Укун, попивая байцзю. Светлый, прозрачный напиток, который его расслаблял, хоть и делал более рассеяным. Выражение лица друга до боли напоминала Суаньцзана. -...Небожители планируют заняться серьёзной чисткой тёмных сказочных. Они будут пытаться вычленить из каждого из них демонов. Не исключаю вероятность, что под подобную проверку я тоже подпаду. Как и Ша Сэн. Мы же тёмные сказочные. А ещё и бывшие небожители. Нас очень легко сопоставить демонам. - мрачно пояснил Чжу Бацзе, на что Укун ему стремительно возразил: - Что?! Нет! Чжу Бацзе, не говори так! Ты и Ша Сэн герои Китая! И вы не демоны. С вами всё будет хорошо, а небожители накажут только тех, кого надо. - слова были призваны подбодрить тёмного, но вызвали скорее обратный эффект. Чжу Бацзе стал мрачнее. - Я бы хотел в это верить, Укун...но учитывая, как на меня все смотрят в последнее время...особенно после смерти Суаньцзана, я в этом очень сильно сомневаюсь. На меня часто стали смотреть с отвращением. Не то чтобы прям повально, но я стал замечать, что таких взглядов не мало в мою сторону стало. Хотя...в сторону Ша Сэна их больше. Он когда закончил со своей миссией, а Суаньцзан погиб...он стал выходить в люди, а те в свою очередь вместе со сказочными начали разбираться в его биографии...и...она им не понравилась. Ша Сэну тяжело это выносить, поэтому он в городах больше не появляется. - выразил сомнение Чжу Бадце, запив окорок тем же напитком, что и Укун, вот только его он похоже не расслаблял. - Ша Сэн...стал реже появляться на людях? Правда...? - спросил Укун, в это не веря. Его-то тёмный сказочный посещал. И при этом вместе с Сянь Луном. Он...как-то не замечал этого обстоятельства. - Да...его стали слишком сильно нервировать эти взгляды, да и разговорчики в последнее время в воздухе витают...не обнадёживающие. Некоторые выражали желание запросить ему наказание за былые грехи. Да ещё и эти карательные рейды на демонов, его пугают. Особенно учитывая, что Небо это поощеряет. Не хочу сказать, что мне прям жаль демонов, но учитывая, что те тоже тёмные, я не удивлюсь, что меня могут принять за одного. И я совершенно не удивляюсь, что Ша Сэн думает также. - констатировал Чжу Бацзе, доев окорок и приступив к поеданию булочки. - Вы оба пароинки, Бацзе. Всё с вами нормально будет. И вообще! А давайте вы мне поможете сражаться с демонами! Меня Небо частенко просит помочь здесь и там, так что вы могли бы показать, что вы точно хорошие, чтобы даже сомневающиеся больше не сомневались. - предложил Укун, на что друг ему ответил: - ...Быть может так и есть. Однако я воздержусь от твоего предложения. Ты можешь спросить Ша Сэна, хочет ли он в подобном участвовать, но я...в этом сомневаюсь. Он предпочитает находиться вдали отсюда вместе с Сянь Луном. Ему так спокойней. И...у них есть другие заботы. Можешь наведаться к ним как-нибудь, может они тебя посветят. - Агх. Вы все себя накручиваете и занимаетесь ерундой. Вам всем просто нужно развеяться...- сказал Укун, отмахнувшись от переживаний друга, но затем добавил: - Чжу Бацзе...пообещай...что если у тебя будут проблемы, ты мне об этом скажешь? Пожалуйста... - что-то в поведении Чжу Бацзе заставляло Укуна сильно переживать. Он хотел быть уверен, что с ним не повториться тоже что и с Суаньцзаном. Не то чтобы он прям верил в опасения друга, но прям их полностью игнорировать не хотел. Мало ли...его друг тоже будет тяжело болен. - Обещаю, Укун. Первым же делом. - сказал Чжу Бацзе, чьё выражение лица немного смягчилось, но напряжение не исчезло. Он явно боялся за будущее. При чём не только за своё. - Ша Сэн! Сянь Лун! Вы где?! - выкрикивал Сунь Укун. С момента того разговора прошло две недели. Укун не мог не заметить, что Ша Сэн и Сянь Лун...перестали навещать его и Чжу Бацзе, что последнего смущало не меньше. Даже больше. Он был очень бледным и предполагал всё самое наихудшее. Поэтому они оба сейчас шли в то место, где их друзья должны были быть и отсюда планировали начать их искать, если они будут не на месте. И...на месте их не оказалось. Они ходили туда сюда, в попытках их отыскать. Вместе прошерстили огромную территорию и в итоге...всё же достигли цели. Они...их нашли... - ....Нет...нет...нет, нет, нет, нет! Почему?! Нет! - выкрикивал Укун, со слезам на глазах. Он увидел своих друзей. Они оба лежали у какой-то речушки. И...они оба были с тяжёлыми ранами. Словно их обоих растерзало страшное, неведомой силы чудовище. - Нет! Проснитесь! Пожалуйста...проснитесь! Проснитесь...! - Укун тряс каждого из них за плечи, но они не просыпались. Они были бледными, а их тела были холодными. Они...оба были мертвы. -...Нет...- только и мог пролепетать Чжу Бацзе, у которого самого начали слёзы на глазах наворачиваться. Он не хотел верить своим глазам. А ещё он был бледен. Даже бледнее, чем Сунь Укун, который заливался горькими слезами, пытаясь пробудить от сна тех, кто не спал. Кого было уже невозможно разбудить. - Хм...этого мы и боялись. - говорил император Нефрит, смотря на тела Ша Сэна и Сянь Луна. - Всё-таки...Ша Сэн не первоспитался, как мы хотели бы верить. Всё это время он притворялся, а затем...попытался убить Сянь Луна, но в итоге...тот отбивался, и они погибли оба. Трагедия. Самая настоящая трагедия. - говорил размерянно и с досадой император, на что Укун резко возразил: - Что?! Нет! Это невозможно! Ша Сэн никогда бы так не поступил! Я его знаю! Он всегда был такой спокойный и рассудительный! Их...их убил кто-то другой, я в этом уверен! - на это император, лишь тяжело выдохнув и пожав плечами, сказал: - Боюсь, что ты ошибался на его счёт, Сунь Укун. Мы давно чувствовали от Ша Сэна тёмную энергию. Скрытую и разрастающуюся тьму в душе, которую он пытался спрятать от мира. Ну или...если думать о нём позитивно, то вероятно он мог пытаться её сдержать внутри себя, но после смерти мастера не смог. Без наставника будучи тёмным сказочным, он быстро сошёл с ума и не смог больше сопротивляться искушению пролить кровь. Если конечно правда пытался, чего мы уже никогда больше точно не узнаем. Так или иначе, боюсь...это было неизбежно. Для обоих нужно провести похороны. Они оба будут кримированы согласно традициям пилигримов. И все будут...оповещены о том, что мир потерял ещё двух героев, один из которых не мог больше бороться со тьмой в душе из-за своей природы и отсутствия наставления. Ну или...что он был предателем. Нам ещё престоит в этом попытаться разобраться. Быть может оракулы смогут ответить нам на этот вопрос. Мы предполагаем худшее, но не исключаем Ваш вариант, Сунь Укун. - Быстро, подготовьте всё! Да поживей! - пояснил и отдал приказ воителям Неба Нифрит, и те приступили к делу. Укун же резко и крепко обнял Чжу Бацзе. Причём так сильно, что у него даже что-то хрустнуло, но вроде не сломалось. Чжу Бацзе обнял Укуна в ответ. Он был ужасно напряжён...даже напуган и шокирован. Его тело было ужасно холодным от страха, что Сунь Укун подметил и мысленно пообещал себе...и Чжу Бацзе: - ...Я не дам подобному больше случиться. Не дам....я не потеряю своего последнего друга! Я...уберегу тебя, Чжу Бацзе! От болезни и...