Часть 1

Издали большое видится едва, издали лишь эхом кажутся слова. В памяти тусклее начали мерцать витражи и свечи Малого дворца, и покои Багры укрывает мгла. Малая наука мало помогла. Что жалеть о прошлом, что украдкой выть — памяти фрагменты сорные, как сныть. Не боятся яда, холода, ножа, их никак не вырвать — и не убежать. Помнят ещё пальцы выученный жест, что сердца чужие бил в один присест, помнят, как скорее кровь по жилам гнать, как сложить в минуту вражескую рать, как с живого пульса истину спросить. Нынче только холод — он невыносим; мёртвый, невозможный, выморочный дар. Вывернула Нину чёртова юрда, наизнанку швами, наперекосяк; был талант полезный, а теперь иссяк, и ничто не греет выжженную грудь. Мёртвых можно слушать — но нельзя вернуть; можно мёртвым даже что-то приказать, но не будет больше искорки в глазах. Не учила Нина вот такой урок. Ей с науки малой — малый вышел толк. Довести придётся дело до конца, даже не имея своего лица. Позабыть желает рваная душа родину, сраженья и кафтан гриша; этовость и скверна, свет и тень и кость — Нина всё отвергнет. Оторви и брось, нет к себе возврата, нет пути назад. Остаётся только Мила Яндерсдат.