В доме их уже не пять, или неопределённый лежащий объект

Девушка проснулась от будильника, спасшего ее в последний момент от неприятной концовки кошмара. Быстро придя в себя, она неохотно спустилась с полки, надела тапочки и пошла, покачиваясь вместе с поездом, в туалет. Умывшись, Алёна вернулась, собрала постель, свои вещи, встретила проводника, который напоминал выходящим об их станции. Но, как оказалось, в этом вагоне девушка была единственной выходящей из него. Аккуратно, чтобы не разбудить соседей, она вытащила чемодан в проход. Поезд остановился на станции, еле освещенной парой полупотухших фонарей, один из которых еще и мигал. Благо, проводник помог Алёнке спустить чемодан, да и самой спуститься с высоких ступенек. Поезд сразу тронулся, ни на минуту не задержавшись на этой остановке. Девушка выдохнула. Она очень волновалась, сердце стучало, как бешеное. Помнилось ей, как лет 5 назад была она тут однажды, брат дом показывал, когда ребята его только купили. И только сейчас до нее дошло то, что адреса она и не знала. Писать брату было бессмысленно, ведь, как она думала, какой дурак в такое время не спит. Еще и дождь, как назло, усиливался. Теперь это был не летний освежающий дождик, а конкретный ливень, еще и холодный. Алёна, поёжившись, закрыла глаза, мысленно пытаясь вспомнить ту самую поездку, дома, деревья, ограды… Так она медленно шла в сторону цели, то и дело закрывая глаза, чтобы восстановить последовательность домов. И вот, последний из ее воспоминаний. Довольно большой деревянный дом на окраине деревушки. Яблоня, с которой когда-то Саша Балунов снял еще маленькую девочку Алёнку, когда та полезла за котёнком, боявшемся спуститься, а потом сама стала точь-в-точь, как тот котенок. Тонкая берёзка, вытянувшаяся до самой крыши, которую когда-то они сажали вместе с братом. Мурашки побежали по коже. Она подошла к двери, попробовала дернуть ручку, в прочем, не ожидая того, что дверь будет открыта. Потом постучала, сначала тихонько, а потом погромче, понастойчивее. Но никто, к её великому сожалению, не открыл. И что вы думаете, она села на крыльцо и стала плакать от растерянности? Ведь ночь, ливень, она одна, на улице… Да щас прям, кто-кто, а не наша Алёнка. Оббежав дом и обнаружив только один способ забраться внутрь — чердак, девушка, ни минуты не раздумывая, полезла на крышу. Через яблоню, разумеется. Они с братом часто практиковали такие развлечения, когда были помладше. Без особых усилий девушка добралась до чердака, а оттуда и в сам дом. Он был пуст, никого не было. Алёна сначала испугалась, вдруг, не тот адрес, но вспомнила, что ещё неделю назад она получила от брата фотку из этого самого дома, а в самом помещении обнаружила чью-то гитару. Значит, ребята не ушли далеко. Девушка открыла дом изнутри, затащила чемодан, переоделась в сухое, нашла какую-то простынь, постелила ее на чемодан и легла спать. Алёнка боялась лечь на чужую кровать, и, чтобы не потревожить хозяев, решила она переночевать так. Выбрала самую дальнюю комнату, пока неизвестно чью, но довольно милую, если учитывать, что ее хозяин как минимум точно рокер. Выбрав позу, насколько это было возможно, поудобнее, она стала прислушиваться к дождю, ритмично барабанившему по крыше. Раскаты грома нарушали мёртвую тишину, а удары молний озаряли комнату светом. Так, как дом был на окраине, оттуда хорошо виднелся высокий холм, особенно из окна, куда смотрела Алёна. На вершину этого самого холма, как показалось девушке, взбежал человек, размахивая какой-то то ли сумкой, то ли мешком… «Странный.» — только и подумала Алёнка, уже засыпая… Через полчаса шумной гурьбой к дому подошла компания ребят, они открыли дверь, и, продолжая шуметь, зашли в дом, не подозревая об уже заснувшем, но ожидавшем их сюрпризе. После «продолжения банкета» молодые люди разошлись по своим комнатам, только Миша остался на