Моя и его цель

       — Удачи вам, — Отойдя от микрофона в комнате слежения, Иида начал наблюдать за действиями участков тренировки.       Все остальные расположились либо ближе к стенам, чтобы опираться на них, или же к камерам, чтобы не пропустить какие-нибудь интересные моменты тренировки. В общем, в комнате было тихо и спокойно, одни болтали в углу в лице Каминари, Серо и Киришимы, а другие, по типу Ииды, Цую и Яойрозу брали на ус действия своих одноклассников на тренировочном поле. Ничего не предвещало беды, как все думали. — Эй, староста, тут камера не работает — Джиро указала на один погасший монитор в углу. Иида посмотрел на потухший экран, пытался вспомнить в какой части тренировочной площадки оно показывало изображение. — Это вроде бы камера рядом с воротами Тодороки и Очако, Керо, — решила напомнить Цую, приложив палец к подбородку. — Спасибо, что напомнила, — Иида улыбнулся в знак благодарности и начал вглядывается в монитор, — Странно... — попытавшись исправить изображение небольшим ударом по монитору, староста понял, что проблема была в самой камере. Подумав и решив сказать учителю о неполадке оборудования, Иида начал оборачиваться к месту сенсея, но увидеть следующее он явно был не готов. Смотря, как Мина ОЧЕНЬ аккуратно и тихо заплетает косички их спящему учителю в спальном мешке, а другие пытаются не засмеяться в голос, Иида временно встал в ступор. Заметив взгляд старосты, обладательница причуды кислоты приложила палец к губам, чтобы тот был тихим и не разбудил их сенсея. После того, как она закончила делать преступление с волосами учителя, Иида хотел начать отчитывать её, но неожиданный голос от Яойорозу остановил его. — Ещё одна выключилась, — Староста обернулся и заметил, что уже не одна камера вышла из строя, а сразу четыре. — Что происходит? — спросила Мина, подойдя к Яойорозу и Цую. Остальные начали тоже подходить к мониторам, чтобы быть в курсе ситуации. — Камеры сдохли? — Спросил Каминари, постукивая по экрану с чёрным изображением. — А в каких местах оно показывало картинку? — задал вопрос Красный бунтарь. — Они все были у ворот Тодороки и Очако, — во второй раз сказала Цую своим одноклассникам. — Прям все четыре? — Уже семь... — поправила Джиро смотря на ещё три потухших монитора. — Как семь?! — Киришима явно был взволнован текущей ситуацией. — Тихо ты, не разбуди Айзаву, — напомнил Серо о спящем учителе своему однокласснику. — А что там с воротами Мидории и Аоямы? — Вроде все работает, хотя там только Очако и Аояма сражаются, — подметила Яойорозу для остальных, смотря на один из рабочих мониторов. — То есть, ты хочешь сказать, что Мидорию и Тодороки мы не сможем увидеть? — спросил Каминари у обладательницы причуды созидания. — Капитан очевидность — пробубнила Джиро под себя. — Эй, мелюзга, — за всё время впервые Бакуго подал голос у стены. Все сразу же обернулись на него, удивившись, что взрывной блондин впервые за день заговорил. Бакуго просто указал на один из рабочих мониторов и снова сделал вид, что ему безразлично на всё. Все сразу же посмотрели туда, куда указывал Катсуки и сразу же заметили гигантский айсберг среди домов. — Это же... — Тодороки, — закончил за кем-то Иида. — Не завидую я Мидории, — Вспоминая турнир сказал Серо. — Может это из-за льда, камеры теперь не работают? — Сделал предположение Киришима, — Получается, всё хорошо и бой продолжается. — Камеры не показывали, что кто-то сражался, они просто выключались по очереди, — Иида отвернулся от монитору, на котором они видели глыбу льда и подошёл к микрофону. Нажав на кнопку прямого эфира, староста заговорил: — Тодороки и Мидория, если вы меня слышите, дайте знак в виде огня или льда в небо, — Одноклассники вглядываются в монитор, но никакого знака не поступило. — Кажись, у нас нет не только визуального контакта, но и голосового, — сделала вывод Яойорозу. — Чур не я говорю учителю Айзаве, что у нас проблемы, — Сказал Серо, смотря на камеру, где зелёная молния в лице Мидории только подходил к воротам Тодороки. *** — Успел, значит... — Изуку был не доволен действием своей геройской личности, то, как он решил защитить человека, который назвал его по сути бесполезным, никак не укладывается в его голове. Смотря на ещё один кашель с большим количеством крови от Мидории из-за лезвия в левом плече, злодей выдохнул. У него были другие намерения, это геройское ничтожество не испугать смертью как не старайся. — З-зачем? — Было не понятно к кому обращалась Урарака в тот момент, к Деку, к злодею или же к самой себе. Изуку оскалил зубы, но в этот раз, свой гнев он смог удержать, после слов невесомой девочки, но вопрос у злодея