Ужин

      Когда близнецы зашли в гостиную, Эмити и Одалия уже сидели за столом, Аладора не было.       –Отец задерживается, как всегда, — хмыкнула Одалия.       Аладор постоянно опаздывал из-за работы. Конечно, он выполнял заказы в срок и часто забывал про еду, сон и... семью. Эдрик хотел хотя бы раз поговорить с ним о своих переживаниях, но тот лишь исчезал за дверью мастерской, ссылаясь на срочные дела. У подростка сложилось впечатление, что у отца не остается сил на болтовню.       Все аккуратно едят мясной рулет.       Эдрик отламывает маленький кусочек и отодвигает тарелку в сторону. У него совсем нет настроения есть горячее, поэтому он сразу переходит к десерту – феечному пирогу.       –Эдрик, пока не доешь хотя бы рулет, о пироге даже не думай, — говорит Одалия обеспокоенным, но не терпящим возражения тоном.       –Мам, можно мне хотя бы раз, сделать что-нибудь по своему, — бухтит парень. — Я не хочу мясной рулет и не умру, если не съем его.       –Ладно, но потом не бурчи, что голодный.       В гостиной вновь стало тихо, слышно было только бряцание столовых приборов и шуршание салфеток.       С коридора послышался звук тяжёлых шагов. Дверь печально скрипнула и открылась, впустив Аладора. Теперь вся семья собралась за ужином.       Он что-то негромко сказал, вроде приветствие или ещё что, но Эдрик не слушал. Приминать треугольный кусок пирога к тарелке было интереснее, до тех пор, пока все не повернулись к нему. Кажется, ему задали вопрос...       –Опять летаешь в облаках, — ослепила его своей фирменной улыбкой мать. — Расскажи отцу, куда ты собрался.       «Вернее... Куда я совсем не хотел попасть... » — пронеслось в голове парня, но вслух он сказал только, про Императорский ковен.       –Здорово, молодец, — хмыкает Аладор и накладывает себе какой-то мясной салат.       –Он не просто едет в Императорский ковен, а участвует в программе, — объясняет Одалия, пока мерзкий дворецкий разносит всем напитки. — Всего сорок учеников смогут подать заявки и досрочно закончить школы, представляешь, Аладор! Мы с детьми посовещались и решили, что первым поедет Эдрик, а девочки присоединятся позже.       –Хорошо, — отец задумчиво пьёт кофе и мельком поглядывает на часы, которые висят прямо на стене за Эдриком.       Эдрику даже кажется, что отец постоянно поглядывает на него, но это не так, он просто ждёт окончание ужина, чтобы побыстрее вернуться к работе.       Эмити и Эмира посмеиваются над условиями программы и дополняют слова матери разными мелкими подробностями. А ещё обсуждают, что им придётся сдавать теоретические экзамены и выполнить определенные условия для вступления в ковен, в отличии от брата. Например, знать самое простое заклинание лечения, сдать нормативы по физической подготовке или что-то ещё.       –Повезло же тебе, — в шутку пихает его локтем Эмира. — Экзамены сдавать не придётся.       –Да, но я всё равно что-то волнуюсь и не хочу ехать...       –Мы же это уже обсуждали, — перебивает его Одалия. — Это же такая возможность, а ты всё сомневаешься. Разве тебе не хочется попробовать нечто большее, чем иллюзии? Тебя смогут научить множеству заклинаний!       –Но я же туда один еду, я не успел это осознать. Без Эмиры мне одиноко и...       –Так пора уже свою голову включать, — грубо продолжает мать и смотрит на Аладора. — Почему ты молчишь?       –А что говорить? — устало тупит Аладор. — Если не хочет ехать, то пусть поедет Эмира.       Эмира от такого заявления перестаёт пить какао и озадаченно смотрит то на родителей, то на Эдрика. Миссис Блайт начинает сердиться и хмурить брови.       –Ну, или Эмити, — продолжает он. — О, Титан, ну если не хотят ехать, то пусть не едут. Делов то...       –Аладор, ты вообще понял, что сейчас сказал? — переходит на повышенный тон Одалия. — Все бумаги заполнены, печати поставлены, заявка отправлена! Причём одна из первых. Что значит «не хочет – не едет»?       –То и значит, успокойся, заводишься на ровном месте.       –А ты хоть иногда слушай, что тебе говорят! Я или дети, ты совсем не слышишь или притворяешься?       –Начинается... — Эмити в спешке уходит из-за стола.       Эдрик наблюдает, что будет дальше и непроизвольно хватает руку сестры. Она сжимает его ладонь в ответ.       –Хоть раз бы поинтересовался, как они провели день или ещё что. Нет, ты думаешь только о том, сколько тебе достанется тарталеток за ужином.       –Я вообще-то зарабатываю на эти тарталетки и вообще всё, что стоит на этом столе этими руками, — мистер Блайт начинает закипать и с грохотом ставит пустую чашку на стол. — Я устал Одалия, почему нельзя хотя бы один день провести без скандалов.       –Понятно, вечно ты сводишь всё к этому, хорошо. Дети, идите в свои комнаты.       –Мам, можно.... — Эмира хочет что-то сказать, но останавливается, когда на её блузке и рубашке брата загорается бирюзовый камушек.       «Я СКАЗАЛА БЫСТРО ПО КОМНАТАМ, НЕ ЗАСТАВЛЯЙТЕ МЕНЯ И С ВАМИ РУГАТЬСЯ» — голос матери звучит прямо в голове, она не кричит, скорее отдаёт чёткие указания. Эдрик, не надеясь увидеть продолжения взрослых разговоров, уводит сестру прочь.

***

      –Почему они вечно всё портят, — угрюмо шепчет Эмира, устроившись рядом с братом на кровати. — Глупости всякие говорят...       –Не знаю, может из-за моих слов, — обнимая её бормочет Эдрик.       –А что такого было в твоих словах?       –Неуверенность и протест... Может быть.       –Нет, просто папа вечно про нас забывает, а мама пытается его растрясти, –засыпая шепчет сестра. — Он ведь вечно в проектах, у него нет на нас времени....       Эдрик накрывает Эмиру потеплее одеялом, но не уходит. Вряд ли он вообще уснёт, так пусть объятия продолжаются, тем более сестра так вцепилась в руку, что вырывать ее было бы бессмысленно. Завтра они обнимутся на прощание, а потом на полгода расстанутся. Если бы только завтра не наступило, то ему бы не пришлось уезжать.