…

Эмма внимательно приглядывалась к книжной полке, рассматривая каждую корочку. Она тщательно выбирала, отсеивала то, что её особо не интересовало, и искала то, что нужно конкретно ей. Стоявший рядом с ней Рэй нетерпеливо постукивал каблуком туфли по полу. Ему уже надоело ждать, когда же она найдёт ту самую книгу. Если честно, сейчас он был готов взять любой рассказ, который только попадётся ему на глаза, лишь бы поскорее сесть в кресло. Потому что он стоял здесь уже более получаса, и за всё это время он ни разу так и не присел, из-за чего его ноги уже начинали болеть. Но и уйти он не мог. Он пообещал Эмме, что они почитают вместе книгу, и поэтому должен был ждать здесь. Однако ожидание становилось даже слишком долгим, и терпение Рэя уже начинало заканчиваться. Он был уверен, что ещё немного, и он точно взорвётся. Но, к его величайшему счастью, Эмма наконец-то выбрала. Довольно улыбнувшись, она указала пальцем на какую-то книгу и громко произнесла: — Эту! — Ну наконец-то… — проворчал Рэй и потянулся к полке, на которой стояла книга, чтобы достать её. Хоть внешне он и выглядел недовольным, но в душе он просто ликовал, ведь его мучения наконец-то закончились. Когда он брал книгу, то особо не обращал внимание на её название. Отметил только про себя, что у неё яркая и какая-то даже слишком детская обложка, и всё. Больше его волновало то, что он наконец-то мог сесть в кресло. А до того, какую там книжку выбрала почитать Эмма, ему не было никакого дела. Главное, что это закончилось, а всё остальное не так важно. И как только книга оказалась у Эммы в руках, Рэй сразу же направился к заветному креслу. То чувство, которое он испытал, когда наконец опустился в него, невозможно было передать словами. Рэй наконец расслабился, мог больше не напрягаться. Ему больше не нужно было стоять и ждать, когда же Эмма выберет себе чтиво по вкусу. Но ощущение расслабленности и умиротворённости продлилось недолго. Оно сменилось на смущение и недоумение, как только на колени к Рэю уселась Эмма. Пока она устраивалась поудобнее, он обескураженно глядел на неё, не понимая, что она делает. И лишь только после того, как она протянула ему книгу, он всё понял: она хотела почитать вот так. Собственно, возражать он особо не стал. Всё равно ведь знал, что это бесполезно. Если Эмма чего-то хотела, она добивалась этого всегда, и спорить с ней просто бессмысленно. Хотя такое положение всё равно несколько смущало. Всё же Эмма находилась даже чересчур близко к нему, и это не могло не выбивать его из колеи. Но он всё-таки держал себя в руках, пускай и с огромным трудом. Да и понимал он, что в ближайшие минут тридцать от Эммы ему не избавиться. Поэтому ему оставалось только согласиться, что он и сделал, и, кивнув, взял книгу. Положив её так, чтобы и ему, и ей самой было хорошо видно, он начал читать: — Давным-давно в одном далёком королевстве жила… Эмма, что за идиотскую книжку ты взяла? — на середине предложения Рэй вдруг резко остановился и нахмурился. До него наконец-то дошло, почему у этой книжки была такая яркая обложка. Это, чёрт возьми, детская сказка про принцесс. — И вовсе она не идиотская! — возмутилась Эмма, недовольно скрестив руки на груди и посмотрев на него. — В детстве это была моя самая любимая сказка. Мама постоянно читала мне её на ночь перед сном, когда я была совсем маленькая. — Можно подумать, ты сейчас взрослая, — пробубнил себе под нос Рэй, но она пропустила его слова мимо ушей. — Так ты будешь читать или нет? Между прочим, ты мне обещал, не забыл? — спросила она, всё так же глядя на него. — Да помню я, помню, — он фыркнул и закатил глаза, но к чтению книги всё-таки вернулся. Всё же он и правда обещал ей, а свои обещания он привык выполнять. — Давным-давно в одном далёком королевстве жила прекрасная принцесса… *** — …А потом принц женился на принцессе и жили они долго и счастливо, — Рэй полушёпотом закончил