Часть 3

Ричард сделал шаг назад. Секира Волкобоя сверкала в руках, отражая багряные отблески степного заката. Ее легко поднять. Легко обрушить на вожака волчьей стаи, превратить его в пепел. Это долг Волкобоя. Долг Ричарда Окделла. Он это знает, но не может перестать смотреть в синие - не волчьи - глаза Рокэ Алвы. Закатные отблески в этих глазах утрачивают свой багрянец, превращаясь в искры понимания. - Сядьте, Ричард, - произнес он спокойно. - Вы обещали мне дуэль, - сорвалось с вдруг пересохших губ. - Я сказал вам, что дуэль будет честной. А для этого нужно, чтобы вы узнали правду, - Рокэ вдруг вздохнул, и в этом вздохе была усталость. - Впрочем, если секира у вас в руках, часть правды вам уже известна. К примеру, что я не убивал вашего отца. Ричард вздрогнул. Казалось, что Рокэ был вместе с Ричардом в том, другом мире, куда привела его Исчезающая Башня. Видел Эгмонта - живого и невредимого. Но... - Вы... - вместо удивления вырвался гнев. - Вы хотели его убить! И сделали бы это, если бы не секира! - Но ведь не сделал, - легко пожал плечами Рокэ. - А значит, вам не за что мстить мне, Ричард. - Не за что? - пальцы Ричарда побелели, стиснув рукоять секиры. - Вы захватили Талиг, обираете людей, можете задрать любого из них, как беззащитную овцу! Вы считаете, что этого мало? - Вспомните, Ричард, многих ли людей задрала моя стая? Ну, кроме тех степных дикарей, что сами собирались разбойничать в Талиге, не хуже волков? - Рокэ вдруг усмехнулся. - Ведь даже маркиз Сабве до сих пор жив и здоров, а ведь он так часто насмешничал над вами. Впрочем, если вы хотите, довольно одного слова... - Хватит! - выкрикнул Ричард. - С чего вообще ваша стая пришла в Талиг? Какое дело волкам до городов, до золота, до власти? Я слышал, многие волки сами недовольны такой жизнью. Они хотят вернуться в лес и вернулись бы, если вожак позволил! Может, нужно дать им возможность выбрать нового вожака, который послушает их и вернет стаю в лес? Ну, или то, что останется от нее! - Вожак у стаи всегда только один, юноша, - обронил Рокэ. - Одного и того же рода и крови. Если вам угодно пролить эту кровь - что ж, возьмите оружие Волкобоя и нанесите удар. Но помните, этим ударом вы погубите не только меня. Нас обоих. - С каких пор убийство волка стало грехом для Волкобоя? Мой отец никогда не... - Он понимал секиру на меньших волков, а не на вожака, - серьезно ответил Рокэ. - Он помнил, кому в древние времена Окделлы, тогда еще Надорэа поклялись кровью служить верно и преданно. - Окделлы приносили клятву Раканам, а не волкам! - вспыхнул Ричард. - Как вы смеете говорить об истинных королях Великой Талигойи? Что вы вообще о них знаете?! - Больше вашего, юноша. Если положите секиру и послушаете меня пять минут, мы с вами сравняемся. Если услышанное вам не понравится - сражайтесь, развейте меня в пепел. Но прежде дослушайте до конца. Его голос был серьезен, без намека на рычание, в глазах не было жуткого блеска, предшествовавшего превращению, белые зубы не скалились в хищной усмешке. Не волк - человек стоял перед Ричардом Окделлом. И секира дрогнула, опустилась, не нанеся удара. - Положите ее. Не бойтесь, вы же знаете, я не могу ее коснуться. Рокэ сел на степную землю пропахшую полынью и кровью недавней войны, бывшей на деле волчьей охотой. - Вы правы, Раканы были истинными королями. Но когда-то один из них, Эридани, поверив лживым речам и наветам, а может статься и из зависти - это чувство свойственно и королям, поверьте - разгневался на своего брата Ринальди. Изгнал его из Талига вместе со всеми близкими и верными ему людьми. И не просто изгнал, но предал проклятью, из-за которого они уже не могли вернуться. По крайней мере, прежними. Проклятье обратило Ринальди и его людей в волков, и