Часть 1,2

КНИГА I ТИТАН ЭРДГАРД Пролог. В новом мире человечество процветало и не знало страха, будучи свободным народом. Земля, в результате ожесточенной битвы, раскололась на несколько материков. Материки, на которых обитали разные народы, именовали в честь заточённых титанов. Эрдгард – страж земли, Рексигнис – царь огня, Анцилия-Аква – водяная дева, Петрель - буревестник. Прошло двести восемьдесят лет после последнего заточения и о титанах, и о Гафринах давно позабыли, будто не было их и в помине. Но настал тот момент, когда хватит, было прохлаждаться в тени неизбежного. Всё началось со смерти наместника и последовавших за ней проблем. Хаос наведался к жителям Теры, за последние десять лет люди не знали спокойствия. Стража не всегда справлялась с налетами тварей. Народ требовал нового наместника, решения проблем с провиантом и набегами неизвестных тварей на фермы и поселения, находившиеся вблизи от Теры. Но ведь наместника не выбирают за два дня и две ночи: проводится заседание Совета Пяти, приглашается представитель Обители, выбираются лучшие по интеллектуальному испытанию: проверяют навыки правления, умения находить компромиссы между враждующими. Тогда Совет Пяти, единственный многоуважаемый совет, незамедлительно решил собрать отряд, который защитит земли Эрдгарда от бед и прочих проблем. Совет Пяти - устроил испытание. Во главе отряда назначили Магнуса Первого Чародея. Он будет набирать в отряд достойных этого испытания умелых бойцов. А пока нынешними проблемами займется стража. Часть I Испытание судьбы Глава 1 Арена 535 П.О. Начало лета. (После освобождения) Прошел пятый день после новолуния. На дворцовой площади было многолюдно и знойно. Дамы помахивали веерами, но это не помогало от палящего солнца, смотрящего на них с зенита. Единственным спасением был – ветер, он гладил волнующие от ожидания лица людей, сидящих на трибунах у арены, а запах говорил о надвигающемся дожде. Глашатай, надрывая голос провозгласил: «В этот день. Совет пяти выберет защитников, которые остановят набеги на наши поселения, и избавят нас от тех тварей, что пришли из забытых земель…». - Для чего эти разговоры, пора начинать! - прошептал один из участников. - …да будут открыты испытания! Трибуны зашумели. Мужчина в красном одеянии набрав в рот воздух, с силой дунул в рог, звук резал слух и немного нагонял страх на бойцов, стоящих на арене. Магнус вышел в центр арены и представил испытуемых. - Первый участник - мой подмастерье, Палтус Фельмо – чародей и элементалист из семьи Фельмо. Второй участник - капитан стражи столицы Тера, Авлеина Жар – рыцарь из знатной семьи Жар. Третий участник – Фрейм Абитус – профессиональный стрелок и следопыт из Лузена. И четвертый участник - Скейль Тенерез – охотница, неуловима и быстра, что даже тень завидует, - голос Магнуса не был громким, но слова его эхом прошли по большой, в сто пятьдесят метров, арене. Взмахом своего посоха ударил он по земле перед собой. Трещины, из-под вьющегося древка по земле разрослись в стороны. «Видимо, бой будет интересным и долгим!», - Фрейм взял лук и потянулся за стрелой, встав в боевую стойку. Магнус, медленно повернул свой посох. Из глубокой трещины, внезапно выполз каменный голем в два с половиной метра, затем Чародей протянул руку, выбивая из легких воздух в ладонь. Он произнес магическое слово, и в ладошке образовалась маленькая сфера, в которой переплетались потоки воздуха. Он подбросил в воздух сферу, и, когда она упала на арену, это уже был полутораметровый Дуновей . Дуновеи – магические создания Титана Петрель, всегда удивляли своей необычной формой, которая могла поменяться в любую секунду. Затем в одной ладошке образовалось немного воды, а в другой маленький огонек. И снова Чародей подбросил в воздух стихии только уже огня и воды. Очутившись на земле, огонек преобразовался в пылающую деву - Гарнелию - ее формы были обворожительные. Откуда у Первого Чародея подобная магия? – задался вопросом Палтус. Сгусток воды преобразовался в неизвестное никому творение Магнуса. Видимо мудрец постарался! Первый выстрелил охотник, стрела его пронзила воздух, и только коснувшись голема, упала оземь, будто мертвая муха. Каменный голем сгруппировался и ударил землю под ногами, своим тяжелым кулаком. Основание арены затряслось. Народ дрогнул. Попятившись назад, Фрейм удивленно взглянул на создание. Авлеина, как бывший капитан стражи Теры, инертно приказала отвлечь голема справа. Скейль стрелой ринулась с сирюкенами на противоположную сторону арены, проскользив между глыбами ног каменного голема. Палтус был в ожидании. - Ты же маг? – спросил Фрейм и посмотрел на задумчивого Палтуса. - Да! – элементалист приподнял брови. - Сможешь зачаровать мои стрелы, какой-нибудь магией? Элементалист задумался. - А-а, ты думаешь… - Да, я думаю, что если они созданы магией, то и убить их можно с помощью магии, – ответил Фрейм. - Умно! – юный маг взял стрелы, в обе руки и, сжав их в кулаке, произнес: «Мосакрей Ω Валуючи», - кисти и стрелы загорели синим пламенем. Когда заклинание было закончено, стрелы погасли и только наконечники теперь сияли. - Молодец! Ну а теперь посмотрим, что из этого выйдет. – Фрейм улыбнулся, выдавил из легких воздух и направил стрелу на Дуновея, что охранял своего создателя. Воздушному творению не понравилось, что охотник нацелился на него и тогда он ринулся в его сторону. Оставляя в воздухе красный след, стрела со свистом метнулась в Дуновея, но он в свою очередь рассек стрелу пополам. Удивительно, стрелу коснулся клинок? Нет это был смертельно острый поток воздуха. Фрейм и Палтус переглянулись и попятились назад. - Как тебя звать?! – голос охотника дрогнул. - Палтус! – ответил маг. - Палтус, сделай что-нибудь, не то нас сейчас вынесет ветром! А того смотри и сдохнем тут! Чародей немного растерялся, но через мгновение взял себя в руки. Воздушная смерть была уже рядом. Шаг назад, руки откинул в стороны, два шага вперед и руки сошлись в звуке грома. Глаза вспыхнули статическим разрядом, из ладоней в Дуновея шквалом устремлялась молния, раз, за разом нанося смертельные удары. Пыль поднялась столбом, ничего не видать… пылевая мгла успокоилась и за секунды осела. Дуновей слабо формировался в прежнюю форму: - Еще раз! Он слабеет! – выкрикнул Фрейм. - Такую магию не просто сконцентрировать! Фрейм возьми стрелы что я тебе дал, скорей, пока он не поднялся… Клинок Авлеины загудел от удара о каменный панцирь голема. Страж на мгновение задумалась, но голем не стал ждать и своим предплечьем оттолкнул Авлеину. Страж отлетела на шесть метров назад, Палтус в то время среагировал мгновенно и подхватил Авлеину телекинезом, медленно опустив на землю. Фрейм натянул тетиву, прицелился и выстрельнул. Удар был эффектным. Бах-х! Кинетическая волна прошлась по арене. Сгусток энергии, образовавшийся после поверженного Дуновея, с большой скоростью ударил в барьер Магнуса, что ослабило его изящную, энергетическую решетку. Палтус убрал челку назад, откинул мантию и присел на колено. - Фрейм отвлеки их, пока я зачарую оружие! - Авлеина и Скейль поднесли свои клинки, и Палтус приступил. Фантом Гарнелии и Водяного перешли в наступательную тактику. А голем так и стоял неподвижно возле своего создателя. Магнуса окружал барьер, похожий на решётку с заключенным в нем зверя. Он все ожидал, когда последний сгусток энергии скинет тяжелые оковы. - Я поняла, как можно снять эту… магическую штуку! – с эмоциями, слова вырвались из уст Скейль, – ты такая догадливая…- саркастично ответила страж. - Вы должны заполучить мой окуляр, кхе-кхе, - голос старика был жестким, - который поможет вам пройти следующее испытание. – У Первого Чародея было намного больше уверенности чем у самих испытуемых. Он верил в них, у него не было другого выбора, они молоды и полны сил. - О Создатель, надеюсь я не ошибся в этих ребятах. – прошептал он. Окуляр представлял собой синий рубиновый камень, вставленный в центр круглого кольца с гравировкой молнии, подвешенный на серебряной цепочке. Его свойства удивительны; сжимая материю он телепортировал владельца в место, которое он выберет из своей памяти. Арену наполняли визг и крики: «Дааааа», «Так ему», «Молодцы!». У жителей Эрдгарда появилась надежда на спасение от мерзких тварей, разоряющие их дома. Впервые за десять лет люди понадеялись на кого-то, отбросили страх, отбросили сомнения, уверовали в ребят что проходили испытание так эффектно. Сложно было усомниться в их профессионализме. Может это массовая иллюзия или какие-то чары. Политика так жестока, что в сложной ситуации всегда прибегала к магии, просила Верховный круг магов окутать пеленой разум жителей, дабы не навести панику и страх. Нет, это была не иллюзия ни какая-либо другая магия. Это была дисциплинированность, организованность, профессиональное мастерство! «Остались стихии огня, земли и воды, …но как их убить оружием?» - подумала Авлеина. - Отойдите назад, скорее! – фантомы передвигались быстро. Огненная Гарнелия будто плыла по тихому морю, она сделала пируэт и хлестнула огненным кнутом. В то время… - Маришь Ω Фальдерман, - радужки глаз засияли, легкое движение рук и образовались непонятные магические символы. Их надел прозрачный купол. Но кнут успел поймать подол экипировки Скейль. - Скейль ты горишь! – воскликнул Фрейм. - Так потуши, идиот! – проворчала Авлеина Жар, погасив кожаной перчаткой вспыхнувшее пламя. Палтус нахмурил брови, выпал вперед, одновременно занеся руки назад, присел на одно колено и с большой скоростью сомкнул ладони. Кинетика ударила в пламенный фантом, сбив с ног. Тем самым Палтус был готов нанести удар Водяному. Изумленный народ заострил внимание на элементалиста. - Ребята!! Действуем! – в спешке произнесла Скейль. Фантом Водяного выстрельнул льдинками, но барьер был препятствием для них. Скейль подхватило легким адреналином. Все бурлило и кипело, возбужденная она выбежала из барьера и начала плясать боевой танец. Обман! - Гилиора! - выкрикнул маг. Ладони вспыхнули, опять символы! Чистая энергия! Пары воды! Фантом испарился, но барьер Магнуса не был ослаблен. - Фреееейм! Стрелу! – охотник кинул стрелу, рука Элементалиста подхватила её телекинезом, и она морозным холодом пронзила насквозь Гарнелию. Гул народа: «Ураа», «Ураа» - люди громко аплодировали! Но отряду ещё рано было чествовать