был по сути такой же. — Зачем? — повторил слова девчонки для Мидории. Смотря на опущенную голову молодого героя, который уже не издаёт звуки, злодей подумал, что тот уже потерял сознание от потери крови, но ещё один вопрос душа была обязана задать, — Почему ты её защитил? В ответ лишь ветер дал о себе знать. Тодороки с ужасом смотрит как одноклассник, который ещё и является по сути его первым другом не двигается, не издаёт звуки, не сопротивляется. Только из глубоких ран и рта по чуть-чуть вытекает красная жидкость необходимая для жизни. — Кажется, ты больше не сможешь защитить св... Схватившись за лезвие правой рукой, Мидория начал слегка шевелить губами и издавать что-то похожее на слова. Это произошло сразу же после того как Изуку собирался убрать оружие из раны, кажется, они оба понимали, что, если лезвие покинет тело героя, шанс выжить будет очень мал. Остановив попытку изъятия своей руки из плеча, Изуку поднёс своё ухо к губам героя, чтобы хоть что-то расслышать среди без связанных слов и звуков от Мидории. — З-з-защитить... Всех... Цель... — Твоя цель... Защищать людей, которые называют тебя бесполезным? — Это означа-ет "ты всё см-можешь"... — Эти слова Мидории были громче предыдущих, ещё он при этом старался двигать грудью, как можно меньше, но все равно каждая буква была, возможно, как агония для него. — Ты всё сможешь? Поменять значение прозвища, которым тебя всё детство гнобили? Разве так можно? А те дни издевательств куда пропали? Как он справился? Такие вопросы крутились в голове Изуку. У него явно была другая история, в отличие от злодея, хоть обоих жизнь и обделила причудами, детство не было прекрасным и радужным, но в один момент их судьбы разошлись. Один стал героем, другой — злодеем. Изуку не хватало человека, который его понимал и принимал выбранный им путь. Учитель, направивший его в детстве, может и был одним из них, но он также хотел, чтобы кто-то по настоящему родной ему человек также поддерживал его. Даже если он был героем. — Лови... — Резко потянув свою руку из туловища героя, Изуку смотрел как девчонка, очнувшись и резко потянув к себе своего почти бессознательного друга, начала быстро придерживать рану в попытках сделать кровотечение менее интенсивным. — У тебя прекрасная цель... Но печально, что ты в неё ещё веришь так слепо. — Изуку опечаленный текущими событиями, и недееспособностью Мидории, отвернулся от героя в сторону выхода из зоны С, начал уходить, — Моя первая цель здесь — спасти тебя от этой мечты, Деку... — Под конец сказал незваный гость. — ДЕКУ! НЕ ОТКЛЮЧАЙСЯ! — Урарака пыталась не дать заснуть своему другу, но выходило это явно плохо. — МИДОРИЯ, НЕ СМЕЙ УБИРАТЬ! — Тодороки смог доползти до своих одноклассников, и также как и Урарака, пытался придерживать рану одной рукой с помощью ткани из своего порванного костюма, Тодороки был отчасти рад, что зеленоволосый парнишка всё ещё был отчасти в себе, и отпускать его в мир иной не входило в его планы. — НЕ СПАТЬ! Оба одноклассника видели, что Мидория подавал признаки сознания по типу моргания глаз и двигающих пальцев, но этих сигналов с каждой секундой становилось всё меньше. — ЧЁРТ! — Тодороки почувствовал дикую боль в сломанной руке, и всем нежеланием убрав руку с раны Мидории, схватился за место перелома в районе локтя в надежде, что это как-то поможет усмирить боль. — Ты как? — Очако взглянула с беспокойством на неправильно вывернутую, плюс ещё явно сломанную правую руку сына старателя, боясь чего-то худшего от раны. — Всё в порядке, болит только — Шото, прикусив губу, молил всех богов, чтобы боль уменьшилась, хотя-бы на чуть чуть, — Я... я беспокоюсь больше за Мидорию. Оба подростка понимали, что разбираться кто был их врагом, который нанёс сильные раны двум почти самым сильным ученикам в классе сейчас не нужно, но в душе явно у обоих лежит что-то тяжёлое и неприятное после этой битвы. — Потом как-нибудь поговорим... — Тодороки сказал это из-за догадки, что обладательница причуды невесомости тоже об этом думала. Она лишь кивнула в ответ смотря на окровавленное, но ещё слабо сознательное тело Мидории. Тодороки взглянув через плечо увидел одноклассников, которые бежали в их сторону с беспокойными лицами со стороны ворот куда ранее ушёл нежеланный гость. — А вот и помощь... Очако оторвав свой взгляд от тела подростка, так же посмотрела в сторону приближающихся одноклассников. Слабая улыбка озарила лицо девочки. — Ну и хорошо... *** — Как же всё болит... — Мидория сказал это сразу же, как только начал медленно открывать глаза. Голова у наследника Один за всех было в тумане, воспоминания решили уйти на второй план, оставив