Часть 8

Рената проснулась от звонка матери, лишь поморщилась и отклонила вызов. В спальню вошел Гецати с завтраком. — С добрым утром, — поприветствовал он её, целуя в лоб, девушка только улыбнулась и обняла его за шею. — Кость, а что вчера… Точнее, что теперь между нами… — А что между нами теперь? Кажется признались друг другу в своих чувствах, сегодня перевезем твои вещи ко мне. — Правда? — её глаза загорелись. — Правда, или ты думала, что я тебе во время страсти сказал это просто, потому что надо? — Нет, я вообще так думала, — она снова смутилась и опустила глаза. — Давай завтракай и поедем на съемку, — через тридцать минут девушка уже начала собираться. Телефон снова зазвонил, опять мама. Закатила глаза и приняла вызов. — Привет, мам, — девушка надела рубашку Костю, и направилась в ванну. — Ренат, что я вчера видела? — она снова была чем-то недовольна. — А что ты вчера видела? — она что, настолько крута, что смогла посмотреть, как она теряет девственность с наставником. — Ты давно в интернет заходила? Вся лента в том, что у вас был какой-то странный, интимный ритуал. — Что? — она не поняла, чего сильнее испугалась гнева мамы или каких-то слухов, точно мамы больше. — Что слышала! Знаешь, я же тебе говорила, что ты в Москве пустишься во все тяжкие, что ничего хорошего не будет. Особенно я говорила тебе это про шоу! Шлюха! — девушка резко оборвала разговор, на глаза моментально выступили слезы, обезумивший взгляд метался по ванной, взглядом зацепила бритву, и уже было хотела занести её над веной, как Константин ворвался в ванную и перехватил у неё опасный предмет. — Нет! — она отчаянно вскрикнула и снова потянулась за ней, но он только крепко обнял её, другой рукой перехватил её телефон, и буквально через пару минут отложил его. — Тише-тише, теперь все будет хорошо, слышишь? Эта сумасшедшая тебе больше никогда не позвонит и не напишет. Все, ты освободилась от неё. Все, не плачь, маленькая, не плачь. Все, все хорошо. Я люблю тебя, — он гладил её по спине и волосам. Рената отстранилась и непонимающе посмотрела на него. Все контакты матери в телефоне были заблокированы, Гецати сделал то, что она не могла сделать все восемь лет. — Кость, прости, — каким-то опустошенным голосом произнесла она, просматривая телефон. — За что? — он обнял её за плечи и поцеловал её в щеку. — Я просто сделал то, что должен был сделать. Просто, хочу помочь тебе. Не извиняйся, это мелочи на самом деле. Все, успокаивайся и умывайся, скоро выезжать будем, — поцеловал её куда-то в шею и вышел из ванной, понимая, что ей надо немного обдумать вообще то, что произошло за эти пять минут. Рената только присела на бортик ванны и потерла лицо ладонями. Черт, столько лет общаться и просто не в состоянии сделать первый шаг на то, чтобы хотя бы так прекратить с ней общение, блокнуть везде и все. Просто видимо не хватало каких-то сил и возможно страх еще. Что, как она будет одна и вообще. А теперь за неё это сделал Костя от чего было очень не по себе и прям неловко как-то. Хотя, в этом же ничего такого по сути. Он просто помог ей, наверно, если бы не он, то она бы сегодня также вечером выслушивала всю эту грязь по поводу себя. Просто она же сама должна была это сделать, типа проявить свою силу воли и духа. Ну видимо, они у неё очень такие слабенькие. Хотя, сейчас она поняла одну вещь. Ей не было страшно. Раньше от одной такой мысли бросала в дрожь, это же неправильно, родственники должны общаться, тем более мама с дочкой, какие бы отношения не были. Теперь все эти мысли и предрассудки наоборот куда-то испарились. И ей было просто спокойно? Да, подходило именно это слово, не было мыслей, что она позвонит сегодня вечером и снова доведет её до истерики. Потому что все их разговоры кончались этим. Стабильно звонки три раза в день, стабильно истерика каждый день. Без этого день странный и какой-то не такой. Просто возможно раньше сильно боялась одиночества. Ну, а теперь что изменилось? По сути стала только сильнее одинока. Особенно учитывая тот факт, что умер пап. Но теперь ей не было страшно. Да, произошли очень стремные события, которые несомненно еще долго не затянуться, и она, как минимум будет думать об этом целый год. Но сейчас рядом