победу! Оставалась еще одна стихия. Земля - голем! - Скейль! Клинки! – Палтус провел несколько раз руками над клинками, произнеся магические слова, - Тебе нужно ударить его острием прямо в переносицу, энергия покрывает его именно в этой области. Палтус неспроста дал это дело для Скейль, ведь она быстра, а голем хоть и сильный, но очень медленный. Разведчица ринулась вперед. Подпрыгнув с полуоборота, она ударила в бок и зашла за спину. Голем развернулся, но там никого уже не было. Удар! Голем упал на калено и повернулся. Палтус был наготове следующего заклинания, тут каменная глыба замахнулась. Неожиданно ярко-красная полоса промелькнула мимо Палтуса, арена замерла и насупила полная тишина! Тетива Фрейма звучно расслабилась. Прямо меж двух глаз торчала стрела, этого не ожидал никто. Скейль спрыгнула и попятилась назад. - Не за что! - улыбнулся охотник и опустил лук. Вдруг стрела начала разбухать, искры летели из сгустка энергии во все стороны. Отряд рефлексом отходил назад. Энергия, будто молния, в последний раз ударила по барьеру и создала, не пробивающий даже лучиком света, густой туман, хаотично вращающийся на одном месте. Отряд встал в ступор. - В этой завесе никого не видно. Где Первый чародей? Что делать будем? - Скейль спрятала кинжалы в голенище сапога, заострив свое внимание на тумане. - Хмммм, туман… это, - Палтус вспоминал несколько строчек из книги антимагии, - по моей части. - То есть, ты знаешь, как развеять этот клубок дыма? – воскликнул Фрейм. - Да! Вспомнил! Палтус недовольно переметнулся взглядом с Фреймом и попросил всех отойти на три шага назад. Встав в смешную стойку, Палтус резко сделал поворот и произнес магические слова: «Авенча Къяхлас» Заклинание не получилось, оно было крайне сложное. Чародеи, как и маги не все умели владеть антимагией, так как чистую энергию сложно развеять. Она живая – это как вторая душа. Но одно дело развеять заклинание, а другое уничтожить в теле человека. Верховный круг – куда входили четыре представителя школ магии, наказывал отступников «Разъединением душ» - это ритуал, который представлял отделением чистой энергии от души. По началу человек не чувствует изменения, но с годами у него происходят психические расстройства, они же и нанося вред окружающим. Для этого круг отправлял отступников в Вечный Омут – непокорные становились в круг, а наблюдатель применял магию метаморфоза. Это был уже не человек – это была только оболочка. Большой круг из оболочек удерживал древнее зло, хуже Титанов. И только архив в городе Инвока знал, когда он был заточен. Народ начал галдеть: «Ууууу», «недомаг!». Крики доносились со всех сторон. У Палтуса не всегда получалось сотворить подобное заклинание. Антимагия давалась ему сложно, но знал он больше своих сверстников в школе. Последний курс очень сложный для студентов школ магии. Больше практики и в два раза больше теории. «Теория! Основа практики!» - всегда говорили нам мастера. Обстановка стала напряженная. Разволновавшийся маг достал из рукава медальон матери и, сам того не замечая, погрузился в воспоминание. Воздух в легких стал тяжелый. Нагоняли тучи, становилось прохладно. Яркими молниями осветляло темные облака и площадь арены, все чаще и чаще. Пыль бросалась в глаза, мешая лицезреть окружающую обстановку. *** Палтусу было всего семнадцать лет. У него было тяжелое детство, по словам тети, когда ему было шесть годиков, его мама умерла от холеры, а папа спился, мучаясь от горя совсем забыв про свое дитя, и исчез, будто последний луч света заката солнца. Воспитывали его тетушка и два старших двоюродных брата. Братья всегда относились к нему мягко из-за потери родителей, обучали его всему, что знали сами. Они жили на ферме в скромной халупе. Но вот стукнуло маленькому магу восемнадцать лет, наскоро попрощавшись, он отправился в Теру. Строить свою жизнь. На следующий год, после прибытия в столицу, проводился набор учеников в школу магов. Парень знал и чувствовал, что у него есть дар от своей матери… магия стихий. Решив попробовать свои силы, вступил в ряды магов. День за днем пролетал другой, как Палтус сидел, уткнувшись в книги, изучал свою природу. Первый Чародей, каждый раз проходя мимо меж двух больших рядов коллекционных книг, заставал парня, сидевшего на скамейке читая все больше книг. Маленький маг тренировался, практиковал заклинания на арене, но магия в то время давалась ему сложно и не всегда получалась. «Не получилось, пробуй ещё пока у тебя не получится!» – проговаривал он снова и снова. На мгновение мысли Чародея блеснули, сказав: «Неужели это - то самое хрупкое и маленькое создание, которое, когда - то встанет на мое место? Удивительно! Я не видел таких упорных учеников в стенах этой школы за последние пять лет. Я буду молится Создателю, чтоб оно так и было.». *** -… парень, соберись у тебя все получится, … слышишь, попробуй еще, не сдавайся. – Авлеина пробуждала юного мага от воспоминаний. Ветер все сильнее разносил пыль, а эхо молнии становилось все громче. - Мы уверенны, у тебя все получится, ты, только сосредоточься, – оголяя голос, произнесла Скейль. - Давай парень, давай родной, мы должны пройти это, чертово испытание, - Фрейм прикрыл ладонью глаза, от сильного ветра и пыли. Элементалист, приподняв голову, окинул взглядом картину, сделал шаг назад и повторил не получившееся заклинание. - Авенча Къяхлас Ω Ивлинг Небесная молния сверкнула в кисть мага, парнишка сгруппировался, преобразовал чистую, природную энергию и незамедлительно, выставив указательный и средний пальцы вперед, перенаправил ее в сгусток тумана. В глазах зрителей отражались сверкающие линии, создаваемые темными грозными облаками. Арену будто окутала ночь, и только молния была источником света. Взрыв. Всех рядом стоящих отшвырнуло назад. Пыль прошлась по арене и взметнула вверх. Время, в этот момент, текло, как скудный водопад, засоренный ветками и листьями. Из прорванной завесы, встряхивая шелковую сероватую мантию, вышел Первый Чародей. Удивленный народ растопырил глаза, что из коровьего вымя потекло растопленное золото. - Что ж вы так долго? Мои кости уже не те, что в молодости. Палтус, - указывая своим морщинистым пальцем, на юношу мага, - ты был рассеян! Никогда не давай воспоминаниям пробить брешь в твоем сердце, тебе нужно их блокировать в своем подсознании. Магнус ударил основанием посоха по земле и произнес слова, обращая свой взор на небо: - Вокрий Ω Гранда-Басс, - тут же темные тучи начали рассеиваться. - Когда это испытание закончится?! - воскликнул Фрейм, с тяжестью вставая с земли, потряхивая коричневую мантию. - Кто-то говорил, что бой будет интересным… - Скейль ловко подхватила слова охотника. - Ну, вы же ещё не отобрали у меня окуляр… ха-ха. - Магнуса будто сжал воздух. Он телепортировался на семь метров в сторону, оставив на своем месте лишь трескучий звук статического напряжения. - Не удивляйтесь, он любит телепортироваться, его старые кости не позволяют много ходить, все-таки сто двадцать восемь лет! Авлеина, Фрейм и Скейль подбежали к Палтусу. Отряд собрался в круг для выяснения дальнейшей тактики. - Вы представляете кого мы хотим поймать, это же Первый Чародей… это просто не реально! – удивленные глаза Скейль сверкали на солнце. - Реальность лишь иллюзия мой друг! Я знаю его, мне доводилось участвовать в бою с ним, только не всегда получалось и к тому же он мой наставник. Скажите только одно, вы мне доверяете? – серьезные лица посмотрели друг на друга. - Да, мы доверяем тебе, только попробуй выставить нас на посмешище! – угрожающе проворчал Авлеина. - Отлично! Значит, так - Фрейм встань посреди арены и стреляй в Магнуса, направляя его в левую сторону. Командир Авлеина - встаньте по правую сторону и по моему сигналу нападайте на Первого Чародея. Луноликая как вас звать? – на лице Палтуса сияла улыбка. - Скейль... – разведчица ответила той же улыбкой. - Ты должна по моему сигналу связать руки Чародея. - Я и так стар, сколько же вы меня заставите ждать… - прокашлялся мокротой с примесью крови, нахмурив густые брови Магнус - Ну ладно. Фрейм, начинай первый! Палтус дал знак Авлеине. Парнишка рассек указательным и средним пальцами воздух и прочитал заклинание: «Хайфирр Ω Мус-та Фельхаш», исчезнув перед глазами, ликующих людей. Фрейм выстреливал одну за другой стрелы с центра арены, Авлеина напала с правой стороны, а Скейль была в ожидании. План сработал! Первый Чародей, раз за разом телепортируясь в левую сторону и уклоняясь от смертоносных стрел, на мгновение задумался: «Что же они хотят сделать?» Внезапно Палтус появился на пути у Магнуса, связав его паутинной энергией. - Скейль давай… Тенью Скейль ринулась к Первому Чародею. Сигнал… Снова, и снова. Звук горрна . Магнус приподняв голову, взглянул на глашатая. Тот указал на юго-восток. Столб дыма ветром направлялся в сторону Теры, пепел покрывал пеленой арену уже через несколько минут. Что же это? Народ, сидящий на трибунах, запаниковал. Гонец рысью вбежал на арену, подскочив к старцу. - Первый Чародей. …На деревню Огорье напали, опять те существа из забытых земель, они сжигают дома и воруют серебро, даже золото не берут, и людей схватили. - Тяжко произнес гонец, хватая ртом воздух. - Мужчин и юношей забирают на юго-восток, а женщин убивают на месте! - Хммм.… Вот вам второе испытание. Палтус проводи отряд в казармы, наденьте экипировку, и выступайте в Огорье. Я буду в поселении через некоторое время. Мне надо … кое-что сделать. Быстро! И еще, вы прошли первое испытание, держи. – Магнус подкинул окуляр своей морщинистой рукой. - Да, Первый Чародей! Следуйте за мной. - Лучше уж следуйте за мной, – настояла бывший капитан стражи Авлеина. - Пожалуйста! – элементалист указал на выход, взглянул на Скейль и оба засмеялись. Отряд стрелой на конях выбежал через главные ворота на тропу в Огорье, только тень и пыль, оставив за собой. А Магнус тем временем отправился на своей Совушке – так звали его лошадь, белая как снежинка, с гривой, которой даже прядь волос красавицы Теры не сравнится; в Гильдию за таинственной вещью. Глава 2 Первый бой 535 П.