Том пробует себя на сцене!

      Осень. Приятное и меланхоличное время года, когда воздух пропитан ароматом сухих листьев в вперемешку с сыростью частых дождей. Время, когда природа в последний раз показывает свою красоту перед тем, как все покрыть белым снегом на долгие три месяца зимы. Постепенно, люди на улице закутываются все больше в плащи, куртки, шарфы и шапки, чтобы не заболеть от пронизывающего осеннего ветра. На улицах все меньше можно увидеть детей и подростков, началась учеба после долгих летних каникул.       Для многих людей осень, это пора печали, одиночества и холода, который сменил жаркое летние солнце.       Но есть и те, кто видят в этом цветастом периоде года нечто прекрасное, то, что можно во всей красе лишь почувствовать. Это меланхолия, смешанная с приятным ощущением принадлежности лишь самому себе. Для таких людей, осень — это время, когда можно созерцать окружение, пройтись по улице с зонтиком от дождя, вдыхая теплый аромат осени. Время, когда можно зайти в какое-нибудь кафе с ноутбуком или книгой и просто посидеть за столиком, попивая горячий какао с маршмелоу, слушая джазовую волну кофейни из громкоговорителей.       Другие же, предпочитают посещать различные культурные мероприятия вместе с компанией. Театр, выставки, галереи, выступления молодых комиков. На все это люди идут после работы, учебы или простого выходного дня, чтобы отдохнуть и весело провести время с друзьями.       На улицах темнеет рано, а яркие вывески ресторанов и кафе привлекают задумчивых зевак снаружи зайти, погреться, выпить напиток и послушать выступление вечера. Так случилось и сегодня.       Город медленно, но верно погружается в ночную тьму, хоть на часах нет и семи вечера. Уличные фонари один за другим начинают гореть, освещая дорогу людям. Компания друзей неторопливо идет после учебы за переулок, к месту где расположено одно интересное кафе. Уже, как неделю объявление на стекле гласило:

» Не пропустите вечер стендапа! »

«Наши лучшие комики города сразятся в нешуточной битве за звание самого лучшего комедианта города! И победителя выберут именно зрители этого вечера!

Вас ждут: шутки, рассуждения, обаятельные артисты, вкусная еда и горячее какао за счет заведения!

Только в эту пятницу в пол восьмого вечера.

Билеты бронируйте по номеру: ….

Студентам и пенсионерам скидка двадцать процентов при представлении документа.

Ждем вас! »

      Зал постепенно наполнялся людьми. Старательные официанты проверяли билеты и проводили гостей на нужные места. В зале пахло деревом, какао и чем-то вкусным. На столах уже стояли обещанные горячие напитки, кнопка вызова официанта и меню. Ненавязчивый джаз был основной мелодией этого вечера.       В конце зала располагалась сцена. Черный деревянный пол, тёмно-синие кулисы сзади, микрофон посередине площадки. Внизу несколько колонок, а по бокам стен и наверху висели прожектора. Гул постепенно стихал, зрители с волнением ожидали начала представления. — Добрый день, уважаемые дамы и господа! — Шум разрезал задорный голос вещателя. — Рад приветствовать вас в нашем скромном заведении! Я, Ведущий этого вечера, и я готов объявить о начале нашего состязания. Сегодня, на этой сцене за звание лучшего комика города поборется три известные личности, которые сами себя представят совсем скоро. Наше соревнование состоит из нескольких этапов, первый-знакомство. Участнику даётся возможность представится и показать свои минимальные навыки в течении пяти минут. Далее, три раунда по заданным темам, где участники, соревнуясь в словесном поединке покажут насколько остры их языки. Победителя выбирайте именно вы! Просто зайдите на сайт нашего заведения и проголосите за понравившегося кандидата. — Камера сделала круг по залу, освещая кукольные лица зрителей и вновь вернулась к микрофону. — Итак, правила объявлены, и мы начинаем! Знакомьтесь, это Том и сегодня он станет нашим тем, кто начнет наш вечер! Я не слышу ваших аплодисментов, друзья!       Зал наполнился аплодисментами. Публика явно ожидала от этого вечера многого от этого вечера. Многие ожидали, как на сцену ворвется задорный юноша или девушка и с ходу задаст настроение на целую программу, как обычно и бывало, но…       На сцену тихо, съёжившись в три погибели зашел парнишка. Глаза его бегали по сцене и залу. Он встал в середину сцены у микрофона и замер. В зале повисла тишина. Юноша с трудом стоял на ногах, он дрожал.       