весовая категория

      Донг-Мин весело засмеялся, когда на очередной подкол об отношениях с Юнг-хе Джу Ингонг скривился, словно его заставили съесть целый лимон. Ахн привычно закинул руку на плечо друга и чуть не подавился застрявшим в глотке смехом.       Иногда в жизни случались озарения. Они никогда не жалели и били поддых со всей силы, выбивая все прочие мысли и оставляя в голове одно лишь умозаключение.       Обычно это было малозначительное наблюдение, явление, которое ты видел тысячу и один раз и только на тысячу второй заметил, что что-то не так.       Джу Ингонг что-то ворчал, не замечая широко распахнутых глаз своего друга, а Су Чой медленно отходил, здраво опасаясь за свою жизнь.       – Джу, – начинает Донг-Мин, – солнышко, раздевайся.       Ингонг давится так и незаконченной фразой, а Су Чой цветом лица походит на стены ещё больше обычного. Ван Су Чой что-то неловко бормочет и сбегает, клятвенно обещая никому и никогда не рассказывать об услышанном. На него не обращают внимания.       Джу Ингонг смотрит в глаза Донг-Мина мрачно, долго. Ахн бы почувствовал себя неловко, но ужасное озарение двигало его вперёд.       – Мне не нравятся твои наклонности, – хмуро заключил Ингонг, скидывая его руку со своего плеча.       – Хочешь я тоже разденусь? – обольстительно улыбается Донг-Мин (даже на Юнг-хе иногда срабатывало!), но на джанга школы это не действует.       – Обойдусь, – бросает Ингонг.       Таким недовольным Ахн его никогда не видел, возможно, он перегнул палку, но беспокойство не отпускало.       С того самого невероятного озарения проходит пара дней, а Донг-Мин всё не может успокоиться. Может ему просто показалось, а он раздувает проблему?       Но мысли не уходили, а эфемерное ощущение чужого острого плеча, впившегося в грудь, не отпускало.       – Дорогой, – только начинает Ахн с улыбкой, ради которой милые леди обычно готовы были отдать ему свои души, сердца и прочие органы задаром.       – Нет, – отрезает Ингонг, даже не дослушав, и как-то совсем быстро теряется в полупустых коридорах школы.       В тот день Донг-Мин так и не смог отыскать друга. В классе его не было, в туалетах тоже. На крышу, как заметил Ахн, Джу даже не смотрел после выписки из больницы. Даже Юнг-хе не смогла найти их сиятельного джанга! Неудача.       – Ингонг, почему бы нам не сходить на пляж? – завлекающе поигрывает бровями Донг-Мин, не обращая внимания как передёргивает от священного ужаса Су Чоя.       – Середина осени, – парирует Ингонг и снова не обращает внимания на стенания своего друга.       Время года-то Донг-Мин и не учёл. Неудача.       – Давай в бассейн, о сиятельный джанг! – смотрит на мир (Ингонга) сквозь синие очки для плавания Ахн.       Джу Ингонг смотрит на него, как на идиота. Но, на удивление, мягче, чем обычно. Словно на глупого родственника. Вроде и придурок придурком, но свой. Донг-Мину это даже льстит.       – Ингонг! – Джу не успевает ничего сказать, как его чуть не сбивает с ног Юнг-хе. – Хочу на свидание!       – Никаких свиданий, – отрезает Ингонг, пытаясь отцепить от себя прилипчивую леди. – Ты расписание видела? Сейчас вообще не до того, нам обещали головы снести, если завалим.       – Да кому нужны эти контрольные, – тянет Юнг-хе, очаровательно надувая губки. Половина коридора была готова умереть на месте за эти губы, вторая половина уже отошла в мир иной. Джу Ингонг даже бровью не повёл, что вызвало в Донг-Мине приступ иррациональной гордости.       – Если есть, значит нужны, – огрызается Ингонг, неловко отстраняя от себя Юнг-хе, но та уже переключила своё внимание на друга детства.       – Хоть ты ему скажи! Свидания – это важно!       Донг-Мин бы поддержал подругу, но что-то неприятное, тёмное обернулось в груди прямо вокруг сердца. Это что-то радовалось отказу Ингонга.       – Извини, прекрасная леди, но сей сиятельный джанг прав, – извиняюще улыбается Донг-Мин.       Юнг-хе бросает на него обиженный взгляд и возвращает всё своё внимание Ингонгу. Девушка щебечет что-то об идеальном свидании, что она обязательно им устроит, а Донг-Мин всё размышляет о том, как раздеть Ингонга.       «Наверное, всё дело в том, что больничная еда пресная!» – озаряет Донг-Мина.       На его план уходит неделя. Это была самая мучительная неделя в жизни Донг-Мина, но оно того стоило. Даже желание, что он теперь должен Юнг-хе, не пугало. В конце концов это вклад в будущее.       – Что это? – Ингонг смотрит на коробочку с едой перед собой так, словно она сейчас бросится на него.       – Обед, – сияет улыбкой Донг-Мин.       – Почему он передо мной? – упрямо поднимает взгляд Ингонг.       У Ахна внутри что-то переворачивается от этого взгляда. Он хотел сказать правду, действительно хотел, но…       – Моя матушка приготовила слишком много, поэтому велела угостить друзей, – натянуто улыбается Донг-Мин.       – А где мой обед? – сразу влезает Су Чой, когда слышит о халявной еде.       Ингонг закатывает глаза и подталкивает коробочку к Ван Су. Внутри Донг-Мина что-то падает вниз, но он не показывает этого ни единым взглядом. В конце концов есть время до выпускного. За это время он точно сможет накормить Джу Ингонга.       Всё же поджарая фигура их джанга на ощупь оказалась слишком костлявой.