~14. Ты нужна мне

Даже самым святым ангелам порой вырывают крылья

***

Солнце медленно вставало из-за горизонта и слепило глаза. В воздухе витал запах озона, а на траве была свежая роса. Утро встречало лёгкой прохладой, хорошо отправляя разум и тело. Две лошади неслись по просторному полю, стараясь обогнать друг друга. Их гривы развивались на скорости, а копыта глухо стучали о землю. Оба наездника крепко держались за поводья, лицами встречаясь с ветром. Они уехали рано утром из дома, пробравшись мимо охраны и забрав лошадей из конюшни. Братья понимали, что если их поймают или о выходке узнают, то им не поздоровится, но желание получить дофамин и адреналин перекрыли все страхи. Хотелось ощутить свободу и встретить рассвет в чистом поле. Лошади остановились возле одиноко растущего дуба. Брайан первым слез с коня, а затем, последовав примеру, и Ходж. Барон и Ворон — так звали лошадей — принялись щипать сочную зелёную травку. Шатен подошёл ближе к дубу, укрываясь от яркого солнца в тени листвы. Брат встал рядом, опираясь телом о мощный ствол дерева. Они молчали некоторое время просто любуясь природой. Чуть дальше была видна небольшая река, а за ней находился лес, в котором они иногда охотились с отцом. Здесь было хорошо и уютно. Даже молчание не вызывало напряжение, а лишь наоборот, только умиротворение. — Хорошо здесь, — первым заговорил Брайан. — Нет людей и можно побыть наедине с самим собой и с собственными мыслями, — несмотря на свои шестнадцать лет, он уже по-настоящему умел ценить одиночество, и даже предпочитал его шумным компаниям. — Значит, ты меня за человека не считаешь? — пнул его в бок Ходж. — Эй! Ты же понял, что я не это имею ввиду. И да, не считаю. — Ах ты засранец мелкий, — он обхватил рукой его шею, нагнул к себе и потрепал по волосам. — Я только уложил волосы, Ходж. — Говоришь как девчонка. — Кому как ни тебе в этом разбираться, — подколол его Брайан, вежливо давая намёк на бурные похождения брата. — Завидуешь? — Нет. — Я тоже себе нет, — старший брат отпустил его и прислонился головой к коре дерева. — Тогда зачем так живёшь? Тот ничего не ответил, лишь проводил взглядом покачивающуюся ветвь. Брайан не стал продолжать разговор. Ни к чему это не приведёт да и ему не особо важно. Спустя какое-то время Ходж отошёл от брата, медленно обходя дуб. Остановившись с другой стороны он встал напротив выцарапанной ножом фразы: «H+B=brothers». Она была кривой, но зато имела очень большую ценность. Брай подошёл к брату и с улыбкой взглянул на старую гравировку. Пусть ему и было тогда десять лет, но он хорошо помнил, как Ходж старательно пытался выцарапать на дереве их инициалы. А ещё у них даже был небольшой спор, потому что изначально планировалось просто «H+B=B», но тогда получалось бы не очень красиво и несправедливо. В сердечек было делать глупо, так как они не влюблённые. Пришлось Ходжу целиком выцарапывать слово «братья». Брайан провёл рукой по стволу, где находились следы от стрел. Он сразу вспомнил как отец учил его стрелять из лука. Тогда он ни одного раза не попал по мишени. Тогда он расстроился, но сейчас эта ситуация вызывала у него смех. — Брай, — Брайан повернулся к Ходжу. — Я люблю тебя. Я всегда буду рядом, чтобы помочь или, если нужно будет, защитить тебя. — Я знаю, — он улыбнулся и положил ему руку на плечо. — Мы же семья. Ты тоже можешь на меня рассчитывать. Не смотри, что я младше на шесть лет, это не приговор. — Нам уже наверное пора возвращаться. Ну что, кто быстрее доедет до конюшни? Они вместе побежали к своим лошадям, которые мирно щипали траву. Оседлав их, братья с счастливыми лицами поехали навстречу ветру.

***

Брайан проснулся от настойчиво звонящего будильника. Тело практически не ломило, после того, как он вчера помог Кэтрин перевезти вещи. Приоткрыв глаза, он нашел телефон и выключил мелодию. Сев в постели, он провёл рукой по волосам, а после слабо улыбнулся. Он давно не вспоминал родителей и то, что было до их смерти, но этот сон вновь погрузил его в теплые воспоминания. Одевшись в свою привычную домашнюю одежду, Брайан спустился вниз. В душе возникло желание арендовать где-нибудь лошадь и поехать покататься. Всё же написание картин и разрисовывание стен на заказ не единственное, что ему нравится. Налив воду в электрочайник, он сел за стол и откинулся на спинку стула. Всё больше воспоминаний стало всплывать у него в голове. Это были как хорошие моменты, так и не очень. Тем не менее он понял, что ему нужно съездить на могилу к родителям. Он редко ездил не потому, что не любил их, а потому что банально просто боялся. Боялся вновь расплакаться, уйти в себя. А вот Ходж наоборот посещал их гораздо чаще. Возможно, потому что не отпустил до конца, а возможно, потому что именно там он находит умиротворение. — Каким бы сильным ты не хотел казаться, я всё равно вижу, как тебе тяжело и больно. Но ты держишься ради меня. Спасибо за это, — в комнате никого не было, поэтому никто не мог услышать этих слов. Как только вода закипела, Брайан достал свою кружку, засыпал в неё чай и залил кипятком. Из холодильника он достал недоеденную горькую шоколадку и сел обратно за стол. Параллельно с чаёвничеством он листал новости а телефоне, желая узнать, что нового произошло в мире. Возможно, его брата собираются посадить, а возможно, он и вовсе умер. Кто знает, во что он мог влезть. И это всего лишь за одну ночь. На улице мимо окон проскользнула тень. Брайан поднял голову, но никого не увидел. Непонятное чувство поселилось у него в груди. Игра воображения? Возможно. Принявшись дальше пить чай, он как будто чувствовал на себе чужие взгляды. Либо это паранойя, либо за ним действительно кто-то следит. Встав из-за стола он вышел на веранду, осмотрелся вокруг, но никого не увидел. Тогда он подумал, что возможно ему просто почудилось, а потом он себя накрутил. Так, отогнав прочь все мысли, он вернулся в свой дом.