от тьмы в душе. В итоге...выяснилось, что Ша Сэн обманывал пилигримов всё это время. Небожители долго бились над поиском ответов, но в итоге пришли к этому выводу. Они сделали важное уточнение, что для Укуна с Чжу Бацзе, что для остального народа, что он был близок к тому, чтобы начать становиться хорошим, хоть он и не планировал изначально. Небожители, как они сами сказали, выяснили, что Ша Сэн был готов к тому, чтобы стать на светлый путь. Суаньцзан проделал отличную работу, как и все остальные, но к сожалению смерть ученика Будды подкосила Ша Сэна и не дала этому случиться. Тьма вернулась обратно, толком не успев начать рассасываться. Разумеется это откровение заставило людей и сказочных больше ненавидеть демонов, хоть Ша Сэн им и не являлся. Но в сочитании с политикой последнего времени все просто сделали такое предположение. Ну а затем...каждый тёмный стал ощущать себя козлом отпущения, даже если и не ощущал до этого. Массовая истерия на тему того ,что среди тёмных могут быть демоны...это при этом, что тёмных и так считают несовершенными и неполноценными в сравнении со светлыми, стала давить на них сильнее. И даже на те, кто пытался этого не замечать или верил в свою природную ущербность, в итоге не мог отрицать очевидного...что всё стало хуже и что всё идёт куда-то не туда. Сунь Укун и Чжу Бацзе же...им с трудом верилось, что версия небожителей правда. А если точнее...Чжу Бацзе не верил вовсе. Ни в одну из из версий, о чём он Укуну говорил. А тот в свою очередь...склонялся к тому, что его просто поглотила тьма из-за боли, что тот испытал, когда умер Суаньцзан. Потому что у него самого сердце до сих пор кровью обливалось, и он бы от расстройства содрал бы с себя кожу, если бы мог. Но из-за неузвимости это было невозможно. Поэтому...Укун решил своим эмоциям найти другое применение. А именно он решил сдержать обещание данное себе. Он был намерян уберечь Чжу Бацзе от опасности и не дать ему потерять себя. Свин-Небожитель - его последний оставшийся в живых друг. Он не мог его потерять. Просто...не мог. По итогу он практически не отлипал от Чжу Бацзе. Постоянно звал его на Гору Цветов и Фруктов, где в итоге...бывший небожитель поселился, лишь бы его друг не надумывал себе лишнего. В целом на месте, где жил Укун было давольно хорошо и еда была в изобилии. Да и...по правде говоря Чжу Бацзе в последнее время стал очень пугливым и сам стал тем ещё параноиком. Он крайне плохо спал. Даже хуже, чем Укун, который не мог отпустить теперь не только смерть мастера, но и смерти Ша Сэна с Сянь Луном. С поправкой на то, что...вместо того, чтобы впадать в уныние, он сосредоточился на своём единственном оставшемся друге, чьё поведение Укуна настраживало из-за дня в день. Он начинал бояться, что Чжу Бацзе...либо сделает что-то плохое, либо скрывает от него тоже, что и Суаньцзан. Что Чжу Бацзе тоже чем-то заболел. Поэтому в одну роковую ночь...Укун начал действовать. - Хэй...приятель. ты почему не спишь? - спросил ночью как-то раз Укун Чжу Бацзе, заметив, что тот в очередной раз не спит. - Не могу уснуть, Укун. Я не могу перестать думал, что происходит в последнее время. Такое ощущение, что мы что-то упускаем. Я...просто не могу поверить, что Ша Сэн просто ни с чего убил Сянь Луна. Просто...не могу. Как и то, что небожители в это не вмешались, зная, что у Ша Сэна тьма в душе. Конечно я допускаю, что они просто вовремя не увидели битву, полагая, что Ша Сэн не будет действовать в ближайшее время, но...я в этом очень, очень сильно сомневаюсь. Такое чувство, что должно быть что-то ещё, понимаешь? - говорил иносказательно Чжу Бацзе, будто пытаясь на что-то намекнуть, и Сунь Укун услышал в голосе схожую иносказательность, что была в голосе у Суаньцзана когда-то. Прямо перед тем, как его не стало. - Бацзе...что случилось? Скажи мне прямо! Ты обещал, что будешь мне говорить, если что-то будет не так! Ты...ты сейчас говоришь в точности, как Суаньцзан, перед тем как его не стало! Пожалуйста...скажи мне в чём дело...- Укуну было тяжело сдерживать своё беспокойство. Бацзе же...тяжело вдохнув и выдохнув, сказал: - Со мной ничего не случилось, Укун. Можешь верить, что я здоров. Как и то, что в моей душе не пробудиться тьма. Однако...меня беспокоит то, что меня может скоро не стать. И...не по тем причинам, которые ты рисуешь у себя в голове. И я даже не про "карательные" отряды говорю. Для меня эта кучка жалких людишек и светлых не проблема, даже если они возомнили о себе обратное, убив самых беззащитных возможных демонов. И то...используя грязные трюки. Я боюсь...что по мою душу придут воители Неба или кто-то из небожителей. - начал рассказывать подробней Чжу Бацзе, на что Укун отреагировал резко: - Что?! Почему это они должны придти и навредить тебе?! Ты герой! Как я! Они не могут от тебя просто вот так избавиться! Да и потом , с чего вдруг им этого хотеть?! - вопросы Укуна вызывали в Чжу Бацзе тоску, и в итоге тот даже дал свой ответ, прекрасно зная, что Укуну он не понравиться: - С того...что я уверен, что Ша Сэна и Сянь Луна...убили именно небожители. И...я так подозреваю нашего мастера тоже. - Что?! С чего ты это взял?! - удивлённо и казалось яростно спросил Укун, хотя скорее это был просто шок. - В последнее время...ничего не было слышно от Будды. Да и его самого никто не видел. Ша Сэна это напрягло. Немного поразмыслив, он понял, что от учителя нашего мастера не было ничего слышно уже с момента...смерти Суаньцзана. В плане...его слова передают, но его самого никто не видел. Хотя казалось бы...он должен был как-то лично придти и проводить в последний путь хотя бы своего лучшего ученика, нашего мастера. В итоге...Ша Сэн предположил, что Будда может быть мёртв и небожители могут что-то скрывать, но при этом бравируя словами, которые он не говорил. И в последнии дни...он с Сянь Луном занимался именно расследованием этого. И...не только этого. За этим вопросом...подтянулось множество других. Как например...почему небожители сами не принесли писания Будды в Китай, или почему Будда не пришёл с ними сюда сам? Зачем...нужно было организовывать путешествие на Запад? И...как ненависть к демонам и из убийство помогает в достижении просветления? Эти чувства они наоборот губительны. Вообщем...я так подозреваю, что всё не так просто. - этот ответ вогнал Укуна в ещё больший шок и в тоюе время...в тягостные раздумья. Он пытался найти то, что возразить Чжу Бацзе... - Это...это всё глупости! Наверняка этому есть объяснения! Например....ну...- но не мог. Эти вопросы...чем больше Укун над ними думал, тем больше сам начинал подозревать неладное. Что...всё не есть хорошо. Что-то здесь не так. Но в тоже время не хотел верить в худшее, которое на тот момент он не осознавал. Потому что если...у небожителей всё это время были плохие намеряния и именно они...убили Ша Сэна, Сянь Луна и Суаньцзана...то это всё меняет. При чём очень...очень сильно, но Укун этого не понимал. Ведь если они виноваты в этом...то получается им в принципе верить нельзя, а отсюда...