Что было дальше?

Очнулась Маша в полной темноте. Не было видно абсолютно ничего, голова раскалывалась. Даже просто пытаться всмотреться в темноту было больно, она закрыла глаза, полагаясь на осязание. Она была привязана к какой-то железной палке, а сидела, судя по всему, на стуле. Возможно что палка это часть его спинки, раз уж руки сзади. Да, так и есть. Ноги не привязаны ни к чему и скотча на лице больше нет. Но сил кричать, кажется, тоже. Да и принесёт ли это пользу? Стоп. Странно то, что она вообще жива. Её ведь везли убивать… Может это они так гениально пошутили? Черт их знает… - Ай… - Тихо шепнула себе под нос девушка. В виски долбили пульсирующие волны, затылок болел, вся голова будто трещала, тело было слабым просто до ужаса. Сделав глубокий вдох, Маша открыла рот чтобы закричать, но вышло лишь сдавленное «А-а-а», во рту было ужасно сухо. «Ну все, теперь засохну тут. Наверное это их прекрасный план для мучительной смерти. В темноте, без еды и воды. Хотя и шанс на выживание есть, если руки развяжу. Но как же болит голова…» - Чтобы этого Серёжу трактор переехал… - выругалась Маша себе под нос. Откуда-то из-за спины донеслось тихое хихиканье. Девушка дернулась от страха. Она здесь не одна. Значит сейчас её убьют? Весело, ничего не скажешь. - Как чувствуешь себя, любительница булок? – Сзади послышались шаги, медленно приближавшегося парня. Этот голос было трудно не узнать. Сергей шел медленно, нарочно шаркая подошвой обуви по полу. Маша грустно усмехнулась. - Бывало и лучше. Учитывая что я даже не знаю за что мне всё это. – Хотелось плакать. Очень хотелось, но голова разболелась бы ещё сильнее, поэтому Маша старалась упорно думать о единорогах, чтобы мысли не нагоняли ещё больше паники. - С каждой минутой всё сильнее удивляюсь твоей тупости. – В помещении загорелся свет. Яркость била в глаза, с непривычки Маше даже больно стало на секунду и она зажмурилась, - Хочу лицо твое хитрое видеть. – Подойдя вплотную, Сергей взял ее за подбородок и направил голову к себе, заставляя смотреть наверх. Его холодный и жестокий взгляд словно проникал в душу, но Маша этого не видела, все ещё жмурясь от света. – Глаза открой. – Строго сказал он, сильнее сжимая подбородок девушки. - Да больно же! – Уже со сходящим на тон плачущего человека голосом сказала Маша. Она устала. Не понимала, почему всё это происходит с ней, почему он такой злой и грубый, почему её побили и теперь хотят ещё чего-то. Она просто хочет быть дома, в своей постели, с плюшевым котом подмышкой смотреть слезливые сериальчики и восхищаться красивыми актерами, а она здесь! В каком-то непонятном то-ли гараже, то-ли ангаре, с абсолютно незнакомым ей парнем, который ещё и главарь какой-то бандитской группировки. Вся эта ситуация даже хуже чем в индийских сериалах. Слезы покатились по щекам и Маша начала хныкать. - О Боже, какой дешевый трюк. Ты думаешь я поверю твоим слезам? – Громко произнес Сергей, грубо отбрассывая подбородок Маши в сторону, у неё даже голова повернулась. - Да что вы за конченные?! – Голос девушки уже сорвался на крик, - Я просто ребёнок, блять! Я в одиннадцатом классе учусь, чему тут верить?! – Захлебываясь своими слезами, сквозь всхлипы пыталась прокричать она. Глаза были ужасно красными, из носа уже подтекало, и она случайно плюнула ему в лицо, проговаривая все это. Отчаяние и страх завоевали первое место среди её эмоций сейчас. Да, она абсолютно простой человек, она обычная школьница которая ничем не отличается от других… Но она поняла, что совершила фатальную ошибку, когда пошла на такой риск. - Серьёзно, ты будешь возрастом оправдывать