Часть 1

Ох дивное созданье, что край свой бережёт; Не лезь к нему иль холодом тебя он обожжёт! Не жалуйся, не плачь, когда лишишься ты руки, Ведь благословлён ты был познать его клыки! . . . Трава неловко шелестела по ветру. Тот, кому посвящалась поэма, все еще молчал, полностью игнорируя вернувшееся божество. - Ой, да ладно! Это хорошая поэма! Тебе не нравится, что она так коротка? Знаешь, в Снежной говорят - «Краткость - сестра таланта»! Или, может, тебе кажется, что она слегка задорна? Ну, она не столь драматична, но поэма весьма точно описывает тебя, твои силы и темперамент. Разве не так? … Молчание знак согласия? - Андриус. Где-то ухнула сова. Венти слышит усмешку в свой адрес. - Андриус. Я знаю, что ты меня слышишь. Ничего не поменялось. «Как со стеной говорю». Ну, хотя, он действительно говорит со стеной, с выгравированными узорами, напоминающие волчью морду с сияющими глазами. Но Венти имеет в виду не столь буквально, а, скорее, метафорично. - А ТЫ знаешь, что Я упрямый. Вылезай, я хочу с тобой поговорить! Мы с тобой так давно не болтали, целых!…Эмм, я не знаю, но достаточно долго для того, чтобы соскучиться! Ти-ши-на. Венти обиженно выдохнул. Неудивительно, что Декарабиан воевал с ним в своё время (это совсем не та причина, но, уж простите, Венти раздражен). С этим волчарой невероятно трудно вести конструктивный диалог. Венти спел ему уже 3 песни, рассказал балладу, поведовал о своём интересном сне, где он превратился в столь нелюбимый им сыр, и там точно что-то еще произошло, но бард уже позабыл (надо бы спросить у Дендро Архонта, помелькнуло у него в голове). - Ладно! - юноша решительно встал и гордо надул грудь. - Попробуем так! Он отошёл от стены в центр арены, к парящему в воздухе двуручному мечу, и прикоснулся к призрачной оболочке. От меча повеяло морозом и свет стал слепить глаза. - О, Лупус Бореалис, Волчий Лорд и Король Северных Ветров, прими мой вызов и да сразись со мною в честном поединке! Волчьи глаза на стене не поменяли свой цвет. Но вот недовольные глаза божества засияли ярче, светящиеся бирюзовым косы растрепались, а ветер разбушевался вокруг. Барбатос сделал глубокий вдох и свистнул так громко, что все птицы разлетелись, а белки в ужасе запрятались в своих дуплах. - Давай, малыш, ко мне! Иди сюда, сюда-сюда-сюда! Молодееец, хороший мальчик! И только тогда, Ох, да неужели, и ста лет не прошло, низкий, с рокотом, морозный голос эхом раздался в арене. - Ты смеешь испытывать мое терпение, бард? «Ох, Архонты! - по спине юношы пробежала дрожь, и гусиная кожа покрыла его руки. - Какая у него здесь шикарная акустика! Эх, вот бы провести здесь выступление». Стена засияла, мороз поцеловал его щеки, и благородный, грациозный дух волка явился перед ним. Снежно-белый, с синими полосами на спине, с заострённой мордой, с ледяным пламенем как два крыла на его лопатках, и с сияющими морозными глазами. Лупус Бореус. Один из четырех ветров. На его фоне Венти кажется совсем уж хрупким и простым в дурашливым зелёных шортах, с косичками и цветком в волосах Он задрожал, но, опять же, не от страха. Его дыхание сбилось от восторга, а щеки зарумянились от гордости и радости и, немного, от холода. Какой же хранитель достался Мондштадту! - Столетия сна тебя не изменили. Всё такой же бессовестный наглец. - А ты, смотрю, всё так же хмуришься и занудствуешь, старый волк. Дух рыкнул раздраженно в ответ, и волосы застыли в причудливой форме, а ресницы покрылись инеем от ледяного дыхания хранителя. Венти прикоснулся к своим заледеневшим косам и хихикнул. Ему нравится. Казалось, что это знакомое хихиканье смягчило Волчьего Лорда. Ведь как бы Андриус и не держался гордо и неприступно, Венти чувствовал его опаску и насторожённость. Видел, как один из его ветров осматривал вернувшееся божество с особой внимательностью. Слышал, как его острый нос принюхивался, словно пытался учуять ядовитую кровь в теле Барбатоса. - Архонт, а ведёшь себя подобно малому дитя. Волк улёгся на каменный пол арены и лениво прорычал. - Если уж ты сюда заявился, то либо говори, что хотел, либо покинь обитель Лупикал. Охота скоро закончится. - Ох, я только вернулся, а ты уже прогоняешь! Если бы адепты из Ли Юэ увидели эту картину, то явно бы возмутились. И не вольностью волка, а, скорее, «распущенностью» Барбатоса как Архонта, раз позволяет своим ветрам такие комментарии в свою сторону. Но он не в Ли Юэ, Андриус - не адепты, а Барбатос - не