сыпеться всё, во что он и многие верили всё это время. - Понимаю, я тоже не могу найти этому объяснений. - с понимаем и сочувствие сказал Чжу Бацзе, смотря куда-то в даль и стараясь дышать ровно. - А почему...ты считаешь, что небожители могли убить и...Суаньцзана? - спросил Сунь Укун, на что Чжу Бацзе несколько иносказательно ответил: - Пропажа Будды, после которой последовала смерть Суаньцзана...крайне подозрительна. И...до меня доходили слухи, что небожители могут быть к этому причастны. Кто-то из людей что-то где-то услышал. Уж не знаю...жив ли ещё этот человек. - Чжу Бацзе звучал так, словно он что-то не договаривал и Укун напрямую его спросил: - Чжу Бацзе...это был кто-то конкретный? У меня такое чувство, что ты что-то утаиваешь...- в голосе Укуна были подозрения и наклёвывающаяся обида, на что Чжу Бацзе ему ответил: -...Возможно отчасти. Прости, но я и так наверное сказал много. Хотя почему наверное. Одназначно много. Не стоит говорить слишком много...и провоцировать на немедленные действия. - а затем...он добавил: - Укун...я хочу попросить тебя лишь об одном. Если меня не станет...по той или иной причине...никому не говори об этом. Расследуй...это сам. Не обращайся за помощью в расследовании к небожителям. Не поступай также, как мы поступали в прошлые разы, хорошо? - спросил Чжу Бацзе, который стал бледнее, чем до этого, после чего Укун...сильно напрягшись ответил: -...Тц. Ты говоришь глупости...всё это полнейшие глупости. Нет никаких потаённых смыслов и интриг. Всё с тобой будет хорошо. А если и есть...я не дам тебя убить. Всё будет хорошо...слышишь меня?! - тяжело вздохнув, с шатким и пугливым смирением Чжу Бацзе ответил: - Как скажешь, Укун. В любом случае...как бы судьба не разпорядиться...я рад, что ты часть моей жизни, Укун. - тот в свою очередь...ему ответил: - ....Я обещаю...что если случиться невозможное...и ты погибнешь, то я обязательно расследую всё сам. Я не обращусь к небожителям. Но до этого не дойдёт. Я буду защищать тебя всё это время. Никто не посмеет и пальцем тебя тронуть в моём присутствии. - заверял Укун, но сильно в это веря, Чжу Бацзе ответил: - Боюсь всё не так просто, Укун...но спасибо тебе. - на это тот роковой разговор закончился. И за ним последовал новый день. Утро было спокойным и совершенно ничего не предвещало беды. Уже как обычно Укун и Чжу Бацзе проснулись и пошли собирать фрукты, с помошниками в лице ручных обезьянок. Они собирали персики и сливы. Позднее этим днём они планировали опять куда-нибудь сходить поближе к середине дня. Поесть где-нибудь мяса, булочек, тушённых овощей, которые так любил Чжу Бацзе. Последний даже был в приподнятом настроении, хоть и было заметно, что он...будто не то чтобы надееться на что-то хорошое в долгосрочной перспективе. Он будто...просто наслаждается моментом, пока может. Король обезьян был намерян сделать все от себя зависящее, чтобы его друг откинул такую глупую ментальность и начал вновь наслаждаться жизнью без страха...это при этом, что сам Укун был а этом плане не сильно лучше. - Отличное утро, Чжу Бацзе, скажи? Тёплое солнце, лёгкий ветерок, который несёт фруктовый аромат и запах лилий, но и конечно...персики и сливы, которыми мы сейчас набьём себе пузо! Красота же, а? - обратился к Чжу Бацзе Укун, под радостные и солидарные крики его обезьян, которые вместе с пилигримами собирались поесть фруктов. На это тот ему снисходительно усмехнувшись, сказал: - Да...утречко хорошее...в окружении красоты и хорошего друга...- после этого они начали трапезничать. В воздухе помимо прочего начало раздаваться задорное пение птиц и витать радость. Чжу Бацзе съел очередной персик и затем...упал. Упал назад на спину. По началу Укун думал, что его друг просто решил развалиться и погреться ра солнце, но стоило его обезьянкам начать сначала задорно, а потом напугано и взволновано суетиться вокруг Чжу Бацзе...он почувствовал неладное. - Чжу Бацзе...? Бацзе! - друг ему не отвечал, поэтому Укун тут же поспешил к его телу. Его глаза загорелись ярким золотым. Он активировал своё золотое зрение, а затем...он понял, что...его друг не дышит....и его сердце не бьётся. - Нет...проснись Чжу Бацзе! Это...это не смешная шутка! Пожалуйста...проснись! - Укун начал давать своем удругу яростные пощёчины, но они его не пробуждали. Укун...не мог отрицать очевидного. Чжу Бацзе...умер. - Нет....нет! Как?! Почему?! - Укун яростно и отчаяно смотрел на Чжу Бацзе золотыми глазами, пытаясь увидеть, что именоо послужило причиной его смерти. Не уж то...та же болезнь, что и унесла жизнь Суаньцзана? Конечно Укун не смотрел на мастера тогда своим особым взглядом, но сейчас...если дело в какой-то болезни, то он это точно определит. И вот...момент истины. Укун смотрит на Чжу Бацзе и...понимает, что у него в желудке не просто лежат персики. Он съел какой-то золотистый цветок. Укун в ярости и отчаянии достал его из желудка друга через рот своей рукой. Он внимательно к нему пригляделся. -...Золотой Гельземий...цветок...который растёт только...на Небе...и которым...казнили Короля демонов...- Сунь Укун яростно сжал этот зажёванный цветок, а затем яростно разрычался в пустоту. Похоже...ему даже не пришлось ничего расследовать, когда ужасный сценарий явил себя. - Небожители....Небо...Небо! Укун был в ярости. Все вопросы, все додумки, вся недосказанность...в его голове всё сложилось в единый пазл. В нём всё ещё были пробелы, но Укуну всё было теперь ясно. Небожители...обманули его. Обманули всех их. Они убили Суаньцзана, они убили Ша Сэна и Сянь Луна, они...убили Чжу Бацзе. Подбросили ему ядовитый цветок в персик, который тот заглотил не жуя. Укун не мог найти себе места. Гнев путал его мысли. Король обезьян с каждой секундой всё больше и больше понимал...что всё было не так с самого начала. - Вы...воспользовались мной! Воспользовались моими друзьями! Зачем...для чего всё это было!? Только ради того, чтобы избавиться от демонов?! Ради этого вы были готовы убить моих друзей! - Укун понимал...но несколько ограниченно. Он не видел смысла в этих действиях со стороны небожителей, но понимал, что ради этого всё и затеялось. Не просто так его друзья Чжу Бацзе и Ша Сэн говорили об этом. Боялись этого. - Не прощу...я вам всем этого не прощу! Я убью...убью всех вас! Все до одного! - поклялся Укун, а затем...повернулся к своим обезьянкам, которые были тоже подавлены из-за смерти последнего друга Сунь Укуна. - Мы их всех убьём...готовьте оружие...готовьте броню...мы идём войной на Небо! И Укун пошёл. Он со своим легионами обезьян направился на Небо и начал убивать воинов Неба, а затем...попытался и небожителей, но у него не вышло. Или правильней будет сказать почти. Да, его убить не могли и победить тоже. Но и Укун не мог лёгко их убить. Небожители были тоже условно бессмертными, хоть физически и слабее, чем он. Некоторые по крайней мере. - Нет...нет! Вы...вы бессметрны, как и я! Почему?! - в какой-то момент пред ним предстал Нэчжа - бог-дракоборец. Знакомая фигура Укуну. Вот только знал он его до своего заточения и тогда он был совсем ребёнком. Но теперь он был взрослым. И...был крайне безжалостным. Разрезающим ветром своего копья, он в несколько взмахов сломал броню приматов, а затем...