***

В незнакомом кабинете было довольно темно. Свет исходил от настольной лампы и от мерцающей люстры, которая вот-вот перегорит. Охрана стояла за дверьми, не нарушая личное пространство босса по его же приказу. Где-то дальше играла музыка, глухо доносившаяся до кабинета. Пока люди развлекались в казино, играя, выпивая и наслаждаясь обществом проституток, Оушен сидел в своём кожаном кресле, мечтая расправиться с его главным врагом и проблемой — Ходжем Бейкером. — Этот гадёныш вчера закрыл долг этой потаскухи, — в руках он вертел карандаш, который мечтал вставить ему в глотку. — С чего ты взял, что это он? — с хитрой ухмылкой спросил его собеседник. — Почерк его, — сжал Оушен карандаш. — Тем более, он отправил вместе с деньгами сообщение. — А нельзя просто прижать эту девчонку? Прижать где-нибудь и сказать, что так не идёт. Что долг должна отдавать именно она и лично в руки. А теперь ей придётся отдавать ещё больше. — Думал об этом с самого начала, но ведь нужно быть и осторожным. Если Бейкер сделал это, ещё и добавив сверху проценты и угрозу в письме, значит всё более серьёзно. Он держится за эту девку. Если навредить ей, то он принесёт мне не меньше проблем, а это сейчас ни к чему. И теперь у меня меньше власти над ней, — как заключение сказал он сам себе и с силой отбросил карандаш на пол. — А что за "она"? Какая-нибудь проститутка? Сирота? Просто несчастный человек? — Можно сказать три в одном, — зло усмехнулся он. — Её имя Кэтрин Хилл. — Знакомое... — под нос пробубнил собеседник. — Конечно, знакомое. Во всех новостях писали, что Ходж Бейкер вывел в свет свою помощницу, которую никто до этого не видел. Говорили, какая она красавица, но как остра на язык. О ней знают многие, благодаря ему. Но вот сделал он это специально или нет — другой вопрос. — Мда, время идёт, а практически ничего не меняется. Те же перепалки, те же проблемы, те же планы, только вышедшие на новые уровень. Тяжело это всё. — Ты скоро сам будешь всем этим управлять, сынок. Но я ещё пока что посижу на своём месте. — Я сильно и не претендую, — он вальяжно откинулся на спинку стула. — Пока. — Время покажет. Оно пока ещё на нашей стороне. — Думаешь? По-моему Бейкер перетягивает на себя одеяло всё больше и больше. — Ооо, поверь мне, он не такой святой, каким кажется. И за Ходжем есть грешки. И он прекрасно о них знает и помнит. А я... Я периодически напоминаю ему о них, — на лице Оушена появилась зловещая ухмылка. — Так что как ни крути, а козырь то у меня в рукаве.