на много столетий их домом и богом стал лес. Кое в чём вы правы, Ричард - волков не слишком тянет в города. И за прошедшие века многие волки забыли, что когда-то были людьми. Они сроднились с лесом. - А вы? - Ричард сам не понял, почему это вырвалось у него. - Как раз об этим я и хотел сказать, Ричард. Несправедливое проклятье Эридани отчасти ударило и по нему самому. Его род иссяк и прервался. Раканы больше не сидят на троне, но их кровь... - Рокэ помедлил. - Она еще жива. Она течет в потомках его когда-то оклеветанного брата. В вожаках волчьей стаи. Ричард оцепенел. Воздух в груди обернулся ледяным комом - ни выдохнуть, ни вдохнуть. Ринальди Ракан, проклятый и ставший волком. Его потомки - вожаки стаи. А значит... - Вы... - едва выдохнул Ричард. - Вы - Ракан? - Я прямой потомок Ринальди Ракана. Я тот, чьим предкам служили эории, потомки Ушедших. В том числе и Окделлы, Повелители Скал. Они клялись Раканам в верности, и нарушить эту клятву, пролить кровь Раканов - значит погубить себя и весь свой род, обречь его на участь куда более страшную, чем проклятье Эридани. И вам это известно, Ричард. - То есть, вы, - Ричард всё же смог перевести дыхание, - вы пришли в Талиг по праву крови и власти, как истинный Ракан? А Волкобои - клятвопреступники? - Вовсе нет. Волкобои защищали людей. Они не отправлялись в лес истреблять стаю, сражались с теми, кто нёс настоящую угрозу людям, и среди тех, кого они победили, - Рокэ снова усмехнулся, - не было ни одного вожака. Я тоже не убил ни одного Волкобоя. - Отец, - прошептал Ричард. - Он знал? - Он понял, - словно поправил Рокэ. - А теперь пора понять и вам. Я почувствовал, что должен выйти из лесной чащи и вернуться в Талиг, потому что близится Великий Излом, на котором не обойтись без Ракана, пусть люди и забыли об этом. И если всё будет сделано, как должно - проклятье будет снято, - Рокэ вдруг усмехнулся. - Вместо зубов и когтей волкам придется обходиться кинжалами и шпагами. Даже не знаю, все ли будут этому рады? - Снять проклятье? - у Ричарда зашумело в голове. Неужели всё, во что он верил, оказалось неправдой, неужели... Но в смерть отца он тоже верил, и она оказалась неправдой. Отец жив, хоть и в другом мире. Волчий вожак не перегрыз ему горло. Ричарду Окделлу не за что мстить Рокэ Алве. Потомку истинных королей. Ракану. - Но как можно его снять? Вы знаете? - Как я уже сказал, всё решится во время Великого Излома. Но я уверен, - Рокэ вдруг улыбнулся самой обычной человеческой улыбкой, - что этого не удастся сделать без вас. И без вашей секиры. Когда-то с этим оружием ваши предки защищали Раканов. И неспроста она сейчас вернулась из другого мира. Но для чего - снять проклятье или убить меня - решать вам, Ричард Окделл. - Волкобой должен защищать людей от волков, а я... - А вы делаете именно это, Ричард. На самом деле вы спасли уже многих. Включая того же Колиньяра. Или вашего горячего приятеля Феншо. Так может быть, стоит продолжать делать это и дальше? Стеречь волка до тех пор, пока он не обернется человеком? Ричард смотрел в глаза... эра? Волка? Ракана? Но нет, сейчас Ричард почему-то видел перед собой как раз человека. Напряженного, несмотря на небрежный тон. И усталого, к тому же. - Что ж, эр Рокэ, - медленно произнес Ричард, - пожалуй, здесь, в Варасте я вас постерегу. И дальше. До Излома. Я не знаю, что будет потом, и снимется ли проклятье, и будем ли вообще мы и весь мир после этого Излома, но одно я могу вам обещать. Так же, как пообещал бы мой отец. На мгновение Ричард перевел взгляд на лежащую рядом секиру. Она уже не сверкала боевой яростью. Она спокойна и ждет своего часа, как и сам Ричард. Который впервые смотрит в лицо своего эра так твердо и спокойно. - Окделл не преступит своей клятвы.