убил из. В отличии от Укуна они не были неуязвими. - Они бы не умерли от старости, Укун. Ты вычернул их имена из книги мёртвых, но это не гарантирует неуязвимость и смерть от тяжёлых ран. Но понятное дело, что ты - глупая обезьяна этого не знал. - мрачно и угрожающе проговорил Нэчжа, после чего...Укун с яростным криком набросился на него, повалив его на землю, а затем...вставил ем у в рот свой посох. - Посмотрим насколько крепки твои внутренности! - Укун заставил посох увеличиться в размерах и тот...поразил внутренние органы Нэчжа и тот...погиб. уставший Укун после этого вырвал у Нэчжа сердце и скрылся. Эта битва оставила его с новыми душевными ранами. А ещё с новым осознанием. Если он хочет убить всех богов Неба...он должен стать сильнее. Укун вознамерился убить не только богов Китая...но и других мест. Он съел сердце Нэчжа, что увеличило его силу. Но не размеры. Укун не стал выше и на сантиметр, но его это не смущало. Он знал, что отомстит не только за друзей пилигримов, но и за обезьян, чьим королём он был. И он не сомневался, что достигнет этой цели. Как-никак...он теперь знает, что может точно убить небожителя. Что...не обязательно отбивать конечности. Есть более быстрый и действенный метод, заместо отбивания голов, которые из-за стойкости небожителей не слетают с одного удара сильнейшего оружия. - Убью...убью всех небожителей доединого. Индия...оттуда же ты пришёл, Будда...- Укун знал, куда направиться дальше. Похоже он был намерян забрать жизни тех небожителей, которые напрямую с ним не сталкивались и...это оказалась действенная тактика. Небожители умирали один за другим. Не важно какая была у тебя сила, не важно какие способности. Укун убивал и убивал, съедая сердца каждого, кого мог. Некоторые небожители осмотрительно избавлялись от своих сил до того, как Укун мог извлечь сердце, но большинство так не делали. Рост мощи Укуна ничто не могло остановить. Небожители были в панике, сказочные были в панике, люди...были в панике. Никто казалось не мог остановить Сунь Укуна, чья сила всё продолжала и продолжала расти. Пока наконец...он не пришёл свершать справедливость над небожителями Неба. И...это был просто одностронний геноцид. Небожители к этому моменту падали от ударов Укуна, как мухи, как и воины Неба, от которых даже мокрого места не оставалась, ведь Укун словно дракон сжигал их заживо. Он продолжал есть сердца и к этому моменту он начинал чувствовать странную острую боль по всему телу, но в порывах неугасаемой ярости не придавал этому значения. Как и тому, что от каждого съеденного сердца боль усиливается. И вот...он добрался до императора Нефрита собственной персоной. Он был готов закончить битву с ним одним ударом: - Сунь Укун, пожалуйста! Успокойся! Не делай этого! Ты всё разрушишь! Мир будет обречён, если ты убьёшь меня! - пытался убедить Укуна Нефрит, но это было четно. Укун с горячей яростью шёл на Нефрита, который пытался отбиваться волшебными лучами, но...они были Укуну, как слону дробина. - Пожалуйста, не убивай меня! - в конце Нефрит замолил о пощаде, но Укун...всё равно убил его. Так же как и самого первого небожителя. Точно тем же способом. И вот...уже по инерции...Укун вырывает из груди императора сердце и поглащает его. По началу это не дало никакого эффекта и Укун просто спустился с Неба. Он...пытался понять, что ему делать теперь, когда все небожители мертвы. Когда он спустился...он увидел, что его окружает множество существ. И люди, и сказочные...что тёмные, что светлые, демоны, духи и...внезапна та, про которую Укун уже давно не вспоминал. Фао Сяосинь. -...Точно...ты ещё осталась. Я убью и тебя! - Укун хотел накинуться на неё, но внезапно, почувствовал, что его тело будто бы адски горит. Словно огонь выжигает каждую клеточку его тела и глаза его при этом адски болят. Настолько...что может видеть ничего кроме золотого света. В нос бросается запах горелой кожи и волос, но кроме света своих повреждений Укун видеть не мог, кроме как чувствовать, что его тело словно разрывает на куски. А затем...он почувствовал знакомую энергию. Энергию, которая когда-то исходила от ободка, что на него надевал Суаньцзан, только гораздо сильнее. И...этот ободок был не один. В следующее мгновение Укун почувствовал, что его куда-то засасывает, но сопротивляться он не мог. Ну а затем...он оказался в чёрной пустоте. Он не мог ощущать своё тело. Мог лишь...слышать, что происходит вокруг, но при этом не видеть. Он пытался вырваться из тьмы, но не мог. При любой попытке он испытывал адскую мигрень и чувствовал, как его толкает назад. В этот самый момент...в порыве ужасной ярости...настала минута тишины, и он понял...он попал в западню. На этом...его путь был окончен. Фао Сяосинь его запечатала и это видел весь Китай. На этом душещепательная история Сунь Укуна закончилась. Все были...мягко говоря шокированы, когда услышали, что Король обезьян единрлично смог убить каждого небожителя, что когда-либо существовал. Получается Укун был не просто силён. И даже не нечеловечески силён. Даже Ченши такая сила удивляла. Хотя его скорее удивляла стойкость Укуна. - Хм...ты действительно удивительный сказочный, Укун. Я знал, что у тебя огромный запас прочности, но чтобы настолько. Я предполагал, что ты поглощал сил поменьше. Вероятно отдельная магия, что ты в себя вбирал немного тебе подсобила, но в конечном итоге разорвала тебя со всей остальной. - констатировал Лю Ченши, и тут...голос прорезался у Визиря, у которого была крайне напуганное и злое выражение лица: - Удивительно, не удивительно, его надо вновь запечатать! Он опасен! Или на худой конец наложить на него больше печатей подавляющих магию! - а затем...он решил кое-что добавить: - И на Лю Ченши тоже. Они оба опасны! И вообще их нужно судить по закону! Они оба опасные преступники! Им обоим нужно заблокировать магию и приставить к ним постоянное наблюдение! - после этих слов все устремили свои взгляды на Визиря. Среди них были и обеспокоенные, и раздражённые и...даже очень злые. - Только попробуйте тронуть моего брата. Я вам сломаю каждую косточку в вашем бренном теле...- угрожающе прошипела Алёнка. Её глаза загорелись золотым и она встала с дивана и угрожающе пошла на Визиря. Она не была намеряна атаковать прямо сейчас, но если тот что-то сделает...она была готова разорвать его на части. - Какие громкие слова. Что такая, как ты может мне сделать? Если ты будешь на меня нападать, я тебя скручу и буду наставивать на том, чтобы ты провела немного времени в темнице замка, куда раньше непослушных детей бросали. Да и потом ты слышала, что они оба рассказали, глупая, нахальная девчонка. Не тебе решать их судьбу. - надменно и более холодно ответил ей Визирь, на что та ему не менее холодно и яростно ответила: - Какая самоуверенность...Вам же хуже... - Визирь, пожалуйста. Не делай и неговори ничего резкого. Сейчас не до этого и толку в этом не будет. Я тебя уверяю. У нас есть другие методы решения проблем. К тому же мы не можем...- попытался обратиться к Визирю Кощей. Он не мог не видеть в своём боевом товарище худшие проявления самого себя. Он помнил, что он что-то схожее говорил Алёнке...