с Костей, она не ощущала себя какой-то одинокой. Как будто он с легкостью заменил ей многочисленных друзей и знакомых. Наверно так и было, теперь ей не страшно одиночество. Потому что его не было. И она прекрасно понимала, что заблокировать мать было самым простым и легким шагом на сегодняшний день. Это было только начало. Начало её долгой работы. Им надо встретиться и окончательно все порвать. Пока это был всего маленький шаг. Но уже шаг. И очень важный шаг. Быстро привела себя в относительный порядок. И поехали на выгон. — Кость, я ведь останусь? — спросила она, боязливо смотря на него, и кладя свою руку на его плечо. — Конечно останешься, я совсем не планирую тебя выгонять. Ты отлично справляешь, идем только вперед, — улыбнулся он. На съемочной площадке опять что-то случилось. Слышалась какая-то ругань и кажется даже вещи летали. — Нет, не шоу, а какой-то пиздец! Я думал «Битва Экстрасенсов» это тяжело! Ха, подумаешь, это вообще видимо ничего не значит! Подумаешь экстрасенсы по площадке бегают, подумаешь ритуалы! Все так по-детски! А оказывается, пиздец вот он! Сейчас! Подумаешь еще два участника пропали! Не дозвониться, ничего! — он резко обернулся и встретил недоуменные взгляды Ренаты и Кости. — Вы давно тут? — Со слов, что это шоу пиздец, — ответил Гецати. — Значит недавно. Чего приезжать-то?! Всего лишь двоих нет! Не дозвониться, ничего! Рената хмуриться и вытаскивает фото с кладбища из джинс Гецати. Ладонями сканирует, от фото сейчас нереально сильная энергетика. — Я знаю, где все, — тихо шепчет она ему на ухо. Они срываются под обреченный взгляд продюсера, который уже понял, что кажется снять им сегодня что-то точно не получится. Рената чувствует, как сильно и быстро бьется её сердце. Как ей страшно. Останавливаются у огромного храма. Гецати крепко сжимает ей руку, надеясь, что все это закончится хорошо, хотя сейчас буквально все говорило, что от развязки Наташи их отделяло буквально пару метров. Они открывают дверь, в нос бьет запах бензина. Рената резко отшатывается от увиденной картины, но Константин только крепче сжимает её руку и осторожно прикрывает спиной. Они увидели три огромных креста. На двоих из них были распяты девушки. Уже мертвые девушки. Одной из них была Наташа. Во главе всего этого стоял Даши. — Ну наконец-то вы все поняли и добрались до нас, мы уже задолбались вам подсказки давать. Да, Ирин? — девушка молча кивнула, на губах была искривленная улыбка. — Подсказки? — только тихо спросила Рената. — Кость, она не поняла, — смеётся Свами. — Я думал вы более умные, ну точнее она. С Наташей все было просто очень. Ушла из твоей команды Костян, ну, а уходить из шоу, как-то не захотела узнав про исключение Варди. Ну я и спросил её, хочет ли поработать со мной. Конечно хотела. Ну она и оказалась на той квартире с визиткой. — В которой было пусто, — ответила Рената. — Да, там было пусто. Может, потому что вы долго думали. Почему она? Чиста и непорочна. Для ритуала как раз сгодиться, — он кивнул на какую-то чашу с кровью. А та «секта», как вы её называете, я её организовал, причем давно еще до участия во всем этом балагане. Все просто, три девственницы для ритуала, их кровь, и как итог сожжение. Цель проста, чтобы все женщины были твои были. Ну я Наташу и присмотрел с какой-то еще девчонкой. А Ира тут случайно оказалась, на Ренату одни виды были. Я хотел её для ритуала, чтобы все сбылось, она просто хотела её смерти, ну вы поняли уже, зачем ей это? — он усмехнулся. — Только вот Ренату заполучить не удалось, слишком сильно ты к ней присосался, Кость, ну еще в принципе не вечер. — Скажу тебе так. Из тебя хреновый экстрасенс, если ты очевидного не видишь, — Гецати усмехнулся, сейчас он пытался сделать вид, что ничего страшного в этой ситуации не было, а в голове мысленно цеплялся за всевозможные варианты и пока был всего один, это Ира. — Один вопрос, Даши на кой черт все это? — он сейчас не знал для чего это спросил, то ли с целью потянуть время, то ли с целью задавить его морально, потому что было ясно одно, им будет уже очень сложно выбраться отсюда. — Ну ты же провидец должен знать. Знаешь тяжело жить, когда мать считает выродком, потому что папаша мой ей не нравился. Тяжело, Кость, когда