Часть 1

Вот мне и восемнадцать. Вик шла по красивой улице Рима. Вокруг ходили влюбленные парочки, на балконах висели кашпо с цветами и мокрое белье. Девушка даже не заметила, как оказалась перед дверью тату-салона. — Добрый день. Я могу Вам помочь? — На ресепшене Викторию встретила милая девушка. — Добрый. Подскажите, пожалуйста, где можно посмотреть каталог тату? — Проходите, мастер всё покажет. — Grazie mille. — Ciao. Вот каталог. Вы хотите большую или поменьше? — Ciao. Я хочу небольшую, но эксцентричную. You said that I`m too eccentric. — Я Вас понял. Тогда откройте на пятнадцатой странице. — Мастер — молодой парень — таки заряжал позитивом. Вверху страницы так и было написано: «Little&eccentric». Немного времени спустя, Викки выбрала маленькую кровавую розу, оплетенную черной змейкой. — Прекрасный выбор, девушка. Этот рисунок как раз для вас. — Благодарю. А сколько времени займет сам процесс? Томас меня прибьет. — Где-то около часа или двух. — Grazie. Набить ведь можно где угодно? — Да. Где хотите. — Тогда давайте здесь. — Вик быстрым движением сняла футболку и указала на ложбинку между грудей. — Оу, это очень нежное место. Будет очень больно. — Ничего страшного, потерплю. — Уверены? — Вполне. — Хорошо. Проходите, садитесь. Басистка подошла к креслу и устроилась. Мастер набрал в аппарат краску и начал работу. На удивление, время пролетело быстро, но глаза жгло от слез. Виктория поблагодарила мастера и оделась, стараясь не задеть пленку. *телефонный разговор* — Томаситто, милый, привет. — Привет, малышка. Ты сегодня куда-то запропастилась. Весь день тебя в студии не видел — ни слуху, ни духу. — Оупс. Родной, я уже иду. Вы репетировали сегодня? — Как мы бы смогли репетировать без тебя, Викки? Дамиано привез Джорджию, а к Итану приехали Элеонора и Лукреция. — На заднем плане послышались громкие крики и смех девушек. — У нас тут весело. Не хватает лишь тебя, малышка. — Голос Томаса заметно погрустнел. Зная своего парня, Виктория могла с уверенностью сказать, что тот сидел один в углу и тихо наблюдал за остальными. — Я уже почти дома, заяц. Улыбнись. — Виктория быстрыми шагами приближалась к двери их студии. Когда дело доходило до её Томаса, её мальчика, она старалась тут же быть рядом с ним, где бы она ни находилась. Девушка сбросила звонок, дергая ручку двери. Буквально через пять секунд ей навстречу вылетел Томас, сияющий будто изнутри. Притянув её к себе, парень прошептал «Скучал. Боже, я так скучал. Люблю тебя. Сильно.» — И я люблю тебя, Томаситто. Милый, я люблю тебя. Девушка слегка поморщилась от давления на свежее тату, и Томас отпрянул от неё. — Что-то произошло, милая? Что болит? -Не обращай внимания, ногу натерла. Решила одеть новые ботинки. Как тебе? — Она покрутила ножкой в разные стороны, давая парню рассмотреть массивные черные ботинки с золотыми цепями и белыми шнурками. — Прекрасны. Как и ты. Виктория легко поцеловала Томаса в губы и пара прошла в дом. — Всем привет! Я снова с вами! — О, Вик, привет! Мы как раз тебя и ждали! Будешь с нами в Тарантинки? * — Уиии! Конечно буду! Вик побежала к девушкам и села на мягкий ковер, обнявшись со всеми. Парни сидели на диване, курили и разговаривали. На столике рядом с ними стояли бутылки с алкоголем. Тишину в доме нарушил взрыв девичьего смеха. Итан вздрогнул, а Дамиано выронил из рук сигарету, ругнувшись, не стесняясь в выражениях. Томас лишь улыбался. Он вслушивался в хрипловатый смех своей возлюбленной. Та упала на пол, заливаясь смехом и смахивая с глаз слезы. Следом упала и Элеонора. — Девочки, будьте сдержанней. Эли, мама учила тебя не этому. — Ит, не будь букой. Мама не узнает. — Элеонора показала брату язык и снова повалилась на ковер, утягивая Вик в объятья. Девушки негласно закончили игру, ведь все уже лежали на полу, смеясь и обнимаясь. — Парни, вы уверены, что мы им вообще нужны? — Дамиано состроил грустную мордашку. — Итан! Ты заразил всех парней своей меланхолией! — Вик и Джо недовольно надули губки. — Не обобщай, милая. Я всегда буду тебя любить. Томас присел на корточки, заглядывая в глаза Виктории. В те два голубых омута, в которых он согласен тонуть вечно. Она нежно поцеловала его, оплетая руками шею и после утыкаясь носом в грудь. Парень сел поудобнее, так, чтобы басистка смогла улечься на нем. — Оу, какая вы милая пара! — Трое Торкио не смогли сдержать умиления. — Согласна! — К ним подключилась и Джо. — Ну что, Томми, зацепил ты нашу басистку? Молодец, уважаю. — Дамиано покатился со смеху, а Джо ударила его по ноге и зашикала. Но Вик уже не услышала язвительной похвалы Дами, ведь в теплых руках парня её потянуло в сон. — Кто-то устал. — Заметила Лукреция, взглядом указывая на спящую девушку в руках Раджи. Томас аккуратно встал и понес Викторию в их комнату: «Я