и слишко хорошо понял, что это мало того, что как минимум на ней конкретно не работает, так ещё и со стороны показывает, что ты твердолобый болван, который угрожает ребёнку. Но Визирь этого понятное дело не видел. Был не в тот состоянии разума, чтобы увидеть это и осознать. - Да что с тобой не так, Кощей?! Ты как никто должен понимать, что демонов нужно как минимум на цепи держать! И вот тебе ещё одно подтверждение! Перед нами два ходячих оружия массового поражения! - возразил ему Визирь. - А по тебе дурдом плачет, но тебя же никто не требует в смирительную рубашку одеть! К сожалению. - парировала теперь вновь Алёнка, которая не была готова отдавать своего названного братца на растерзание законодательной системе Сказочного мира и Визиря в частности. - Сестрица, я ценю твои попытки защитить меня, однако я тебя уверяю, что в этом нет необходимости. С ним я сам разберусь, не переживай. Уважаемый Визирь просто как обычно безрезультатно сотрясает воздух, в очередной раз игнорируя очевидное. А именно свою неспособность что-то сделать. Как и понять то, что находиться на поверхности. - вмешался Лю Ченщи, придя на помощь к сестрице и Кощею, что вывело Визиря из себя ещё больше. - Я не сотрясаю воздух! Это в моей власти арестовать Вас и Сунь Укуна! - парировал Визирь, что заставило самого Короля обезьян погрузиться в тоску, а он и так был не весел после своего рассказа и только и мог думать о том....что он натроворил в приступе стойкой и инертной ярости, когда ещё и магия начинала путать его мысли. - В том-то и дело, что не в Вашей. Как Вы считаете, Визирь, стал бы я спрашивать Укуна о том, что он сделал, или стал бы я рассказывать о том, что делал я в прошлом, если бы у Вас были достаточные легальные основания меня или Укуна за это арестовать и судить? Вы возможно забыли, но я формально житель Азиатского региона Сказочного мира. Аналогично и Сунь Укун. Вы не имеете права судить меня или его за поступки совершённые там. Согласно законам Сказочного мира, вершить правосудие могут только власти региора, где сказочный проживает. А во вторых эти события произошли больше тысячи лет назад, до появления нового единого Сказочного законодательства и его региональных положений. Согласно новым положениям Вы не можете предъявить мне за преступления совершённые тысячу лет назад, при совершенно другом законодательстве. Срок годности истёк - это раз. Закон изменился сильнее, чем Вы полагаете - это два. Они были придуманы небожителями, которые были главными вершителями правосудия и создания законов, но теперь их нет - это три. И исключений - нет, это четыре. Вы как никто должны знать это и помалкивать, ведь толку от Ваших желаний и страхов не будет. Ну нет Вы конечно можете взять дело в свои руки и избавиться от меня или Короля обезьян...- холодно, надменно и угрожающе говорил Лю Ченши, после чего совершенно внезапно и незаметно оказался за спиной Визиря и провёл ему по шее и спине своей ладонью, которая стала по ощущения будто бы ледяной: - Я бы на это посмотрел. На то, как Вы пытаетесь. Хотя на Вашем бы месте...я бы держал подобные мысли при себе. Как и пустые угрозы. Пытаться внушать страх опасным преступникам очень опрометчиво, не находите, Визирь? Я не желаю Вам или кому-либо ещё зла, но это вовсе не значит, что я не сделаю всё от себя зависящее, чтобы тот, кто хочет всё испортить, пожалел, что родился на свет и когда-либо смел открывать свой рот. Как и те, кто осмелиться помочь такому самоуверенному и бесхребеиному червю, как Вы. - Макак был очень угрожающим и звучал теперь наигранно отстранённо. У всех присутствующих, включая Сказочника, Алёнку и самого Визиря пробежали холодные мурашки. Визирь просто испугался внезапных действий демона. Сказочник был...удивлён. А Алёнка...ей отчасти на мгновение даже стало жаль Визиря. Она знала, что её братец может быть очень страшным, когда хочет. И особенно когда злиться. Сейчас он не злился, но явно угрожал, от чего самой Алёнке было очень не по себе. К тому же в целом...опасения Визиря были не беспочвенны, но всем было на них наплевать по самым разным причинам. Сунь Укун же...не мог поверить, что Шестиухий Макак заступается и за него тоже. Укун был уверен, что Ченши его всё еще так или иначе не слишком жалует. Да, он спокойный, но в это всё равно было тяжело поверить. - Хм. Простите, я немножечко увлёкся. Нормы приличия иногда так надаедают. Как и некоторые индивиды. - Макак быстро вернулся в своё естественное состояние и ехидно заскалился, что заставило Визиря бояться ещё больше. После угроз Лю Ченши...было сложно поверить, что у того нет ничего на уме на его счёт. - Визирь...мы правда ничего не можем предъявить Лю Ченши И Сунь Укуну. Наше законодательство...не совершенно к сожалению и не предусматривает подобные сценарии. Да и к тому же...нам не нужно ничего делать. Лю Ченши ни разу не сделал ничего плохого, а насчёт Сунь Укун, я уверен, что за ним наши друзья прекрасно проследят так же, как всё это время следили и за Лю Ченши. И...Визирь...Вам пора перестать быть столь категоричным. Вы долдны принять, что есть те, кто сильно отличаются от нас. Они могу обладать огромной силой и вести себя не типично, но это вовсе не значит, что вы должны предлагать - это их где-то заточить. Давайте будем стараться относиться друг к другу с пониманием и не судить друг друга за прошлое, которое осталось очень далеко позади. Вы сами убивали множество демонов во время гражданской войны. Я не думаю, что Вы тот, кто имеет право осуждать. Особенно учитывая то...что мы теперь знаем об истории демонов. - внезапно разразился серьёзной и холодной речью Сказочник, что даже поставило Визиря в ступор. Что не удивительно. Сказочник...никогда до этого не был так холоден и серьёзен. Он об этом говорил так, будто это было личное. - Примного благодарен Вам. Однако ничего страшного. Я великодушно прощаю Визирю его выпиющее невежество....в этот раз. К тому же мы сейчас потратили не мало времени, а нам надо кое-что ещё сделать. Не то чтобы времени в обрез, мы ещё всё успеваем. - Успеваем...что? - спросила Ядвига, на что Макак чуть более серьёзно сказал: - В истории Укуна есть пробелы. Очевидно, что он не знает всех деталей произошедшего и не знает точно, что было после. Однако...знаю я. - внезапно выдал Макак. - Да?! Что?! Как?! - только и мог выдать Укун, после чего...Лю Ченши достал из карманнов своей одежды красные драгоценные камни. - Когда я рассматривал твою шкатулку, я не мог не заметить, что камушки на ней не обычные. На трёх из них записаны сообщения. И я их даже просмотрел и прослушал и сделал перевод, чтобы все могли их послушать и понять. Они отвечают на множество твоих вопросов. А ещё они ответили на мои. Предлагаю их сейчас послушать. Ну а после уже решать, что нам всем дружно делать. Потому что признаться честно я на тебя ничего серьёзно не планировал. Я полагал, что первое время, месяца так два, мне придётся тебе доказывать, что я не хочу тебе мстить. - пояснил Макак, раскладивая на полу камушки. Похоже...