День 1 глава 5 - Только маме что я воюю не говори

      Так началась их история: человек и монстр. Такие разные и такие похожие.       Крис лежал в постели, чувствуя облегчение: "Больше нет страха, нет слёз, нет оскорблений, нет боли... Тьма уходит". Он взглянул на групповое фото своего класса, увидел драконьи клыки и осознал: теперь это защита, а не угроза. Пять минут спустя он сладко спал, так спокойно, как никогда с самого рождения.       Возвращаясь в свою комнату, Сьюзи думала о Крисе: "Почему сердце так билось и хвост вилял, когда я была рядом? Чё я, втрескалась в этого пацана? Ха!". Она резко остановилась и ахнула, глаза расширились в осознании, вертикальные зрачки уставились в никуда, дыхание прекратилось и улыбка сошла с лица. Девушка осознала, что действительно полюбила этого озорного коротышку. Она ещё раз вытащила нож, чтобы напомнить себе об его маленьких тёплых ручках, пушистой шевелюре, пахнущей яблоками, и добром, измученном взгляде.       Сьюзи не могла уснуть из-за всех этих мыслей, а ведь завтра должен быть важный день: она не могла себе позволить спать во время теста. Поглядев в окно пару минут, бывшая задира решила прогуляться по ночному городу: бункер не давал ей покоя, она хотела знать больше о том сварливом механике.       Ночной Хоумтаун был похож на город-призрак: все дороги, дома, пустые улицы в целом были покрыты мраком ночи. Лишь Сьюзи не спалось. Подходя к бункеру, она услышала, как кто-то играет на гитаре, и чем ближе она подходила, тем отчётливее становились слова песни. Девушка-дракон решила молча послушать:       Привет малышка, моя родная, ну, как дела?       Наверно к дому зима дорожки все замела.       В небе над Звёздным тают звёзды в лучах зари,       Ты только маме что я на войне не говори...       В небе над Лётным тают звёзды в лучах зари,       Ты только маме что я на войне не говори...       Сегодня ночью орлиной падлой был танк подбит.       Механик-водитель в ящике чёрном домой летит.       Завыть бы матом: "война-падлюка, в огне гори!",       Ты только маме что я воюю не говори...       Завыть бы матом: "война-падлюка, в огне гори!",       Ты только маме что я воюю не говори...       Придёт суббота, бельё починим, и чёрт с войной.       Не спят ребята, и запах пота - был трудный бой.       Опять из боя не вышло трое - хоть плачь, ори...       Ты только маме что я воюю - не говори...       Опять из боя не вышло трое - хоть плачь, ори...       Ты только маме что я воюю - не говори...       Опять с ребятами идём на караван.       Горы стреляют, чёрные гнёзда - Арко-Шаран.       С другом Саней что он вернётся держу пари,       Ты только маме что я воюю не говори...       С другом Саней что он вернётся держу пари,       Ты только маме что я воюю не говори...       Опять девчонке я шлю горячий большой привет,       Но что-то долго мне из дома писем нет.       А если спросят, о чём пишу я, ну что ж, соври,       Ты только маме что я на войне не говори.       А если спросят, о чём пишу я, ну что ж, соври,       Ты только маме что я на войне не говори.       Сидя у ржавых красных ворот, девушка тих всхлипывала, закрывая лицо лапами: эмоции и так её переполняли, но эта песня просто добила. Она долго плакала, и, сама того не заметив, уснула.