Глаза смотрели в пол, тяжелое дыхание передавалось в микрофон, ладошки, что вспотели почти сразу, шумно вытирались об штаны, со лба стекали капли пота. — Том… Ты в порядке? Ты можешь начинать! — подбадривал ведущий, видя состояние клона. — Эм… Я…хм… — промямлил клон дрожавшим голосом, продолжая смотреть в пол.       Зал замолк, ожидая начала. Всем казалось, что это часть шоу, поэтому никто не смел перебивать.       Целую минуту зал ждал. Ждал терпеливо, непростительно терпеливо и долго. Клон же все бледнее и нерешительнее стоял. С каждой секундой паника внутри увеличивалась напряжение росло, взгляды зрителей не отрывались от юноши.       Тишина нарушилась тихими всхлипами. Клон стыдливо закрыл лицо руками, упав на колени, ноги перестали его нести. — Н.Не смотрите на меня! Не смотрите… — повторял себе под нос Том, вытирая горячие слезы. — Тише… Тише Том… Иди за кулисы, тебя проводят в уборную… Дамы и господа. Приношу извинения за подобное, похоже, юноша ошибся залом. Ну ничего, с кем не бывает. Итак… — разбавляя обстановку говорил Ведущий, пока дроны аккуратно уносили парня со сцены.       На секунду в зале повисла гробовая тишина. Всем стало неловко за пугливого бедолагу. Только в зале пошли первые неуверенные шептания, как из-за кулис выскочил настоящий комик. Задорно покручивая резную трость в правой руке, парень занял место у микрофона. Тут же у его лица оказался дрон. — Раскачай публику, Том. А я пока устраню некоторые проблемы… — Парень кивнул и поправил свой большой, чёрный цилиндр. — Дорогие слушатели! Прошу прощение за произошедшее, но давайте поймём бедолагу. У каждого же из нас была такая ситуация, когда ты зашёл не в ту дверь. — Из зала, наконец, донёсся смех. Зрители оклемались, припомнив себе, что они пришли сюда ради хорошего шоу. Комик же продолжил. — Рад вас видеть! Я далеко не звезда, но уже выступал в некоторых барах, даже имею своё шоу «Спасибо, но это ещё не всё!». Кто-то из вас на них бывал? — Из зала послышались с десяток хлопков на аудиторию больше сотни человек. — Даа, отлично идут у меня концерты, ничего не скажешь. — В зале снова раздались смешки. Сам же Том поставил трость в «ножны», а сам перехватил микрофон. — Бывали ли на моих выступлениях в этом баре? — Из зала донеслось пара не неуверенных хлопков. — Я понял, вы общаетесь аплодисментами. Типа, «тихо, молодой выступает». Или вы засматриваетесь на сам зал? Как вам оформление и сервиз, дорогие гости? Я последний раз так переживал за окружение когда выступал впервые в соседнем городе. — Том стал прохаживаться по сцене, показывая руками на прекрасное оформление помещения. Тёмно-синий занавес был обременён золотыми узорами и позолоченным канатом, для открытия. Вокруг стояла завораживающая, тёплая атмосфера, присущая развлекательным пабам. Тусклое, будто солнечное освещение, декоративные растения, будто живые, создавали приятный аромат. Все наслаждались этим чудным моментом. — В тот моменты мы выбирали зал для проведения мероприятия, куда я был приглашён как важный гость. Там даже была менеджер по декору, которая очень навязчиво склоняла нас к одному из залов. Мы всё не могли понять — что в нём такого. У неё аргументы все на одно лицо: «Это чудесный зал, это офигенный зал, это шикарный зал». Финальным аргументом в наше сердце стала фраза «это идеальный зал, там даже Гитлер выступал!». Не знал я, конечно, что Гитлер со стендапом выступает. — По залу прокатился хохот. — Уж что-то рано я начал откровенничать, нужно дать время и моим дорогим соперникам! Буду рад рассмешить вас в последующих раундах. Ах да, забыл представится, я Том! — Отпустив с напором микрофон, что тот слегка проехался по сцене, Том перехватил их ножен трость и закончил свой выход поклоном, после чего удалился за кулисы.       На встречу Тому вышел низковатый кучерявый парнишка, с похожей тростью, но более банальной. Самая обычная чёрная, да и шапки котелки уже не в моде. Хмыкнув, Том молча прошёл мимо, направившись в зал ожидания по золотисто-красным коридорам.       