Часть 10

— Тебе будет лучше со мной, моя прелесть. Она смотрела на него растерянными глазами, впившись пальцами в крепкие мужские плечи. По бледной девичьей коже пробежали мурашки, было видно, как сильно пульсирует кровь в её венах. Фуккацуми взмахнула волосами, от чего её заколка слетела, распуская чёрные локоны, и девушка нежно прикоснулась к губам Сато. Эйдзоку принял это, как знак согласия на его предложение. Ни минуты не медля, он подхватил её на руки, забросив хрупкое женское тело себе на плечо, победоносно неся его к своей машине. Товарищи кивнули Сато, спрятав катаны в ножны. Ёсиока разместилась на переднем сидении, рядом со своим *покровителем, смотря на него полными любви глазами, что искрились от одного только ответного взгляда Эйдзоку. _______________________ *покровитель — у гейш означает мужчина, которому принадлежит выбранная им гейша. _______________________ Шины сияющей синевой Subaru буквально стирались об асфальт от того, как быстро гнал Сато, он подрезал каждого, кто встречался ему на пути, обгонял и не замечал никаких знаков. Наконец его машина остановилась у дома и Эйдзоку вновь поднял Фуккацу на руки, неся уже в свою обитель, по которой девушка скучала не меньше чем по самому мужчине. Сато опустил Ёсиоку на пол и тут же склонился над ней, жадно разглядывая её и желая лишь одного. Девушка лукаво улыбнулась, блеснув глазками, а затем выскользнула, медленно, но изящно удаляясь, по пути развязывая своё хиёку, что плавно сорвалось с её плеч и упало на кафельный пол. Эйдзоку ни то вздохнул, ни то рыкнул, идя за Ёсиокой, оставшейся в одном лёгком белом дзюбане, что служил нижним бельём. На её стройных ножках растянулись чёрные чулки и более ничего не скрывало прелестей её изысканного тела. Фуккацуми шла, виляя бёдрами, а затем, зайдя в спальню, опустилась на большую кровать, сомкнув колени вместе, хитро смотря на Сато. Он обнажил свою катану и стал проводить холодным лезвием по бедру девицы, поглаживая, ведя его выше, от чего та вздрагивала, тяжело дыша. Лезвие прошлось по дзюбану, разрезало пояс, а затем скользнуло по груди, оставив небольшую ранку, прижавшись к горлу Ёсиоки. Эйдзоку отбросил оружие в сторону и припал губами к груди девушки, рыча от удовольствия, а она лишь томно вздыхала, зарываясь тонкими пальчиками в угольные волосы бывшего учителя. Лёгкое кимоно было разорвано в то же мгновение, как и рубашка мужчины, клочки ткани беспорядочно валялись на полу, а Сато и Фуккацуми придавались страсти. Молочную кожу юной девушки покрывали яркие бордовые метки, она была не в силах отстраниться от такого желанного ей Эйдзоку, потому что всё больше целовала его, проходясь ладонями по рельефному телу. Мужчина посмотрел ей в глаза, дабы узнать готова ли Ёсиока, однако встретил в её пламенных глазах огонь, что разгорелся куда сильнее прежнего, это безумие, полное сумасшествие говорило о том, что она не просто готова, а сама искренне этого желает. Он страстно впился в губы Фуккацу, после чего дал ей то, чего она так сильно хотела, слившись с девушкой в одно целое, слушая, как громко она стонет ему на ухо. Эйдзоку крепко сжимал бёдра Ёсиоки, оставляя на них красные следы от рук и ускорял темп, что заставляло девушку кричать от блаженства иногда даже произнося "Эйдзоку-*доно". Фуккацуми сводила Сато с ума, с ней он получал удовольствие, которое не могли доставить ему прочие девушки, коих он встречал. Ёсиока наполняла душу Эйдзоку светом, она была для него глотком свежего воздуха, его надеждой. И только сжимая хрупкое горло девицы, ощущая, как сильно бьётся её сердце и искрятся её глаза, при виде него, он понимал, как сильно любит эту несносную девчонку. ____________________ *доно — обращение к повелителю, хозяину ____________________

***

Эйдзоку не был прост, как мне казалось, он не был обычным бандитом, который убивает по приказу, использует женщин ради своего удовольствия и напивается до беспамятства, проигрывая все деньги в казино. Нет. Сато Эйдзоку был человеком чести и интересного склада ума, хоть и немного безумный. Он забрал меня из того ресторана, где девушки предлагали гостям услуги интимного характера, поселил в своём доме и никогда больше не отпускал. Он рассказал мне больше об Якудзе и собственных планах, тогда-то наша жизнь и кардинально изменилась. Эйдзоку был правой рукой верхушки Якудзы, он предложил прибыльный бизнес в самом центре Киото, который быстро процветал и приносил большие деньги. Пока мой покровитель работал, я училась самостоятельно, поскольку в школу мне ходить было запрещено, но это лишь порадовало меня, а о старых друзьях и матери я позабыла уже спустя год жизни у Сато. Мы перебрались в центр Киото, в район, где заправляют Якудзы, тогда Эйдзоку представил меня, как свою жену и я набила на руку татуировку с изображением священной у Якудзы рыбы — карпа. Не сразу, но меня стали почитать в кругу знакомых и товарищей Сато, ведь я была его помощницей, хорошо считала и умело распределяла расходы, так что пригодилась и в бизнесе. А после нескольких лет упорной работы Эйдзоку смог воплотить свой план: благодаря большому влиянию и авторитету, коим он владел, а ещё моей проворности и ловкости, он смог убить верхушку Якудзы, заняв их место. Так Сато Эйдзоку стал править Якудзой, а я, Сато Фуккацуми, являлась его правой рукой, любящей женой и конечно той безумной девчонкой из школы. Жизнь была сладка на вкус и, казалось, в ней не было подвоха, однако спустя столько лет правления, появился приспешник Сато, кто-то хитрее, чем он. Моего мужа свергли известным и самым лёгким способом, но умирая он клялся в вечной любви, даже будучи на небесах или в любом другом мире, даже с клинком меж рёбер он смотрел лишь на меня и в глазах его не было страха. Я не виню того, кто сейчас занимает престол, всему есть конец, поколения сменяют поколения. Так подошла к концу и моя история, дорогая сестрёнка Аямэ. Когда ты родилась меня уже не было рядом и мама с Тетсуей-саном вряд ли даже упоминали о моём существовании, но знай, что у тебя была сестра Фуккацуми, прошедшая такой сложный путь. Надеюсь ты не повторишь моих ошибок, но полюбишь также сильно и искренне.

***

Запечатав письмо, Сато написала адрес отправки, положила конверт на столик, а после взяв в руки любимую катану мужа, вонзила её себе прямо в живот, залив пол бордовой кровью.