Часть 1

Он возвращается домой. Уже поздно. Сегодня не было подработки. Но домой не хотелось. Он всегда задерживался допоздна. Вот и сейчас ушел из университетской библиотеки последним. Специально не сел на все такой же последний автобус, оттягивая время на лишние сорок минут пути. Но сколько не бегай, все равно возвращаться в эти стены насквозь пропитавшиеся отчаянием. У этого дома… У ЕГО дома бывает два крайних состояния. Первое — шум. Гостиная или кухня, что чаще, заполнена малознакомыми и очень неприятными ему людьми. Телевизор орет никому не нужную музыку, которой не удается перекрыть весь гам, поднятый пьяным, хорошо, если только пьяным, отродьем. Прокуренный воздух, утяжеляет множество непотребных звуков, а заодно и дыхание юноши. Громкие разговоры в состоянии под шафе, похабный смех, звон катающихся по полу бутылок или бьющейся посуды, крики ругани или драк, изредко стоны… Чьи он не знает, и никогда не возникало желание узнать. Бывало, что к нему приставали с глупыми вопросами, предложениями выпить за компанию или приказом выполнить то или иное поручение. Они всегда получали отказ. Если с первой попытки не доходило, отказ получали уже в грубой форме. Как говорится, в переводе с человеческого языка на хамско-неандертальский. Благо, в такие моменты у родителей включился таки инстинкт и они вставали на защиту своего дитя, отвлекая внимание на себя. Наверное, только благодаря этому еще не разу не доходило до открытой конфронтации с применением силы. Второе состояние — тишина. Она всегда приходила за руку с темнотой и холодом. Глухие шаги молодого человека, казались непозволительно громкими в звонкой тишине, отражающийся от стен. Окна и двери пропускали рев двигателя случайно проезжающей мимо машины. Но через пару мгновений он затихал, превращая дом в колокол, давящий на ушные перепонки. Родителей могло не быть сутками. Пропадая неизвестно где и с кем, а главное с отключенными, забытыми, разбитыми или потерянными телефонами. Им бесполезно звонить. Он уже и не предпринимает попыток. За два года привык. Даже начал себя морально готовить к звонкам из больницы, морга или полиции. Боялся до жути услышать трель сотового и увидеть на нем незнакомый номер. Боялся, но допускал вероятность. Парень не знает, что лучше. Хотя нет, он не знает, что хуже. Увидеть на подходе к дому, как из каждого его окна горит свет и доноситься вакханалия звуков. Или не узреть и огонечка с пронзающей, холодной тишиной. Сегодня, свет горел лишь в одном окне, да и пьяных гостей слышно не было. Такой расклад событий не подходил не под один из двух привычных сценариев. Это настораживало. Чего стоит ждать на этот раз? Войдя в дом молодой человек сразу же направился на кухню. Там находилась только мать. Она сидела за обеденным столом с полупустой бутылкой с сырыми сосисками вместо закуски или нормального ужина. Она подняла на него молчаливый, но на удивление осознанный взгляд. “Значит не так уж и пьяна…” — подумал он и сел напротив. Какое-то время они находились в тишине. Но не в той напрягающей-звенящей, а просто в безмолвие. Женщина продолжила свою незамысловатую трапезу. — У нас микроволновка работает. Могла бы хотя бы разогреть. В ответ, она лишь пожала плечами, не отрывая глаз от тарелки. — Как у тебя дела? — спросила мама еще через пару минут. — Разве тебе интересно? — совсем не язвительно, слишком спокойно даже обреченно произнес молодой человек. На это ей нечего было ответить. Вновь молчание. Каждый думал о чем-то своем. Что в этот момент было в голове у женщины парень не знает. Его же мысли крутились вокруг прошлого. Вокруг этого большого и уютного дома, который совсем не соответствует сегодняшнему образу жизни его близких. Вокруг этого обеденного стола, за которым они сидят сейчас вдвоем и молчат, потому что так намного комфортнее, чем от звука голосов друг друга. А сколько хорошего, сколько счастливых воспоминаний хранит уже совсем не идеально чистая дорогая столешница. Внутри этих стен, на самом деле, осталось очень мало дорогих вещей. Все украшения, что-то из техники, частично даже мебели уже давно продано. А он? Он не интересуется на что они пьют? Наверное где-то подрабатывают, может воруют? Ему не интересно, потому что им тоже. Кажется, они даже не задумываются о том, почем на этой кухне все еще горит лампочка, работает микроволновка, течет вода из крана.