О. лето. Молодые, но ещё не опытные воины рысью проскакали по опушке леса, выбежав на поляну. Дорога простиралась еще несколько километров. Солнце скрылось за густыми облаками, а трава буйно колыхалась от сильного ветра. Признаки дождя еще присутствовали: Гропы оголяя голос, летали друг за другом в небе, отчерчивая круги. И влажный воздух, доносившийся с запада. Вдали виднелся в воздухе столб дыма, а затем и деревня. Обугленные дома, разбитые повсюду горшки, непонятные следы на земле, мертвые тела женщин и ни одного мужчины – все это напоминало страшный сон. Доскакав до дома старосты поселения, отряд спешился. Лошади начали буянить и испуганно ржать, затем начали метаться из стороны в сторону. Пролился не сильный дождь. Дверь дома приоткрылась и через порог по ступенькам покатилась человеческая голова. - О Создатель! Видимо… эта голова стояла на плечах старосты поселения, – не сдержав слов прокомментировал Фрейм. - За что его так, я думала они унесли всех мужчин, а этот видимо не сдался без боя. – ужаснулась Скейль. - Наверное, это… Не дав вымолвить слова, как из порога дома в воздух с мерзким воплем взмыли две геропии , а сзади с острыми копьями приползли десяток гафринов . Ловушка? Трое гафрина были экипированы в филиантовую броню, с разными символами вдоль туловища. А остальные в легкой кожаной броне и с цепями в руках. - Палтус ты знаешь, что это за существа? – Авлеина медленно достала клинок. - Да, но не столько, сколько наставник! Первый гафрин ринулся в бой, махнув острием копья в Скейль, та отшагнула назад и нанесла ответный удар, острыми как рога грохара , кинжалами. Бросив перед собой дымовую завесу , беловолосая дева исчезла. - Вот трусиха, поджала свой хвост, – проворчал Фрейм. - Фрейм ты всегда такой многословный?! – воскликнула Авлеина. - Ну, – почесав затылок - как меня воспитали моя злобная мать и трусливый отец, – скрыл свои эмоции под маской дурочка. - Ребята соберитесь, у нас тут, как ни как бой намечается, – отряд услышал дрожащий голос Элементалиста. Палтус отвел руки в стороны, затем вращая кисти, проговаривал: «Кихьярэ Ω Мансур» - это было заклинание ударной волны, чем больше времени на сотворение заклинания уйдёт, тем сильнее будет ударная волна. Тем временем Авлеина ринулась на гафрина тот, что стоял слева от неё. Нанося удар за ударом, она разрубила его клинком. Второй гафрин с полуоборота нанес удар тяжелым хвостом, так что стальную леди откинуло на несколько метров назад. Фрейм отстреливался из укрытия в геропий, но их маневренность ни с чем нельзя было сравнить. Первая геропия сгруппировалась, стрелой направив свои острые когти в Палтуса, стоявшего посреди дороги. - Осторожно!!! – крикнул охотник. Скейль разбежалась по крыше дома и словно хищная птица кинулась на геропию. Противный крик этого существа резал слух. В полете началась битва между крылатой тварью и беловолосой разведчицей. - Заклинание готово!!! – произнес юный маг. - Давай Палтус… оглуша-ай, - прокричала Скейль Тенерез. Ладони сошлись. Ударная волна охватила всю деревню, она была настолько сильна, что стекла домов не выдержали силы и посыпались, а сами дома вздрогнули от страха. Туман из пыли и пепла не дал раскрыть и глаз, только можно было услышать звуки, доносившиеся с разных сторон. Через несколько мгновений, завеса пыли была снята Палтусом, гафрины лежали обездвижено. Один наткнулся на собственное копьё, второй лежал полу, разрубленный на острой мотыге, у третьего сочилась кровь из ран пурпурного цвета, но сердце его ещё билось. Скейль вышла из деревянного дома, а Авлеина кашляя от пыли, поднялась и откинула телегу, под которой она укрывалась. - Фрейм… - испуганно крикнула Скейль! Тишина… Охотник Фрейм не отвечал. Отряд в надежде найти его обошел всю деревню, и обнаружили только его лук, лежавший на окраине деревни. «Куда же он делся? Неужели... нет, этого не может быть!» - отряд не расслаблялся. Беловолосая Скейль нахмурив брови, кинулась на еле дышащего гафрина. - Говори, что вы сделали с моим другом? - Скейль может он не понимает?! – Авлеина держала ее за плечи. - Твоя друг, кхе-кхе… - гафрин задыхался от собственной крови, – Больше нет. Это были последние слова получеловека полузмея. Некоторое время спустя… Раскат грома посреди чистого неба. Над задумчивыми головами отряда, спиралью сформировалось темное облако. Молния ударили в землю, как возле отряда очутился Первый Чародей. - Я опоздал!? М-да, как обычно. - старец оглянулся, приподнял брови и посмотрел на отряд, - А где ваш болтун? - Первый Чародей… когда я сотворил заклинание ударной волны, она прошлась по всей деревне, я… я даже не был уверен, что она будет такой сильной. Затем всех откинуло. Поднялась пыль высотой в три четыре метра, а когда я прогнал завесу, мы потеряли Фрейма, но я уверен, что он жив, так, как тело его мы не нашли. Я-я… я не знаю, что делать! Один из нас пропал по моей вине. - Нахмуренное от злобы лицо, играло мимикой. Это бывает с Палтусом, когда страх и злоба переполняет его. - Мой мальчик, против кого ты сотворил такое нестабильное заклинание? - морщинистые веки не давали свободно открыть глаза. - Когда мы заехали в деревню, нас окружили гафрины. Я их никогда не видел до этого момента, только в книгах. Туловище человеческой природы, а нижние конечности преобразованы… в змеиный хвост. Их было с десяток. Меня окутал страх, в моем сознании блеснули мысли: «Если я сейчас не применю свою силу, нас забьют, как скот на бойне». - Этого я и опасался. Мне доводилось приходить к мысли о них, когда я увидел в разоренных деревнях и фермах следы ползущих тварей. Эти существа, гафрины, творения Титанов. Не переживай юный маг мы его найдем. Нужны какие-нибудь зацепки, следы, его вещи, есть что-нибудь? - Авлеина нашла его лук на окраине деревни, возле дороги, которая ведет на юго-восток. - А ну, дочка, проводи меня туда! Чародей осмотрел местность, шепнул Палтусу что-то на ушко и дал указания. - Отправляйтесь в лагерь Прим, Палтус знает, что делать, а я постараюсь догнать укравших Фрейма, по следам. Первый Чародей, дабы не потерять надежду на спасение одного из членов отряда, галопом на Совушке проскакал несколько сотню метров по извилистой дороге и скрылся, изведу, а тем временем Авлеина, Скейль и Палтус, обошли крутой холм и двинулись на восток по прямой дороге в лагерь Прим. Примы – раса оборотней, днем люди, ночью медведи. Вполне адекватно ведущие себя в обличие медведей. В момент перевоплощения, эти творения создателя не теряют человеческий разум. Вот только в результате истребления, прадедом наместника Териса Филиппа, больше половины расы, в битве за пещерные горы принадлежавшим, когда-то оборотням, приобрели все необходимые навыки для обороны и нападения. Солнце было за горизонтом, небо расставило звезды по своим местам, а луна заняла пост солнца. Легкий ветерок гонял опавшие листья вдоль пещерных гор. Цокот лошадей прошелся эхом по чаще леса, а затем только птица ночной странник нарушала тишину своим нежным пением. Отряд остановился неподалеку от лагеря звероподобных людей, на привал. Ночью было не безопасно ступать на территорию Прим. Палтус собрал немного дров, расставив их для огня, он махнул кистью, оставляя в воздухе тоненькие следы красной энергии. Мгновенно из сухих палок Древодуба посыпался трескучий звук, и пламя озарило ярким светом тихую атмосферу, и тепло окутало утомившихся путников. Затем развернув оберток с провиантом, рыжеволосый маг, стальная леди и беловолосая разведчица съели несколько кусков черствого хлеба и сушеных фруктов, запив несколькими глотками родниковой воды, что текла в нескольких метрах от привала. Элементалист начертил вокруг привала барьерные руны, преграждающие разным существам, кроме людей, проход. Авлеина и Палтус упали по разные стороны костра на сухую траву, медленно закрывая глаза, а Скейль ушла на разведку. Ночью было опасно бродить по этим землям. Разной природы существа выходили на охоту, и только создатель знает судьбу того, кто будет расхаживать по опушке леса в безликую ночь. Лес испуганно замер. Скейль тенью обходила деревья, стоящие вблизи от лагеря оборотней. Беловолосая разведчица засмотрелась на громоздкого оборотня, тот что расхаживал вблизи ворот. А потом нога ступила на высохшую ветку куста поцелуй смерти, и хруст выдал ее. Один из оборотней встал на задние лапы, чтоб осмотреть местность получше; озадаченный бурый медведь со стольной броней на спине, выкованный знаменитым Багругом Железнобородым, вышел из лагеря направляясь на странный звук. Беловолосая разведчица кошкой залезла на дерево к самой макушке. Кровь застыла в жилах. Удобно разместившись на одной из веток, разведчица ожидала, когда оборотень вернется на свой пост. Рассветало. Лес снова ожил. Палтус приоткрыл глаза, с удивлением и в тоже время страхом, посмотрев вокруг. Двенадцать громоздких прим с два метра, стояли вокруг рун, держа в руках топоры и боевые молоты. - Ребя-ят!!! Поднимайте свои туши. – Резко подергивая за плечи спутников, маг не оторвал взгляда. - Зачем человек угрожает дому Прим? – грубый, тяжелый голос прошелся по ушам леса. - Мы пришли с миром, у меня послание для вашего старосты Обгенуса, друга моего наставника. - Почему я должен верить тебе. Твой, как ты сказал, наставник, Первый Чародей, если ты его подмастерье, докажи это! - А по моей мантии не видно?! – прим нахмурил брови. - Ладно! – проворчал элементалист. Недовольный маг раскрыл ладони, преобразовав поток энергии вокруг кисти в маленький грозовой разряд. Примы переметнулись взглядом и заметили удивительное явление. Волосы на теле окружающих мага встали дыбом. - Что ты сделал человек? У меня неприятное ощущение! Брр. - Я назвал эту магию «грозовое поле», оно никому не навредит, не переживайте, - махнул рукой Палтус и переглянулся с Авлеиной. - Хммм. Хорошо, я проведу тебя в лагерь, но при малейшей угрозе нашему дому, у тебя из головы будет торчать топор. - Ну да, конечно, – тихо пробормотал маг. Лагерь был хорошо защищен, это был не то что лагерь, а целая деревня. Высокие столбы ограждали их дом от леса и разных хищных зверей, ведь по опушке леса бродили звери и покрупнее, чем оборотни. Защита лагеря была совершена, даже запасной выход был за одним из укрепленных шатров. В центре стоял самый большой и высокий шатер, видимо там и располагался Обгенус. - Вождь, эти люди говорят, что их послал Первый Чародей. Один из них доказал мне подлинность их слов, этот человек подмастерье Магнуса. - О-о не думал, что Первый Чародей, друг детства и брат по бою меня помнит. Пусти их, они желанные гости, – вожак