Часть 6

Голова шла кругом. После случая в библиотеке Гермионе хотелось скорее прийти к себе и отмыться от той грязи, которую в очередной раз вывалил на нее Малфой. Она залезла под тонкие горячие струйки воды, и они в мгновение расслабили худенькое тело ее обладательницы. Ей оставалось стоять и думать, проигрывать сценарий их диалогов. Гермиона не могла помыслить, что два чудовища могли создать на свет что-то прекрасное. Она не поверит, что Вики будет такой же как ее мать или отец. Ее сердце слишком чистое для такой тьмы. Они не могут осквернить ее. Если нужно будет ее защищать, они будут. Она обернулась в полотенце и прошла к себе в спальню. Приземлившись на красное покрывало кровати, предательские мысли начали опять лезть в голову. Теодор Нотт. Какая ей вообще разница что он делал с той когтевранкой. Это его личное дело и личная жизнь. Ее ничего не связывало с ним больше, чем общее задание по трансфигурации и пара интересных тем для обсуждения. Или что — то связывало? Она опустила прохладные ладошки на лицо и тяжело вздохнула. Ей нравилось, что она, общаясь с Теодором, отвлекается от Рона. С ним есть о чем поговорить, кроме как о квиддиче. Он умный и веселый, хоть и слизеринец. — Молодец, Гермиона, ты уже его с кем — то сравниваешь, — раздраженная сама на себя она откинулась на кровать. Отойти от собственных мыслей и заблуждений помог сон. Большой зал никак не мог проснуться. Погода сегодня никому не улыбалась. Начались дожди и серость. Гермиону радовало, что ее настроение не зависит от погоды или времени года. К тому же ей нравилась эта меланхоличная осень. Аппетит проснулся как только она села за стол. Она взяла грушу, любимый омлет и кружку горячего какао. — Как раз для такой погоды, — подняла она кружку и потянулась к Гарри. — И не говори, мы теперь не знаем когда нам разрешат летать, а в субботу должен быть матч, — уныло произнес Гарри. — Зато будет время на учебу, ты же не забыл что тебе сдавать эссе Снейпу? — прожевывая омлет спросила Гермиона. — Хоть дождь, снег или метеорит, Гермиона Грейнджер все равно будет учить уроки, — улыбнулся Гарри, — нет, не забыл, и кстати он просил меня зайти к нему в конце недели. — Зачем? — появился из-за спины Рон. — Не знаю, видимо опять думает что мы у него что — то стащили для оборотного зелья, — рассмеялся Поттер. — Да точно, — улыбнулся в ответ Рон, — кстати Симус сказал, что метла у Вуда на 3 см короче чем у остальных. Как только она слышала что — то о метлах или квиддиче, ее сознание отключалось. Неплохой выработался инстинкт самосохранения от засорения мозгов квиддичем. Ее мысли и так были захламлены чем — то иным, кроме учебы. Или кем — то. Осмотрев свой стол, она потянулась за круассаном, как тут прилетела записка: «Сегодня после дежурства в Астрономической башне» Она спрятала записку под рукав мантии, чтобы мальчики не успели заметить: — Мальчики, нам надо быть на уроке через десять минут, так что поторапливайтесь, потом обсудите свои летальные аппараты, — скомандовала Гермиона. Парни сделали недовольное лицо, схватили сумки и направились вслед за Гермионой. Занятия с профессором Флитвиком всегда тянулись медленно и неинтересно. Эту тему она прочитала еще на прошлой неделе и старательно делала вид что ее занимают рассказы профессора. Сегодня она сидела одна, так как Рон не успел все рассказать Гарри о метлах, а Парвати заболела. Гермиона подперла голову рукой и знакомый запах начал разливаться теплой струйкой где — то внутри. Это был сандал и горький цитрус. Скорее всего грейпфрут. Гермиона не сразу поняла откуда доносился этот запах, но белая предательница кольнула в рукаве. Она аккуратно вынула записку и прочитала ее еще раз. Выпрямившись она перевела взгляд на парты слизеринцев. Гермиона мило улыбнулась Теодору, и тот отзеркалил ее действие. Шоколадные кудри падали на его лицо. От этого скулы казались еще острее, а веснушки ярче. Она подметила это в первую с ним встречу в библиотеке. Веснушки были совсем другими, не как у Рона. Теплые чувства и предвкушение встречи пронеслись по телу Гермионы. Малфой, который сидел сзади Теодора тупо смотрел в одну точку перед собой. Каждая петелька свитера Нотта была изучена. Это был теплый кашемировый джемпер синего цвета. Блейз лежал на парте и рисовал какие — то каракули. Лишь копошение со стола по диагонали заставило оставить в покое спину друга и повернуться к источнику его раздражения. Грейнджер. Она повернулась, мило улыбнулась другу спереди него и провела рукой по волосам. Запах ванили