скоро история будет полностью рассказана. Лю Ченши коснулся первого камня своим когтем, а его глаза загорелись бирюзовым. После и сам драгоценный камень начал светиться и все присутствующие по ощущениям оказались в совершенно другом месте. В окружении скромного дома Древнего Китая. А перед всем ними...предстал Суаньцзан. Тот самый мужчина их рассказов Макака и Укуна. Монах сил на коленях перед камнем с крайне печальным видом. С таким...в котором Укун застал его, когда тот снял с него ободок. -...Суаньцзан...Суаньцзан! - Укун встал с дивана, о чём на мгновение пожалел, вкдь всё его тело болело и мёрзло, что заставило того взять с собой одеяло и подойти к Суаньцзану. - Он тебя не слышит, Укун. Он не настоящий. Это лишь проекция. - проинформировал Укуна Ченши, понимая эмоции врага из прошлого. Тот в свою очередь сразу приуныл. Но не так сильно, как от слов, что начали доноситься из рта монаха. - Сунь Укун, друг мой. Если ты получил это сообщение...то значит я уже мёртв и ты был на моих похоронах. Я...освоил это заклинание специально для того, чтобы ты знал, что произошло. Мне его...подсказала одна девушка, знакомая тебе. Я освоил его, чтобы...ты узнал правду, и почему я ничего конкретного не сказал тебе тогда. Вернее не скажу... - начал говорить Суаньцзан. - Дело в том, что я узнал то, что узнать не должен был. Во всяком случае так не задумывалось небожителями. Помнишь...я тебе на днях говорил, что меня беспокоит поведение Будды? Вообщем...я волновался за него не зря. Совершенно случайно я сегодня узнал, что он...сомневался. Сомневался в своих собственных учениях. После того, как ты убил Шестиухого Макака, Будда...перестал быть уверен в природе демонов. Он видел в нём то, чего не могли видеть все мы. Его сомнения заставили его задаваться вопросами. И...он поставил под сомнение авторитет небожителей. Будда...понял, что они намерянно устроили путешествие на Запад. Они хотели использовать учения Будды в своих личных интересах и наполнить страданиями жизнь демонов, а затем и всех тёмных во имя контроля. Я...я стал невольным свидетелем разговора Будды и небожителей, когда приносил отчёт. Он...пытался убидить в неправильности этих действий. Сказать, что это не принесёт ничего кроме страданий. Им всем...включая императора Нефрита было всё равно. Поэтому...Будда пригрозил, что раскроет людям правду. А затем....затем...- на этом моменте глаза монаха стали на мокром месте. Он выглядел крайне раздавленно. - Они его убили. Они...избавились от Будды. Разорвали его на части. А потом...они увидели, что я здесь. Я попытался сбежать, но не смог. Они приказали мне держать язык за зубами. И ...я дал клятву, что ничего не расскажу. Мне было страшно. Но...раз я записываю это сообщение, очевидно всё так легко не закончилось. Или...незакончиться. Некоторые небожители и воители Неба предлагали убить меня на месте, но чаша весов пока сместилась в пользу пощады. Но я опасаюсь, что это не надолго. Но так или иначе...я не могу позволить себе просто молчать. Это...не правильно. Поэтому вот...я хочу, чтобы ты знал эту правду. Как и то...что я тоже ошибался насчёт демонов, как Будда. Их ужасная природа...не более чем выдумка небожителей и заблуждение Будды, который...всё же так или иначе оставался обычным человеком. И небожители...они вероломно подыграли его заблуждениям, вместо того, чтобы их развеять. И...Укун...в связи с этим...я должен кое в чём признаться. Дело в том, что...золотой ободок на тебе может не только вызывать головную боль. Он ещё и...может брать под контроль твою волю. Я...я заставил тебя убить Принцессу Железного Веера...ты не сам так поступил. Прости...прости меня за это. Я...я...ужасно ошибся. Чудовищно ошибся. - признался Суаньцзан, что заставило глаза Укуна округлиться от шока. Одно дело слышать это из уст Макака, и полагать, что он мог что-то не так понять. Другое...слышать это из уст своего погибшего друга. - Нет...- только и мог пролепетать Укун, а Суаньцзан продолжил говорить: - Я...я не ожидаю, что ты простишь меня, когда узнаешь правду. Это...слишком большая ошибка и я не уверен, что ей может быть прощение. Особенно учитывая, что...у меня не хватит духу рассказать тебе это, когда я ещё буду жив. Я уже ни в чём не уверен. Так или иначе, я прошу прощения...за всё. И за то, что заставил тебя это сделать, и что вложил тебе в голову ложные знания, и что...надел на тебя этот глупый ободок в принципе. На этом...у меня все. Прости, что не мог рассказать тебе раньше. Я боялся...поэтому прибегнул к этому способу, который...мне подсказала твоя бывшая подруга, которая сейчас укрывается от небожителей. Пока успешно. Прости, что всё так получилось, Укун и....чтобы ни происходило, оставайся собой...оставайся сильным. И...передай привет остальным, хорошо? На момент, когда тебе передадут это сообщение я буду уже мёртв, и даже так...я уже безумно скучаю по тебе Укун. Должно быть...это ненормально. И...Укун...позаботься об остальных, хорошо? Им будет тяжело без меня...прощай. - на это сообщение закончилось. Все уже не шокировались, но...всем было некомфортно. Особенно когда Укун...начал рыдать, смотря на красный камушек, который потух и всё, включая Суаньцзана растворилось. - Если хочешь, можешь забрать камушек себе. Я тебе потом могу показать, как их активировать. - холодно и понимающе предложил Ченши, на что Укун утирая слёзы ответил: - Хочу...покажешь. Ты говорил...что мне ещё сообщение оставлял Чжу Бацзе, да? - Да...оно следующее. - подтвердил Макак, проделав тот же алгоритм действий, что и до этого. Активируя второе сообщение. Все присутвующие "перенеслись" в пещеру. Ну или то, что её напоминало. Она была освещена свечами и в ней было разложенно множество вещей. Дряхлая мебель и ковры, на одном из которых сидел Чжу Бацзе: - Укун...привет. Если ты это смотришь, значит я всё-таки умер. - начал говорить бывший тёмный небожитель, что заставило Укуна чувствовать себя ещё более паршиво. Оба его друга начинают обращения с одних и тех же слов. Они все...были уверены, что погибнут. А Укун...всё то время хотел их уберечь, но не мог. - Я давно предполагал такой исход. С момента смерти мастера Суаньцзана и ухудшения ситуации в отношении демонов и тёмных в целом. Герой, не герой...я не мог, как бы не хотел, испытывать иллюзий на этот счёт. Особенно после того...как погибли Ша Сэн и Сянь Лун. И всё это...после догадок и переданных слухов той, кого ты ненавидишь. - голос Чжу Бацзе звучал меланхолично. Он держался лучше, чем Суаньцзан, но очевидно записывать подобное ему было не легко. - Говоря о них...с ними не случилось то, что нам рассказали небожители. Ша Сэн не пытался убить Сянь Луна, как мы с тобой изначально и предполагали, пока небожители не сделали выводы. На самом деле они оба пытались...узнать правду. Они пытались докапаться до правды. До того, что привело к смерти Суаньцзана и...Будды. Я...знал об этом с самого начала, но не говорил тебе, прости. Мы не были уверены, как ты отреагируешь на догадки. Отчасти из-за того, что они основывались на слухах той, кто "якобы" подслушивал. И...