***

Клуб Сириус 09:20 Ночь выдалась довольно лёгкой, но тут, как к несчастью, нагрянул конец месяца. Это означает, что предстоит генеральная уборка во всём клубе, и участвовать будут все. Повара и работают на кухне, официанты в зале и на втором этаже, уборщики во всём основном клубе. Кэтрин, как бармену, нужно наводить порядок в баре. Ей повезло, что она не одна и в помощниках у неё есть Юджин. Доминик вместе со Стефано убирали свой кабинет и наводили порядок с бумагами. Ходж приехал только ночью, пробыл в клубе два часа и уехал куда-то. В общей беседе клуба он написал, чтобы генеральную уборку начинали без его присутствия. Кэтрин старательно протирала поверхность барной стойки, стараясь оттереть все пятна от разлившихся сладких коктейлей. Юджин помыл все рюмки, стаканы, фужеры и бокалы, а теперь стоял их и вытирал насухо. Иногда рядом подметали и мыли пол уборщицы, составляя небольшую компанию. — Чего такие кислые? — появился вдруг Доминик и облокотился на стул. — Ты что, оставил бедного Стефана одного со всем возиться? — спросила Кэтрин. — Во-первых, он не бедный, я ему до этого много помогал. Во-вторых, он взрослый мальчик и разберётся без моей помощи. Плюс ко всему сейчас настал мой перерыв в нашем графике, — в ответ на это Кэтрин выгнула бровь в немом вопросе. — Он час назад выходил курить на двадцать минут, так что считаю всё честно. И вообще, я вчера так усердно помогал тебе с Брайаном носить ящики, так я вообще самый бедный и уставший. Хотя точнее уже позавчера. — Ты переехала? — повернулся к Кэтрин Юджин. — Да. Мистер Бейкер купил мне квартиру. — За сколько брали? — Миллион триста, — ответил Дом. — Ого. Мне бы кто такую квартиру подарил. Хотя меня и моя пока вполне устраивает. — Вам не кажется, что здесь как-то тухло? — быстро сменил тему блондин. — Конечно, — согласился Юджин. — Ты же сюда пришёл. Вот и завоняло. — Ах ты ж чёрт. У Кэтрин уже нахватался. Я вообще про то, что не мешало бы включить какую-нибудь музыку. Что сейчас самое модное? — он достал телефон и принялся искать музыку. — «Cheri cheri lady», — ответила Кэтрин. — Хит сезона. Только вчера написали. — Не сомневаюсь, но хочется чего-нибудь необычного. — На его языке это значит, что он сейчас включит какой-нибудь кринж, — на ухо Кэтрин сказал Юджин. — О, то, что надо! — он нажал на кнопку и из колонок в клубе заиграла песня Cardi B «Bongos». Текст был очень откровенным и даже вульгарным. Юджин закатил глаза, Кэтрин покачала головой, а Доминик начал пританцовывать. Как по заказу в это время в клубе появился Ходж. Услышав играющую музыку, он замедлил шаг. Остановившись в поле зрения Доминика, Кэтрин и Юджина он ждал, пока кто-нибудь его заметит. Первым это сделал Уоррен. Он подскочил на месте от неожиданности, увидев босса. Тогда Ходж подошёл ближе, а Дом выключил музыку. — Что за пошлятину вы случаете. Чтоб в моём клубе этого больше не было. А то уволю, — он посмотрел на Кэтрин с Юджином. — Всех. — Эй, мне работа нужна, — ответил Дом. — Мне тоже! — тут же сказала Кэтрин. — Не-не-не, я тут дольше работаю, поэтому увольняйте лучше её. — Вот именно, что ты уже старый пень, так что дай перспективную дорогу молодым. — На камень ножницы бумага? Доминик положил телефон на стойку, а Кэтрин отложила тряпку в сторону. Каждый сложил руку в кулак, начиная играть. — Цу, е, фа! — произнесли они вместе. Первой выиграла Кэтрин. Тогда решили, что до трёх побед. Следующие два раунда были удачными для Доминика. Однако, в следующий раз Кэтрин догнала его по очкам. Остался финальный раунд, где они узнают, кто же победил. — Цу, е, фа! Да! — Кэтрин радостно подняла руки вверх. — Соси! — Ах так? — парень достал из заднего кармана карточку из игры «Уно» перевод хода. — Эй, так не пойдёт, — влез неожиданно Юджин и откуда-то достал ещё один перевод хода. — Двое на одного? Ну ничего, я не так прост, — он положил ещё одну точно такую же карточку, только другого цвета. — А мы вот так! — Кэтрин положила игральную карту Туз пик. — Ха! — Дом откуда-то достал и положил сверху карту тару Туз пентаклей. — Откуда это у тебя? — Не важно. Главное, что я победил. — Игра ещё не окончена, — на сей раз Кэтрин достала свою банковскую карту. На этом моменте парень впал в ступор. Он пошарил по карманам, но ничего не нашёл. Тогда он взглянул на Ходжа, который с непоколебимым выражением лица наблюдал за всем происходящим. — Даже не проси. Свою карту я не дам тебе. — Ладно, сегодня твоя взяла. А так играем до трёх увольнений. — Кого я взял на работу... Ладно, живите. Но если хотите послушать что-нибудь, то включите нормальную музыку. — Хорошо, босс, — приложил руку ребром ко лбу Доминик. — Кэтрин, пойдём со мной, — сказал Ходж и потом пошёл вместе с ней в свой кабинет. Доминику пришлось вернуться к свои делам, помогать Стефано, а Юджин остался один у бара. Кэтрин и Ходж вошли к нему у в кабинет, где мужчина наконец снял с себя пальто. — Что-то случилось? — сложив руки за спиной спросила Кэтрин. — Ты нужна мне, — ответил Ходж, смотря ей прямо в глаза. От этих слов сердце почему-то начало биться быстрее и кровь прилипла к щекам. Внутри смешались разные чувства эмоции: шок, недоверие, радость, смущение. Прочистив горло, она спокойно переспросила: — Что? — Тут точнее подходит не «что?», а «для чего?». Я сегодня вечером вылетаю в Бразилию и мне нужна спутница. А именно по легенде невеста, — он сделал небольшую паузу, оценивая реакцию Кэтрин, после чего продолжил: — Насколько тебе известно, или же наоборот не известно, у меня есть пара ресторанов. Я бы хотел договориться о совместном владении. У меня будет семьдесят процентов, то бишь я всё равно остаюсь главным, но благодаря этим людям я смогу в будущем расшириться и увеличить клиентуру. Также, возможно они согласятся открыть, для начала, один ресторан у себя. Там они смогут сами за всем следить, ну и плюс это наиболее выгодно для меня. — То есть вы хотите, чтобы я сыграла вашу невесту? — Да. Дело в том, что дело мы имеем с пожилой парой. У них собственный семейный бизнес, очень тёплые и крепкие взаимоотношения, а также они предпочитают работать именно с такими же людьми. «Без любви и гармонии тяжелее чего-то добиться, но когда рядом правильный человек, всё, что раньше казалось непосильным, может вдруг встать очень лёгким и удачным», — процитировал он их слова. — Также они уже знают, что у меня была девушка, теперь уже невеста, но никогда её не видели. — Значит, с этим проблем не возникнет. А если бы вы были одиноки, они бы не согласились? — Вероятность была бы намного меньше. — И... Насколько это? — На пару дней. Планируется два-три, но, если что-то пойдёт не так, возможно придётся немного задержаться. — А что нужно примерно с собой брать? У меня не так много одежды, а из нарядного только... — Я всё решу. Чтобы у тебя была возможность немного отдохнуть и собрать остальные вещи, я перешлю тебе потом своих людей вместе с одеждой. Если что-то не понравится или не подойдёт — можешь потом отдать им обратно. Я бы предложил тебе самой сходить, но понимаю, что это может занять много времени, а девушки обычно предпочитают ходить со своими подругами. Лиз сегодня на работе, поэтому предложенный мною вариант наиболее подходящий. — А во сколько у нас самолёт? — Вылетаем в девять. Полёт займёт где-то пятнадцать часов. Встреча у нас назначена в тот же день, в пять. Машина за тобой заедет где-то в начале девятого. Полетим на частном самолёте. — Только у нас одна проблема: у меня нет визы. — У тебя паспорт есть с собой? — Конечно. Всегда ношу его с тех пор, как подралась с пьяными на улице, и меня загребли в полицию. Там ещё несколько девушек было, так что вы не думайте. — То есть ты серьёзно? — даже слегка удивился он. — Ну да. А вы что думали, я только язвить умею? — Нет, не только язвить. Хамить ещё, — он тепло улыбнулся. — Тогда неси его сюда, а сейчас позвоню кое-кому и всё устрою. — Хорошо, я сейчас, — Кэтрин направилась к выходу и уже открыла дверь, как её остановил мужской голос. — Насчёт долга теперь не переживай. Хилл сначала не поверила, а потом до неё дошло осознание. Позавчера вечером, когда она уже собиралась ложиться спать, ей пришло сообщение, уведомляющее о том, что её долг закрыт. Тогда она не поняла и даже специально позвонила коллекторам, чтобы уточнить, не шутка ли это. Они сперва немного пошутили, потом ушли уточнять, и вернулись, подтверждая её слова. Из-за этого она отменила свою заявку на кредит и в банк не поехала. Кэтрин не понимала, что случилось, и как теперь дальше действовать. — Значит, это сделали вы? — с недоверием посмотрела она на Ходжа. — Но зачем? Мистер Бейкер, я начинаю напрягаться всё больше и больше. Вся эта щедрость не вызывает щенячей радости и ощущения, что наконец-то мне начало везти в жизни. Что всё это значит? Вы хотите убить меня, а этим замаливаетесь? — Неплохая теория. — А что мне ещё думать? Ходж вздохнул и опёрся спиной о стол. Он несколько секунд непрерывно смотрел в янтарные глаза Кэтрин, после чего медленно ответил: — Я занимаюсь благотворительностью и также помогаю животным. Считай, что ты попала в этот список, а эта щедрость лишь всё то, что тебе не доставалось раньше. — Надеюсь, я отношусь не к списку животных? — Кэтрин в очередной раз немного съязвила, а Ходж усмехнулся. — Я просто хочу помочь. Ты не заслужила всего этого, — как-то грустно ответил он. — Я за паспортом, — спустя несколько секунд томного молчания наконец выдала она и закрыла за собой дверь. Почему-то к горлу начал подступать ком, а глаза начали слезиться. Не было ничего такого, из-за чего можно было расстраиваться, но его слова и взгляд просто распотрошили душу Кэтрин. Ей показалось, будто он знает о ней всё, в том числе и то, что спрятано глубоко в её душе, и что он действительно прочувствовал всю её боль. Захотелось поплакать, но нельзя было этого делать при нём. Она не хочет, чтобы он считал её слабой и плаксивой. Лучше уж пусть думает, что она язвительная и немного стервозная. Так легче.