махнул рукой, и отряд впустили. - Проходите друзья, усаживайтесь поудобней. - Извините, но мы не задержимся у вас. Я только спешу передать послание! Смелый рыжеволосый маг подошел к вождю, что-то шепнул в волосатое ухо Обгенуса и медленно отшагнул назад. Тот нахмурив густые брови, что то, бормоча под нос, яростно встал из кресла с диким ревом. Элементалиста взяла дрожь, и он попятился назад. - Гафрины… мерзкие ползучие твари, - мотаясь из стороны в сторону, яростно выкрикнул Обгенус. – Я-я помню, как мы с твоим наставником бок обок сражались с ползучими ублюдками, – стиснул он зубы. - Отсек бы каждому башку с плеч. Однажды как-то в битве ползучие погремушки разошлись на поле и встали, как один, покорно поклонившись, а в центре переползая, двигалась на меня предводительница, знаменитая в то время Мориталья. Так называли её воины. Мордой красавица, телом ягодка; она держала в руках две зазубренные сабли, с груди свисала самая прочная обсидиановая, легкой руки, сделанная кузнечным мастером, кольчуга, - он выпучил глаза и погрузился в воспоминания. - Коса ее обвила голову, будто на свадьбу собралась, - усмехнулся себе в бороду. - На миг я в нее влюбился. Затем, когда они бежали, она посмотрела на меня пронзительным взглядом и скрылась. Но я все-таки отсеку ей котелок на шее. Восемь моих лучших воинов пали от её руки. - Вот это история-я. Очень интересно, но нам надо идти. Наставник велел идти с вашей Ищейкой. Ещё бы его догнать, - парнишка потер мокрые ладошки. - Бальзар приведи сюда Ищейку, друзья торопятся, - поглаживая бороду, Обгенус вышел из шатра. - Откуда у вас такой волк? Такие, как я знаю, водятся в вечных морозах, - волк был в два раза больше Палтуса. - Я был у своего брата в гостях на севере, а когда отправлялся домой с моими соратниками, обнаружил, среди холодной пустыни, маленький комочек шерсти, он так жалостно скулил, что я взял его с собой, - эмоционально произнес он. - Время летело, он рос и развивался, я его чему можно было научил, и вот он здоровехонький… только жрал больше чем я, - Обгенус ржал словно конь… поглаживая Ищейку. Палтус со спутниками запрыгнули на лошадей, и двинулись с Ищейкой – зеленоглазый, белый волк, с врожденным чутким нюхом; на юг через степь. Солнце стояло в зените, опаляя высохшую от зноя траву. Ветвистая дорога простиралась еще несколько километров до границы забытых земель. Путников терзала жажда. Стремясь быстро отправиться в путь, Палтус совсем позабыл пополнить провиант и заполнить фляги водой. Ищейка легкими прыжками бежала по направлению запаха. Ночь в пути и вот под рассвет в дали незаметно, но верно прорисовывался, чей-то силуэт. Приблизившись ещё на несколько километров, они увидели Магнус, и не одного. - Фрейм! – Радостно прокричала Скейль и ударила вожжами. Отряд поскакал крупной рысью. Увидев Фрейма, команда обрела высокий боевой дух. Гарпии группировались и атаковали старца и Фрейма один за другим, а рядом лежали двое обугленных гафрина. Первый Чародей и исчезнувший Фрейм прикрывались каменными щитами, что сотворил Первый Чародей. Магнус не мог атаковать гарпий магией, это единственные существа, для которых чистая и преобразованная энергия проходила сквозь их тела без какого-либо воздействия. Авлеина спешилась с лошади и подбежала к Фрейму, чтоб отдать его лук. В тот же миг, Скейль аккуратно встала на крепкую спину лошади, подпрыгнув в воздух, сделала один кувырок и задела гарпию, воткнув в неё кинжал. Яростная тварь, находившаяся по правую сторону, спикировала на беловолосую разведчицу, но та успела спрыгнуть. В результате летучие бестии упали оземь. Ищейка запрыгнула на две гарпии, оторвав им головы. - Первый Чародей… объясните, что тут происходит, их ведь давно не было, откуда они взялись… гафрины некогда давно живущие на этой земле, - Палтус проговаривал с яркой страстью открыть правду. - Не сейчас, юный маг. Расскажу, как будем в Гильдии, а сейчас мне нужно спешить, - раскат грома сотряс небо, как старика унесла молния. - Во дает, наш чародей потряс костями и исчез, даже не спросил: «А вас не подкинуть?» - Фрейм, твой юмор восхитителен и не заменим, - приобняв Фрейма, улыбка Скейль была до ушей. - Что верно, то верно! - Рыжеволосый маг, запрокинул руку на шею охотника. Взгляд Палтуса, Скейль и Фрейма упал на Авлеину. - Ладно, раскаюсь. Я тоже рада тебя видеть здоровым, но ненадолго. И шутки твои нравятся, но не всегда. Так что не расслабляйся парень, - ответила она. - Вот эту… стальную леди я знаю, - все усмехнулись, приобняв друг друга, – а откуда у вас белый волк? - Это Ищейка… и эту историю расскажу, как будем в столице. А сейчас по коням!!! - Ищейка домой, спасибо тебе, – волк сделал поклон и убежал. Сплоченный отряд вскочил по седлам и отправился в обратный путь. В столицу Эрдгарда. Часть II Забытый орден Глава 3 Из старого мира в новый 535 П.О. Середина осени. Вокруг балкона на дворцовой площади – «У лица дворца», так говорили жители Теры, стоял гул от собравшихся: купцов в украшающих драгоценными камнями бушлатах, ремесленников со своими детьми и женами, придворных, фермеров, даже сам Обгенус явился взглянуть нового наместника. И поодаль, стоял отряд, возле лавки трав. Обсуждая недавнюю битву с гафринами, недалеко от Трепещущих шахт. Внезапно все замолкли. На балкон, медленной походкой, перебирая ногами, вышел один из представителей совета пяти – Горифей Фитче – знаток растений, целитель. Стояла тишина. Ожидание молчания закончилось, и старец потертыми и высохшими губами начал говорить: - Сегодня в этот прекрасный день… на дворцовой площади, будет назначен не наместник…, а Смотрящий этого острова, - люд начал шептаться, - и для этого к нам сегодня прибыла… матерь Магри`ба Дем из Обитель Создателя. Слуга создателя элегантным и тихим шагом прошла к дворцу со своей Стражей Сумерек. Она была облачена в голубоватое одеяние, на талии свисал пояс, в середине которого был лунный камень. Голова ее была укрыта шапкой, а в середине сиял полумесяц из серебра. Стража с эмблемами полумесяца шли клином, защищая матерь. Броня была из сплавленного лунного камня – его назвали так из-за тусклого свечения под луной в ночи. Клинки были как сабли и острые как кухонные ножи. Народ расступился с открытыми ртами, глаза сверкали от изумления. Хоть Магри`ба Дем была девушкой 25 лет, красивой, умной, справедливой и стойкой, она никого никогда не подпускала к себе. Стража оглядывалась и контролировала каждую секунду, проведенную в столице, ибо матерь была ценным представителем Обителя. Двери в шесть метров высотой, закрылись. Шум прошелся эхом по коридору дворца. Совет пяти, матерь с её покорными и преданными стражами, а также Первый Чародей шагали вперед к залу, где они должны выбрать достойного на этот сложный пост. Коридор облачился в эмблемы голема из коричневого шелка. Потолок был высотой в двенадцать метров; на нем были изображены различные битвы, протекающие сквозь века. На стенах четкой рукой художника были нанесены народные узоры, а пол был сплошь усеян шлифованной маленькой плиткой. В конце коридора открывался двадцати шестиметровый зал с еще большей высотой потолка. В центре зала располагался большой круглый стол, а на нем была нанесена, яркими цветами карта земель. Здесь проводились переговоры и заседания совета. По бокам зала находились двери, через лестницу, идущие в комнату правителя. Все сели, с шумом отодвигая стулья. Первый Чародей махнул рукой в сторону стражи дворца, тот кивнул и закрыл дверь. - А где Командор Агриган, неужто он опаздывает? Такой важный человек в совете необходим в первые же минуты заседания, - старый и хриплый голос Фитче прошелся по залу. - Он прибудет с минуты на минуту, его задержала битва возле очередной разграбленной фермы к востоку отсюда, – Криган Дель – мастер по оружию и кузнечному делу из совета пяти обронил слова. Ему также было лет сто восемь, как и Фитче. - Так же опаздывает Артемий Далис из Таледаша… где он? - Круглый стол дрогнул от удара костлявой руки целителя; хоть и Фитче был стар, былая сила еще текла в мышцах старика, – сегодня мы не наместника собрались назначать на такой важный пост, а Смотрителя земель. Это требует куда больше сил, времени и раздумий. Тем временем народ на дворцовой площади поднял большой гул от разговоров и рассуждений: «Кто же станет Смотрителем?». Неожиданно по главной дороге, ведущая напрямую к дворцовой площади, двигалась карета, запряженная тремя черными, как ворон лошадьми. Дверца кареты приоткрылись, нога ступила на гравированную маленькую плитку в кожаных сапогах. Из кареты вышел лысый мужчина; мышцы его бугрились, борода косой, серьга в ухе. На нем была кожаная жилетка, обтягивающая его крепкое тело, штанина также была натянутой на крепкие ноги, с его талии свисал меч, а на спине висел длинный кнут. Народ расступился. Артемий Далис громким шагом направился к дворцу. Так и слышно было оханье и аханье от расступившегося народа. В этот миг подоспел на быстром коне и Командор Агриган, облаченный в стальные доспехи и свисающий коричневый плащ, обозначающий Командора, со своим Лейтенантом Раделла. Ловкой кошкой они спешились и поспешили за Далисом. - Приветствую вас Командор! Лейтенант Раделла! – Почтительно произнес Артемий. Робко поклонился. Глаза его сверкнули при виде симпатичного Лейтенанта. - И я вас Артемий Далис! Давайте поспешим, не то совет не любит, когда представители задерживаются. Они быстр прошлись по широкому коридору. Легкой рукой Лейтенант открыла нараспашку дверь, и они вошли в зал. - Прошу прощения достопочтенный совет за ожидание! Первый Чародей! Матерь Магри’ба Дем! - Присаживайтесь, – гаркнул один из старцев. Командор махнул рукой в сторону стражи, тот кивнул и закрыл дверь. *** Заиграли бродячие музыканты, мелодия пролилась на дворцовой площади, и дети стали танцевать. У Авлеины было плохое предчувствие, настороженно осмотревшись, она заметила подозрительного юношу в зеленой мантии, который стоял и ожидал кого-то в толпе людей. Стальная леди указала отряду на парня в мантии, ожидающего на арке у входа в дворцовую площадь. Скейль скрылась изведу. Палтус сощурился и заметил ещё одного такого же парня у лавки пряностей по ту сторону площади. Разведчица взобралась на крышу у арки и наблюдала за подозрительным юношей. Фрейм отошел от лавки и, подойдя к оружейной, озирал