Открыв дверь внутрь Том сразу услышал и увидел Ведущего, судорожно бубнящего что-то. — Так…довести клона до симуляции семь и отправить на экс…ох Том! Рад тебя видеть, прости, немного затянул с устранением проблемы. Но я слышал всё твоё выступление. Ты справился на ура! Публика от тебя в восторге. — Комика польстили сладкие речи, от чего тот улыбнулся и деловито опёрся на трость. — Ты с ними так непринуждённо общался. Так и не скажешь, что ты совсем зелёный в этом деле. — Да…да и вы знаете, я ведь не должен тут выступать. Это скорее…удачная случайность, для вас. — Конечно-конечно, Том! Понимаю, ты пришёл сюда не для этого… Но, прошу, останься. Публика нуждается в тебе. К тому же, ты подал им надежду на своё фееричное выступление, ты просто обязан остаться! — Том улыбнулся шире, уже не пытаясь скрыть то, насколько приятны ему эти речи. Для нагнетания обстановки помолчав с минуту, деловита рассматривая свои ногти, клон всё же кивнул. — Отлично! Тогда, мы не должны оставаться здесь, в зале. Пойдём в твою, персональную гримёрку. Я сообщу тебе то, с чем тебе придётся работать.       Камера полетела по коридорам, куда-то в глубь залов, а Том следом. Красивые, винтажные комнаты украшенные в стиле Америки шестидесятых. Солнечные обои с простыми узорами ярких цветов, освещаемые гудящими, вытянутыми лампами, отдающие жёлтым. Деревянный пол под лакированными туфлями порой даже поскрипывал, создавая ощущения приятной старины помещения. Каждая комната и коридор, всё здесь причудливо прекрасно. На стенах коридоров висят картины известных комиков и творческих деятелей, на полу расставлены растения, а окна украшали мозаики. Прекрасное место для первого большого дебюта Тома.       И вот, резная, дубовая дверь с позолоченными узорами. Повернув ручку, Том оказался в своей гримёрке. Небольшое, минималистичное помещение. Стол с зеркалом для лица. Зеркало в полный рост рядом, справа от него шкаф из белого дерева. Пара пуфиков напротив, красный ковёр на полу и мобильная вешалка с парой костюмов. Заприметив на столе пару предметов, Том приблизился и тут же расплылся в улыбки. Кто-то оставил ему кофе. Рядом с ним лежал блокнот, на лицевой стороне которого было размашистыми, неаккуратными буквами написано его имя. — Добро пожаловать в твою гримёрку! Располагайся, Том, мне нужно тебе кое-что объяснить. — Кресло будто само по себе подъехало к комику, приглашая его сесть. Откинувшись на спинку, Том взглянул на зависший в воздухе дрон. — Давай начнём с главного! Вот этот блокнот, что ты нашёл, — Камера поднесла к лицу парня рукопись. — это — сценарий. Для многих комиков уже заранее пишут шутки специальные люди, а иногда и они сами. Поэтому, тебе остаётся их только выучить и отыграть всё на сцене. — Погодите-ка! Это какой-то сюр. Разве смысл стендапа не в том, чтобы импровизировать и создавать шутки на ходу, смеша публику? Мы же не на чёртовом «Saturday night live»!       Ведущий, будто и ожидавший такого ответа, парировал: — Что ж, тогда сам их пиши или думай на ходу. В блокноте много ещё свободного места. А до начала ещё двадцать минут. Но, перед этим, не хочешь сменить имидж? — Том, фыркнув, отобрал сценарий у дрона и отложил его на стол, а сам подошёл к зеркалу в пол.       В зеркале вырисовывался не самый обычный клон. Он так же худощав как и остальные, так же в очках, да и волосы те же…но сравнив того, что выскочив на сцену и этого, можно было сразу понять, что данная особа более эксцентрична. Казалось бы, самый обычный коричневый смокинг с шляпой-цилиндром и тростью, но всё это увешено множеством деталей. Жакет с более светлыми полосами вдоль груди, один из рукавов был закатан из-за чего становились видны старинные, золотые часы. Брюки всё с тем же узором полос вдоль, туфли чёрные, лакированные, с высокой подошвой, дабы возвышаться над собеседником. На цилиндре виднелись декоративные очки и будто пожелтевшая лента, создававшая элемент старины. В целом весь образ был сосредоточен на атмосфере старины, что подчёркивали стройные черты лица парня. Выделяющиеся скулы, прямой нос и маленькие, золотисто-серые глаза. Том осматривал себя со всех сторон, вертясь у зеркала, давая Ведущему насладиться собой. Комик явно был доволен своим образом. — Ты не думаешь, что это выглядит чересчур старомодно? — Том аж встрепенулся от таких слов, злостно стрельнув взглядом в дрон. — А вам не кажется, что вы суёте нос не в своё дело? Я не буду сменять костюм. Мне и этот идеально подходит. Вместо этого, можно заняться делом. — Из камеры донёсся лишь тяжёлый вздох, а довольный клон упал в своё кресло, принявшись быстро прочитывать написанные до него шутки.       