***

Квартира Кэтрин 18:30 Ходж как и обещала прислал своих людей с кучей одежды. Они поставили около двадцати пакетов, в которых лежало по несколько вещей. После дневного сна принялась собирать чемодан. Вначале она подготавливала всё самое базовое и необходимое. Как только всё было собрано в небольшие кучки, сначала начала выбирать свою одежду, а потом принялась рассматривать ту, которую ей привезли. Пакеты были из различных магазинов. В одних можно было найти довольно базовые вещи, например как брюки, джинсы рубашки, майки, топы и другое. В других были более дорогие костюмы и платья. В третьих находилась обувь на все случаи: кеды, туфли, босоножки, ботинки и сапоги. Даже несколько сумок купили. От классических клатчей до сумок боулеров. Кэтрин рассматривала всё это, уже не обращая внимания на ценники. К удивлению многие вещи ей подошли и очень хорошо сели. Однако были и те, которые просто не подходили по цвету, фасону или размеру. Всю неподходящую она отложила в пакеты, ту, которая ей наиболее понравилась, взяла с собой, а оставшуюся повесила в шкаф. Вечером Кэтрин уже готовая ждала, пока за ней заедут. Она сидела в зале на диване и листала сайт книжного магазина. Так как экономить уже не нужно будет, а зарплата у неё довольно большая, то теперь Кэт спокойно сможет купить все книги, которые хотела, которые прочла в электронном формате и которые просто хотела заменить вместо старых и разорванных с жёлтыми страницами. Наконец-то она сможет жить спокойно, ничего не боясь, ничего не подсчитывая и не ограничивая себя. Теперь всё будет по-другому. Совсем скоро Кэтрин пришло сообщение от Чарли, что машина подъехала. Кэтрин взяла чемодан, накинула новое пальто, проверила всё ли выключено и вышла из квартиры. Дождавшись лифта, она вошла и нажала нужную кнопку. Двери закрылись, а Кэт повернулась лицом к зеркалу. На её лице появилась улыбка. Она вспомнила момент, когда Брайан с Домиником держали несколько коробок, а Кэтрин и Лиз дурачились и фотографировались в зеркале. «Счастливые» лица парней нужно было видеть, но в конце концов они и сами улыбнулись, хорошо получились на последних фотографиях. Лиз после опубликовала коллаж из фотографий в Инстаграм, красиво обыграв историю, однако Дом потом ей высказал претензию, что ему это не понравилось. Хотя больше он бубнел из-за того, что Лиз выбрала фотки, где он не слишком удачно получился. У подъезда Кэтрин увидела уже знакомую чёрную ауди. Чарли вышел из машины, помог положить чемодан в багажник и вместе с тем сделал ей комплимент по поводу того, как она выглядит. Девушка смущённо улыбнулась и поблагодарила его. В дороге они иногда переговаривались между собой на всякие обыденные темы. Чарли спрашивал как она обустроилась в квартире, как вообще работается у них. Кэтрин также интересовалась его работой, а ещё узнала, что у него есть жена и трёхлетняя дочь. По приезде в аэропорт мужчина помог донести ей её вещи. Передав Кэтрин Бейкеру он пожелал хорошего полёта и удалился. Они остались стоять вдвоём. Ходж не упустил из виду того, что Кэтрин выглядит иначе. Он прошёлся по ней взглядом, понимая, что она чертовски привлекательно выглядит. — Что-то не так, Мистер Бейкер? — ухмыльнулась Кэтрин, заметив поедающий взгляд мужчины. — А то вы меня взглядом пожираете, — она напомнила ему тот день, когда они впервые поехали на тренировку в спортзал. Тогда сначала она подразнила его, потом он её. — Всё отлично. Я бы даже сказал сногсшибательно. — Вы только не упадите от такой красоты. — Не волнуйся, я к себе уже за столько лет привык, падать не собираюсь. И да, можно обходиться без формальностей. Просто Ходж. — Я знаю, просто мне нравится так акцентировать ваше внимание. Кажется, будто вы после этого ещё внимательнее слушаете. — Не волнуйся, я всегда внимательно слушаю. А теперь я хочу, чтобы эта способность на минуту перешла к тебе. Твой паспорт у меня, я обо всём договорился и всё решил. Мы полетим на частном самолёте, поэтому комфорт будет обеспечен. Сейчас единственное, что тебе стоит сделать, это привыкнуть ко мне и сыграть мою невесту. Для этого нужно, чтобы было видно, как ты влюблена в меня. Ну а я, соответственно, в тебя. — Что ты такое говоришь, — Кэтрин провела рукой по его руке. — Я и так без ума от тебя, Ходж. — она посмотрела на него томным взглядом и слегка приоткрыла губы. — Сейчас может это и ни к чему, но я не против, если ты решишь потренироваться, — он обнял её за талию и притянул к себе, плотно прижимая к телу. — Дорогая. По телу Кэтрин пошли мурашки, а к лицу начал вновь приливать румянец. Она хорошо чувствовала запах его одеколона: бергамот, табак и древесные нотки. Они простояли так недолго, но показалось, будто прошло не меньше нескольких часов. Когда Ходж отстранил Кэтрин от себя, он взял в одну руку её чемодан, поставил наверх свою сумку и они пошли к стойке регистрации. Никаких проблем и вопросов не возникло, поэтому прошли они очень быстро. После Ходж взял Кэтрин за руку, и повёл к самолёту. Девушка чувствовала тепло его ладони, а ещё то, какая она большая по сравнению с её небольшого ладошкой. Поднявшись по трапу, их сразу встретили стюардесса и капитан корабля. Девушка повела их в салон, а мужчина вернулся в кабину на своё место. На борту был ещё один стюарт, который проверял запас еды и вещей, что могут понадобиться в полёте: плед, подушка или даже маска для сна. Взлёт должен был быть совсем скоро, поэтому девушка стюардесса повторила правила безопасности, сказала, что делать в аварийных ситуациях, и показала, куда можно нажать, чтобы вызвать кого-то. После она попросила занять места и пристегнуться, а сама ушла в конец самолёта. — Мистер... Ходж, — опомнилась Кэтрин. — Мне вот интересно, сколько ты зарабатываешь? Миллиард, два? И что вообще ты имеешь помимо клубов, ресторанов и казино. Может, у тебя прикуплен какой-нибудь штат? — Было бы неплохо, но, увы, нет. А зарабатываю я скромно, по сравнению с той цифрой, что ты назвала. В сутки мой доход составляет приблизительно триста шестьдесят тысяч. В час это в среднем пятнадцать тысяч. За месяц сумма варьируется от десяти до двенадцати миллионов. — Охренеть. Кто-то на двух работах и иногда с подработкой десять тысяч в месяц наскребал, а кто-то за час пятнадцать. Вот что за несправедливость. — Зато сейчас ты можешь позволить себе работать на одной работе и при этом зарабатывать двадцать пять тысяч. Доминик получает ровно на твою старую зарплату больше. — Как завуалированно. Боитесь, что кто-то установил прослушку и потом отправит это в налоговую? Или вы ею управляете? — К сожалению, нет. Я пока что ограничиваюсь тремя сетями. Однако, в планах есть идея открыть ювелирный магазин. Но это позже. — Это чтобы мы с Лиз вас сильно не обедняли? А то один поход в магазин может дорого обойтись. — Естественно. Ещё думаю открыть или выкупить магазины с одеждой и косметикой. — Боюсь, что вы всё равно уйдёте в минус, Мистер Бейкер. — Ну ведь для этого я и работаю. Чтобы обеспечить комфортную жизнь и иметь возможность дарить что-то другим. А если будет не хватать: открою ещё какой-нибудь бизнес. Возьму пример с Леона. У него парфюмерная сеть в Европе, а также сеть казино. — Но помимо этого есть же что-то и нелегальное, так? — Смотришь сразу в корень, — Ходж довольна ухмыльнулся и продолжил рассказ. — Да, несколько нелегальных казино. А ещё он организатор нелегальных гонок. — А можно вопрос? Личный. Ходж подумал пару секунд и после согласно кивнул головой. — Я немного не понимаю ваших взаимоотношений. Вы вроде бы со стороны выглядите как самые обычные друзья, но такое ощущение, что между вами есть какая-то пропасть. Что между вами произошло? Ходж выпрямился в кресле и сложил руки в замок. Он долго обдумывал что сказать и с чего вообще стоит начать. Кэтрин уже подумала, что ответа на её вопрос не последует, но мужчина всё же произнёс: — Мы с Леоном и вправду были лучшими друзьями. Познакомились в университете, но не сразу нашли общий язык. Вначале мы можно сказать недолюбливали друг друга, так как оба были довольно умны и претендовали на грант в исследовательской работе. Место было одно и каждый хотел занять его. Были ещё и другие студенты, но они не шли нам вровень. Однажды мы даже подрались в коридоре и нас вызвали в деканат. Нас, естественно, грозились отчислить, и никому это на руку не было. Тогда мы не сговариваясь рассказали легенду о том, что якобы хотели проверить реакцию организма на удар, если человек будет находиться в различном состоянии. Например, один питался целый день только кофе с сигаретами, а другой просто не выспался. Пришлось убедить их, что мы на самом деле сдружились и теперь у нас совместный проект. Мы так упорно доказывали им это, что сами чуть не поверили. В итоге нас не отчислили, но действительно пришлось работать вместе. Однако после того случая мы стали немного по-другому относиться друг у другу. Появилось больше уважения что-ли. А ещё нам действительно потом пришлось проверять этот опыт с реакцией организма, только уже в другом месте. В итоге мы взяли вдвоём этот грант и выступали потом на научной конференции. С тех пор как-то и заложилась основа нашей дружбы. Мы постоянно были рядом, помогали и поддерживали друг друга. У нас было много совместных идей и планов, некоторые из которых даже удалось воплотить в жизнь. Однако... Со временем, когда каждый из нас хотел развиваться в бизнесе всё больше, наши пути начали расходиться. Он делал улететь в Европу, с я хотел остаться здесь. Тогда я ещё мог принять его решение, хоть мне было немного грустно и даже неприятно от этого. Мы несколько лет шли плечом к плечу, а тут он говорит, что хочет всё поменять. Самым переломным моментом стала смерть моих родителей. Почти все СМИ твердили о несчастном случае и гибели известных бизнесменов, но я знал, что их смерть была подстроена. Я не хотел верить в то, что говорят, и после выяснил правду, но поделать ничего не смог. Мы с Леоном стали отдаляться друг от друга всё дальше и дальше. Он старался иногда меня поддерживать, но каждый из нас понимал, что это конец. Я попросил его остаться, помочь и поддержать меня, но он сделал свой выбор. Леон улетел, и мы почти вскоре перестали общаться. Признаю, что временами я читал новости, узнавал о нём через своих знакомых, но не более. Всё больше и больше воды утекало. Прежние отношения уже было не вернуть, а новые были ни к чему. Так и получилось, что каждый из нас потерял единственного лучшего друга. А теперь он объявился и говорит, что хочет развивать свой бизнес здесь, заодно желая попытаться наладить со мной взаимоотношения. А я пока не знаю, что делать. Нужно время, чтобы всё обдумать. — Так вот оно что... Мне очень жаль, что так получилось, Ходж. — Не стоит. Не всё в этом мире вечно, и держаться за старое, когда оно так старательно от тебя уходит, просто глупо. В салоне из динамиков раздался голос капитана. Он попросил пристегнуться и сообщил о том, что взлёт начинается. Ходж и Кэтрин сидели напротив друг друга, пока не отключилась кнопка, сообщающая о том, что ремни можно отстегнуть. Мужчина встал со своего места и направился в другой конец самолёта. Перед тем, как закрыть за собой дверь, разделяющая салон на две части, он сказал, что здесь есть небольшая комната, где Кэтрин может поспать, если захочет. Девушка кивнула и проследила за закрывающейся дверью.

