• Тридцать четыре

      Ужин по большей части проходил хорошо.       Дети, казалось, прекрасно ладили. Даже Лия была очень разговорчивой, хотя мы не понимали большинство слов, которые она говорила.       Впрочем, Элси всегда понимала её и легко переводила.       Все дети сидели на одном конце стола, в то время как я сидела на другом конце, Джордж слева от меня, а Малкольм справа.       Джордж оставался вежливым, даже спрашивал Малкольма о его карьере, но Малкольм… просто не мог не вести себя по-детски, отпускать резкие замечания или быть откровенно грубым.       Мне пришлось несколько раз просить его прекратить, но слушал ли он? Нет.       — Уизли… — выдохнул Малкольм, выпрямляясь на стуле, и я почувствовала, что мысленно готовлюсь к тому, что должно было произойти дальше, — могу я задать тебе вопрос?       Джордж пожал плечами, водя пальцем по краю стакана и глядя на Малкольма.       — Уверен, что ты сделаешь это в любом случае.       Малкольм усмехнулся, и я посмотрела на Джорджа, когда он поднял стакан, чтобы сделать глоток.       — У тебя есть хоть капля сожаления по поводу того, что ты переспал и сошёлся с замужней женщиной?       О боже мой.       — Малкольм, пожалуйста, прекрати, — умоляла я, проводя ладонью по лицу. — Мы расстались ещё в прошлом году, и мне просто нужно отправить бумаги, после чего развод будет завершён… Перестань вести себя так, будто я изменила тебе или что Джордж разрушил наш брак. Всё это неправда.       Малкольм просто посмотрел на меня, прежде чем Джордж прочистил горло.       — Я собираюсь воспользоваться туалетом, если ты не против.       — Да, конечно, — я улыбнулась ему, когда он поднялся со своего места. Затем задвинул стул обратно под стол и наклонился, положив руку на подлокотник моего стула.       Он наклонил голову и поцеловал меня, и это был не просто быстрый чмок. Наши губы двигались вместе медленно и страстно.       Я подняла руку, чтобы коснуться его челюсти. То, как он целовал меня, было одним из моих любимых моментов. Поцелуй был полон такой страсти, что после этого у меня перехватило дыхание.       Когда он отстранился, то постарался сделать это медленно, позволяя ощущению задержаться на моих губах. Он нахально улыбнулся мне и выпрямился, а моя рука упала с его челюсти.       Затем он исчез в ванной комнате.       Я точно знала, зачем он это сделал. Это был его способ отомстить Малкольму за то, как он вёл себя с ним весь вечер.       Когда я посмотрела на Малкольма, он уставился в стол, стиснув зубы, а его рука так крепко сжимала стакан, что я испугалась, что он скоро разлетится вдребезги.       — Нужно ещё? — спросила я и указала на его стакан. Он допил оставшуюся в нём жидкость и протянул его мне с тихим «спасибо».       Отодвинув стул, я встала и прихватила свой стакан, прежде чем направиться на кухню.       Я поставила стаканы на столешницу, затем опустила руки по обе стороны и глубоко вздохнула.       Блядство.       Честно говоря, я просто хотела, чтобы Малкольм хоть раз повёл себя прилично, а не как ревнивый ребёнок. Он был взрослым мужчиной, но вёл себя совсем иначе.       Я снова наполнила стакан Малкольма, используя Джек Дэниэлс. Затем налила себе бурбона.       После чего поднесла стакан ко рту и залпом выпила всё содержимое до того, как Джордж вышел из ванной, уставившись на меня.       Он усмехнулся.       — Ты в порядке, любимая?       Я покачала головой, кивнув в сторону Малкольма, в то время как Джордж присоединился ко мне.       — Да, мне тоже нужна была передышка от него, — сказал он, поднимая руку, чтобы перебросить мои волосы через плечо.       Я посмотрела на него снизу вверх.       Он улыбался, когда наклонился, чтобы мягко поцеловать меня.       Скажи это.       