на толпу. Оглянувшись, он заметил, как рядом стоит человек в зеленой мантии, но с золотой лентой по краям. Видимо это был их предводитель. Лица их были невидны от прикрывающего капюшона. Охотник сделал шаг назад и скрылся. Авлеина протискивалась через толпу к самой арке, придерживая рукоять меча находившегося в ножнах. Воздух дрожал от волнения. Обгенус окинул взглядом картину, как отряд рассредоточился. Он шепнул Бальзару и тот двинулся к Авлеине. Палтус направился по ту сторону площади, не отрывая свой взор от подозрительной мантии. Народ стоял так плотно, что было трудно протиснуться вперед. Чистое небо сменилось сероватыми облаками. Это было только на руку элементалисту. Дойдя до лавки с пряностями, Палтус встал поодаль от незнакомца в зеленом и следил за каждым его движением. Намечалось что-то серьезное. Солнце обогнуло верхушку дворца и устало заходило за горизонт. Тяжелые дворцовые двери распахнулись. Совет прошелся к балкону; Фитче сделал несколько шагов вперед, и надрывая голосовые связки произнес: - После долгого заседания, голос пяти и остальных представителей, был еще многократно взвешен. И так, совет выбрал две кандидатуры, - площадь замерла. - Артемий Далис из Таледаша и Магри’ба Дем из Обитель Создателя, - гул и визг народа поднялись волной. Фитче поднял ладонь, и все притихли. Тут один из зеленых мантий, тот, что стоял на арке, схватил лук из-за спины и выстрельнул в Командора. Пролетев над макушками горожан, стрела вцепилась в бедро Агригана. - Стража-а! - Не успев произнести и три слова, как еще один из мантий натянул лук и приготовился к выстрелу. - Адрагар Ω Халис, – Палтус применил магию земли. Стрела, наткнувшись на каменную преграду, глубоко вошла в нее. Магнус взмахнул рукой и создал барьерный купол. Стража Сумерек окружили Магри’ба Дем, заслонив ее щитами, а Агриган корчась от боли, придерживал бедро. - Надо срочно вытащить стрелу… она может быть отравлена. – Фитче сорвал с мантии кусок ткани и обвязал бедро выше стрелы. Для предотвращения попадания в кровь яда в случаи ее отравления. Затем он схватил древко и ловкой рукой вытащил ее. – Ему надо промыть рану. Тащите его в лазарет. Тем временем Бальзар отправился в погоню за зелеными мантиями. Переулки ветвились на несколько километров, но враг выбрал исчезнуть из столицы через главные ворота. Отряд запряг коней и помчался догонять Бальзара. *** - Я устала прятаться и бежать, поджав хвост, надоело! - предводитель потянула на себя поводья и остановила коня. - Что ты делаешь? Их пятеро, а нас всего трое, тем более с ними маг и оборотень! – Воскликнула подруга. - Я устала Трояна, мне настачертело бегать, как трусливая крыса. Я вас не держу… можете бежать дальше или дать отпор сейчас. - Нет Филисия, я не оставлю тебя, как и не оставит мой брат. - Трояна посмотрела на Амоса, и тот кивнул. Хорошо, приготовьтесь, они будут тут с минуты на минуту. Отряд догнал Бальзара, едва завидев в дали врага, зеленые мантии отстреливались. Палтус выжигал стрелы потоком магической энергии одну за другой, обращая их в пыль. Предводитель мантий вытащил из-за спины два тонких клинка и встал в позицию. Авлеина спешилась первой, достав меч, она бросилась на Филисию. Удар за ударом обрушился на предводителя мантий, но Филисия оказалась не так слаба. Обороняясь, она одновременно наносила маленькие раны. - Стойте!!! – Прокричал Палтус, – Авлеина угомонись… - Ты не можешь мне указывать, что делать! – синее пламя сверкнула в глазах Авлеины и быстро исчезло. - Я не указываю, я прошу, и тем более в отсутствии Магнуса я во главе отряда… - элементалист недоверчиво посмотрел на нее. Бой прекратился. - Ты видел, что произошло на дворцовой площади. Она хотела убить Командора Агригана! - Может у нее были на то причины, давай мы сначала выслушаем ее, а потом будем делать выводы! – Вскипела Скейль. - Говори… зачем ты стреляла в Командора? Ты наемница? – Авлеина присела на траву у своего коня и подтачивала свой меч, переводя дыхание. - Если я скажу правду, вы не поверите! А врать, мне смысла нет. Я устала следить за этим поганым Командорам, как он помогает предводительнице гафринов грабить населения Эрдгарда и обращать в рабы наших соплеменников. Я искала подходящий момент, чтоб избавиться от него, но везде была его стража, и покушаться на Командора было опасно. Но вот мне даровал Создатель шанс, чтоб пронзить змее сердце, но нет, как всегда должен вмешаться отряд. - Это вздор!!! Не может этого быть, у тебя и доказательств то нет, – Авлеина уставилась на Филисию. - Трояна и Амос подтвердят, других доказательств или свидетелей нет, по крайние мери он их не оставлял. – Настойчиво утверждала Филисия и на минуту задумалась. - Постой… я слышала, как Командор и… - Мориталья – произнес Бальзар. - Именно она, говорили о нападении на Обитель Создателя через тридцать дней и ночей. Они говорили про серебро, что его там много! Я даже не представляю, зачем оно им. Они ведь не собираются ничего у нас покупать, так как торговли с врагом не может быть. - Опять серебро, на кой черт им серебро. Этого мало! – Стальная леди вложила в ножны меч. - Вы мне поверите, когда эти гафрины осадят Обитель! - Серебро… Хммм, зачем же оно вам?! - прошептал Палтус. - Авлеина, а что, если это правда, надо предупредить матерь. - А с ними, что предлагаешь делать? С собой взять?! - Они пойдут со мной, - вмешался Бальзар, - будут ожидать в нашем лагере до осады, если это так, как они твердят, мы выйдем как подкрепление для Обители, – тяжелым голосом Бальзар попросил следовать за ним. Стемнело, подул холодный ветер. На улицах Терры стояла тишина. Только один фонарь, у которого стоял кот, облизывая свою лапу, освещал развилку. Отряд стоял у порога имения Первого Чародея, что стоял севернее от дворцовой площади. Старик сидел на тюфяке, ругая Палтуса за невнимательность на площади. - Как вы могли… допустить такое? Меня сегодня отчитал совет и смазливый Командор, чью рожу мне неприятно было видеть, но я поставил его на место! Палтус, - тихий голос Первого Чародея прошелся эхом по комнате, – ты мой подмастерье, что ж ты позоришь меня. Но не вы одни виновны в этом, кривоглазая стража допустила, чтоб на площадь проник враг. Я не удивлюсь, если они мимо глаз пропустят и гафринов, - Молчание было не долгим. - Совет требует наказать вас, отправив на разведку в забытые земли! - Но, Первый Чародей… - Палтус возмущено выступил вперед. - Я знаю, что это опасно! Сынок я тут ничего не могу поделать. Я думаю, эти старые идиоты отправят наблюдать за мной. Совет распустит отряд, если вы не подчинитесь, – Магнус медленно встал и поправил мантию, – следуй за мной, остальные посидите тут у камина. Нивида, сделай им чай! Магнус с юным магом поднялись на второй этаж поместья. Повсюду были развешены картины и старые реликвии. В подвешенных витринах, запертых на замок, лежали амулеты и кольца самой разной формы с ослепительными камнями. Воздух сжался у Палтуса в груди. «Старинные вещи с огромной стоимостью и полезностью», - задумался он. Магнус провел рукой по рунам, шепча, что-то себе под нос… внезапно дверь открылась. Старик отошел в сторону. Палтус вскинул брови к верху, завидев скромную комнатку, если ее можно было так назвать, скорее это был чулан, у стены которой стоял запертый футляр. - Палтус, открой футляр и достань, то, что там лежит… ну же смелей, – чародей улыбнулся. Парнишка подошел к футляру и попытался его открыть магией, но ничего не вышло. - Первый Чародея здесь защитная руна, я не смогу ее открыть магией. - Она тебе и не нужна! – Снова улыбка блеснула в лице Первого Чародея. - Но как я его открою, если магией этот футляр не открыть, а ключ явно у вас. - Палтус посмотрел на Магнуса и тот стрельнул взглядом в медальон. Рыжеволосый маг достал ключ, висевший у него на шее с того момента, как тетя передала его от мамы перед своей кончиной. Он сунул его в замочную скважину. Медальон впитал энергию руны и футляр открылся. В нем лежала книга твердого, кожаного переплета. На ее поверхности был круг, а в кругу были четыре камня: белый, голубой, коричневый и красный. - Книга стихий? Инициалы моей матери! Погодите если ключ, который я считал подарком мамы, открывает ваш футляр, то-о. Мама была вашей ученицей?! - Верно Палтус, Сефида Битворожденая была моей ученицей и хорошим другом. Это её книга, она писала свою магию на основе своих практик. Теперь она твоя. Ах да, - Магнус достал из комода портрет, - это тоже твое. Его написал мой старый друг, которого уже нет, да смилуется над ним Создатель, как и над Сефидой. - Это же моя мама, - погладил бумагу, - и эта кроха… видимо я, – скупая слеза пробежалась по щеке Палтуса, – но почему она не говорила об этом? - Она хотела защитить тебя, как и любая мать защищает своего ребенка. Твоя мать тобой бы гордилась. Ты вырос хорошим, добрым, умным человеком. Некому не давай себя обижать, твои друзья стали тебе второй семьей, и они тебе помогут. - Магнус продолжал напутствие. - Не допускай ошибок в жизни, а если ты все же допустил, то учись над своими ошибками. Будь счастлив, ведь Создатель дал нам всего один шанс. Перед битвой не давай эмоциям помутить твой разум. Страх и боль не даст тебе такой силы, как воспоминания о маме или твоих друзьях. – Палтуса нахлестнула радость. Со слезами он приобнял Первого Чародея. - Спасибо Первый Чародей, вы лучше моего отца, пьяницы! - Для тебя я дедушка. Можешь меня так называть, – Первый Чародей и Палтус с улыбкой на лице приобняв друг друга, как дедушка и внук, спустились к отряду и продолжили чаепитие. На рассвете отряд двинулся в Обитель Создателя предупредить Фален’на Дену – верховную мать, о предстоящей осаде. Глава 4 Сумерки 535 П.