Двадцать минут пролетели быстро. А как иначе, когда ты выхаживаешь перед зеркалом и нарочито громким голосом обсуждал сам с собой абсолютно все темы, которые могли прийти в голову. Шутки быстро попадали в блокнот, и тут же, Том вскакивал с места и начинал ходить по комнате, словно перед публикой, выдавая шутки и будто отвечая людям, смотря в стену или зеркало. Кофе, благодаря такому продуктивному времени испарилось за считанные минуты. Энергия в парне бурлила, а амбиция забрать первое место рвались наружу. Он даже и забыл, что это его, по большому счёту, только первое большое выступление.       И вот, будильник на дроне зазвонил, и Том сорвался с места, подхватив свою любимую трость. Сейчас ему предстоит ознакомится с двумя противниками. На ходу Том поправил цилиндр и очки, съехавшие на бок, выпрямил спину и даже успел быстро оглядеть себя в отражении зеркала. Хмыкнув, он двинулся на встречу. Нужно выглядеть презентабельно, сразу показав, что они имеют дело с важной персоной. Слегка задрав нос, Том проследовал в комнату ожидания, дрон юркнув за ним.       На красных пуфик уже сидели оба противника. Одного из них Том видел ещё в коридоре, второй же был самым обычным, не выделяющимся. Простая серая, вязанная кофта, белая рубашка, чёрные штаны. Если тот странный тип в шапке-котелке ещё более-менее вписывался в атмосферу этого бара, то второй противно — совсем уж не подходил. Он выделялся, но в самом ужасном смысле, не вписываясь, но и не цепляя взгляд. Ужасный выбор в одежде, по мнению Тома. Хмыкнув, он молча ушёл в сторону сцены. Камера подлетела к нему. — Том! Ты почему не познакомился с соперниками? — удивлённо воскликнул Ведущий. — Я не хочу знакомится с подобными пустышками. Они ничего из себя не представляют, по ним это видно. — Ухмыльнувшись, Том скрылся за за дверьми в помещение перед кулисами.       Через пару минут тягучего ожидания, громогласный голос Ведущего объявил начало первого раунда. Услышав тему, комик закатил глаза. Он даже и не подозревал, что шутить по поводу этого, но, как на зло, первым выступать должен именно он.       Поправив слегка помявшийся костюм и перехватив поудобнее трость, Том вышел из-за кулис, с улыбкой приветствуя публику, начиная говорить уже на ходу. — Снова здравствуйте, дорогие зрители! Тема нашего первого раунда — коктейли. Признаюсь, когда я услышал эту тему, у меня возник — а как наш, достопочтенный Господин Ведущий, выбирает такие темы? Сайт случайных слов открыть или первое слово из недавно прочитанного журнала выцепил? Ну, что ж, пусть будет, тема обширная. — Том стал медленно прохаживаться по сцене. Все шутки нужно уложить в десять минут, это чертовски мало времени. — Сразу на ум пришла недавняя ситуация. С неделю назад я был по делам в соседнем городе и захотелось мне выпить чего-то сладкого. На глаза попалась приятная кофейня с необычным оформлением. Зашёл я туда, а там как раз почти никого. Только пара школьников за столам кофе распивают. Кофеином моё тело перенасыщено, газировка не моё, а чай я пил тогда утром, поэтому решил выбрать коктейль. В них я, признаюсь, полный ноль, это как современного музыканта о нотах спросить, ну честное слово. — Зал заинтересованно слушал комика, иногда хихикая с мелких вбросов. — Поэтому, решил узнать у официанта, что он может мне посоветовать. Молодая девушка с очень недовольным лицом…нет, я серьёзно, по её глазам можно было понять, что абсолютна не рада моему визиту! Но всё же, я попросил меню, боясь, что она вот-вот выпалит что-то в роде «Сейчас, сука, я из твоих мозгов коктейль сделаю». — Несколько людей в зале засмеялись, где-то с задних рядов послышались голоса шепчущихся официантов и бармена. — Вытерпев этот уничтожающий взгляд, я всё же получил меню. Но ощущение осталось, будто я его с боем добыл! — Я сначала даже не увидел коктейли. Меню было открыто на странице с детскими блюдами и тогда я о-очень скептически посмотрел на девушку. — Зал захихикал, кто-то в мимолётной тишине подметил, что парень и правда довольно молод. — Спасибо, не знаю даже, это комплимент или оскорбление. Тогда ещё спросил такой деловит «Девушка, а коктейли