***

Ходж После небольших откровений внутри почему-то смешались чувства. С одной стороны — чувство в груди почему-то нещадно давило, а с другой — стало легче. То ли мне не хватало того, чтобы меня выслушали, то ли дело в самой Кэтрин. По неизвестной причине рядом с ней я чувствую себя иначе. Будто ощущаю себя живым рядом с ней. Кэт просто необыкновенная девушка, которая способна достать человека из ада, в который он загнал сам себя. Сев на диван и запрокинув голову назад, я позволил себе расслабиться и ни о чём не думать. Вскоре подошла стюардесса и предложила что-нибудь принести. Я попросил её о чашке не сильно крепкого кофе. Она улыбнулась и упорхнула прочь, вновь оставляя меня одного. Хотел я этого или нет, но мысли опять вернулись к этой девушке. Я думал о её безумно красивых янтарных глазах, которые не встречал ещё ни у кого. Думал о её улыбке, о небольшой ямочке на щеке, когда она начинает улыбаться. Думал о её красивых и длинных волосах, которые иногда хотелось потрогать и заплести косичку. Просто думал о ней. По телу разливалось тепло, а мне просто хотелось улыбаться как дураку. Поняв, что желание просто поцеловать её и обнять, прижимая к себе крепко-крепко, гораздо больше, чем желание уложить в постель. Тогда мне наконец пришло осознание: я окончательно и бесповоротно влип. Кажется, я влюбился. Просто взял и влюбился как подросток. Стюардесса принесла кофе, а рядом с ним поставила десерт. Она не стала долго задерживаться и пошла к Кэтрин, желая узнать, нужно ли ей что-то. Я сидел один и смотрел на тёмное ночное небо. Облаков практически не было, а внизу виднелись огни города. Глядя на это, меня накрыло вдохновение. Я взял со стола листик, ручку и принялся набрасывать строчки, которые приходили легко и спонтанно. Я каждый день молился Богу, И каждый раз я ждал ответ, Сходил с ума, но понемногу, Ну кто сказал, что тебя нет? И вот в один прекрасный вечер, Достав бумагу и перо, Присел на стул, зажёг все свечи, И изложил мольбу в письмо. Перо скривилось, слёзы льются, Застыл сидящий силуэт, А строки с мыслями несутся, И вдруг, рождается поэт. И вот же он, ответ от Бога, Что горесть всю и каждый страх, Свою мольбу, свою тревогу, Оставить я могу в стихах. Стихотворение в начале шло плавно, и мотив был довольно чувственным, все же к середине настроение поменялось и оно обрело немного другой смысл. И, начав писать, вдохновение наполняло меня всё больше и больше, и тянуло почему-то на что-то грустное.