мы боялись, что ты решишь спросить напрямую у самих небожителей. Мы боялись худшего, но так или иначе оно всё равно случилось. Небожители уничтожилм нас один за другим, лишь бы правда не всплыла наружу. Правда...что они просто хотят укрепления своей власти. Они не хотят, чтобы люди как Суаньцзан или Будда приближались к ним по силе и возможностям. И...аналогично и сказочные. Они хотят контролировать всё. Намерянно создают неравенство, делая ненависть формой морали. И...как ты наверное уже мог догадаться, небожители догадались, что я знаю, что случилось и что я тебе...говорю очень много "лишнего". Мне...нашептала одна девушка, которую я знаю, что ты ненавидишь, ведь она связана с твоими...бывшими друзьями. Она уже давно прячет себя от небожителей и из-за того, что Будда мёртв они не могут её найти. Правда...и самому Будде было бы не легко этого добиться. Она...позаимствовала заклинание у Шечтиухого Макака. И...она знает очень много о том, что происходит на Небе. И небожители не отступят, пока я тоже не погибну. Я знаю слишком много и в отличии от нашего мастера...я говорю тебе слишком много. И в ближайшее время я...скажу тебе правду. Я знаю, что мне пригрозят, а затем убьют, когда я нарушу обещание. Ты пытался меня уберечь, и я ценю это...но ты не смог меня спасти, если ты это слышишь. Небожители найдут способ убить меня без прямой конфронтации, и ты с этим ничего не сможешь поделать, а я не смогу защититься. Потому что я не знаю, что именно они будут делать. В любом случае...когда ты обнаружишь меня мёртвым и прослушаешь моё сообщения, я тебя прошу...действуй осторожно. Я понимаю, что ты...захочешь отомстить за нас. У тебя не хватит сил, чтобы убить всех небожителей Неба, но ты можешь их получить. Я не буду отговаривать тебя от этого, я сам...желаю им ничего кроме смерти...но пожалуйста...чтобы ты ни делал, следи за силой, которую поглотишь. Ты...выдающийся сказочный, но даже тебя...слишком большой объём магии может разорвать. Почувствуешь боль...прекрати поглащать силу. Я не знаю, что ещё сказать тебе, кроме как...спасибо. Спасибо за всё. Мне с тобой было хорошо. Нам всем было. Мы рады, что ты был нашим другом. Я очень рад, что я провёл с тобой последние месяцы своей жизни. Прощай, Укун и...береги себя. Ради нас всех не колечь себя, хорошо? И не забывай что мы все тебя любим... - на этом сообщение закончилось. Укун только и мог, что трясущейся рукой взять красный камень смотреть в него, словно в зеркало. Он не слышал слова друзей много лет. И всем, чем он мог теперь давольствоваться...это их проекции. - Ну и...последнее. В каком-то смысле, тоже сообщение от друга. Правда...бывшего. В отношении тебя. Для меня...она всё ещё подруга, хоть её уже давно не стало. То, что ты услышишь...тебе не понравиться. - заранее предупредил Лю Ченши, активируя последнее сообщение, в то время как все остальные, включая Укуна пытались переварить то, что они услышали. - Да уж...Коту придёться много пересказать...- только и могли подумать, Кощей и Ядвига, пока комната "обратилась" замком из историй Макака. Замком из Мира демонов. Перед присутствующими предстала женщина, которая восседала на золотом троне Короля демонов. Она была такой же, что и в описаниях Ченши, с поправкой на то, что она выглядела несколько старше и на половину тела у неё был странный золотой узор, который напоминал множество солц. Её взгляд был злой и ужасно надменный, но в тоже время...и удовлетворённый. - Сунь Укун...если ты видишь это сообщение, то скорее всего я уже мертва. Полагаю что-то такое ты и ожидал услышать. Конечно если первым делом тебе давелось прослушать сообщения твоих почивших друзей. А если...Вы, кто это слушает, не Сунь Укун можете продолжить слушать и не воспринимать всё на свой счёт. - размерянно и холодно говорила женщина. - Ты должен был осознать к этому моменту, что ты был запечатан. Я тебя запечатала, при поддержке сказочных всего Китая. Отсюда у меня и этот уродливый ожог. - несколько с отвращением проговорила Сяосинь, а затем запустила огромный огненный залп в воздух, который напоминал золотое пламя Укуна, но видимо из-за собственной магии Сяосинь преобретала более оранжевый оттенок. - Когда тебя разорвало магией внутри тебя, магия волной обжигающего света прошлась по всем, кто был поблизости, включая меня, сказочных что мне помогали и несколько десятков человек, что попали в зону поражения. Никто не умер, но теперь у нас имеется несколько десятков несчастных с твоей магией огня. Включая меня. Отвратительно, да? - похоже женщина была не в восторге от получения этой силы. Не сказать, что все понимали почему, особенно учитывая, что этот узор это оказывается ожог, но всё же...они все находили формулировки очень резкими. - И из-за твоей магии я умру в ближайшую сотню лет. Просто замечательно. Но по крайней мере перед этим я доказала всем, что ты неконтролируемое и безмозглое животное, а демоны и тёмные не грязь, с которой можно обращаться как захочешь. Правда что-то мне подсказывает у людей и сказочных эти мысли быстро исчезнут. У народа короткая память, если ты этого не понял, на примере своих друзей. - распиналась женщина, смотря холодным взглядом вперёд, словно бы зная, что Укун будет слушать. Она будто...старалась прожечь взглядом того, кто был заточен в шкатулку. - Макак...он был прав, что даже у тебя есть магический лимит, просто он безмерно огромный с рождения. То, что ты решил опытным путём это доказать, это было очень любезно с твоёй стороны. Макак...я его предупреждала. Я просила его быть осторожней и всё же...он пал от твоих рук. Я хотела верить, что он видит правильное будущее, но он ошибся. Он недооценил Будду. Хотела бы я ему сказать...какой же он всё-таки болван...бывает иногда, но к сожалению он больше никогда не услышиь моих слов. Даже слов моей благодарности, что он был в моей жизни. Что я его любила больше жизни. И всё это...из-за тебя. - Зато я смогла достичь того, к чему он стремился. По крайней мере все небожители мертвы. Больше нет тех, кто мог бы силой переиначить всё. Тех, кто мог бы обладать безграничной силой и стерать всех на своём пути, лишь бы сохранить контроль. Не знаю, насколько надолго...но Макак был бы рад. Знаешь, Укун...ты во истину потрясающий сказочный. Ты оказался проблемой для всех, для кого мог. И для врагов, и для союзников. За это я отчасти должна сказать тебе спасибо. Если бы не твоя ярость и нескончаемое упорство, жестокость и потрясающая ведомость, то небожители всё ещё были бы жили. Как и если бы...не твоя действительно искренняя любовь к друзьям. Знаешь, когда Демона-Быка казнили из-за тебя, моего последнего друга, мне пришлось долгое время укрываться, где попало и я был той, кто первой узнала, что у Будды...внезапно проснулась совесть. Он прочитал всё, что мог в Макаке и в итоге пришёл к неутишительным, но правильным выводам. А затем к нему и небожителям волею судьбы в безумно удачное время пришёл и Суаньцзан, которому также, как и учителю после открытия правды оставалось жить не долго. Я наведалась к нему, когда он был в полнейшем отчаянии, и он был готов довериться мне. Тому, что я могу помочь ему оставить для тебя сообшение и после смерти его передать. Потому что он был трусом. Он боялся твоей реакции, а в своей смерти был уверен. Как и в том, что я передам ему сообщение сразу, после его смерти. Наивный мальчик. Безумно наивный. Если бы я так поступила, то тебя от массового уничтожения небожителей отговорили бы друзья, либо же вас всех вместе где-нибудь заточили бы. У них был шанс. В первый раз ты не так легко справлялся как хотел бы. Поэтому...