где?». Клянусь она тогда чуть меня не ударила! В тот момент я аж сжался от её взгляда. И только после этого я увидел заветные напитки. Обычные, приятные, но мне захотелось с переподвыподвертом! Я переворачиваю страничку и вижу какие-то…сомнительные названия, будто я к психологу или гадалке попал. Поверьте, такое я запомнил на всю свою жизнь. «Коктейль: Болезненная встреча», «Доза счастья», «ЗОЖ Коктейль: В последний путь»…поверьте, названия оправдывают инциденты. Потому что смешивать в одном напитке сельдерей, апельсиновый сок, чеснок и мороженное — это нужно быть отпетым извращенцем. У меня ещё мысль возникла «Ну, тогда понятно, почему там есть коктейль «В последний путь». Потому что это точно будет последний путь, и он явно будет до ближайшего госпиталя. — Зал наконец начал хохотать, публика в восторге. — И тут, я непроизвольно поднимаю свои глаза на кассиршу, а по мне явно было видно, что я немного так в шоке, и спрашиваю: «а что это вообще?». У меня в тот момент чуть не выскочило слово «хуйня», но я сдержал порыв. Она всё таким безэмоциональным тоном отвечает, мол «это коктейли». Спасибо, дорогая, без тебя бы я не догадался! Я думал, я в аптеку зашёл, ищу средство от запора и явно с последствиями летального исхода. Я всё же решил уточнить, что, ну, кто это вообще пьёт и кто придумывает эти напитки, потому что я хочу такой же утончённый вкус в грибах, как и у него. «Ну, люди покупают…а рецепты придумывает наш менеджер. Людям нравятся, они пьют». Уже на этом моменте я понял, почему в ста метрах от этой кофейни было кладбище. Я заказал обычный молочный коктейль, а так же маленькую порцию того коктейля, что говорил сам за тебя куда он меня отправит. — И-и, на этом наш первый комик заканчивает своё выступление. Слушайте внимательно и запоминайте, кто из выступающих вам нравится больше всего. — На этих словах Том, поклонившись, удалился со сцены.       Он сидел за кулисами и лишь мельком слышал выступление других двух комиков, а зал и подавно тонул в стенах. Да и что там слушать. Том уверен в своей победе, никто и ни что его не остановит. Скорее всего над их шутками даже никто и не смеётся. Конечно! Ведь Том здесь единственный кто подаёт надежды. Он безоговорочно уверен в своей победе. Ему даже переживать не стоит.       Прошло не больше двадцати минут, когда объявили тему следующего раунда. — Кошки! — Донёсся громогласный голос Ведущего из динамиков.       Том тут же подскочил с места и рванул к сцене. На секунду, он задержал свой взгляд у зеркала. Подмигнув себе, он продолжил, уже неспешным шагом, идти к сцене. У него как раз дома живёт рыжиц котёнок и рассказать о нём, точнее, о ней, есть что. — И снова здравствуйте, дорогие слушатели! Очень рад снова здесь оказаться. Тема стара как мир, но в этом её и прелесть. Похлопайте из зала, у кого есть коты. — Из зала донеслось множество хлопков, некоторые люди переглядывались и улыбались друг-другу. — Да у нас зал кошатников! Как часто вот у вас мелькает мысль «а может ну его? Выкину?» бывает такое, особенно когда усталый спать ложишься, а ему неймётся! А потом понимаешь, что это не ты его выкинешь, а он тебя, с криками «Пошёл нахер из моего дома, кожаный»! Нет, ну серьёзно. Коты такие наглые и непредсказуемые существа, что никогда не знаешь, что такой вычудит. Приведу пример. Моя кошка, ещё совсем маленький котёнок, а уже думает, что она в разы умнее меня. Порой мне кажется, что так и есть…явно по умнее некоторых здешних артистов, но это так, просто замечание. — Том перехватил микрофон и подошёл ближе к залу, делая вид, что совсем не намеренно оскорбил выступавших ранее артистов. — Ну, а ведь правда. Она часто прячется где-то за углом, собираясь набросится на ноги или руку, а если успеть это заметить, то она отворачивается и демонстративно начинает облизываться. Типа «Ты что, думал я буду кидаться? Тупой человек. Я просто облизываюсь.» И ты просто миришься, потому что, ну, это кот, а ты раб системы, человек. И так со всем! У неё ещё такая особенность, чисто кошачья. До вечера она спокойная, а вот под ночь… у неё крышу сносит. И побегает, и кинется, и с игрушкой поиграет, а что самое важное, искусает так, что шрамы как от медвежьего капкана останутся. И ведь ничего не сделаешь. — Том запнулся, но тут же постарался замять это, скрыв за смешком. Головная боль грянула нежданно-негаданно. — Нельзя же наругать такое милое создание, и ты как терпила сидишь и мучаешься. И как бы они тебя не бесили, ты всё равно терпишь и сюсюкаешься «ты ж мой сладенький, хорошенький» и сто пятьдесят фото в секунду с каждым его движением. Вот так и получаются эти абьюзивные отношения. Мы им весь мир на блюдечке, а они и мяукнуть не удосужатся. — Это было прекрасно, а теперь, встречаем следующего выступающего! — Выдал Ведущий и Том тут же скрылся за кулисами.       