то, что работаешь на моих конкурентов? Боже, да где тебя такому научили. – Сергей засмеялся, присев на стол и вытирая щеку тыльной стороной ладони. Маша приоткрыла глаза и огляделась, пытаясь успокоить себя, но получалось ужасно. Осознание того, где она находится только сильнее раздосадовали. Это был какой-то гараж с кирпичными стенами, неровным бетонным полом, на котором уже в некоторых местах были трещины или царапины. В середине помещения стоял железный стол, сзади него, на стене, висели инструменты, а с другой стороны стоял ящик. Относительно пусто, но что-то да есть. - Какой к черту возраст… Где научили? Я ничего не понимаю, правда… - Уже в полном отсутствии мыслей произнесла Маша сиплым голосом, опустив голову. На джинсы падали капельки слез, образовывая на них влажные пятна. Светлые волосы растрепались и лезли в глаза, руки уже затекли и немели от такого положения, а голова начинала болеть сильнее. - Ты сейчас серьёзно или из тебя реально актриса хорошая? – Сергей сомнительно покосился на Машу и встал со стола. – Ну-ка, посмотри на меня. – Подойдя ближе, он с обеспокоенным видом стал пытаться вглядеться в её лицо. - Да иди ты нахуй. – Тихо, с презрением и грустью произнесла девушка. А что ещё можно сказать этому человеку? Быть вежливой? Бред. Нет ни капли желания. Сергей выпрямился и засмеялся. - Вот так значит? Ну, как скажешь. Счастливо оставаться и сгнить здесь. – С абсолютно безмятежным и безразличным видом он прошел за спину Маши, направляясь к выходу. Он уже подошел к выключателю, чтобы отключить свет, но остановился. Он ждал, чтобы его попросили остановиться. Чтобы его умоляли о пощаде, хныча и пытаясь вымолить прощения. Но он этого не слышал. Маша просто сидела на стуле, прикованная к нему за руки и опустившая голову. Она как будто уже смирилась с такой участью как смерть. Сергей немного воодушевился, снова улыбнулся и облизал губы. Свет в комнате погас, а через пару минут послышался скрип закрывающейся двери. Снова одна. «Что мне делать…» - Сморщив лицо, Маша хотела снова заплакать. – « Нет, нельзя. Думай, думай, думай… Как выбраться отсюда?» Попытка подвигать руками была хорошей идеей, потому что она хотя-бы ощутила что они вообще есть. Веревка крепко впивалась в кожу и уже начинала натирать запястья. Подвигав пальцами и попытавшись расширить пространство для рук, Маша просто начала смеяться. Боже, какой абсурд. Может это всё сон или какой-то очень неудачный пранк? Хотелось бы чтобы сейчас сюда зашла съёмочная группа и сказала что шоу окончено и она свободна. Но кажется, ничего подобного не намечалось. Как же всё таки глупо получилось. В погоне за мнимой славой и успехом она теперь вынуждена будет платить своей жизнью за минутную слабость. Если бы она тогда не вылезла, а осталась сидеть у стенки… Ничего бы такого не случилось. Мысли о собственной никчемности и тупости постепенно уничтожали и смех сменился всхлипами рыдающего человека. Как много она плачет… Но ничего не поделать, это эмоции, а эмоции свойственны каждому человеку, особенно в подобной ситуации. Прошло неопределенное количество времени к тому моменту как Маша хоть немного успокоилась. Джинсы уже промокли очень сильно и по ногам шел холод. В целом в помещении было прохладно. Нос заложило, глаза еле открывались, голова была как будто чугунная, клонило в сон. Но уснуть значило почти тоже самое что сдаться или заболеть. Хотя перед смертью нет разницы, замерзнешь ты или произойдет что-то другое. Маша поддалась соблазну отдыха, если вообще реально отдохнуть в такой позе, и закрыла глаза. Через какое-то время она наконец-то уснула с открытым ртом.