Моракс. Поэтому бард добродушно подсел волку под бок и призвал свою лиру. - Разве твои Лупикал не любят мои песни? - Венти хихикнул. Ещё до того, как Барбатос в очередной раз уснул, он часто играл в лесу Андриусу и его волкам. И хоть Король Северных Ветров никогда открыто не хвалил его музыкальные таланты, Венти знал, что Андриус всегда слушал его песни. - Хоть какой-то в тебе прок. Венти считает это большим комплиментом. - Однако, в стае Лупикал есть не только волки. - Ох? - Юноша удивился. - Ты приютил человека? Андриус промолчал. - Аааввв, всегда знал, что в душе ты тот ещё зайка. - Будешь шутить - останешься без своих драгоценных пальцев. - ледяное пламя на его спине угрожающе стрельнуло. - Молчу-молчу! - Венти беззаботно продолжил свою игру. Через пару мелодий юноша поинтересовался мягким голосом у задобренного древними мелодиями волка. - И всё же, этот человек… Расскажи мне о нём. Пальцы перебирали новую мелодию и ближе к её завершению, волк назвал имя, которое Барбатос сразу запомнил. - Имя ему Рейзор. - Архонт ветров приятно удивился, услышав нотки гордости в голосе давнего товарища. - Его клыки и когти не так остры, как у волков, но его руки и меч сильны, а молнии жгут сильнее пламени. «Электо Глаз Бога, значит». - Но мягкое сердце. Теплое. - Ох, так вот чем он растопил твой ледяной нрав! - бард быстро сменил тему, почувствовав раздражённый холодок. - Рейзор, ты сказал…Надеюсь, ветра сведут наши пути в скором времени. - У него сильное тело, но ленивый язык. Используй свой на пользу и научи его изъясняться. - Разумеется! Если он будет говорить в твоей же манере, то от него все сверстники кринжовать будут. Секундная тишина. - Твои слова мне не понятны. - Лол, бумер. Почему все так любят хлопать его по носу?? Венти отмахнул от себя ледяной хвост и застыл, прислушиваясь к ветрам. Ухо Андриуса дернулось. - Когда ты уже покинешь мою территорию? Юноша нелепо упал на спину, когда дух Андриуса встал с камня. Морозные глаза смотрели на него сверху вниз, и в его взгляде божество прочитало немой вопрос. Вопрос, который волк не задаст из-за своей гордости и, якобы, «безразличности к миру людскому, что разочаровал его». Но Барбатос достаточно хорошо знает своего союзника, чтобы прочитать между слов. «Для чего ты проснулся в этот раз?» Ведь они оба знают, что Анемо Архонт просыпается лишь тогда, когда его детям и их свободе грозит опасность. - Как грубо! - Венти отмахнулся, но потом спросил, посерьезнев в лице. - Скажи, ты видел Двалина? Барбатос проследил за взглядом своего ветра - Волчий Лорд смотрел в сторону снежной горы, на пик Сала Виндагнира. Именно там Барбатос видел своего друга в последней раз. - С того дня от него не было вестей. Бог ветров нахмурил брови. - Я найду его. Король северных ветров молча согласился. А после его ухо дёрнулось и он рыкнул. - Тогда не сиди здесь и принимайся за работу. - Ох боги, говорить так со своим же архонтом! - Венти задорно улыбнулся, дразня Андриуса. Его тело засияло. - Тебе повезло, что я тебя люблю. - Отвратительно. - Эхе~! И юноша с косами исчез во вспышке яркого света, оставив после себя свежий бриз и парящие в воздухе белоснежные перья. Когда последнее перо опустилось на камень и растворилось в воздухе, из кустов вышел юноша с длинными белыми волосами, шрамами на теле и электрической стекляшкой на бедре. В руках он держал двух больших кабанов. Окружавшие его волки с любопытством поднимали носы, стараясь уловить незнакомый запах, витавший в воздухе. Юноша удивленно проговорил: - Здесь…. новый запах. Волк не стал отрицать. - Это… был воин? Андриус хмыкнул, озадачив сироту своим смешком. - Если только воин похмелья. Рейзор неловко проморгался алыми глазами, не совсем понимая, что ответить на его слова. «Что такое похмелье?» Пока кабан жарился на огне, а волки возбуждённо виляли хвостами от нетерпения, Рейзор с любопытством поглядывал на своего опекуна. Он, может быть, не так хорошо разбирается в чувствах, как другие люди, но жизнь в лесу с волками научила его быть внимательным к окружению и к изменениям вокруг него. И сегодня Андриус был чуть оживленнее и веселее обычного. Рейзор задумался, связано ли это со сладким запахом цветов, фруктов и… чего-то еще, что дурманит ему голову туманным ароматом. Через некоторое время в воздухе запахло мясом и прошлые мысли улетучились. Когда Волчий лорд спросил, принес ли он для себя овощи или фрукты, то Рейзор сделал вид, что не услышал его.