Том опустился в кресло и положил на руку на голову. Мигрень настигла его не в то время. А работать надо. Он должен забрать победу, унести её с собой. — Том, всё в порядке? Ты выглядишь неважно. — Том вяло тычет пальцем себе на лоб, пытаясь без слов, которые в гремящей голове отзывались раскатами молний, объяснить, что с ним. — Голова болит? Ох бедняга. Выпей эту таблеточку. Тебе точно станет лучше!       Металлическая клешня протянула парню белую таблетку. Не задумываясь, Том выпил её, запив так заботливо поданным стаканом воды. Откинув с размаха стакан в стену, после чего тот всё таки свалился в урну, Том упал на спину, раскладывая кресло. Скоро ему станет легче, а пока, он может поспать. Никто ведь не будет против, если будущий победитель слегка вздремнёт? Наберётся сил...даст себе шанс отдохнуть. Он и так за троих всю публику смешит, ему ведь можно? Он медленно прикрыл глаза, погружаясь в сон...       Под эти мысли, Том уснул, а камера быстро завернула за угол.       В следующий момент, стоило Тому открыть глаза, он уже стоял перед радостной публикой. За окном глубокая ночь, но в пабе люди веселились. Вспышки резали глаза парню. Почему его вообще спросонья повели фотографироваться? Да и...рано ведь? Том полностью проснулся и окинул происходящее трезвым взглядом. Вокруг было множество людей, будто, даже больше, чем было когда он выступал. Многие фотографировали, многие скандировали его имя, а кто-то даже кинул розы. Том подобрал их и с удивлением посмотрел на камеру рядом. — Да, да! Это наш чудесный шутник Том. И эта награда вручается ему! — Том в шоке, чуть ли не открыл рот. На сцену ему внесли небольшую, золотую статуэтку микрофона. Комик взял её в руки и улыбнулся. Видимо, он так устал, что совсем забыл последний раунд...как забавно.       Том улыбнулся залу и выступил вперёд. Его улыбка сияла во вспышках фотоаппаратов. Он получил что хотел, даже не прикладывая особых усилий. С души свалился камень ожиданий, его собственных и публики. Он доказал себе и им, что стоит чего-то и может забрать приз, не взирая ни на что. Сердце Том в секунду захлестнула гордость. Он улыбнулся и упёрся свободной рукой в бок, выставляя перед собой награду. Пусть все смотрят на него и его величие! Пусть противники захлебнутся завистью, сгорят от гнева и лопнут от обиды. Он добился желаемого.       Спустя одну коротку благодарственную речь Том отправился в гримёрку. Ни в одной комнате, к его удивлению, не было ни души. Ладно его противники, скорее всего убежали поджав хвосты, но гре работники паба? Визажисты, сценаристы, режисёры, обслуживающий персонал в конце концов. Коридоры были пусты, отдаваясь лёгкими мурашками на плечах комика. Лиминальщина всегда его пугала и завораживала, но сейчас, почему-то, он испытывал только параноидальный страх. Пустые коридоры выкрашенные в ретро стиль кащались неправильными, будто сгенерированые нейросетью. Витьеватые, тупиковые в некоторых местах со странными дверными проёмами и переходами в комнаты, не хватало только лестниц упирающихся в потолок, да жёлтого мерцания ламп с запахом заплесневелый ковров. Том был человеком разума и очень старался это списать на просто нервы. Он просто устал, вот и мозг выдаёт разную несуразицу. Именно под эти мысли Том добрался до гримёрки.       В этот раз комната прказалась ему не такой ламповой и приятной глазу. Она будто выцвела в его отсутствие, потеряв всякую уникальность и красоту. Том медлеено прошагал к столику с зеркалом. Пиджак свалился на спинку кресла, идеально дополнив цветовую палитру, создавая цельный объект. Том поднял глаза на потолок и оттолкнулся на кресле, начав медленно крутится вокруг своей оси.       