вечно унижение, порой прилетает сильно. Ну тебя не понять в общем. А потом сестра еще появляется. Все вообще весело идет. И ты уже вокруг нее стелиться должен, потому что она же девочка. И на свою жизнь забить. Так все и было. Пока я в двадцать лет не сбежал отсюда нахер, обворовав этих шлюх. В Индию, там с Ошо и познакомился. И все здесь появилось тоже самое. Ну, кто по сути женщины? Да шлюхи и наложницы, которые мне должны преклоняться. Для этого ритуал, — он все также усмехался. — Ир, — Гецати обратился к более менее адекватной части всей этой секты. — Ну ты только что сама все прекрасно слышала. Давай ты сейчас успокоишься и мы втроем не включая его, выйдем отсюда к черту, — он осторожно надвигался на неё. — Стоять, — она вытянула руку с пистолетом, Гецати только примирительно поднял руки верх. — Все хорошо, отдай мне пистолет, ты же видишь, что он говорит, ты понимаешь, какой он, что он всех убить хочет кроме себя. Отдай пистолет, — Игнатенко только горько усмехается и стреляет в Даши в руку, зажигалка, которую он держал выпала у него из рук и ведьма ловко подхватила её. — Ир, отдай мне пистолет. Ты ведь многое теряешь, ты ведь ничего не сделала. Еще не поздно уйти назад и вернуть все как раньше. Ты ничего не теряешь. — Тебя я уже потеряла, — он горько усмехается и кидает зажигалку, здание моментально вспыхивает. Она целится в Гецати, но в последнюю секунду, его закрывает Рената и в районе груди на белом платье проступает огромное алое пятно. Ира только горько усмехается и тяжело вздохнув, тащит тело Свами и приколачивает гвоздями к кресту под его нечеловеческие крики. Обезумивший взгляд Гецати мечется по всему храму. Огонь обуял все своим пламенем. На его руках истекала кровью Рената. Резко дверь открывается и он слышит тихий шепот: — Беги, — кажется это были духи, трясущимися руками вызывает врачей и уже сидит в больнице, чувствуя, как его пробирает нервная дрожь. Черт, только бы Ренату смогли спасти. Ранила её прямо в сердце. Черт, он ведь вообще не думал в таком ключе. А говорят боязливая и хрупкая. Она практически свою жизнь отдала, чтобы он сейчас тут сидел. Черт! Его мозг просто отказывался верить в происходящее. Все это было чем-то нереальным. Как он вообще не почувствовал, что Ренате угрожает опасность. Хотя, опасность угрожала там объективно всем. Но он не успел, не смог почувствовать. Что Рената сделает это ради него. Он честно в тот момент думал, что все кажется относительно хорошо в их пользу, ему казалось он даже понять не успел, что в него кто-то целится. За себя он боялся все лишь ранение, ну куда там могла бы выстрелить эта Игнатенко ну максимум ранить в плечо. Она бы не убила его, слишком большая и больная была это любовь. Сейчас он думал, что Игнатенко и вовсе просчитала все наперед. И что изначально понимала, что Рената решит закрыть его своим хрупким телом, и что понимала, куда выстрелить надо, чтобы точно шансы были стопроцентными, что умрет. Черт, это все было из-за него! Почему он вообще решил, что поехать им туда вместе хорошая идея, они же откровенно понимали, что практически ехали на свою верную смерть. Ну по крайней мере он точно, может Рената разве что надеялась на лучшее и не до конца понимала, как это опасно в первую очередь для нее, как для девушки из-за которой изначально начался весь конфликт. Почему он банально не вызвал полицию на место, они бы быстро все решили без всех жертв. Черт! Да ведь такого не может быть! Чтобы Рената умерла вместе с ними. Умереть просто из-за того, что он ей был реально очень дорог, и что она невероятно сильно его любила, что лишний раз только доказала сегодня. А сейчас в операционной врачи борются за её жизнь. Нет! Он не позволит! Любые деньги! Любые деньги, лишь бы она только жила! Его никто еще так не любил, как она. Из операционной выходит усталый врач. Тяжело вздыхая. — Мы успели, если бы позже приехали, девушку бы точно не спасли. Сейчас с ней все хорошо, зайдете к ней завтра утром, сейчас надо отдыхать. Про мужчину, к сожалению сказать этого не могу. Сгорел, и скончался от ран. Про других девушек. Двое были уже мертвы, когда шел пожар, вторая в неё погибла. Константин устало садится. Они успели. Успели спасти её.