О. Середина осени. Взошла прекрасная луна, разбросав звезды вокруг себя, дабы освещать людям путь во мгле ночной. Холодный ветер дал знать о наступлении заморозков. Филисия сидела возле костра и с интересом разглядывала звезды, она обхватила свои ноги от прохладного ветерка чтоб погреться, но костер был на столько слабым, что согревал только кисти рук. Звезды сверкали, как на небе, так и в глазах Филисии. Трояна и Амос заняли свои места в шатрах, предоставленные им Обгенусом. Предводительницу окутывал страх, как только она смотрела на расхаживающих по лагерю оборотней в тяжелой броне. Они были не столь милый сколь грозные. Из большого шатра к костру направился Обгенус в человеческом обличии. Присев на бревно у костра, он смотрел на танцующее пламя и слушал хруст обугленных дров. - Я думала, что все оборотни превращаются с закатом солнца! – подвинулась ближе к костру Филисия. - Нет, не все. Вожаки и их приближенный могут обращаться, когда захотят. Это требует особых тренировок, и кто сможет их пройти становятся приближенными. Ты действительно хотела убить Командора? - Да. Он это заслужил, когда переметнулся на сторону врага. И бросил, как свою семью, так и своих соплеменников! - Ааа…, но старых и Первого Чародея ты убедить не сможешь! – ответил он. - Я тоже так думаю… - прикусила губу Филисия, - а приближенные – это как Бальзар? - Да, Бальзар моя правая рука. Ему я доверяю больше чем кому либо, – вожак медленно погружался в сон, от приятной обстановки. Атмосфера была спокойной и тихой. Обгенус съежился и похрапывал у костра. Сверчки да жучки играли в густой траве, а легкий ветерок, полный ароматом зимней свежести, подыгрывал им свистом. Филисию окутали воспоминания, скупая слеза пробежалась по холодной щеке, и сердце сжалось от боли грустных воспоминаний. Было тихо, спокойно, до той самой минуты. Неожиданно рев часовых волной прошелся по лагерю. Обгенус вскочил, будто увидел кошмарный сон. Он направился к воротам с тяжелым молотом. Бальзар, выбежав из шатра, прямиком направился на деревянную стену, взглянуть что произошло. - Гафрины-ы… - Тяжелый голос Бальзара прошелся по ушам. Филисия вскочила. Ее лицо, будто парализовало страхом. Обгенус повернулся к ней, но она стояла неподвижно. - Филисия! – крикнул Обгенус, – Филисия, что ты стоишь? Быстро на стену. - Да, да. – Тихим голосом обронила слова предводительница мантий, вырвавшись из объятий страха. Амос и Трояна выбежали из-за громких звуков. Брат с сестрой не поняли, что произошло, взяв оружие, они поспешили к стене. Толпы гафринов стояли за стеной, пробиваясь в лагерь. Их было с полсотни. Лучники врага были готовы к выстрелу, но тут из толпы переползая, вышел Гардан – помощник Моритальи. Его хвост был больше чем у обычных гафринов, да и сам он был крупнее. На нем была броня, обшитая бордовой тканью, а на талии закреплен пояс с красным рубином. На конце хвоста была прикреплена стальная сфера с острыми, как жало шипами. Гардан был необычайно красивым темноволосым гафрином. Махнув рукой, творения Титанов, отошли, встав позади него. - Обгенус, в сторону! – надрывая голосовые связки, выкрикнула Филисия. Гардан выставил руки вперед и, изгибая кисти, сотворил заклинание. Преобразованная чистая энергия обратилась в шар огня. Ладони сомкнулись, и смертоносный шар метнулся в ворота. Седобородого Обгенуса отшвырнуло в сторону, как и других оборотней. Враг прорвался в лагерь. Филисия и ее друзья отстреливались со стены, а Обгенус и Бальзар встретили врага с молотом, топором и яростными, тяжелыми лапами оборотней. Началась битва: оборотни разрывали плоть в клочья, не давая пощады, Бальзар давил молотом головы гафринов, а Обгенус разрубал тела пополам стальной двуручной секирой. Трояна спрыгнула за стену и метнулась к змее-магу. Филисия и Амос как могли, прикрывали своего друга смертоносными стрелами. Увидев, как двоих оборотней забивают копьями, разъяренный Обгенус на бегу обратился в белого медведя, больше по размерам своих соплеменников, раздавив еще несколько гафринов одним только весом. Змее-воины в ужасе начали отступать, но вожак оборотней не давал никому выйти из лагеря живыми. Трояна убила нескольких гафринов и в боевой готовности подошла к Гардану. В то время у Филисии не осталось стрел, и у Амоса их было мало, чтоб отстреливаться. Тогда не теряв ни минуты, они спрыгнули со стены и ринулись в бой, обнажив клинки. Тем временем Обгенус с оборотнями убили последних гафринов в лагере и, завидев, как Филисия с друзьями в гуще битвы искореняют зло, он незамедлительно подоспел на помощь. *** Под рев всех тех, кто жаждет крови, С мечами вышли два бойца, На вид они страшны как тролли На них уже не видно черт лица. Они бегут в объятия друг к другу, Пронзить, желая плоть мечом Бегут бесстрашно, спрятавшись в кольчугу, Но жизнь прикрыта лишь щитом. Ну, вот и бой, сверкают искры Настал последний, смертный час Всему виною анархистка И пара нежных, карих глаз. Тут дело в чести и в любви Никто не преклонится с маха, Им проще умереть в крови Чем недостойно сдаться страху… «Анархистка» Тамукай Рустам. Окровавленные клинки змее-воинов махали из стороны в сторону, оборотни своими зубами оставляли на плоти огромные раны, а когти ломали броню врага. Началась схватка Трояны и Гардана. Вооруженный хвост, промахиваясь, оставлял глубокие следы на земле. Трояна уклонялась, нанося не смертельные раны, и в этом было ее преимущество. Тяжелый хвост не давал Гардану ловко наносить удары. - Ты шустрый боец, но недостаточно умный. «Хаардаль!». - Удар хвостом по земле вызвало энергетическую волну, оттолкнув всех вокруг змее-мага. Змеемаг схватил оглушенную Трояну и скрылся, изведу. Остальные гафрины расползлись кто куда. Филисия переводя дыхание, сунула кинжал в голенище сапога и подошла к вожаку оборотней. - Обгенус… ты такой здоровый, даже не думала, что ты будешь больше своих сородичей. - Воскликнула Филисия. - Амос, а где Трояна? – Предводительница внимательно осмотрелась кругом. Громоздкий белый медведь встал на задние лапы и с диким ревом обернулся в человека. Глаза предводительницы полезли на лоб, увидев его стыд. Бальзар прикрыл Обгенуса своей накидкой из меха, и проводил к шатру залечивать раны. - Зайди в мой шатер Филисия, мне надо с тобой поговорить! Оборотни, надрывая связки, взревели от победы над змее-магом. Один за другим мохнатые глыбы поволокли в лагерь. Ночь продолжалась. Несмотря на разрушенные ворота, лагерь был укреплен и надежен. Окровавленные и разрубленные тела валялись около леса, но часовые продолжали спокойно высматривать лес, будто и битвы не было. Повеял холодный ветер, Филисия съежилась, так как на ней была летняя спецовка и тонкая мантия, она почувствовала холод до костей. Подойдя к шатру, она сунула голову в висевшую из шерсти дверь. - Обгенус! Зайти можно? – Дрожащие слова дали знать о себе. - Конечно Филисия, проходи, не стой на холоде, – голос его был спокойным и нежным, - грядут заморозки надо одеваться теплей, не то заболеешь, гляди и детишек не будет, а ты ведь еще молодая. – Бальзар надавил на рану, переметнувшись взглядом с вожаком. В одно мгновение он пожалел, что предложил держать зеленых мантий в лагере. – Вот держи, шкура Горнорога , сейчас согреешься. – Обгенуса охаживал его правая рука, Бальзар. Прикладывая припарки на раны, он не отводил взгляда от Филисии. Хрупкая на первый взгляд предводительница мантий устроилась удобно среди разных шкур и необычайно красивых подушек, в центре шатра играло яркое пламя, плюясь искрами оземь. Обстановка была лучше некуда. - Ладно, я согрелась, пойду… может Трояна пришла, она любит в разведку уходить! Можно я возьму с собой шкуру она такая теплая, а снаружи холодно!? - Трояна не пришла и не придет! – Быстро ответил вожак. - Ее если я не ошибаюсь, схватили, когда маг ударил хвостом. - Что?! И ты молчал все это время? – Глаза Филисии пылали от злости. – Я иду за ней! - Погоди, Филисия-я! – Предводительница выскочила из шатра, направившись к Амосу. - Бальзар приведи ее, немедленно! – Рявкнул вожак с утробным рычанием, одновременно придерживая повязки и охая от боли. Озлобленная предводительница с братом, направилась к воротам. Тут ей пригородил путь Бальзар и двое оборотней. - Обгенус просил тебя вернуться, – его молот так и просился в бой. - Я не стану тут сидеть и ожидать пока мою подругу пытают эти твари! – Филисия ловко встала в боевую готовность, отгоняя паутину мыслей. - Предупреждаю в последний… - Бальзар! - Полуголый Обгенус, придерживая теплую шерсть, вышел из шатра, направившись к Филисии. – Если ты отправишься сейчас, тебя возьмут в плен, но, если ты переждешь, пока мои раны залечатся, я с радостью тебе помогу. – Неожиданно ноги его подкосились, но Амос подхватил его за плечо не дав упасть. Филисия усмирила злобу взяла его за талию и, придерживая Обгенуса, направилась обратно в уютный шатер. - Мы переждем, и как только твои раны заживут, мы отправимся к ползункам! - Само собой, и не думай иначе, - ответил вожак. Рассветало, утром было как никогда холодно. От огня остался только дым, медленно поднимающийся вверх. В шатрах еще дремали оборотни. Ворота были забаррикадированы бочками и крепкой телегой, но часовые все еще стояли на своем посту. Тут из леса по тропинке, легкой походкой вышел отряд. Стоящий на задних лапах оборотень, часовой, подал рев. Первый выбежал Бальзар, подбежав к воротам и высматривая через щель, он увидел, как его друзья подходят к лагерю. Солнце встало, раскинув свои первые теплые лучи, покрывая ими лес и лагерь. Оборотни начали оборачиваться в людские тела. Вот и началась суматоха. Кто-то бежал на родник, кто-то собирался на охоту. Женщины начали печь пряный хлеб в глиняных ямах, дети отправлялись за ягодами в лес. Все приносили свою лепту. Даже Ищейка бродила с охотниками-оборотнями по лесу. Отряд подходил к лагерю с северной тропы. Дойдя до дому Прим, их с радостью пустили и накормили. Вожак до сих пор спал от действующего отвара. А рядом, приобняв Обгенуса, лежала Филисия, согревая своим теплом. Амос помогал выстроить новые деревянные крепкие ворота, но уже с металлической обшивкой, дабы укрепить их основу. В лагере была суматоха, как на базаре. Полдень. Наворачивались тучи, яркое зарево сменилось угрюмыми красками. Отряд с нетерпением ожидал, когда Обгенус отойдет от сна. Ибо вести были из Обитель Создателя. Бальзар присел у костра, находящийся посреди лагеря, рассказывая отряду, что произошло в ночь нападения. - Так одну из мантий похитили? Но зачем? – Задалась вопросом Скейль. - Мы не знаем, видимо тот змее-маг что-то задумал! Ха… даже у гафринов есть маги. И как с ними бороться? - Пробурчал Бальзар. - Ну так его вы видели одного, других магов у них надеюсь нет! А у вас есть я! – Вымолвил Палтус, вызвав силу огня. Пламя костра поднялось столбом, жадно показывая силу. Столб огня утих, а жареный кролик обратился в пепел. - Ну, спасибо Палтус! – Скейль нахмурилась, а Авлеина с Фреймом