после себя лишь крошки. Пытаясь вспомнить, что произошло с ним, Мидорию сразу же пробило в дрожь. Неприятное ощущение прошлось по всему телу, а затем резкая боль в плече вывела перед глазами один фрагмент из случившегося от чего подростку хотелось вывернутся на изнанку. Лезвие... Холодное и острое пробило его насквозь... Боль была настолько сильной, что крик явно можно было бы услышать даже в офисе Всемогущего в Токио. Этот крик души в итоге поглотило не воздушное пространство на поле битвы, а осталось в израненном теле героя. Отмахнувшись от неприятного и кое как открыв глаза, Мидория сразу понял, что он находится во сне. — Снова я тут, — оглянувшись в без крайнем помещении, понимая что отсюда он выйдет не скоро, парнишка опустил взгляд на свою рану в плече, — Хорошо, что сейчас не болит, — На месте раны находилось отверстие, от которого по чуть чуть выходил светло-зелёный дым. Поняв, что мышцы пришли в работоспособное состояние, герой встав на ноги решил пройтись и осмыслить случившееся в трезвой головой. — Что же произошло, — Воспоминания упорно не хотели делится информацией с зеленоволосым подростком, последние что он помнил, это как класс шёл в сторону их общежитий, а дальше лишь туман в голове. Цель... Это слово засело в голове также как и ощущение ранней боли в плече. Почему он это помнит? Как будто кто-то это ему сказал или же спросил? Какая у меня цель? Разве сейчас это важно? Сейчас он должен узнать что происходит. — Девятый, ты должен их остановить. Мидория не мог забыть этот голос, резко повернув голову назад, подросток наконец-то увидел источник голоса — мужчину с белыми волосами, который шёл на него с опущенной головой, из-за этого его лица он не мог увидеть. — Что произошло? — это пока единственное, что волнует Мидорию, не просто же так у него отверстие в плече. — Ты сражался достойно, но их будет больше, стань сильнее, мы тебе в этом поможем и запомни... — Мужчина протянул руку к голове подростка и воспоминания моментально начали проходить перед глазами наследника Всемогущего — ...Не сожалей им, они выбрали свой путь. Они выбрали свой путь. Моя цель их остановить. Только вот, могу ли я понять их путь? — Как же всё болит... — Открыв глаза, Мидория Изуку увидел белый потолок. Запах лекарств и цветов ударило прямо по носу, дав понять, что он находился теперь в больнице. Подросток сразу догадался что вряд ли сможет встать как это было во сне. Единственное что осталось ему, это повернуть голову в надежде кого-то увидеть. Посмотрев налево, парень увидел, что он был ранее подключён к системе жизнеобеспечения, что говорило о специальных трубках и маске рядом. "Неужели всё было так плохо?" — подумал зеленоволосый парнишка. Неизвестный человек во сне вернул ему события во время тренировки в зоне С, так что он хотел убедиться хотя-бы в том, что в больнице он был один. Рядом с устройством была тумбочка с одной открыткой и маленькой корзиночкой с фруктами. От Мамы? — О, очнулся, герой недоделанный, — Исцеляющая девочка зашла в палату и, увидев открытые глаза подростка, начала его сразу ругать, — ещё бы чуть-чуть и ты был бы хорошим удобрением для грядок, — подойдя к койке, медсестра сунула пачку конфет вместе с обёрткой прямо в рот пациенту. — Мф... Скмф... сффф. — Ты тут только один лежишь уже второй день, — усевшись на кресле перед столом про-герой повернулась в сторону больного. — Ты не представляешь, сколько мне и ещё некоторым людям с исцелением пришлось потратить силы на тебя. Ещё твоя мать сильно беспокоилась за твоё здоровье, позвони ей лучше. — Отвернувшись от мальчика, Исцеляющая девочка начала что-то писать на столе. — И-извините... — Вытащив конфеты из рта промямлил Мидория из-за сильного стыда. — Не стоит, это всё-таки наша работа, ты в итоге от части смог сделать относительно правильный выбор... — подняв голову на про-героя, Мидория был в недоумении, — Я бы не хотела, чтобы у милой девочки был сильный шрам в плече и, возможно, психологическая травма от сильной боли. Догадавшись, о ком шла речь, Мидория с небольшим затруднением, задрал белую майку с левой стороны и увидел крупный бугор вдоль всего плеча. "Сзади, наверное, также выглядит" — подумал парнишка. — Психологическая травма? — Когда тебя принесли, всё твоё тело явно было в агонии, мы боялись, что и к психически это могло тоже относиться, но, как видишь, всё обошлось, — встав на пол, медсестра начала выходить из палаты, — отдохни лучше, я пока скажу классному руководителю, что ты очнулся. — Мы в Юэй? — Да, не волнуйся, ты здесь в безопасности. — закрыв дверь, сказала Исцеляющая девочка. — Боюсь, что это вряд ли... Их будет больше...