тебя стучать не учили?

ну же, давай, чуть-чуть, да сука, не еби мозги, эххх, нуууу, чуть-чуть же совсем осталось, давааай. как бы девушка не просила эту чертову футболку спрыгнуть по-хорошему с последней полки к ней в руки, та не поддавалась. вот же сволочь, совсем страх потеряла. ну ничего, сейчас она узнает злую александру трусову. кресло, на котором стояла саша, решило, что пора размять ножки, покататься. упрямая фигуристка, не обращая на это одним словом никакого внимания, продолжала тянуться за предметом гардероба. ну вот же! почти, почти, почти… минуту назад парень красиво разложил на тарелке сыр и налил коньяк в кружки. подруги уже долго не было, а потому он решил ее проверить, мало ли что могло случиться с этой бестией. открыв дверь, он замер. картина пред ним предстала увлекательная: сама александра трусова стояла к нему боком, пытаясь всеми силами своровать что-то из его шкафа. ах да, важная деталь. из одежды на ней были только лифчик и какие-то черные лосины. марк оторопел. ну а что вы прикажете делать в такой ситуации? рыжая поднялась на носочки и чуть ли не прыгая, достала черную ткань. с облегчением выдохнула. ноги-руки целы, а значит, все хорошо. ну да, конечно. наивные вы все однако. думали, пронесет? ага, сейчас. как говорится: раскатай губу, закатай обратно. колесики под девушкино «ой-ой-ой» продолжали стремительно увозить сашу от шкафа, в который она вцепилась, как в спасательный круг. фигуристка пыталась поймать равновесие, разводя руки в стороны. несмотря на ее огромный опыт, фигуристка, как-никак, вращения же исполняет, держится как-то, получалось плохо. девушка окончательно потеряла равновесие и, зажмурив глаза, приготовилась упасть, удариться, разбить нос, губу, захватить сотрясение, естественно оставить синяки на л… чтоп. сто? вместо жесткого ламината, коим был покрыт пол в студии кондратюка, она ощутила мягкость, как-будто шлепнулась на мягкий, пушистый ковер, ее окутал запах... чего? александра определенно чувствовала мандарины, мяту и... лаванду? да, это была лаванда, точно. ее окружило тепло, которого очень не хватало в суровые, осенние, одинокие ночи. хорошие ковры друг постелил у себя в комнате... осознание пришло в голову резко. подскочив, трусова все-таки упала на пол, ударяясь рукой о кровать. сууууууууууууукаааааааааа. закусив губу, саша схватилась за футболку — которая все же соизволила снизойти и выскользнуть из шкафа — и прикрылась ей, не решаясь взглянуть на друга. черттттттттттттт. вот надо же было так облажаться. покрываясь красными пятнами, она натянула вещь и вышла из комнаты, идя прямо на кухню, прямо к столу, прямо к стакану с коньяком. опрокинув в себя сразу всё, она смешно поморщилась и со скоростью света начала запихивать в себя сыр. — ну я вообще-то старался, выкладывал красиво, — вздохнул фигурист. чшшш... спокойно, это ты на него упала, он вообще хотел помочь. сейчас бы лежала, истекала кровью. ух, лучше бы истекала кровью. хотел помочь, но не смог, его проблемы и нечего теперь жаловаться. взгляд «убери кашу» впился в парня: — тебя стучать учили? — шатен не мог не заметить, как мило смотрелась подруга в огромной футболке, с растрепанными волосами и сведенными от злости бровями на переносице. даже несмотря на то, что сейчас от неловкости она была готова на убийство. — это моя спальня, солнце, — марк улыбнулся. — и что?! — взревела девушка. — я проснулась в 2 часа ночи, ехала с этим чертовым таксистом через весь город, чтобы что? мог бы поблагодарить между прочим. и вообще, ты недостаточно пьяный. кондратюк хмыкнул, подходя к саше столу и выпивая горячительный напиток. — довольна?