скоро вернусь. Девочки, прислушайтесь к Итану — будьте чуть сдержанней, окей? Не будите её.» — Конечно, Томми. — Шепотом ответили три девушки. Томас и Виктория встречались с далекого 2016 года. С самого основания группы. Видя увлечение девушки музыкой, Том захотел приятно удивить её. Но немного не успел. Вик первая подала объявление о наборе группы в лицее. Но он не собирался так быстро сдаваться. Нашел зал, договорился со всеми преподавателями и директорами, с которыми только мог, нещадно резал свое свободное время, лишь бы ей было удобно посещать репетиции, график которых он тоже составил сам. — Спасибо, Томми. Я очень устала, ты мне правда помогаешь. Знаешь, Том, я до сих пор не могу уснуть. Она мне всё еще снится. Виктория тихо плачет, лишь подрагивая плечами. Мамы нет почти год, но во снах она появляется с завидной регулярностью. Томас подходит к ней, кладет руки на хрупкие плечи и притягивает к себе, позволяя схватиться за воротник рубашки и намочить её слезами. Позволяет выкричать всю боль, которая так и не прошла. Даже не притупилась. Ночевать остались у него. Через пару дней было признание. Оно было, да. Как и предложение встречаться, на которое он услышал заветное «Да, Томас, я согласна». Виктория проснулась в комнате. — Я тебя разбудил? -Нет, что ты? Я просто хочу раздеться. Виктория стыдливо сняла футболку, оставшись лишь в кружевном лифе. Черт, но у неё же не секс. И уж тем более не первый. Прилегла на кровать, закутавшись в одеяло, и уснула. К ребятам гитарист так и не спустился. Он присел на край их кровати и просто смотрел на свою спящую красавицу. Виктория смешно дергала носиком во сне, а Томас просто умилялся и думал, за что же ему такое счастье. Почему она согласилась тогда? Хотя это уже неважно. Она любит его, он любит её, и они вместе целых два года. — Ребят, кто-то знает, где была сегодня Вик? Она кому-то говорила? Что она делала? — Эммм, да нет. Нам она ничего не говорила. — Девушки удивленно переглянулись друг с другом. — Нам тоже, Том. Спроси у неё, когда она проснется. — «Вик, детка, ты пропала на полдня, потому что ходила в тату-салон? И ты не натерла ногу, ты мне соврала, я просто надавил тебе на свежее тату между грудей?» Это мне у неё спросить? — Чего?! У неё новое тату? — В шоке были все, в том числе вошедшие Лео и Марта. — Оказывается, да. Прямо между грудей. Да, вот здесь, Джо. — Джорджия указала точно то же место, ведь только она была в открытом топе. Её глаза округлились ещё больше. — Я не увидел, что там, оно же под пленкой. Но я в шоке. — Мы не меньше. Набить тату… — Помолчал бы, Дамиа. Сам вон как холст ходячий, весь в татушках. В Томаса полетела диванная подушка. И тут спустилась Виктория. — Выспалась, детка? — В голосе Томаса не было никакого негатива, лишь нежность. — Да, Томми. — Девушка мило зевнула, прикрыв рот рукой. — Я хотел с тобой поговорить. — Что-то случилось, милый? — Было видно, что девушка напугана. — Ты серьезно, Вик? Набила татуировку? — К-как? Как ты увидел? — Заметил, когда ты снимала футболку. Вик вся сжалась. — Да, Том. Мне уже восемнадцать. И… И ты не можешь меня ругать. Потому что я ничего такого не сделала. Это же обычное тату. У каждого из нас оно есть. Вон у Дамиано даже не одно. И я знаю, что тебе плевать на других, но это вполне норма. — Девушка заговорила так быстро, что Томас даже не понял половины. Лишь фразы «Ты не можешь меня ругать», «Я ничего такого не сделала» и «Я знаю, что тебе плевать на других». — Эй, эй, эй. Выдохни. Никто не собирается тебя ругать. Я просто не понимаю, почему ты не рассказала мне. Зачем придумала про то, что натерла ногу? — Я просто боялась, что ты не оценишь, понимаешь? Я боялась, Томас. Боялась! — Виктория. Вик. Всегда помни о том, что я люблю тебя такой, какая ты есть. И поддержу тебя. — Томас сел на ковер, утягивая Вик за собой. — Ну, рассказывай, что набила? — Розу и змею. Она такая красивая, Томас! Смотри. Вик взяла телефон и показала фото эскиза. — Мастер мне сказал, что этот рисунок как раз для меня. — Мне начинать ревновать? Надеюсь, он тебя хоть не сфоткал. Вик громко засмеялась, и Дамиано опять выронил сигарету. — Да твою ж… Сколько можно? Томас, угомони её! — Дамиа, не злись. Томаситто, ты же ничего не будешь делать? — Натянула лисью ухмылку. — Ты же знаешь, что не буду, солнышко. Вик показала Дамиано язык и средний палец, на что тот соскочил с дивана и начал щекотать девушку. — Спасите! Помогите! Дами, отстань! Ааааа! — Даже не думайте! — Дамиано прирезал на корню попытки встающих девушек помочь подруге. — Будь аккуратней, Дамиано. У неё же тату. Не сделай ей больно. — Хорошо, синьор Томас Раджи. Вся компания залилась смехом. Позже все пошли пить кофе с булочками, которые приготовили сестры Торкио, и обсуждать прошедшую неделю.