читать последнюю строчку сказки и тихонько закрыл книгу. Отложив её на стол, он перевёл взгляд на Эмму, которая лежала у него на плече. Она по-прежнему негромко сопела, прижимаясь к нему. Он облегчённо выдохнул. Вообще, засыпать Эмма начала ещё где-то на середине истории. Рэй поначалу не обращал на это внимание, так как его взгляд был полностью устремлён на книгу. Однако потом он заметил, что она частенько зевает и трёт глаза. Тогда он предложил ей пойти спать в комнату, но она отказалась, сказав, что хочет услышать конец. Концовку она конечно же так и не услышала. Она просто в какой-то момент уснула. Рэй сначала хотел отнести её в комнату, но потом передумал. Он знал, что первое время Эмма спит так, что её очень легко разбудить, поэтому решил дочитать сказку, чтобы она могла нормально и крепко уснуть, не просыпаясь из-за посторонних звуков или движений. Да и не хотелось ему её тревожить, чего уж. Она так мило сопела, что он просто не мог позволить себе нарушить её сон. Точнее, совесть ему не позволяла. Но сейчас ему нужно было подняться и отнести её в спальню, потому что спать на кровати гораздо удобнее, чем у него на плече. Да и он уже устал так сидеть. Однако, когда Рэй попытался привстать, Эмма неожиданно замычала и вцепилась пальцами в его рубашку. Она всем своим видом показывала, что ей не нравится то, что он делает. Рэй оставлять своих попыток, конечно, не хотел, но ему просто пришлось. Потому что Эмма ворчала каждый раз, стоило ему хотя бы немного пошевелиться. Разбудить её ему не хотелось, поэтому пришлось остаться в кресле. Тяжко вздохнув, он осторожно, стараясь не навредить ей, откинулся на мягкую спинку. Эмма покрепче прижалась к нему, устроилась поудобнее у него на коленях. Он подумал немного, а потом всё-таки осторожно обнял её. Мягко прижал к себе, неуверенно погладил по спине. Эмма в этот момент улыбнулась во сне. Видимо, ей снилось что-то очень хорошее. Рэй и сам из-за этого невольно улыбнулся. Всё-таки невозможно было не улыбаться, глядя на Эмму. Она заряжала всех своей солнечной энергией, и Рэй тоже не стал исключением. Они просидели в таком положении довольно долго. Он сам потерял счёт времени и не знал, сколько конкретно. Но в какой-то момент он поймал себя на мысли, что ему нравится сидеть вот так с Эммой. Обнимать её, гладить, прижимать к себе. Чувствовать её прикосновения на своей коже, ощущать её тепло, вдыхать запах волос. Такая неприличная близость с Эммой приносила ему какое-то странное удовольствие, которое он и сам не мог объяснить. Но одно он понимал точно: ему это определённо нравится. И для него это было самым страшным, непонятным и необузданным чувством. Но в то же время и таким приятным. И Рэй соврал бы в первую очередь самому себе, если бы сказал, что хочет, чтобы это прекратилось. Нет, он хотел, чтобы они с Эммой сидели так как можно дольше. Даже если ему и было немного неудобно, он всё равно не хотел разрывать эту близость с ней. Пускай и не мог толком объяснить, почему. В объятьях Эммы Рэй чувствовал себя умиротворённым и защищённым. В какой-то степени, они даже убаюкивали его. Ему было настолько спокойно и уютно с ней, что он напрочь забывал обо всех проблемах. Хотелось просто растворится в этом спокойствии и умиротворении, и Рэй не стал сопротивляться своему желанию. Он поддался порыву и позволил нежности накрыть его с головой. А вместе с ней к нему постепенно подступала и дремота. Она мягко обволакивала его со всех сторон, словно пуховое одеяло, и вместе с теплом Эммы это ещё больше его убаюкивало. И уже совсем скоро он погрузился в глубокий безмятежный сон без сновидений, так и не размыкая объятий. А ещё через некоторое время их, спящих вместе в кресле и обнимающих друг друга, нашла Изабелла, которая не стала их будить и лишь укрыла пледом, оставленным детьми после прошлого раза, прежде чем тихонько выйти из библиотеки и прикрыть за собой дверь.