кухне, наслаждаясь последней в его доступе банкой пива. Спустя некоторое время и он пошел к себе, но, как говорится, как вошёл так и вышел, увидев тот самый «сюрприз». Первым делом Мишка забежал к Князю, его комната была ближе всех. Он не то, чтобы вбежал, он влетел к нему. Андрей, завидев внезапно появившийся силуэт друга в дверном проёме, попятился назад и почти впечатался в стенку. — Блять, Андрюх... — Не-не-не, Миш, я это, я по девочкам, ты уж без обид… — перебил друга сонный, но напуганный молодой человек. — Да тьфу ты, подумать такое на брата... Я по делу. У меня в комнате что-то, а точнее кто-то есть, емае.. — Может, кто из ребят перепутал комнаты по-пьяни? — Ну дак сходи и проверь. — Не, давай посмотрим, кого из ребят нет, и поймём, кто там у тебя лежит. Делов то… — Князев встал с кровати и подошёл к другу. — Ну погнали… Ребята обходили одну комнату за другой, и с каждым найденным на месте пацаном их глаза медленно округлялись. И вот последняя комната, комната Балунова. Миша с Андреем переглянулись, оба понимали, что если Сашка у себя, то в доме их уже не пять. Кто-то есть чужой. На секунду дверь открылась рукой Князя, а потом резко захлопнулась. — Миш… — глаза Андрея были как две монеты по пять рублей. — Саша это… Спит. — Значит, в комнате не кто-то из ребят. Правильно? — Правильно. — Ну дак пошли узнаем, кто у нас, а точнее у меня спит. Че мы, трусы что ли какие-то? Горшок уверенным шагом, но слегка покачиваясь, отправился в свою комнату. — Ээ, подожди… Я с тобой. — Че вы разорались посреди ночи? — из дверного проёма высунулась сонная и недовольная физиономия Саши. Друзья рассказали ему, что да как, и потому уже втроем отправились на разведку. — Погодь, Мих, свет не включай. — прошептал Князев, включив фонарик па телефоне. Все втроем уставились на освещаемый тусклым светом НЛО (неопознанный лежащий объект:). — И кто это? — шепотом спросил Миша. — Да хрен знает. — также тихо ответил Саша. — Ребенок какой-то, наверное. Мелкий очень. — Девчонка, походу, коса торчит вон. — Ага, а чемодан, как у меня…– недолгое молчание — Ребят, это Алена походу. — Андрей чуть телефон с фонариком не выронил. — Алёна? Это сестра твоя? Ты не говорил, что она приедет… — удивились ребята. — Думаете, мне она говорила? — Андрей хмыкнул и подумал: «Хах, наивные, станет Алёна говорить кому-то о своих планах.» — Мда, завтра поговорим… — Ладно, пацаны, вы как хотите, а я спать… — Зевнув, проговорил Саша. — Я тогда тож, завтра разберемся. Она тебе сильно помешает? — Да нет, в принципе… — Ну, и я тогда пошёл.— пробубнил Андрей, закрывая дверь. — Давай… — тихо отозвался Горшенёв. Миша аккуратно сел на кровать, стараясь не разбудить спящую гостью. В комнате царил мрак. Горшенёв, задумавшись, стал периодически всматриваться то в пустоту тёмных углов, то в окно, где до сих пор не успокоился ливень и громыхал гром, то на мирно покоящееся лицо девушки, изредка освещаемое белым светом молнии. Что-то непонятное движило Мишей, когда тот, без каких-либо мыслей почему-то встал, подошёл к чемодану, присел рядом и застыл. Как бы это ни было сложно представить, в этот момент Миша и вправду ни о чем не думал. Просидев так недолгое время, он решился перенести девчонку на кровать. Аккуратно поднял неподвижное, словно фарфоровое, тело, посмотрел на него опустошённым взглядом, и, словно боясь, что это хрупкое создание могло сломаться в его руках, он поспешно, но также аккуратно положил его на постель, а затем укрыл мягким и легким, словно облако, пуховым одеялом. Еще недолгое время посмотрев на спящую, Миша сел на подоконник. Спать ему как-то не хотелось, может, из-за шумного вечера… Хотя на него это и не было похоже. Горшок засмотрелся в окно, где еще шёл сильный дождь, будто решив затопить весь мир. Весь и навсегда. Разные странные мысли вроде этой начали посещать затуманенную до этого голову Горшенёва.