усмехнулись. - Извините, пожалуйста, ха-ха! – ответил маг рассмеявшись. Улыбка Бальзара сменилась громким смехом и Скейль не смогла сдержаться. Обгенус с трудом приоткрыл глаз, услышав смех Бальзара. - Филисия вставай! У нас гости, – тихо прошептал на ушко Обгенус. - Какие гости? - предводительница мантий вскочила, увидев через приоткрытое полотно отряд, сидевший у костра. - Ах, это же отряд, он нам поможет отыскать Трояну! - Да, несомненно, поможет, - ответил вожак. Филисия затянула корсет и накинула зеленую мантию, выскочив к отряду стрелой. Она подошла к костру, вежливо поприветствовала и села рядом с Амосом. Вот и вечер, закат был настолько красив, что невозможно было оторвать от него глаз. Теплые, нежные краски покрыли пеленой лес, стало прохладно. Жены оборотней напекли хлеба, наварили рагу из оленины; из пойманных Ищейкой кроликов, сделали пироги. Стол был накрыт разными вкусностями и привезенными винами из столицы. Вечер был веселый и беззаботный, но, к сожалению, он подходил к концу, насытившись до отвала, и отряд и оборотни ожидали полночь в своих шатрах. Полумесяц поднялся высоко в мрачное небо и озарил кромешную тьму. Несколько оборотней, Бальзар, Амос и отряд экипировались и ожидали остальных у ворот. Из главного шатра вышли Филисия и Обгенус, они были экипированы в броню обшитой белой шкурой. Одна из жен оборотней сшила ей зимнюю экипировку, не столь тяжелая сколь теплая. Все были в сборе, и только время преграждала им путь для спасения Трояны. Темнота сгущалась. Все были озадачены, что ждет их в Забытых землях. Граница. Трещины в земле диаметром в метр отделяли живой и благоухающий мир от темного и бездушного. Странно, что их не поджидали. Тяжелой походкой группа ступила на земли гафринов. Смрадный запах от убитых пленников, ветром распространялся по всей округе. Обугленные ограды казались клеткой, для каких-то зверей, но вместо зверей там были заперты несчастные жители близлежащих поселений. Лицезреть такое было нелегко, складывалось чувство, будто этим тварям это было на потеху. Авлеина еще сильней сжала свой меч, направляя свой гнев в кулак. Палтус прикрыл лицо своей мантией, чтоб нос не чувствовал запах медленно разлагающихся трупов. Они дошли до распахнутых громоздких дверей большой скалы. Странно, но там тоже никого не было. «Видимо, нас ждут!», - подумал Палтус. Вход был просто огромным. Это был зал, в котором можно было поместить четыре двухэтажных дома. Тяжелые, ровные потолки держали четыре статуи гафринов на своих плечах. Зал кончался поднимающей лестницей, на которой стоял каменный трон. Середина зала соединялась с потолком каким-то магическим механизмом, внутри которого был большой кристалл ромбовидной формы. Неожиданно послышался звук, затем еще и еще. Тут с лева от трона выполз Гардан. Следом и гафрины, окружили отряд, со всех сторон выставив перед собой копья. - Глупцы… если вы думаете, что уйдете отсюда живыми, то вы глубоко ошибаетесь. Вы хотели спасти свою подружку, но в итоге вы все тут умрете. Убить их, но мага оставить! - Почему Палтус, а не я? – Возмущение Фрейма только напрягала ситуацию. - Фрейм давай не сейчас! – Гафрины сужали круг своими заостренными копьями, видимо для отряда все закончится здесь и сейчас. Возмущенный Фрейм спорил с Палтусом и неожиданно резким движением выстрельнул в гафрина, что был позади Элементалиста. - …вот что будет, если ты не согласишься! И вот, и вот. – Стрелы поражали гафринов одного за другим. И наконец, Палтус понял, битва началась! Маг встал в эффектную позу, его магический танец поразил молнией нескольких змее-воинов, и обратил в пепел еще одного. Обгенус яростно рявкнул, подняв боевой дух; в жилах полулюдей полузмей застыла кровь, но приказ есть приказ. Фрейм подставил две руки, и Скейль взмыла вверх, ее кисти резко выбросили сюрикены, и вот еще два гафрина были убиты. - И это все, у тебя больше нет подручных. Нет! Ха-ха, ну может где-то найдется? – насмехался охотник. - Фрейм замолкни, ты не знаешь своего врага! – дернула его за рукав Скейль. Гардан пошел на крайний случай, приказав привести Трояну. Пока Отряд разбирался с гафринами, Трояна стояла у края смерти. Нож, приставленный к ее горлу, жаждал крови. Приказ Гардана заставил отступить его воинов. Гафрины разошлись, и отряд увидел Трояну с представленным ножом к горлу. - Если хотите, чтоб она была жива, отдайте нам мага! Если не отдадите, я перережу её нежное горлышко. – злобно улыбнулся Гардан. - Я снесу твой котелок, если ты не отпустишь ее. Мы сильнее, и преимущество на нашей стороне! – Ярость Филисии вырывалась наружу. Трояна ожидала пока змее-маг ослабит хватку, и вот момент настал. Ее ловкие руки провернули кисть Гардана, тот подкосившись, свернулся от боли, и заложница ринулась к отряду. «АдрагарꭥХалис», - гибкие руки и магическое слово для заклинания… земля сотряслась и образовала стену между отрядом и Гарданом. - Дело сделано! А теперь сваливаем отсюда! – выкрикнул Палтус. Рысью отряд выбежал из большого зала и направился прочь от творений Титана. Перейдя границу Забытых земель, конь Трояны медленно останавливался. - Трояна, нам нельзя останавливаться! – Филисия натянула поводья. - Трояна? Из ее спины торчала стрела, а наконечник был красного оперения. «Нет, нет, нет», - спешилась Филисия. Амос подбежал первый, подхватил ее и аккуратно уложил на траву. - Подруга, я умру? Филисия, ты была хорошей подругой, кхе-кхе… пожалуйста… - Нет, подруга, не умирай. – Предводительница мантий задыхалась от накипающей боли в груди. – Держись, слышишь?! Палтус исцелит тебя! Скорее Палтус… - Отойдите! – подбежал маг. - Такс, посмотрим…, - парнишка приложил руку, энергией прощупав все органы, - стрела задела легкое… я не целитель, но попробую что-нибудь сделать! - Филисия, я не смогу… береги Амоса, не дай в обиду, обещай… - Не переживай, подруга. Он в надежных руках, - предводительница отошла в сторону в надежде лучшего в этой ситуации. Палтус кивнул в сторону Скейль и та, легкой рукой вытащила стрелу. Итак, Палтус, маг четырех стихий, защитник Эрдгарда, подмастерье Первого Чародея, выставил над Трояной руки и медленно читал заклинание: - Гарвия намастад, АшрангейΩХаливарсанда, - ладони мага окутала извивающаяся светлая энергия. Она засияла так, что ослепила всех вокруг. И вот, свет погас. Энергия вошла в ели дышащее тело Трояны. Никто не ожидал такого исхода событий, Амос не сдержался и убежал вглубь леса. Скейль уже хотела отправиться следом, но Авлеина взяла ее за руку и посмотрела на нее, в глазах бала видна только печаль. Амос бежал так сильно, будто ветер разгоняющий листву опавших листьев. Ему хотелось убежать от всего, не знать никого, жить без войны, но это только мечты. Жизнь, как жестока, так и благосклонна ко всему живому. Она может сильно потрепать, а может и наградить желаемым. Амос не сбавлял темп, и через мгновение он выбежал на поляну, это была окраина леса. Ноги перестали слушаться, и вот он снова бежал, время, будто замерло. Солнце стояло далеко в зените, оно согревало уже не так активно. Амос на бегу сбросил зеленую мантию, достал лук из-за спины и выстрельнул две стрелы вперед. Они врезались в древодуб, который стоял в ста шагах от него. Добежав до дерева, он легким перышком взобрался по стрелам на древодуб и уселся, ожидая время. Филисия стояла над булыжниками у дерева, вздымающего далеко вверх. Она стояла и рыдала, для нее все живое и не живое вокруг не существовало, сердце обливалось кровью при одной только мысли, что Трояны больше нет. Ее битва окончена, пусть покоится с миром, да простит ее Создатель. - Ты всегда будешь со мной подруга, я отомщу ей, Создатель поможет мне! Амоса я защищу, вы моя семья, я не смогла защитить тебя, но все сделаю, чтоб защитить его. - Филисия Негрида положила цветок Махнатуса на могилу, в последний раз попрощалась и упала в объятия Обгенуса. Тот ее крепко обнял. Отряд попрощался с Трояной, и все двинулись обратно в лагерь. Последние дни были тяжелые, но еще сложнее будет впереди. Армия врага набирала силу, черпая ее из недр скалы, и скоро это сила обрушится на Обитель Создателя! Глава 5 Метаморфоз 535 П.О. Конец осени начало зимы. «Мам не умирай, пожалуйста, не умирай. Ты нужна мне! Я не смогу без тебя…», «Сынок я всегда буду с тобой… моя сила, теперь она твоя…», «Не надо, прошу тебя, не уходи, пожалуйста, мам, ма-м!». Палтуса мучили сильные галлюцинации, жар не спадал сутками, состояние было критичное. Не помогали ледяные ванны, лед просто таял на глазах и закипал. Лекари не знали, что делать. - Первый Чародей, что с ним? Он заболел? Он весь горит, это какая-то магическая болезнь? – Друзья не знали, что можно было сделать, как помочь, куда отправиться, что достать. - Неужели… - воздух сжал легкие Первого Чародея - …это лихорадка не от болезни, его сила перерождается! Если телесная оболочка выдержит, он обретет контроль над стихиями. - А если нет… может в библиотеке есть что-то! – Авлеина выбежала из поместья Магнуса и направилась в библиотеку. - Если его оболочка не выдержит, энергия поглотит это здание и будет большой взрыв, – тяжело вздохнул старец. - А где Авлеина?! – задалась вопросом Скейль и быстро отвлеклась другим. - Надо что-то сделать, нельзя просто так сидеть и смотреть, как он мучается! - Я могу забрать только мельчайшую часть магии, что облегчит его состояние на несколько часов, но последствия могут быть непредсказуемые. Эта сила может сделать меня сильнее, а может и убить вовсе, - ответил Магнус. Прошло несколько часов, у Палтуса снова появились галлюцинации. Магнус попросил друзей привязать к кровати юного мага, дабы он не навредил себе. Столы в комнате неожиданно начали дрожать. Воздух разрядился и начал вращаться вокруг кровати; следом, вода в кувшинах выползла извивающей змеёй и начала вращаться над Палтусом. Все были в изумлении; несколько горшков с лекарственными травами полопались и земля, словно магнитом, притянулась к кровати, также вращаясь, как и остальные стихии. Судя по порядку, следующим был огонь. Пламя из камина закряхтело и полетело в юного мага. Все элементы были готовы. «Началось! Отойдите все назад, быстро!», - с трудом проговорил Магнус. Элементы природы образовали непробиваемую оболочку, поднимающуюся над кроватью, в которой находился Палтус. Оставалась ожидать перерождения. Тут чуть ли не проломив