В голове начали мелькать моменты из финального раунда, который он благополучно забыл. Маленькими фрагментами он стал вспоминать свои шутки. Тема раунда оказалась «семья». И Том тут же понял, что дал себе слабину, выпустив на волю саркастичную и до боли агрессивную змею из своего нутра. Он вдруг вспомнил, как отвесил очень жёсткий каламбур о одном из выступающих, вроде, он путил о том, что его уронили вниз головой в детстве при неблагоприятных обстоятельствах. В его мысли пробрался стыд и совесть, дёргая его за нервные окончания, заставляя поёжится от воспоминаний. Тут же в голову вылетело воспоминание о том, как он отвешивал колкости в адрес одежды и семейного бюджета уже второ противника. Эмоции захлёстывали его сильнее. Как он мог так себя повести?! Это поведение пубертатной язвы, но никак ни взрослого мужчины с хорошис чувством юмора. Ему ведь не говорили никаких гадостей, даже слова не сказали, а он так. Том поджал ноги к груди, залезая на кресло целиком. Уши горели от стыда, на душе стало совестно. Он бросил быстрый взгляд на себя в зеркале напротив. Красный, с синяками под глазами и небольшими ямочками на щеках. Очки съехали на кончик носа, но Том их тут же поправил. Пооа ему сматываться отсюда, желательно, вообще из города. Чтобы о нём не поползли дурные слухи, а если и поползут, то они не достигнут его самого.       Подскочив с кресла, Том засобирался. Провёл своим носовичком по лицу, убрав испарину со лба, поправил у большого зеркала свой костюм и аккуратно, обломав всё, кроме самого бутона, вложил цветок себе в нагрудный корман. Том уж было хотел выходить и быстрым шагом топать на выход, как обнаружил, что потерял свою трость. Скорее всего, он забыл её в комнате ожидания, или на сцене. Всего ничего, нужно только протий через витьеватые коридоры и прийти на сцену, а ужк с неё выйти к выходу. Сжав кулаки, Том отправился вперёд, за своей родимой.       До ужаса хотелось пить, что угодно, главное на улице, шагая на осеннему городу. Чувствовать на себе лёгое дуновение ветра и прохладную атмосферу цветастой осени. А не бегать по странным коридорам, что будто перестраивались на глазах, меняясь и заменяя друг друга. Или так только казалось Тому? С каждой странной, а главное безлюдной комнатой, он всё ускорялся. Через пять проёмов, он уже бежал, будто бы боясь, что его что-то догонит. И тогда он обернулся. За его спиной гас свет и сами закрывались двери. Услужливо, будто за каждой дверью, за каждым поворотом стоял услужливый работник, заканчивающий свой рабочий день этим несложным движением. И Тому стало страшно, до дрожи и ледяных пальцев, нервы кололи мозг болючими иглами. Только когда он забежал в комнату ожидания и со звучным хлопком захлопнул дверь, Том сполз по ней, в попытке отдышаться. Почему он так разнервничался от простого гаснущего света и закрывающихся дверей? Он не мог ответить себе на этот вопрос. Просто в моменте стало до одури страшно, да так, что до него не сразу дошло, зачем он тут. Отдышавшись, Том поднялся на ноги и медленно обошёл комнату. Он заглядывал под каждый закаулок, под каждую подушку и коврик. Пусто. Её нет. Скорее всего, она осталась на сцене. Выходить на неё ни в какую не хотелось, и такие чувства были для него в новинку. Но пересилить себя пришлось, ему ведь нужна эта клятая трость. Не зря же она была изготовлена на заказ персонально для него!       Том аккуратно двинулся к закулисью. Стулья, ткани и листки бумаги были рассыпаны по полу. Это его настрожило. Будто бы здесь стояли люди, но в момент исчезли. Чуть пройдя дальше, он обнаружил две лежащие лицом вниз куклы. Тряпичные мешки лежали неподвижно и Том, чтобы успокоить себя, пнул один каблуком. Ничего. А чего ещё нужно было ожидать? Это ведь всего-то кукла. Успокоив себя, он быстро прошагал на сцену. Увиденное вызвало в нём тревогу. За пределами сцены, была непроглядная чернота. Только один прожектор освещал сцену, а на середине валялась заветная трость. Том не смог облегчённо выдохнуть от того, что нашёл пропажу. Его нервировала и до дрожи пугала пэта непроглядная чернота. Было ощущение, что вот-вот и что-то выскочит оттуда, утягивая его туда и это что-то сделает всё, чтобы он стал главной новостью в газете следующим утром. Поджав тонкие губы, Том вышел на сцену и быстрым, шаркающим шагом подошёл к трости. Та была цела и невредима. Только у Тома отлегло от сердца и он собирался уйти со сцены в главный зал, как услышал