***

В самолёте несколько часов спустя Автор Кэтрин почувствовала лёгкое и нежное касание. Кто-то аккуратно поглаживал её по щеке, вызывая лёгкие мурашки. Открыв глаза, девушка увидела перед собой Ходжа. Он сидел на краю кровати, где спала Кэтрин, и пытался аккуратно её разбудить. Моргнув несколько раз, Хилл поднялась на локтях и села в кровати. Волосы были немного растрёпаны, а вид заспанный. Шторы закрывали окна, поэтому в комнате было довольно темно, несмотря на то, что уже был день. Легла она довольно поздно, так как не могла заснуть из-за переживаний и после дневного сна. Потянуло её в кровать только под утро. До тех пор она находилась практически одна. Время скрашивали: скачанный фильм, книга и стихи с рисунками. Ничего путного, по её мнению, написать не удалось. На белом листе чёрной ручкой были выведены аккуратные строчки. Кое-где слова были зачёркнуты и заменены на другие, где-то рядом в скобочках были написаны альтернативные строчки, которые тоже подходили по смыслу и хорошо звучали. В свободных местах были изображены различные картинки. Это могли быть завитушки, всё больше сгущающиеся к середине, образовывая абсолютно чёрное пятно, либо различные цветы, глаза или людские лица. Лист лежал на тумбочке рядом с кроватью, и Ходж не мог его не заметить. Перед тем, как разбудить Кэтрин, он внимательно рассмотрел его, несколько раз перечитав написанное стихотворение. Его порадовала мысль о том, что у них есть любовь и интерес с одному и тому же. Ходжу стало интересно прочитать и другие стихи, чтобы лучше понять Кэтрин и её внутренний мир. Он прекрасно понимал, что хочешь ты того или нет, но ты всё равно пишешь, отображая в них свою душу. И разочаровало его то, что атмосфера и смысл у них чем-то схож. Чужую боль порой легко мы лечим — Советы умные и мудрые даём. А вот свою лечить нам часто нечем. Но мы же гордые — на помощь не зовём! За маской разумности скрываясь И пряча боль от лишних глаз людских, От жалости друзей сбежать пытаясь, Летим мы в пропасть с берегов крутых. Цепляемся за выступы и корни, За наше прошлое, за краткий светлый миг, Твердим себе: все будет, только помни — В тебя все верят, не сорвись на крик. — Ммм... Сколько сейчас времени? — сонно протирая глаза спросила Кэтрин. — Начало двенадцатого. Через час прилетим. — Спасибо, что разбудил, но не мог бы ты не смотреть на меня. Я сейчас выгляжу как растрёпанный опоссум. — Боже мой, — Ходж закатил глаза. — Тогда Сатану забираю себе, — усмехнулась Кэтрин. — Почему девушкам всегда нужно беспокоиться по пустякам? — Сам ты пустяк. Кому хочется выглядеть как бомж. Особенно, когда на тебя ещё и смотрят. — Ты прекрасно выглядишь. Причём всегда. — Я знаю, спасибо, — пытаясь причесать волосы руками ответила Кэтрин. — У тебя биполярное расстройство? — Нет, просто женская логика, — улыбнулась она. Взгляд Кэтрин упал на тумбочку, где лежал её лист. Она тут же потянулась к нему и сложила пополам, желая спрятать. Но всё-таки, судя по реакции мужчины, он давно уже всё видел. «Нужно было спрятать внутрь. Зачем я вообще его тут оставила?» — Стихотворение очень красивое, — тут же сказал Ходж. — Я тоже этим увлекаюсь. Не думал, что у нас будет что-то настолько общее. Обычно люди... — Не понимают этого, — закончила за него Кэт. — Не все любят читать, а писать и подавно считают чем-то непонятным и бессмысленным. — Именно. Но на самом деле это очень тонкое искусство, как и любое другое творчество. Кэтрин смотрела в серо-голубые глаза и удивилась, как точно он всё подмечает, и как их мнение совпадают. Возможно, у них намного больше общего, чем они могли думать. С каждым разом она понимала, что тонет в нём всё больше и больше, а вскоре достанет до дна. Кэтрин уже не сможет выкарабкаться, она и не хочет.

***

Отель, где они должны были остановиться, находился в пятнадцати минутах езды от аэропорта. На комфорте, как всегда, не было сэкономлено, поэтому Ходж выбрал самый дорогой. Он находился менее чем в километре от пляжа, имелся бассейн, спортивный зал, бар и ресторан. Номера были оснащены всем необходимым, включая дополнительное удобство, такие как мини-кухня, кофемашина, чайник, просторная ванна с джакузи, отдельный балкон и прочие мелкие необходимости. Кэтрин в такси рассматривала сайт отеля, фотографии, и сам город на карте. Помимо работы ей бы хотелось просто погулять, и возможно сходить в какие-нибудь музеи. По приезде Ходж вручил таксисту крупную купюру, достал и из багажника их вещи, и повёл Кэтрин к отелю, держа за руку. Девушки было ещё непривычно и она чувствовала некое стеснение, хотя потихоньку начинала привыкать к их ролям. На ресепшене у них взяли паспорта, попросили заполнить небольшую анкету, и вручили ключи. У них были раздельные номера, но находились они рядом. Располагались они почти на самом верхнем этаже. Перед тем как разойтись каждый свой номер, хочешь попросил Кэтрин зайти к нему уже готовой за полтора часа до встречи. Он хотел обсудить и напомнить ещё раз все детали, рассказать про план вечера, а также успеть вжиться в роль. Кэт, быстро составив план в голове, кивнула, соглашаясь, и отправилась к себе. У неё было в запасе почти три часа. За это время она решила принять душ, осмотреть номер и подготовить наряд.