Отстранился, чтобы посмотреть на меня, а затем снова поцеловал. После чего потёрся носом о мою щёку, заставив меня усмехнуться, и поцеловал в третий раз.       Скажи это.       — Я хочу тебя кое о чём спросить, — прошептал он, соединяя наши губы ещё раз, и я промычала в ответ, во второй раз посмеиваясь над тем, как ему не терпелось целовать меня прямо сейчас.       — Я люблю тебя, — прошептала я ему в губы, когда он вновь поцеловал меня.       Он остановился, затем медленно отодвинул голову на несколько сантиметров, чтобы посмотреть мне в лицо.       Я сказала это.       — Ты любишь меня?       Я кивнула.       — Я люблю тебя, — выдохнула я. — Правда люблю.       На его лице появилась улыбка, прежде чем он наклонился, снова прижимаясь своими губами к моим и положив ладонь на мою талию, чтобы притянуть меня ближе к себе.       — Я тоже тебя люблю, — прошептал он. Вновь отстранился, на этот раз оставаясь на месте. Он поднял свободную руку, чтобы обхватить моё лицо, поглаживая большим пальцем скулу. — Мои родители хотят познакомиться с тобой… И я хочу представить тебя.       Мои глаза слегка расширились, заставив Джорджа тихо рассмеяться.       — Они замечательные… милые. Тебе не нужно бояться, — сказал он. — В воскресенье у меня день рождения. Я согласился приехать домой, чтобы отпраздновать в первый раз с тех пор, как умер мой брат, и я хочу, чтобы ты была рядом со мной.       — В воскресенье? — переспросила я. — Да, хорошо.       — Да? — он широко улыбнулся. — Отлично.       — Кто ещё там будет? — спросила я. — Кроме твоих родителей, естественно.       Джордж отпустил меня и вместо этого прислонился к столешнице, пока я налила в свой стакан ещё немного бурбона.       — Мои братья, — ответил он, — и сестра. Ты, наверное, знаешь её. Она закончила Хогвартс через год после его восстановления. В девяносто девятом.       Я промычала.       — Тебе было сколько… четырнадцать в то время?       — Почти, — я пожала плечами. — Я заканчивала свой второй курс и начинала третий. Да… Мне исполнилось четырнадцать в декабре девяносто девятого.       Джордж взял мой стакан и сделал глоток, после чего скорчил гримасу.       — О боже… Нет уж, это не для меня.       Он поставил его на место, пока я смеялась.       — Буду придерживаться виски.       — Да, лучше так, — я улыбнулась и похлопала его по руке. — Знаешь… дело не в том, что я не хочу, чтобы и ты познакомился с моей семьёй. На случай, если тебе интересно, почему я не подняла этот вопрос…       — Знаю.       — Но это немного сложно, — продолжила я. — Отец в Азкабане. Он всегда будет в Азкабане за свои преступления во время войны, а мама… Ну, я люблю её… Конечно, я люблю её, но она придерживается того же мнения, что и Пожиратели Смерти.       — Тебе не нужно объясняться…       — Да, я знаю, — я кивнула, — но я хочу.       Тогда Джордж кивнул мне, чтобы я продолжила, наклонив голову и наблюдая за мной, пока я говорила.       — Она ненавидит всех, кто не попал в Слизерин в школе, — начала я. — Я так боялась, что меня распределят на любой другой факультет, кроме Слизерина, потому что мне нужно было, чтобы она и мой отец гордились мной. Надин была не в Слизерине, и они ненавидели её за это. Конечно, они любили её, но ненавидели, за то, что она была не такой, как они.       Я сглотнула.       — Когда я представлю тебя ей, она возненавидит тебя и только потому, что тебя распределили в Гриффиндор, — сказала я. — Вероятно, также потому, что некоторые люди считают вашу семью предателями крови. Вряд ли она знает, что я тоже одна из них.       Я посмотрела на Джорджа.       — Это правда нелепо, — я усмехнулась. — Мы больше не в школе. Да, когда-то нас распределили по разным факультетам, но теперь мы взрослые, и у нас самих есть дети. Это не должно иметь никакого значения.