слова своего дружка, ты услышал только сейчас. Я увидела в тебе возможность, и не хотела упускать её. Твоё знание этого раньше, испортило бы мне все планы. - С твоими другими друзьями я тоже встречалась. Они пришли к нужным выводам почти сами с моей минимальной помощью, а небожители поспешили избавиться от Ша Сэна и Сянь Луна, как нельзя удачно. Наблюдать за этим было удивительно приятно. Хотя Сянь Луна было немного жаль. Он был лишь запутавшимся мальчиком, с которым никто не знал, что делать. - А Чжу Бацзе...он оказался поумнее остальных. Включая тебя. Он быстро понял, что Макак был прав. Во всём. Все те слова, что он выкрикивал в пустоту, отложились у него в памяти, хоть он и не признавал этого. Мне давелось поговорить с ним, и он с привеликой радостью пошёл у меня на поводу. Он знал, что ему не долго осталось, как бы он или ты не старались. Он не был намерян скрывать от тебя правду несмотря ни на что. Хотя возможно...в какой-то мере это потому, что он искал своей смерти. Так или иначе небожители всё-таки за годы твоего заточения немножечко принаровились к таким, как ты или сам Чжу Бацзе. Научились не просто применять грубую силу. Поэтому он попросил меня помочь записать тебе сообщение и передать его. И так я поступила. Правда передать, увы и ах, " не успела". И не очень хотела и не собиралась. Ты начал свой маленький геноцид сильно раньше, в ходе которого погубил своих последних друзей. Ты оказался в той точке, в которой я хотела, а небожители проявили чудеса не расторопности. В состоянии, когда тебя никто не будет отговаривать, и когда ты ты будешь решительно настроен идти до самого конца. Ну и конечно...поглотишь всю силу, что сможешь без остатка. Ты не знал, что она тебя разорвёт, а если бы я тебе передала сообщение Чжу Бацзе, то ты бы это учитывал. Мне очень не хотелось, чтобы в нашем мире жило всесильное существо, которое нельзя даже было бы запечатать из-за силы магии, уж извини. Я ждала пока ты дойдёшь до той точки, в которой ты лишишься большой части своей магии, ведь она в любом бы случае вылилась из тебя в больших количествах, раня тебя в процессе. - продолжала пояснять женщина максисально холодно и надменно, с явными нотками сарказма. На этом моменте...все начинали понимать...геноцид Укуна, отчасти был спланирован Сяосинь. Если бы она передала сообщение друзей Укуну, то Укун не был бы запечатан и большая часть небожителей были бы живы, если вообще не все. - Когда небожители паниковали и ничего не могли с тобой сделать, это напугало всех. Все боялись и ненавидели тебя. Как и разрушения, что ты приносил. Я предложила всем решение. Когда ты начал буйствовать, это дало мне возможность появиться на людях, не опасаясь быть пойманной небожителями. Им было не до меня. И все были так напуганны, что даже не стали мне ничего предъявлять или пытаться убить. Я им предложила решение проблемы и открыла глаза. Когда сказочные и люди бояться, они становяться такими поддатливыми. - Я это всё к чему? Ах, да....я тебя ненавижу, Сунь Укун. Из-за тебя погибли все, кто мне был дорог. Я очень надеюсь, что где бы ты ни был, и кто бы тебя не распечатал, что ты проживаешь ад на земле. У тебя никого не осталось, ты ослабел и больше никогда не будешь и близко также силён и тебя...будут использовать. Ты доверчивый, ведомый, импульсивный болван, у которого всё же будет что-то полезное для нового мира. Хм, иронично. Помниться ты был очень зол от вероятности, что мы все хотели тебя использовать. А по итогу...тебя использовало Небо, использовали твои друзья и Суаньцзан в частности, тебя использовал Макак, и тебя использовала я, хоть и не планировала никогда, но ты сделал это личным. Потому что ты всегда был до омерзения невежественнен. - Уж не знаю дойдёт ли до тебя что-то из этого, но надеюсь, что ты не получишь ничего хорошего. Прощай навсегда...Великий болван, казнивший Небо. Я бы пожелала увидеться в аду, но мы оба знаем, что его нет. - сообщение оборвалось. Все были в лёгком шоке. Они все понимали, что Сяосинь эксцентричная девушка, но чтобы настолько. Она звучала очень злой. Укун же...он мог только зарыться в одеяло и упасть коленями на пол. Весь его мир, будто сжался в одну точку. Слёзы из его глаз всё текли и текли, а вырадения лица было такое, что...казалось, что в следующую секунду он от отчаяния закричит. - Если тебя это утешит, Укун, мне бы Сяосинь тоже наговорила бы гадостей, знай она, что я вернусь к жизни. Думаю у неё нашлось бы множество красочных синонимов к слову болван в моём отношении. Зная её, она была помимо прочено ещё и в ярости, что я так глупо провалился. Она всегда была такой. Иногда безумно резкой и острой на язык. - попытался поддержать Укуна Ченши. Видимо в отличии от Сяосинь...он не держал на Укуна столько зла. Спустившись по лестнице, Кот вошёл в немаленьких размеров подземную комнату. И ему очень многое с порга бросилось в глаза...и не только. - Хм...ощущения не врут. Хдесь правда тоже заклятие, что мы и на подземелье накладывали. Ну или почти. Внутри похоже колдовать можно. Как и снаружи, но преодалеть условную стенку, блокирующую магию нельзя. Интересно. - бормотал Кот, запреметив огниво. - Интересная вещица. Похоже на огниво. Возможно...с его помощью Визирь и управлял тем каменным стражем...- затем он заметил доску, с множеством картинок. Самых разных фотографий. - Пропавшие сказочные...значит ты не просто хочешь убить Сказочника. Ты что-то пытался расследовать, Визирь. Вот только...откуда ты знал изначально, что сказочные пропадают? - задался вопросом Кот, переключив своё внимание на огромную статую, которое покрывала огромная тряпка. Кот сдёрнул её и...перед ним дейтсвительно стояла статуя. Статуя девушки, которая будто кричала. - Выглядит знакомо...стоп...а это случайно не...- Коту пришла в голову мысль. Он достал из карманнов своих штанов счётчик и... - Магия Повелителя на этой статуе...значит это та, о ком я думаю. Это твоя невеста, Визирь, так? - задал скорее в пустоту вопрос Кот. -...Почему...ты нам об этом не рассказал? Неужели...совсем нам не доверяешь? Настолько уверен, что ты можешь справиться исключительно в одиночку? Или...это из-за демона? - думал Кот, возращая тряпкц на место. Чтобы Визирь ничего не понял. Хотя...возможно это в любом случае было лишним. Взгляд Кота упал на то, что он...всё это время искал. Возле статуи лежала...книга. Кот её открыл и стал пролистывать. - Хм...не хватает страниц. Ты их вырвал Визирь, не так ли? О! Информация про Путеводный клубок. Хм...а ведь говорил, что не знаешь, где она...Визирь. - несколько разочарованно констатировал Кот. Его миссия была выполнена. Он мог замести за собой следы и возращаться назад. Его находка, долдна была продвинуть их дело вперёд.