***

На фоне играла рандомно включающаяся музыка из плейлиста. До встречи с мужчиной у неё оставалось сорок минут, что вполне хватит. В халате и со слегка влажной головой Кэтрин незамысловато двигалась под песню Beyonce. На кровати уже лежало красное платье в пол с не слишком вульгарным вырезом. Рядом лежали золотые часы от Guess, серьги-кольца и длинная тонкая цепочка. Около кровати стояли белые туфли лодочки на десятисантиметровом каблуке. В дополнение ко всему этому шёл белый клатч. Образ не пришлось долго подбирать, как как он сам пришёл в голову Кэтрин, и оставалось лишь найти только необходимые вещи. К счастью, Ходж позаботился об этом. Музыка начала играть в соответствии с настроением Кэт. «Beautiful Liar» была одной из её любимых песен, хоть она и стала в последнее время довольно заезженной. Не сумев воздержаться, Кэтрин начала двигаться всё более энергично и раскованно. Стоило лишь заиграть куплету, как Хилл вспомнила все свои навыки и работу в клубе. Резкие движения руками и ногами сменялись на плавные волны всем телом. Волосы падали на лицо, когда Кэтрин крутила головой, а затем плавно наклонилась вниз на прямых ногах. Для полной отдачи танцу ей не хватало лишь пилона. Она так отдалась процессу, что даже не заметила, если бы кто-то сейчас пришёл. Когда песня закончилась, Кэтрин устало выдохнула и продолжила собираться. В голове засела мысль, от которой она улыбнулась. — Да уж, если бы Ходж зашёл сюда, пока я танцевала, это было бы эпично. Хотя, если так подумать, он уже давно всё видел. И наверное даже больше, чем следовало. Но наверняка по закону подлости, если бы я сняла халат, под которым ничего нет, он бы обязательно вошёл. Кэтрин засмеялась, представляя эту ситуацию. Она была уверена, что в тот момент ей бы было не до смеха, но сейчас было невозможно удержаться. Правда, мысль о том, что Ходж увидел бы её без всего, только разожгла её интерес. Какова бы была его реакция, если бы она не спешила прикрываться, а наоборот подошла бы к нему ближе. Как бы он отреагировал на её кокетничество? Слишком много ненужных вопросов лезло в её голову. Щёки начинали заливаться краской от представленной в голове картины. Решив сделать глоток прохладной воды, Кэтрин немного пришла в себя и продолжила собираться. Одежда, украшение, лёгкие локоны и естественный макияж отлично сочетались. Финальным штрихом стали её любимые духи с ароматом вишни, шоколада и карамели. Вложив в сумочку всё, что могло бы понадобиться, и спрятав под платьем кобуру с пистолетом, Кэтрин вышла из номера. Три коротких стука элегантный женских пальчиков по деревянной двери. Временный владелец номера не заставил себя ждать, и совсем вскоре открыл дверь. Он выглядел как с иголочки: чёрный смокинг, классическая белая рубашка и чёрные лакированные туфли. На запястье у него красовались чёрные часы с серебряной отделкой. Он надевал их только в особых случаях. Стоили они прилично, но для Ходжа они оставались бесценными. На лице мужчины было написано всё, а взгляд лишь подчёркивал это. Ходж не пытался как-то скрыть эмоции или неловко прокашляться и отвернуться. Он с восторгом и восхищением смотрел на Кэтрин, понимая, что она пробуждает в нём все запретные эмоции. Даже тело не могло не отреагировать на такую красоту. Впустив Хилл к себе, Ходж поправил пиджак и закрыл дверь. Кэтрин прошла в центр комнаты и покружилась. Подол платья приподнялся вверх, а некоторые пряди волос упали на грудь. — Ну как? Неплохо? — остановившись спросила Кэтрин. — Ты великолепно выглядишь. Не то чтобы в обычное время ты сильно отличаешься, но сейчас просто не оторвать глаз. — Спасибо, — улыбка готова была расползтись до ушей, но девушка её пыталась хоть немного сдерживать. — Столько комплиментов от тебя в последнее время. Приятно. — Упрёк в мою сторону, что я раньше молчал? — он медленно шагал в её сторону. — Я ничего не говорила, вы пришли к выводу сами, Мистер Бейкер. — Извини, всё растратил на Доминика. Болван, тунеядец, шут. — Тогда мне знатно повезло, — Кэтрин стояла на месте, борясь с желанием сделать шаг назад. — От таких комплиментов я пожалуй откажусь. Но ничего, у нас много времени, я вас ещё поднатаскаю. — Договорились, — Ходж встал напротив неё, кладя свою ладонь ей на спину. Кэтрин чувствовала, как ноги начинают медленно подкашиваются, а она превращается в лужицу. Ещё немного действий с его стороны и она просто упадёт. Хотя в такие сильные руки и упасть не страшно. — Не страшно? — Извини, но после того приёма, нашей ссоры и попытки Эрика убить меня, уже ничего не страшно. Это кажется мелочью, но пистолет у меня при себе. — То, что не боишься, это хорошо. Не нужно переживать. На счёт оружия хвалю. У нас взаимоотношения хорошие, но кто знает, что может случиться, — он убрал свою руку с её спины и жестом показал на диван. — Обсудим ещё раз детали?

