fate

***После битвы с Минотавром и успешного вызволения Зевса из заточения старые боги отправились домой зализывать раны. Андреа пришла в себя только через несколько часов. Казалось бы, такое обыденное действие — открыть глаза, однако оно стоило ей немалых усилий. Шею свело от неудобного положения, в котором она находилась всё то время, что была без сознания, мышцы ныли словно после долгой пробежки, а голова раскалывалась от боли. Однако единственное, о чём она только могла думать в этот момент, — Мёрфи. Где он? В каком состоянии? Жив ли вообще? ***— Андреа, ты очнулась! — с улыбкой на лице произнёс Гефест. — Где он? Где Мёрфи? С ним всё в порядке? — еле слышно произнесла я. С лица Гефеста сползла улыбка, но через секунду вернулась, правда, уже не такая искренняя, как до этого. — Он в порядке, сейчас спит. Мы еле оттащили его от тебя, он всё твердил, что должен быть рядом, когда ты проснёшься. Пришлось впихнуть в него успокоительное и заставить вернуться в спальню. На душе у меня стало спокойнее. С ним всё хорошо. Это самое главное. — Можешь, пожалуйста, принести стакан воды и что-нибудь от головной боли? — произнесла я. — А, да, конечно. Гефест покинул гостиную и направился на кухню. В этот момент по лестнице с верхнего этажа спустилась Аида и быстрым шагом направилась ко мне. — Как самочувствие? — поинтересовалась богиня. Она пыталась изобразить дружелюбие и заинтересованность, однако по её взгляду было понятно, что этот вопрос задан исключительно из вежливости и на самом деле её вообще не волнует моё состояние. Оно и понятно. Мы для неё всего-навсего людишки, которые побудут богами пару недель, а потом, скорее всего, погибнут и вновь переродятся. Так что для неё это всего-навсего «временные трудности», и ничего более. — Вполне сносно, — ответила я без особого энтузиазма. — Вот и отлично. Тебе нужно домой, Том ждёт встречи с тобой. Гефест вошёл в комнату со стаканом воды и пластинкой таблеток и протянул их мне. Не глядя, проглотила пару таблеток и запила их водой, практически сразу мне стало легче. Сомневаюсь, что таблетки подействовали так быстро, скорее всего, это из-за самовнушения. Хотя какая разница? Главное, что теперь я могу более-менее здраво мыслить. — Как только таблетки подействуют, отправишь её домой на такси, — приказным тоном обратилась Аида к Гефесту, после чего повернулась ко мне. — С тобой мы поговорим позже. Чёрт, как меня уже тошнит от этого приказного тона и манеры указывать мне, как поступать. Поэтому я не выдерживаю и наконец говорю: — Я никуда не поеду. Сколько ещё времени вы будете мне приказывать? — Столько, сколько потребуется... — начала Аида, но я её оборвала. — Чёрта с два. Если вы хотите, чтобы я продолжала сотрудничать с вами, а не примкнула к новым богам, относитесь ко мне не как к ребёнку. Я не собираюсь терпеть подобное отношение, — поднявшись с кресла, я подошла вплотную к Аиде. — Я хочу увидеть Мёрфи. И я никуда не поеду. Хватит вам мной помыкать. — Какого дьявола ты говоришь со мной в подобном тоне? — Аида попыталась пристыдить меня, но больше это не выйдет. — Меня тошнит от ваших недомолвок. Больше я не буду молчать и ждать, теперь я хочу получить ответы на все свои вопросы. А сейчас у меня больше нет сил с вами разговаривать. После эффектного монолога (по крайней мере, мне он таким показался) я как можно скорее направилась к Мёрфи. Аида последовала за мной, но на полпути её остановил Гефест, который до этого не мог вымолвить ни слова из-за шока. Как только я приблизилась к двери в комнату Цербера, моя решимость поутихла. Сердце бешено заколотилось. Я медленно коснулась ручки двери и как можно тише открыла её. В комнате царила тишина, шторы были закрыты, и горела синяя подсветка. В её свете лицо Мёрфи выглядело прекрасно. Тяжёлый день выдавали только множественные ссадины на лице и теле и разбитая губа. Благодаря тому, что он лежал на спине, я могла увидеть каждый синяк и шрам на его прекрасном теле и снова чувствовала вину. Это ведь всё из-за меня. И даже в таком состоянии он хотел заботиться обо мне. В горле образовался ком, но плакать я не собиралась, только не сейчас, лишь сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и подошла ближе. Тихо, практически беззвучно, опустилась на край кровати, но это моё действие не осталось незамеченным. Ресницы Мёрфи вздрогнули, а затем он открыл глаза, его взгляд сразу же устремился на меня. — Прости, я не хотела тебя будить, — шёпотом произнесла я. — Хотела или нет — уже не важно. Но я рад, что ты пришла. Я думал, Аида постарается как можно скорее выпроводить тебя отсюда, — на его лице появилась моя любимая ухмылка. — Оу, она пыталась, но я так устала терпеть её наставления и решила сделать по-своему. Ухмылка на его лице превратилась в самую настоящую улыбку. — В тебе начинает просыпаться богиня, Андреа. — Возможно, а возможно, я наконец-то обрела характер. Мёрфи сел на кровати и похлопал по месту рядом. Дважды повторять мне не нужно было. Я моментально села ближе и положила голову ему на плечо. Его левая рука легла на мою талию, а правой он провёл по своим спутавшимся волосам. — Я переживала за тебя. Ты можешь хоть иногда так сильно не рисковать? — Это ради общего блага. — Да плевать на это «благо». Твоя жизнь куда важнее. Я почувствовала, как быстро забились наши сердца. Моё — от возмущения, а его — от неожиданности. — Ты действительно так считаешь? Я повернулась лицом к нему, наши лица оказались в опасной близости. — Ни одна жизнь в этом мире мне так не дорога, как твоя. Ты самый близкий человек для меня. Ну или не совсем человек. — Я люблю тебя, Андреа Кэмпбелл. После этих слов весь мир отошёл на второй план. Это единственная фраза, которую я хотела услышать. Как только эти слова были произнесены, меня уже ничто не могло остановить. — Я тоже люблю тебя, Мёрфи, — я накрыла его губы своими. Начала нежно, боясь причинить ему боль, но ему, похоже, было всё равно. Притянув ещё ближе, Мёрфи усадил меня к себе на колени. Поцелуи становились жёстче и грубее, мы прерывались лишь на секунды и исключительно для того, чтобы вдохнуть немного воздуха. Его руки блуждали по моему телу. Каждый миллиметр моего тела откликался даже на самое мимолётное касание его пальцев. Так хорошо я чувствовала себя в последний раз в дешёвом мотеле, тогда, в ванной. Мои пальцы играли с прядями волос на его голове, иногда спускаясь ниже, к шее. Наша слабость могла перерасти в нечто большее, но сейчас нам обоим этого не хотелось. Всё, что нужно было на данный момент, — это чувствовать друг друга каждой частичкой тела, знать, что мы есть друг у друга и это нельзя изменить. Мы вместе. Спустя столько лет наконец-то пришло осознание, что только он всегда любил меня и я всегда любила его, просто боялась себе в этом признаться. Боялась пойти на риск, поэтому и была с Эдрианом, который казался надёжным и правильным, однако сейчас я больше не боюсь, сейчас я знаю, что единственный человек, предназначенный мне судьбой, находится рядом со мной в эту секунду. Он завладел мной и моими мыслями однажды и навсегда.