Что и где их сын ест и пьет, во что одевается и чем умывается по утрам. Они не знают, что ему повезло найти две подработки недалеко от университета и дома. Там он делает все сразу. Официально — уборщик после закрытия, иногда грузчик, кассир, курьер или официант, когда нужно кого-то подменить, с чем-то помочь или выполнить какое-то поручения. Парень не дает им деньги. Пусть живут самостоятельно. Он даже просит своих работодателей платить ему посменно, а не помесячно. Ни отец, ни мать не разу не опускались до воровства денег у собственного ребенка. Но лучше подстраховаться, чем остаться совсем без средств к существованию. Однако, он не жалуется. Он привык. — Где все? — молодому человеку было интересно, чем сегодняшний день отличается от предыдущих. — Не знаю. — честно признается женщина. — А почему ты здесь, а не с ними? — Просто. — говорит она и замолкает. Парень принимает это одно ничего не поясняющее слово за окончательный ответ, но спустя почти минуту она продолжает — Кажется, мне просто было лень куда-то идти… — А папа? — А папа? — задумчиво тянет она — он ушел. Думаю, они сейчас... — она взглянула на настенные часы — хотя нет, они уже покувыркались. Красивая же эта новенькая, как же ее… Казалось, она совсем забыла, что разговаривает с собственным сыном об его отце. Да и то, что это ее законный супруг женщину совсем не волновало. Мать как будто пересказывала сюжет сериала. Она говорила спокойно, искренне пытаясь вспомнить как же зовут эту самую новенькую. Могло показаться, что из-за этого хозяйка дома и осталась пить в одиночестве на кухне, но нет. Женщину совсем не трогал секс ее мужа с другой. Похоже ей действительно просто было лень куда-либо идти. — Он тебе изменяет? — Да, а я ему. Молодого человека слишком сильно удивил тот факт, что он совсем не удивился этому открытию. То как спокойно они обсуждают свою собственную семью повергло в шок больше, чем само содержание разговора. “Это ведь ненормально!” — горела красным кнопка тревоги где-то в голове. Но ее сигнал был с легкостью проигнорирован. Что с ними стало? Все понимали, что пути назад нет. Такие очевидные вещи не произносятся вслух. Они и так всем известны. С ее уходом изменилось все. И он тоже не оправился. Ему тоже больно до сих пор. Однако, парень продолжает жить. Хоть как-то. Он не просто поддерживает жизненные процессы своего организма. А пытается бороться, иногда даже сам с собой. Он понимает, что его чувства потери, наверное, невозможно сравнить с родительскими. Но он тоже любил и любит ее до сих пор. Молодой человек буквально не помнит себя без нее. Она — самое раннее его воспоминание из детства. До — полнейшая пустота. Но вот этот маленький сверток привозят из роддома и впервые дают ему пятилетнему подержать ее на руках. Чьи-то ладони фиксируют ей головку, чьи-то страхуют снизу. А он сам еще беззащитный малыш держит ее укутанную в пеленки крепко-крепко и знает, что ни за что не даст ей упасть. Дал… Мать встает из-за стола. Выкидывает пустую бутылку в мусор. Моет тарелку. Движения твердые. Ее даже не шатает. — Мам? — он сглатывает ком в горле. Женщина оборачивается. Подходит к сыну также вставшему со своего места. Ее зрачки немного расширены, но взгляд не шальной, все такой же осмысленный. Что с ней стало? Сейчас она выглядит намного старше своих лет. Множество новых глубоких морщин, неухоженный волос, грязный, седой, есть даже несколько маленьких шрамиков на когда-то прекрасном лице. Он еще помнит, как ее принимали за его тетю или кузину, скидывая лет десять от реального возраста. — Мам, мне тоже плохо от того что ее нет… — парень не успел проморгаться и одна юркая скупая слеза таки скатилась по его щеке — очень плохо без нее. Но она ушла. А я все еще здесь. Неужели это для вас ничего не значит? Женщина вытерла большим пальцем с щеки сына одиноко бежавшую слезу. Уголки ее губ дрогнули, в слабой попытке улыбнуться. — Значит, — неожиданно нежно произнесла она — Если бы рядом не было тебя, мы давно ушли вслед за ней…. 01.04.2022