Пролог: Что, если...?

      Бог сотворил Демиурга, и тот засеял молодую планету Земля своей сущностью, создав расу Старших Богов, главными из которых стали: Хтон, Сет, Гея и Оштур.       Старшие Боги распространились по планете Земля и правили ею миллион лет, но помимо них на свет также появились и многие другие Младшие Боги. Пусть и не были они столь же могущественны, но разделяли единое начало и единую сущность, которую могли показать с абсолютно другой, более яркой стороны, чем их самые сильные братья и сестры.       Но с властью пришла война и раздор, которая заставила Сета и Оштур пасть и превратиться в демонов, воюющих друг с другом в бесконечном цикле перерождений. Концепции жизни, которые они олицетворяли, было невозможно уничтожить, поэтому их сражения и передел власти продолжался миллионы лет.       Хтон и Гея безучастно наблюдали за резнёй и циклом возрождений своих сородичей. Гея никогда не питала интереса к интригам и дрязгам Старших и Младших Богов и из них, пожалуй, лишь она одна сохранила свой первозданный вид, который не предполагал стремление к контролю над чем-то или кем-то во вселенной. Была ли это настоящая мудрость или холодная расчётливость — никто не знал.       Хтон же являлся олицетворением Хаоса, из которого был рожден мир, и не вмешивался в дела других Богов, покуда цикл, в который они заключили друг друга, был также естественен, как изменение формы вселенной: один погибает — другой встаёт у власти и наоборот… Форма сменяет форму. Хтон предпочитал проводить время, изучая мистические силы вселенной. Устройство мира интересовало его больше, чем что-либо другое, пока его вело любопытство и жажда обнять необъятное.       Все могло продолжаться вечность, если бы Гея, так и не поддавшаяся демоническому падению, не обнаружила, что в океанах Земли зарождается новая форма жизни. Она решила действовать ради неё, ведь цикл Сета и Оштур был слишком разрушителен для неё, а динозавры — змеи Сета — слишком долго не обретали разум и разочаровали Богиню.       Но какой ценой она спасла эту жизнь? Богиня лишила Старших и Младших Богов, своих братьев и сестер, свободы и бессмертия! По её воле Демиург вмешался в их дела и позволил ей родить на свет Нового Бога — Атума, который убил многих Старых Богов и очистил Землю от демонов и творений Сета, заставив даже Хтона создать другое измерение и уйти. Сначала в Мерцающие Миры, а потом К’лай — мир, ставший его пристанищем, а после и вечной тюрьмой.       Выжившие Боги заключили пакт, который никто не мог нарушить напрямую, чтобы не быть уничтоженными Атумом: им было запрещено появляться на Земле, где теперь правила Гея, оберегая новую жизнь от божественного влияния.       Хтон понимал её, но был слегка недоволен своим заключением в собственном измерении. Пусть оно и менялось по его воле и было гораздо прекрасней Земли — в его понимании, но имело одно несовершенство — предсказуемость и сопутствующую ему скуку, которая сыграла злую шутку со Старшим Богом спустя пару тысяч лет.       Так Хтон решил познать судьбы других миров, где существовали его другие копии. Для первого и самого могущественного мага во вселенной прозревать судьбы, видеть сквозь реальность и время было легко. Так древний Бог, давно ставший аспектом изначального Хаоса, окунулся в мир мультивселенных, а потом и омниверса, где большинство его решений приводило его копии к падению, демонизации и вечному заключению в К’лай, который почему-то ему-другому не нравился.              В этих историях всегда были разные аксиомы, но все приводили Хтона к одному концу, как бы силен и умен он не был. Там он всегда был «Злом», но здесь… Гея всё ещё любила его как брата за его нейтралитет по отношению к новой жизни и неучастие в войне за власть Старших Богов, и могла позволить ему связаться с собой вновь, чтобы разрешить ему присутствовать на Земле.       Также она могла поделиться с ним своей мудростью и дать ему кусочек неопределённости, который, возможно, разбавил скучную божественную жизнь и открыл новые ощущения… Ведь может тайны его вселенной и были давно открыты, но что насчёт других миров?       Так Гея придумала игру, выбрала для него человеческую душу и указала на земной мир, в котором никогда не было Богов, похожих на них и в котором она позволяла ему присутствовать. Она верила Хтону, поэтому поставила перед ним лишь одно условие: не уничтожать человеческую душу.       Хтон не мог не оценить шутки Богини: заставить его ограничить себя в способах познания, чтобы разбавить скуку... Это была почти пытка. Входить в другие мультивселенные в собственной ипостаси не было запрещено, но Хтон находил столь затратные и вульгарные действия излишними и скучными, ведь он уже слишком давно мог все. Богу не хватало ограниченности и риска, поэтому Гея дала ему их.       Какая забава…       Красное небо К’лай безучастно смотрело на своего создателя, не давая ответов на вопросы. Жуткие создания, которым он дал жизнь на заре своего существования, окружили его. Послушные, верные, самостоятельно пришедшие к пониманию, что убийство сородичей — непростительный грех. Они давно бесцельно бродили по всему плану К’лай, сохранив свою цивилизацию в идеальном состоянии на вершине техно-магического развития. Его следы былого азарта…       Хтон мог бы пасть, как его братья и сестры. Низвести себя до демона, но он был творцом, а не королем и разрушителем.       Бог сжал в руке подаренную душу. Крошечный белый комок ничего не представлял из себя на фоне его гигантской руки. Душа задрожала и прильнула к мощной силе, медленно окрашиваясь в алый. Цвет Хаоса и реальности.       Это его Судьба в этой вселенной.       «Люди удивительны», — сказала напоследок Гея, — «Возможно, эта игра тебе не понравится и ты преисполнишься отвращения к дарованной тебе душе, но разве это не разбавит твою жизнь? Как думаешь, каким станет существо в твоей руке, когда обретёт плоть? Может быть, оно возвысится до нас, а может, наоборот, падёт на самые глубины Ада. Но даже так я всё ещё люблю людей, ведь они единственные во вселенной могут стать кем угодно. И я говорю не про их тела, но души. Они создают себе границы, за которые не переступают, но именно так они становятся великими… Надеюсь, ты разделишь эти чувства со мной, брат!»       Гея могла быть убедительной.       Хтон не знал, чем окончится эта история, ведь в этот раз не заглядывал в будущие и иные миры, чтобы прозреть суть в отражениях зеркал. Он положился на Судьбу, потому что находил ограниченность познания забавной, но не мог оставить избранную душу без силы и знаний, которые дали бы ей инструменты для изучения себя и мира.       В другой руке Бога появился Даркхолд, его собрание всех существующих магических заклинаний. Его magnum opus.       Душа, ластившаяся к Хаосу, почти с жадностью приняла книгу и его силу. Теперь она никогда не сможет от неё избавиться: Даркхолд будет привязан к самой её сущности, куда бы она не направилась и кто бы не попытался забрать его творение. Теперь он вечный Наблюдатель.       — Покажи мне, что ты сможешь и куда пойдёшь с моими знаниями, — чудовища вокруг Бога взволнованно подняли головы: слишком давно они не слышали голоса своего создателя. Кто-то из них с любопытством подобрался поближе, пытаясь разглядеть душу в руках Бога.       Красный комок в последний раз просиял перед множеством глаз и резко взлетел, скрываясь в небесах. Его ждала новая Земля.