***

Пара вошла в задние, держа друг друга под руку. Ресторан находился на самом верхнем этаже, откуда открывался вид на город. Ходж и Кэтрин направились к лифтам, один из которых находился на первом этаже. Зайдя внутрь и нажав кнопку нужного этажа, каждый тяжело выдохнул. Сердце билось в груди быстрее обычного, а в голове крутились мысли, лишь бы они ничего не напутали. Им предстоит сыграть влюблённых. А может, играть вовсе не придётся... Где-то в середине пути к ним зашло ещё два человека, но они вышли раньше. Ходж и Кэтрин уже играли влюблённую пару, хотя это не было большой необходимосью, пока они не встретились с Ричардом и его женой, Амели́. Двери лифта разъехались в разные стороны. Ходж пропустил Кэтрин, давая возможность выйти первой. Они снова взялись за руки, и мужчина повёл свою спутницу к нужному зарезервированное у столику. Он был в этом ресторане уже дважды, поэтому ориентировался довольно хорошо. Кэтрин, шагая рядом, невзначай рассматривала обстановку, количество занятых столиков, которых было не очень много, и в голове прокручивала варианты того, куда бы можно было спрятаться в чрезвычайной ситуации. Ходж начал снижать скорость шага, и Кэт поняла, что они пришли. Супружеская пара, которая уже сидела за столиком возле окна, увидев их, встала и улыбнулась. Мужчина, голову которого уже практически целиком одолела седина, протянул руку Бейкеру, и тот пожал её. Миссис Стоункер тепло улыбнулась и поздоровалась. Кэтрин сделала то же самое. — Прошу, садитесь, — сказал Ричард деловым тоном, хотя на его лице была небольшая улыбка. Говорил он на английском, но акцента практически не было слышно. Ходж отодвинул Стул для Кэтрин, дождался, пока она устроится, и сам сел рядом. Боковым зрением он заметил, как та невзначай поправила платье и проверила наличие пистолета под ним. — Что ж, рад, что ты наконец явился со своей спутницей жизни, — начал разговор Стоункер. — Уж очень любопытно было взглянуть на неё. И теперь, когда появилась возможность, я понимаю, почему ты так упорно скрывал её. Такая красавица, что от лишних взглядов наверняка тяжело отбиваться. — Благодарю за комплимент, — скромно улыбнулась Кэтрин. — Я не скрывал её. Просто не хотел выматывать Кэтрин длинными перелётами. Тем более у неё есть своя жизнь. Глупо было бы её вырывать просто для того чтобы показать кому-то. Она же не обезьянка в цирке, — Ходж говорил спокойно и размеренно, но в его голосе чувствовался холод и сталь. — Дорогой, пойми, я не хотел тебя как-то обидеть. — Вы меня не обидели. — Ричард, — Амели положила свою руку на руку мужа. — Ну что ты в самом деле. Он же не будет нам врать, что у него есть невеста. Тем более Ходж прав. — Знаете, — вникла в разговор Кэтрин. — У меня самой не было времени, но в этот раз Ходж очень попросил меня, и я согласилась. А ещё было очень интересно побывать в Бразилии. — А он вас ещё не возил? — спросил Ричард. — О, нет, не поймите неправильно. Мы с Ходжеи были много где, но в Бразилии ещё как-то не удавалось побывать. Мне иногда кажется, что он только и хочет, чтобы я отдыхала и ничего не делала. Но безделье так выматывает, что хочется лезть на стену. — Как я вас понимаю, дорогая, — с явным пониманием сказала Амели. — В юности, Рич тоже оставлял меня дома, давал деньги, говорил просто отдыхать. Но я не могла долго находиться в этом положении. Мне просто становилось скучно. По-моему намного интересней зарабатывать деньги, чем их тратить. — Ну тут ещё важную роль играет вопрос тратить на что или кого. Я, например, очень люблю делать подарки Ходжу. Но вы бы знали, как это безумно сложно даётся. Что можно необычного подарить человеку, у которого всё есть? — Единственное, что мне нужно, это ты, — Ходж посмотрел на неё и тепло улыбнулся. — И вот так он отвечает постоянно. Хотя меня постоянно засыпает подарками. — Знакомая ситуация, — ухмыльнулась Амели. — Что ж, — прочистив горло начал Ричард. — Я наверное сейчас предлагаю что-нибудь выбрать и заказать, а уже потом всё обсудить. И не думайте, что вы уйдёте от нас без вопросов о вашем знакомстве и многом другом. Не зря же Кэтрин сегодня нас посетила. Каждый взял себе меню, которое лежало на столе. Ричард и Амели определились довольно быстро, наверное, потому что часто бывали здесь, а вот Ходжу и Кэтрин пришлось провести в раздумьях дольше. Девушка при виде такого обилия блюд даже немного растерялась и не знала что ей выбрать. Решив попросить помощи у Ходжа она повернула голову к нему и на удивление встретилась с ним взглядом. Он смотрел на неё, но неизвестно как долго. Кэтрин улыбнулась и спросила его, что лучше выбрать. Бейкер чуть наклонился в её сторону и указал на два блюда, рассказывая о них довольно подробно. Кэт в конце концов остановилась на итальянском салате с авокадо, рукколой, помидорами черри и жареными креветками. Официант, увидевший, что гости определились с заказом, отложив меню, тут же подошёл к ним с вежливой улыбкой. Он всё ловко и быстро записал в свой блокнот, после чего назвал время ожидания. Чарльз попросил принести его бутылку красного вина Screaming Eagle Cabernet Sauvignon девяносто второго года. Оставшись вновь вчетвером, семья Стоункеров была готова выслушать рассказ будущих молодожёнов. — Ну, будущая семья, не расскажите ли вы как познакомились? — Чарльз смотрел сначала на Ходжа, а потом на Кэтрин. Девушка заметила его четкий профиль, несмотря на медленно подкрадывающийся возраст, и горбинку на носу. По сравнению с Амели он выглядел более строго, поскольку женщина отличалась мягкими и плавными чертами лица. А также легко было заметить, что у неё появляются ямочки на щеках, когда она улыбается. Ходж и Кэтрин обменялись взглядами, спрашивая, кто начнёт. Бейкер слабо качнул головой, позволяя начать Хилл. — Мы познакомились на выставке современного искусства, — начала она, представляя в голове яркую картину, которую прокручивала у себя в голове уже миллион раз. — Помню, я стояла возле одной из картин и не замечала никого. Я была так погружена в её смысл, что не сразу заметила мужчину, который подошёл ко мне, — она взглянула на Ходжа, тепло улыбаясь. Мужчина положил свою руку поверх её, поддерживая. — Честно признаться, я даже вздрогнула, когда услышала басистый голос рядом со мной... — Понравилась картина? — раздался голос над ухом. Кэтрин вздрогнула всем телом и резко повернула голову, желая увидеть того, кто напугал её. Это был незнакомый ей мужчина, заметно выше самой Кэтрин. Ей пришлось поднять голову вверх, чтобы заглянуть ему в глаза. На удивление в них читалась некоторая озадаченность и неловкость. Видимо, ему было стыдно, что он напугал её. — Извините, не хотел напугать вас. — Ничего страшного, я сама просто задумалась, поэтому не ожидала, что кто-то начнёт рядом говорить. — Так вам понравилось эта картина? — ещё раз повторил мужчина. — Да. Очень. Это так необычно? — Не поймите неправильно, просто этой картине уделяют мало внимания. Люди не видят в ней по-настоящему глубокий смысл, который пытался передать автор. Чтобы по настоящему суметь проникнуться ею, нужно внимательно рассмотреть все детали. А вы, как я заметил, поняли её. Вы так долго и тщательно её рассматривали, а потом как будто улетели в свои мысли. — А вы за мной всё это время наблюдали? — улыбнулась Кэтрин словно лисица. — Не смог удержаться. Если вы позволите, я бы хотела спросить вас, что вы видите на этой картине? Девушка вновь перевела взгляд на холст, который был наполнен мрачными красками. Человек падал в пропасть, а стены были сделаны из кучи человеческих лиц. Они были настолько мелкие, что просто так их было не увидеть. Тонкий луч света пытался пробиться в эту тьму, но, к сожалению, он ничем не мог помочь. У человека, что беспомощно падал вниз, за спиной были крылья. Только они были все потрёпанные, сожжённые и испачканные в собственной крови. В самом верху, из неровных теней, можно было разглядеть силуэт руки, которая тянулась за человеком. Было ощущение, что она хотела спасти его, но просто не могла этого сделать, ведь она всего лишь тень. Возможно свет, который упорно пробивался, это надежда, которая ещё оставалась у человека. Тень — это желание, и попытка спасти себя. