3.

- Ну где ты застряла? – отряд уже успел построиться, вытащить вещи, а я все как обычно. Соуп попытался коснуться моей руки, но я повела плечом, взглянув на вертолет. Он вышел следом, захватив сумки, и встал рядом. У вас когда-нибудь возникало чувство дискомфорта рядом с незнакомым человеком и в то же время любопытство? У меня - только что…и часа два как назад. Гоуст стоял молча, слушая Прайса, который рассказывал, что сейчас мы отправимся в расположение мексиканских сил специального назначения, так называемых «Ковбоев». - Los Vaqueros… Tal vez están luchando a la antigua usanza, a caballo?*– шепнула я себе под нос, но он услышал. - ¿Entonces sabes español? Bueno. Pero solo por esas palabras te encontrarás sin lengua más rápido de lo que pides perdón* – от этих слов стало еще хуже, но я сдержалась, чтобы не показать эмоций. - Хорош болтать! Сейчас садимся в машины за мной, ехать недолго. Далее вас расселят по комнатам – у каждого будет своя, но душ будет общий…Как сказал Алехандро, женский скоро доделают, но пока там ремонт, поэтому…договоритесь. В расположении несколько женщин, Трис…- он указал на меня – примкнешь к ним, уверен, что подружитесь. Вечером всех жду на общий сбор, в восемь. Завтра рано вставать, так что не засиживаетесь. Все. Остальное потом. По машинам! Гоуст, ты поедешь со мной – кивнув Саймону, Прайс проследовал с вещами к транспорту. Тактические бронеавтомобили DN-XI, новенькие. Всегда мечтала прокатиться на такой лошадке, но к сожалению, проживала не в Мексике, куда они поставлялись по спецзаказу армии. Соуп был рядом, не бросал меня. Это не могло не радовать. Тем более, что с остальными ребятами я виделась редко и то, в основном в бою. Родное плечо всегда успокаивает. Родное? -Трис, ты же знаешь, что бы не случилось в твоей жизни…я обещал – уткнувшись в то самое плечо в один из холодных ноябрьских вечеров после недельной миссии в Кабуле, я поверила. До конца, без сомнений. Да, он родной. Он мой друг. Я села справа в угол. После сегодняшних событий скорее забилась и сидела тихо, как мышь. Но Соуп заметил. - Беспокоит что-то? Можешь не врать – у тебя на лице все написано…- что, так заметно? - Гоуст…ты говорил, что он особенный…а это нерасторопный грубый мужик, который не умеет шутить и уж тем более общаться – сложив руки на груди, я всем видом показала свое недовольство. - Я слышал вы о чем-то спорили, он… - Да, раз ты говорил, что он хорош в бою, пусть покажет. Хочу с ним потренироваться. Уложит одной левой? Он моих подсечек не видел – и совсем я не обиделась. - Эй…хочешь я буду судьей, м? Тогда точно все будет честно? – приобнял, слегка притянув к себе. Внутри что-то екнуло и напомнило о том, как хорошо начинался сегодняшний день. Захотелось вернуться. В его настоящие объятия, не чувствуя сейчас эту фальшивую сдержанность. - После миссии…я устала, завтра сложный день, Джонни…сегодня точно следует выспаться – коротко оглядела его. Соуп не из простых. Каким бы замотанным не был этот парень, если он что-то решил, он будет делать все, лишь бы достигнуть желаемого. От его слов забежали мурашки и приятно отозвалось внизу живота: - Ты же знаешь…я могу все. Тем более Алехандро, что заправляет этой базой – мой давний друг. Я договорюсь и нас поселят рядом...