Часть 3

— Мистер Поттер, можно вас на несколько слов, — подозвала к себе Макконагал. Кабинет трансфигурации начал потихоньку пустеть от учеников и Гарри схватив свою сумку направился к столу профессора. — Я знаю, как вам сейчас приходится, но мне велено было вам кое что рассказать. Профессор Дамблдор попросил меня поставить в вас в известность, — еле слышно произнесла Минерва. — Да, профессор, я слушаю, — немного наклонившись к ней произнес Гарри. — О, нет, вы должны это узнать не от меня, а от самого Альбуса. Зайдите к нему в кабинет и прочтите письмо, отправленное для вас, — с горечью сказала она. Гарри медленно развернулся к выходу и его мысли перестали существовать. Кажется, Полумна правду говорила про мозгошмыгов, они и впрямь размягчили Гарри мозг. Почти добравшись до двери он услышал: — Пароль тот же, мистер Поттер, — с подобием на улыбку окликнула его Макгонагалл. Стоя уже у самого входа в кабинет директора, Гарри протер свои мокрые ладошки об мантию и произнёс «Лимонные дольки». Ничего не изменилось. Фокса не было, как и его хозяина. Он обошел омут памяти и подошел к столу. Когда-то здесь, после тайной комнаты ему пришлось узнать про крестражи. Именно после этого он освободил Добби от семейства Малфоев. Грусть подошла уже к горлу Гарри, как он увидел письмо. Красивый, серебристый и одинокий конверт лежал на пустом столе и ждал своего получателя. Гарри начал жадно вчитываться в строки, но они размывались перед глазами, и тогда Гарри заставил себя успокоиться, сесть и спокойно прочитать письмо.

«Мой милый Гарри, я должен был тебе сказать все при жизни, но было возможности этого сделать. Не вини Северуса в совершённом, а лучше пожалей того, кто правда нуждается в поддержке и понимании. Я верю в тебя, и ты должен продолжить наши поиски. Ввиду тебя в некий курс школьных дел. И в связи с тем, что я не делаю ничего просто так, в Хогвартсе появится новая ученица Виктория Блэк факультета Слизерин. Ты видимо задаешься вопросами зачем это нужно, и на последнем курсе, но не все просто так. Ее настоящая фамилия Лестрейндж — Реддл. Гарри, я вполне понимаю твое состояние и твои эмоции. Не спеши с выводами по поводу нее и получше присмотрись к ней. Она не такая как они.

А. Д.»

Перечитав судорожно письмо несколько раз, Гарри уже спешил в гостиную. Просидев в тишине полчаса они втроем перечитывали строчку за строчкой. Рон почесал лоб и сказал: — Я ничего не понимаю. Он всегда меня пугал своими оборотами речи и загадками, — устал откинулся он на спинку дивана. — Здесь все предельно ясно, — перевела на него взгляд Гермиона и уже была готова объяснять им смысл письма, — Дамблдор был уверен в том, что именно Снейп убьет его в тот вечер на Астрономической башне. Значит был такой приказ, такая договоренность. — Хорошо, а тогда кого он должен пожалеть, Беллатрису что ли? — опять с непониманием спросил Рон. — Нет, это значит, что я должен пожалеть и поддержать Малфоя! — вставая с пола, психанул Гарри, — с чего вообще мне его жалеть? Что он стал Пожирателем? Что хотел исполнить волю Воландеморта? Я и так каждый день, сидя в Большом зале еле сдерживаюсь чтобы его не убить. А тут еще и поддержка ему моя нужна, — возмущался Гарри на всю гостиную. Благо в ней никого не было, и они просидели так еще добрых полчаса. — Гарри, как ты думаешь, какая она? — спросила Гермиона. — Не знаю, но одна фамилия чего стоит. Я прислушаюсь к совету Дамблдора и не буду делать поспешных выводов, — уже устало произнес Гарри. — А если она без носа? Вся в папашу. Вот это будет умора, тут никакая подставная фамилия не прокатит, — раскатился Рон, — а смех и волосы как у этой чокнутой. Фу, меня аж в холод бросило. Так и Дементор красивее будет, — уже хохоча во всю, Рон сполз к ним на пол. — Рон! — в один голос произнесли друзья. Они громко рассмеялись. Гермионе нравилось, что именно Рон может любую ситуацию превратить в хохму. Она невольно засмотрелась на его веснушчатое лицо, и оно наполняло ее такой теплотой. Оно было как утреннее лето, когда хочется с разбега прыгнуть в поле с подсолнухами и остаться там до появления жары. А жара эта появилась. Это была Лаванда Браун. Жара Гермионы на ее поле с подсолнухами. Она отогнала мысли о Роне, и заставила себя сосредоточиться на мысли о том, что он уже не ее, и никогда ее не полюбит, больше чем просто подругу.

***

Холод подземелий всегда будоражил и подпитывал Драко. Он здесь жил. Это была среда его обитания. Скрестив ноги лежа на диване, он читал «Ежедневный пророк». У него уже вошло в привычку перелистывать первые пять страниц, в которых красовались ненаглядный Поттер, старый и никчемный директор и его чистокровная аристократическая семья Малфоев, чтобы ее побрал. Легкие движения рук, медленное перелистывание страниц и холод помещения делали свое успокаивающее дело и веки Драко начали медленно опускаться. — Не переживайте, я надеюсь я здесь ненадолго, — послышался чей — то голос у входа в гостиную. Драко было все равно на посторонние звуки и голоса. Сегодняшняя ночь с Пэнси давала о себе знать. — Как тут все интересно. А еще интересно, ниже никуда нельзя было спустить эту гостиную, чтобы заморозиться тут совсем, — продолжал женский голос. — Белла, у нас тут всегда холод, и вообще ты же всегда любила подз… — в следующую секунду Драко быстро продрал глаза и уставился на ученицу. Ему спросонья показалось что в гостиной была его тетя. — Белла? Ты что-то перепутал мальчик, я Виктория, — с дерзкой улыбкой она протянула ему руку. Из-за своей растерянности, Драко отзеркалил действие новой ученицы. Тут вдруг он отшатнулся от нее и в голове пролетело миллион мыслей. Почему ее голос был похож на голос Беллатрисы, кто она вообще такая и что делает в Хогвартсе, и самый последний вопрос который его мучил, с какого хрена он для нее мальчик и как она смела к нему так обращаться. Он уже давно не был мальчиком. Он был юношей, парнем, но никак не мальчиком. С таким отцом быстро взрослеешь. — Как еще раз тебя зовут? — потерянный в тумане своих мыслей он задал ей вопрос. — Виктория Лэ…а… Блэк. Виктория Блэк, — утвердительным кивком произнесла Вики. — Что, пока шла сюда, забыла свою фамилию? — ехидно произнес Малфой. — Да, я что-то устала, пока сюда добиралась, вот и запнулась. А где тут у вас спальня девочек? — с лёгкой улыбкой произнесла Вики. Малфой опять разложился на диване, взял в руки Пророк и лишь после всех этих манипуляций кивнул в сторону спален. Она помявшись на месте, прошла в соответствующую сторону. Лишь, когда дверь в спальню девочек открылась Драко сквозь газету произнес: — Малфой. Драко Малфой, — его имя разрезало воздух в гостиной и как ему показалось пронеслось эхом по замку. Стоя у двери и не поворачиваясь, Виктория сухо бросила ему что-то вроде «очень приятно», и дверь с хлопком закрылась. — Взаимно, — опустив газету на колени и сощурив глаза, Драко закатил левый рукав рубашки и начал рассматривать Метку, которая начала покалывать.