над своей головой плеск. Он рефлекторно поднял голову и тут же ощутил боль. Жуткую боль, ужасающуюю. Лицо адски жгло, особенно скулы и веки. Том сам не понимая что случилось, завопил. Из рук тут же вывалилась трость. Том бы услышал как она покатилась по сцене, добавшись до края и свалилась с него, но не услышал бы звука её падения. Услышал, если бы не его собственный вопль. Вопль надрывный, животный, переходящий в хрип и бульканье. Пусть большая часть травмирующей жидкосии и не попала ему на лицо, боль это не умоляло. А паника станлвилась только хуже. Сердце колотилось, голова болела отчётливее, даже в висках отразились болезненные импульсы. А Том хрипел, упав нсначала на колени, а после и на пол. Из его рта шла пена. — М-да, Том. У тебя отвратное чувство юмора, удивительной, как я тебя терпел целый час. — Сказал Ведущий и тут же его голос растворился в темноте, как и сам Том. Всё погрузилось во мрак. Вечер пятницы. Момент, когда, выходя из класса, ты чувствуешь облегчение и свободу, впереди два выходных и никакой школы. Но сегодня многие ученики покидали стены школы поздно, уходили не из класса, а из актового зала. Сегодня был «школьный конкурс талантов», мероприятие, на котором каждый желающий мог показать свои умения. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то показывал фокусы. Ничего серьезного, мероприятие, цель которого расслабить замученных учебой гимназистов, не более. Конкурс длился не долго, всего два часа, за это время все успели выступить и получить свое место или благодарственное письмо. Все остались довольны, уходя в раздевалку был слышен гул и ярое обсуждение вечера. Третий этаж стих. Все разошлись по домам и только за кулисами были слышны крики и возмущения… — …Да как ты мог?! Ты же говорил, что не будешь участвовать! Ты говорил, что тебе это неинтересно. А по итогу ты записался в самый последний момент и даже меня не предупредил! — Я не понимаю твоего возмущения…Я просто передумал, мне показалось это мероприятие интересным. — Не понимаешь моего возмущения? Я готовил свое выступление почти месяц! Я столько прорабатывал свой номер, я хотел, одержать победу во чтобы мне это не стоило! Я отдал всего себя, но появился ты и даже не готовясь забрал первое место. Я же стал номером два. Снова! — Второе место, это тоже хорошо… — Да что ты знаешь о втором месте? Ты никогда не проигрываешь! Всегда номер один, а я только сижу в твоей тени…Второе место, это как быть слабейшим среди лучший. — Прошу, успокойся…Я не хотел, оно само как-то получилось. Я не знал, что для тебя это так важно. Ты был бесподобен. — Нет…Раз я занял второе место, значит во мне есть недочёты. Почему…Почему у тебя всегда все так легко получается? Почему ты не мог мне уступить хотя бы один раз? Ты не приложил и капли усилий, а я работал над костюмом, работал над образом… Почему…Это нечестно. Размахивая руками и активно жестикулируя, кричал юноша, на глазах которого появлялись слезы обыды и гнева. Не сдерживаясь в эмоциях, подросток, как зверь в клетке бродил кругами, иногда бросая сердитый взгляд на друга. — Прости…Я… — Унизить меня захотел? Да подавись своим первым местом. Надеюсь, твоя полка с кубками не упадет под тяжестью очередной награды. Неужели…неужели ты не понимал, как мне это важно? Я говорил об этом конкурсе каждый раз, делился своими идеями... И ты все разрушил. Ты будто специально пришел и все сломал. — Прости…Мне жаль. -единственное, что смог из себя выдавить юноша на прощание. Разъярённый юноша выбежал из актового зала, вытирая рукавом появившиеся слезы. Обжигающие чувство обиды на всю жизнь останется в нем. Останется глубоким шрамом на душе, который ничем не замазать. Обрывки того дня стыдом откликались в воспоминаниях мужчины. Он уже думал, что просто забыл этот эпизод, но нет. Просматривая записи эксперимента, забытые образы вернулись. На мгновение, тело мужчины пробрала дрожь и неловкость. Зачем он тогда пошел на это выступление, почему все так вышло? На эти вопросы память уже ответов не давала. Протерев усталые глаза, ученый встал с кресла. Приходя мимо рабочего стола, его взгляд снова зацепился за фотографию на столе. Аккуратно взяв ее в руки и проведя по ней кончиками пальцев, ученый лишь тихо произнес в пустоту следующее: —…а ведь больше после того случая, он никогда не выступал…