дверь, в комнату вбежала Авлеина. - Создатель мой, что тут произошло? – Глаза Авлеины полезли на лоб, увидев происходящее, - Ладно, объясните потом, посмотрите, что я нашла… Стальная леди с грохотом положила книгу в центр стола, указав на символы и эмблему. - Книга с эмблемой Феникса! Первый Чародей я-я… - Ты была в архиве… - старец покачал головой. - Эту книгу написал Орден Феникса, мне приходилось читать ее. В ней описан один ритуал, но-о… - Магнус посмотрел на мучавшегося парнишку в куполе из стихий. - Но, что?! Первый Чародей других вариантов нет! – воскликнул возмущенный Фрейм. - Этот обряд придумал древний Орден Феникса. Чтоб упростить перерождение, обряд должен был обращать таких, как Палтус, одаренных, в кристаллы, почему в кристаллы, потому что кристалл имеет свойство накапливать энергию, в нашем случаи магическую. Вот только не все так просто. Первый и последний раз мы с моими братьями попробовали провести обряд с его матерью Сефидой. Она… обратилась… - Магнус медленно переводил дух - … в красивую, но жестокую Мориталью! - Но как это возможно, ведь вы сами сказали… постойте, вы сказали Мориталью?! Мать Палтуса - Мориталья? – Авлеина посмотрела Первому Чародею в глаза. Все, корме Магнуса были в изумлении. Старец подошел к столу, посмотрел в книгу и окунулся в воспоминания. - Это была моя вина, мы ей не рассказали, что собираемся сделать; ее лихорадило, и я не мог смотреть, как она мучается. Под рукой у меня была та самая книга. Я не хотел ее применять, так как она была не закончена. И я ее отложил, продолжая наблюдать перерождение. Затем Сефида начала сопротивляться… она перебила моих братьев по бою, и я пошел на крайние меры. Собравшись с силами и прочитав заклинание, я обратил ее в кристалл и не знал, что делать дальше. Но я недооценил ее силы, ее мозг продолжал сопротивляться, кристалл треснул и раскололся пополам, образовав всплеск энергии разрушительной силы. Я создал барьер, но меня все равно откинуло на несколько метров; выбравшись из-под обломков, мои глаза чуть не вылетели из глазниц. Сефида Битворожденая обратилась в необычного, красивого гафрина. Ее воспоминания стерлись, магическая энергия исказила ее телесную оболочку. И я не хочу, чтоб это повторилось с Палтусом! – Скупая слеза прокатилась по морщинистой щеке старца. - Что? Сефида - это Мориталья? Но как? - В голове Авлеины переплеталось тысяча вопросов. - Я расскажу эту историю, но не сейчас! Время уходит! - Холодный взгляд пронзил Авлеину. - Но почему вы сразу не обратили ее в кристалл? - Скейль подошла к Магнусу, положив руку на плечо. - Этот ритуал написал один мастер из ордена, на основе своих опытов. Он дошел до третьего этапа, а на следующий день умер, и по сей день, причина смерти неизвестна. Никто не хотел продолжать его, все боялись этой силы, - стиснул зубы Магнус. - Может у вас получится закончить его?! Это же Палтус… постарайтесь для него, не совершайте той же ошибки, - Фрейм присел рядом со старцем. - Да! Я сделаю это ради Палтуса. Отойдите дети, сейчас Магнус встряхнет своими костями. – Скейль улыбнулась и приобняла Первого Чародея. Глава отряда поднялся со стула, встав перед Палтусом, взял книгу и начал ритуал Перерождения. Магнус читал, и голос его был громким, и все вокруг будто застыло. Мантия колыхалась из стороны в сторону, словно трава колышется от сильного ветра. Седые волосы, как и шелковистая пепельного цвета борода развивались в невесомости. Подумать только насколько магия красива, убийственна, нежна, целительна. Ее можно было назвать любым словом, ведь у нее нет границ. Сила безгранична, разнообразна, нужно только захотеть, почувствовать, окунуться в нее, отдаться ей, и она примет тебя. Чистая энергия, что течет в каждом маге, живая, это как вторая душа. Не зря мудрейшие чародеи говорят: «Душа телесная, идет рука об руку с душой прелестной». Книга потеряла гравитацию, Первый Чародей выставил руки в стороны и произнес завершающие магические слова. Энергия ударила в барьер, уничтожив его. Затем Палтуса подхватила природная энергия и обернула в кристалл. Первый этап завершен, книга осталась в невесомости. Второй этап. Руки Магнуса вспыхнули магическими знаками, затем удар ладоней. Образовавшийся всплеск откинуло отряд назад. - Держитесь!!! – Крикнул старец. Удар повторился, кристалл начал светиться. Второй этап закончился. Вот и настал тот момент, момент третьего этапа. - Если кристалл аккумулирует энергию, помогая перерождаться… энергия, отпускает душу! Хммм, - рассуждал глава отряда. - …мозг включает инстинкт самосохранения и тело начинает сопротивляться. Нужно отключить центральную нервную систему на несколько секунд! Точно! – Воскликнул Магнус. Итак, Первый Чародей приступил к третьему этапу. У него оставалось не так много сил, но он старался ради Палтуса, ради сына Сефиды. Снова магические знаки вспыхнули на руках Первого Чародея, образовав поток энергии. Она обвила кристалл и впиталась, будто земля впитывает дождевую воду. Яркий кристалл перестал светиться, в нем был виден Палтус… обнаженный, невинный, чистый, словно младенец. Теперь светился только позвоночник и головной мозг. Это было поразительно, отряд стоял и наблюдал за ритуалом, не проронив ни звука. Для этого зрелища нельзя было подобрать даже слова. Магнус упал на одно колено и немного покашливал. Авлеина выступила вперед, но старец махнул рукой, чтоб та стояла на своем месте. Ритуал был еще не закончен. Несколько минут и кристалл словно ожил, вновь засветившись. Магнус выставил руку вперед и прочитал заклинание антимагии. - Флаерр Баеерус Ω Ивлинг, - поток энергии покинул кристалл и рассеялся. Ритуал закончен. Обессиленный старый чародей потерял сознание, но Скейль подхватила его, прокатившись по полу. Осталось только ожидать, пока кристалл отдаст порциями аккумулированную энергию. Рассветало. Утренний прохладный ветерок повеял в открытое окно, пройдя по комнате, которая была в хаосе разбросанных книг, личных вещей и поваленных стеллажей. На кровати отдыхал Первый Чародей, а у двери сидя похрапывали остальные. Скейль медленно приоткрыла глаза, лениво зевнула и осмотрелась кругом. Магнус лежал на кровати, укутавшись в теплое одеяло, Авлеина и Фрейм лежали рядом. Она встала и подошла к расколовшемуся кристаллу, но там не было Палтуса. - Ребята! – громко произнесла разведчица. Авлеина открыла глаза и схватилась за меч, а Фрейм все еще крепко спал, пачкая слюной наплечник Авлеины. - Вставай… Создатель, когда ты последний раз мылся! - Авлеина сморщилась и толкнула охотника, но тот возмущенно нахмурил брови и упал на другую сторону, продолжая свой сон. Скейль и Авлеина стояли над кристаллом и осматривали следы; странно, но их не было, он ведь не мог испариться. - Хммм, - произнес Первый Чародей за спинами девушек, - всплеска энергии не было, значит он жив. А следы?! Не понимаю. Он не мог уйти через дверь, так как она заперта. Окно открыто! Может через нее. – Старец выглянул в окно, поместье в два этажа. Интересно мог ли он спрыгнуть, не повредив себе кости. - Ну что ребят, нашли нашу ходячую проблему?! Ах, - зевая, произнес Фрейм за их спинами. Выпал первый снег, окутав город в белую пелену. Морозная свежесть, хруст снега под ногами, вот и явился зимний дух. Гильдия магов; боевая арена; удар ладонями образовал кинетическую волну, которая разнесла в щепки боевое чучело. Затем взмах руками образовал плюющееся пламя из ладоней мага, резкий разворот и движение рук, как еще одно чучело разнесло в пух и прах от смертоносной молнии. Энергия так и бурлила в Палтусе. Она преобразовывалась с легкостью, теперь антимагия давалась легче. Каждое заклинание было более сильным, чем раньше. И вот элементалист снова подпрыгнул, сделал пируэт, движение рук, для преобразования энергии и каменная глыба снесла одну из стен боевой арены. От сильного грохота все выбежали из гильдии, разинув рот. Палтус медленно повернулся к ним в улыбке. - Смотрите! – Выкрикнул Первый Чародей. – В гильдии что-то творится, одна из стен упала. Скорей туда! – Магнус приподнял подол мантии и поспешил к выходу с отрядом. Палтус стоял над столом Первого Чародея, где были большие тома коллекционных книг. Он расхаживал туда-сюда, не зная, что сказать, когда явится отряд. Авлеина влетела, чуть не сломав дверь, а за ней Скейль и Фрейм. Отряд был в изумлении, увидев Палтуса. Белая экипировка из прочной кожи, изумительный наплечник, который крепился ремешком из золотой вышивки, а сзади свисала бордовая мантия. Глаза его сияли голубой радужкой, а волосы окрасились в еще более светел рыжий цвет. Кристалл не только помог аккумулировать энергию, но и внешность поменять. - Ребят, я… - через минуту маг вспомнил, что среди них нет Первого Чародея. – А где Магнус? Авлеина и Скейль встретились взглядом, и отошли в сторону. Из-за двери медленно перебирая ногами вышел глава отряда. Старец посмотрел Палтусу в глаза, и ужас охватил его, и глаза загорелись воспоминанием, и старец пробудил магическую силу. Палтус встретил магический взгляд Первого Чародея. Это была проверка сил. Кто же сильней?! Между ними находиться было смертельно опасно, отряд отошел назад, чтоб их не задело. Подумать только Первый Чародей, которому уже сто двадцать шесть лет, был еще силен, как в молодости. Воздух сжался меж двух огней и перетягивал то в сторону парнишки, то в сторону Магнуса. Глаза вспыхнули красным пламенем у главы отряда, а синее горело в глазах юного элементалиста. С грохотом поток неимоверной энергии пробила пол, Первый Чародей не сдержался от такой силы - его откинуло назад через дверь на балкон главного зала. Палтус перепугался, от того что он мог его покалечить. Парнишка выбежал в зал с потом на лице, но там никого не было. - Кого-то потерял, внучок? - проговорил хриплым голосом Магнус ха спиной. - Дедушка! - воскликнул парнишка. Взмах руки главы гильдии заставил пол починиться, осколки, щепки, все встало на свое место, будто ничего и не сломалось. Магнус и отряд вышли из гильдии, направившись в его поместье. Палтус обрел более мощную магическую энергию и это насторожила Первого Чародея. Он еще юн для такой силы. Ему надо научиться сдерживать эмоции, тренировать себя. Найти, "Вратмир" - покой, как говорят маги. Обретешь покой, обретешь и мудрость. Сегодня он с друзьями, но завтра может..., впрочем, Создатель на его стороне.