Хочешь? – Господи Боже, как же давно я не молилась, но неплохо бы было напомнить себе парочку oración*. Промолчала. Так лучше. Он знает, что когда мне нечего сказать, я всегда молчу. Так правильно. Все-таки дистанция, Трис. Дис-тан-ци-я. А еще…хорошо, что Саймон едет в первой машине. Он бы наверное на раз просчитал, что Соуп – моя минутная слабость. И если мои подсчеты верны, то наше с ним знакомство пришлось именно на завершение той миссии с ним. Совпадение? Ненависть и интерес иногда такие синонимы… Вроде, не хочешь видеть человека, всячески избегаешь, но интересно как он ответит, если ты выплеснешь все эмоции в лицо, хочется увидеть «живую» реакцию. Что ты сделаешь, Саймон? Будешь и дальше медленно рушить все вокруг? А может он просто не любит женщин? Или не видит их на войне? Как балласт, как бесполезный груз? Я докопаюсь до истины. Приехали. Действительно быстро. Выйдя из машины, я увидела пятерых ребят, все вооружены от берцев до зубов и во главе – испанец, средних лет. Точно испанец, на лице написано. - Ну наконец-то…сто лет прошло…Прайс, amigo*… - те обменялись рукопожатиями – Гоуст, Соуп…Ты всех смотрю притащил? – наши глаза встретились. Он замолчал, сделал шаг вперед, потом еще один. - Знакомься, Алехандро, это Трис, позывной Аврора…с ней ты еще не знаком, но у вас есть кое-что общее… – Прайс ухмыльнулся, но Алехандро глаз с меня не сводил и только поднял руку, не дав ему договорить. Еще один голодный взгляд. Взгляд мужчины на женщину? Может. Но все намного проще. Он – испанец. Горячий нрав, страсть к жизни и темперамент. Это у него в крови. - ¿Cómo te metiste en estas filas de inhumanidad, brutalidad y muerte, bella?* – ни одной эмоции на лице, но его “красавица” скрасила серость вопроса. - Tienes razón, no todo el mundo es amable...y debes saber que las bellezas también pueden matar...*- ухмылка тут же передалась ему. Кто-то сзади одобрительно засвистел. Все в порядке, я вернулась. Я это я, а не та зажатая девчонка, которая пришла к Прайсу на службу. Нахожу в толпе карие бездонные глаза, которые я успела запомнить до мельчайших деталей и делаю то, чего не ожидала от себя – подмигиваю и ухмыляюсь. Вот оно, чувство смелости. - Ты мне нравишься…не боишься, здесь и нельзя бояться – de lo contrario, saldrás rápidamente del juego…*- я одобрительно кивнула, и он продолжил: - Сейчас заходите, слева будут шатры. Первые два – ваши. Полностью оборудованные два этажа. Комнаты выбирайте сами, тут без ограничений. В конце по коридору на первом этаже большая душевая на двадцать человек. Мы чередуемся между собой, но наших солдат мы переселили в соседние шатры, так что вас никто не побеспокоит. Также, есть комната для тренировок – наша гордость, потому что она прям огромная. Вечером у вас сбор, штаб найдете в шатре под номером пять. Что касается дам… - взгляд опять упал на меня – Трис, если будет комфортнее в женском крыле, я провожу… - Нет, спасибо. Я привыкла со своими, gracias*. - Тогда… siéntete como en casa*…Джон…пройдем – и они с Прайсом удалились. Ищу глазами Мактавиша, который в этот момент отошел к Роучу и что-то обсуждал и случайно перемещаю взгляд чуть правее. Саймон смотрел на меня. Опять этот убийственный взгляд. Что? О Боже, он идет сюда… Подходит близко. Слишком. - Значит…ты смелая…- не моргая изучает, запоминает. Может мы учились в одном центре, где преподавали военную психологию? - Но ты сомневаешься…во мне – не сдавайся, Трис, держись. Нельзя ему сдаваться. Мактавиш – да, Гоуст – нет. - Вот и проверим, после собрания жду в тренажерном. Повторять не буду – он легко обогнул меня и отправился к коридору, где начинались жилые комнаты. Что? - Завтра вообще-то на миссию, ты не в курсе? Эй… - бесполезно. Я разговариваю сама с собой. Неожиданно вздрагиваю, когда широкая рука обнимает за плечо: Опять повздорили? Не переживай, наверное, он не выспался, вот и буянит. Ворчун недоделанный. Кстати…про комнаты, там вроде соседних не осталось уже, мне досталась комната наверху. Ребята, гады, все уже поделили… даже