и груши донесся до парты завистника. Тео что — то поерзал на стуле и Драко в который раз не смог сдержаться: — Можешь не дергаться, ты мне мешаешь, я ничего из-за тебя не вижу, — шикнул Драко. — Так ничего и не показывают, — прыснул Теодор, — или ты давно Флитвика не видел? — Драко, малыш, он даже ради тебя на стол встал, — пробурчал Забини, — тем более ты все эти заклинания уже знаешь. — Да он бесится просто. Видимо ему не дали, а мне возможно что — то перепадет, — косо улыбнулся Тео. — Хм, и кто тебе даст? Грейнджер? Не смеши меня. Она хоть раз с кем — то трахалась? Сомневаюсь. Тем более такое себе — хвастаться тем, что трахнул грязнокровку, — ехидно приподнял уголок рта Драко. Кто — то с соседнего стола строго шикнул на них и они разом замолчали. Драко последовал примеру Забини и принялся рисовать, но страница во внутреннем кармане мантии обжигала. Он проворочался всю ночь в попытках заснуть. Впервые ночь выдалась спокойной и никто не мешал спать. Теодор, видимо, начитался своих книг в библиотеке, и сопел как младенец. Забини постоянно кряхтел и что — то бормотал. — Не спальня, а палата сумасшедших, — отметил про себя Драко. Он прошел к окну и сел на подоконник. Под подоконником достал сигарету, призвал палочку, поджег сигарету и развернул листок. Драко расположил его напротив себя, как будто кто — то из парней сейчас сидел напротив него и вел диалог. Откуда у Нотта эта книга, и зачем он таскает ее в школе? С этим вопросом Драко взглянул на спящего Теодора. Сигарета обожгла пальцы и выпала на холодный камень окна. Малфой прошел к своей кровати, расслабленный никотином, и устроился поудобнее. С недавних пор, чтобы заснуть нужно было обязательно что — то нафантазировать. Секс с Пэнси уже никаким фантазиям не поддается, так как все фантазии он давно с ней воплотил. А как же Грейнджер? Какой она была в постели? Наверняка девственница или оприходована этим рыжим Уизелом. Пульсирующая боль распространилась по животу и Драко невольно начал представлять грязнокровку. Он прикрыл глаза и незаметно для самого себя уснул. Сборы на дежурство заняли достаточное количество времени. Гермиона никогда не проводила у зеркала больше трех минут, а тут уже полчаса она пыталась сотворить что — то приличное со своими волосами. Открыв шкаф, она выдохнула. Джинни успела перенести ей половину своего гардероба, который состоял в основном из платьев и юбок. Она провела рукой по платьям, перелистывая каждое как страницы книг и наткнулась на то самое, которое ей нужно. — Отлично, как я и хотела, — вертела она в руках платье. Это было темно — серое трикотажное платье в обтяжку выше колен с длинными рукавами. Она не хотела сильно наряжаться, чтобы Теодор не подумал, что она готовилась. Наконец, собравшись, она накинула на себя мантию и шмыгнула в гостиную, где ее уже ждал староста Когтеврана — Энтони Голдстейн. Дежурство прошло на удивление спокойно, что еще больше прибавило настроения гриффиндорке. — Энтони, ты возвращайся один в башню, а мне надо еще зайти… а… в совятню, — промямлила Гермиона. — В совятню? Так поздно? — в недоумении спросил Голдстейн. — Да, мне нужно туда именно ночью, — она сама поняла что сказала глупость, — ну то есть, получатель ждет письма от меня именно ночью, — поправилась она. — Хорошо, тогда давай я тебя провожу, — сделал шаг Энтони. — Нет! — резко отскочила от него Гермиона, — не нужно, Энтони, я быстро, туда и обратно, — сделала она мягкую улыбку. — Ладно, будь аккуратна со своим «совятней», — усмехнулся Энтони и щеки Гермионы вспыхнули. Глупо было думать, что Энтони ничего не понимает. Но Гермиону сейчас это не заботило. Она укуталась посильнее в шарф и выбежала на улицу. Тихое небо отливалось яркими синими и белыми звездами. Созвездие Дракона сегодня возглавляло это небо. Невольно, Гермиона вспомнила, как на астрологии Драко хвастался, что его назвали в честь этого созвездия, и что его величественно можно называть Драконом. — Разве что хорьком его можно называть, — буркнул себе в кулак Рон, и Гермиона с Гарри захихикали. Пройдя по сырой траве, Гермиона подошла к башне. Винтовая лестница заставила сердце Гермионы забиться чуть быстрее. Она набрала в легкие воздух и выдохнула. Аккуратно шагая по каждой ступеньке она приближалась к своему «отправителю». Луна светила очень ярко и темный силуэт было не разглядеть. Гриффиндорка медленно подошла к темной спине ее обладателя и нежно обвила его плечо, промурлыкав: — Привет. — Ну привет, Грейнджер! — строгий голос вернул ее в реальность.