Часть 1

− Хочу знать больше, − Усаги положила подбородок Сейе на плечо, и он оторвался от изучения незатейливых узоров на простыне. − Разве тебе было недостаточно моих рассказов о жизни с твоей мамой? − он окинул взглядом детскую колыбельку, стоящую в паре метров от кровати, и улыбнулся так, как умеет только он. Из-под прищуренных глаз, едва двинув уголками губ. − Что ты хочешь услышать ещё, Куколка? Её сердце забилось сильнее. Она обняла его за шею и вдохнула запах. Родной и любимый. − Что-то, что ты никогда никому не рассказывал, − проговорила она ему на ухо и замерла в улыбке, готовая к поцелую и ласке, которой не хватало целый месяц в больнице. Сейя перевернулся на спину и прикрыл глаза, а Усаги насупилась, располагаясь у него на обнажённой груди. − Я был готов раздеть Мичиру, − его ладонь прошлась по её щеке. Она ощутила мгновенное напряжение в челюсти и застыла в угрюмой физиономии, надеясь, что он этого не увидит. − Ну ты и дурак, − она попыталась встать, но он дёрнул назад, зарыв тонкие пальцы в её распущенные волосы у виска. − Это было давно, − его возбуждённый полушёпот привычно нервировал, – а сейчас я чувствую лишь отвращение к ней… к ним. – слова пролетели по комнате, со звуком ударились об углы и мебель, достигли потолка и наконец попали ей в уши. − Ненавижу ублюдков. Усаги вскочила и склонилась над его лицом: – Пожалуйста, Сейя, − она заглянула в его безумные глаза и поняла, что он не шутит. − Мы же всё уладили. Они признали нашего малыша… Ты сказал… Он усмехнулся: − Я никогда не прощу их. Она поджала губы: − Милый, я… − она заметила, как судорожно он выдохнул, и взяла его за плечи. – Мы не должны сражаться друг с другом. Сейя открыл рот, чтобы возразить, но в дверь постучали. − Мы не спим, − отчеканил он и, не сводя глаз с Усаги, потянулся к футболке. Она отпрянула в сторону и закуталась в одеяло. В комнате появилась Икуко с сонным младенцем на руках. − Папа и мама, скучали? – она поправила соску, выпавшую у малыша изо рта. – Всё в порядке? – она покосилась на Усаги, которая затравленно кивала, и на Сейю, который хмуро улыбался. – Может я зайду позже? − Нет, всё нормально, − Сейя забрал ребёнка и прижал его к груди. – Похоже, мой сын единственный, кто меня понимает. Хочу побыть с ним вдвоём, – он мельком глянул на побелевшую Усаги и вышел из комнаты.