договориться не удалось, сплошное разочарование. Надеюсь, с соседом повезет и не будет доставать – он подмигнул, и мы отправились занимать оставшиеся места. Жаль, с тобой Джонни было бы проще…главное, чтобы Гоуста не было рядом…Рядом. Комната была в самом конце коридора, маленькая, но уютная. Сразу видно – для военных, потому что ничего лишнего. Кровать – уже застелена свежим бельем, умывальник, небольшой шкаф. На глаза попалась старая толстая книга, наверное, кто-то из предыдущих обитателей забыл. «Искусство шпионажа: Тайная история спецтехники ЦРУ», автор Кит Мелтон…с чем еще приходилось сталкиваться этим ребятам? Хотя кто-то мог просто, ради спортивного интереса…Ну да, ЦРУ, мексиканский спецназ и чисто спортивный интерес, ну не дура ты Трис? Задвинув сумку под кровать, разувшись, легла на кровать. Так хочется остаться здесь. Эта мысль в последнее время стала посещать все чаще. Кто ты, Трис? Может Алехандро был прав? Что я вообще тут забыла? Еще девочками, нас учат помогать мамам, чтобы потом, когда мы станем старше, нам было проще вести хозяйство. А еще нас учат быть покладистыми, верными, понимающими. Чтобы в конечном счете найти свое в этом мире и не сбиться с пути. Но это все не про меня. Когда проходило это обучение, я видимо прохлаждалась с соседскими мальчишками во дворе. И мне досталась их смелость, решительность, чудачество. Это же веселее, чем смиренность и покладистость. Да, мам? Ты была именно такой – спокойной. Но не папа. Жаль, что он побыл с нами так мало. Ты мне сказала, что он уехал в командировку, надолго. Как оказалось, навсегда. Мне было шесть. А потом, в тринадцать, я узнала от бабушки, что его убили на операции в Иране. Снайпера, подстрелили…И после этого ты спрашиваешь, почему я не пошла в твою любимую Gerrit Rietveld Academie на факультет изобразительных искусств? Я ведь так хорошо рисовала в детстве…Ты же знаешь, что последний день, когда я держала в руках кисти, был день его похорон, на которых меня даже не было…Интуиция?.. С тех пор у меня были другие цели. В четырнадцать я впервые заинтересовалась оружием. Это для меня красиво. Ты ведь даже не поймешь чем отличается M9 Beretta от 9×19 mm Smith and Wesson Model 459…Поэтому мы часто ругались, когда я настаивала переехать. Спасибо бабушке, что помогла тебя уговорить. В семнадцать я поступила в United States Military Academy. И началось. 4 года обучения – мне двадцать один. Потом еще пять лет службы, звание младшего лейтенанта в копилку – уже двадцать шесть. Ну и любимое SAS…Три года. Сколько там накапало? Двадцать девять. А сейчас уже мне тридцать. Два года я в команде Прайса в общей сложности, я встретила его там. Тридцать лет, которые я бы не променяла ни на что на свете и ничего не пыталась бы исправить. Знаю, мы редко созваниваемся, вообще все поменялось. Но я все еще твоя маленькая ster*. Негромкий стук в дверь. Осторожный? Мактавиш приоткрывает ее и заходит внутрь. - Ого…мило тут у тебя…там кстати наверху два телека есть, так что вечером приходи – такой он домашний и уютный иногда бывает. Даже не подумаешь, что этот улыбчивый парень может убить троих одним выстрелом…главное правильно прицелиться. - Я после собрания спать…устала с дороги – не люблю врать, но приходится. Будем надеяться, что он мне поверит и не отправится проверять сплю ли я. Но если что, он простит. Я знаю как замолить свой грех. Ему понравится. - Пойдем тогда…через десять минут начало…все уже собираются – на его последнем слове я бодро вскакиваю с кровати, предварительно снимаю военную куртку – в ней здесь жарковато – и остаюсь в майке. Окинув помещение беглым взглядом, следую за Джонни.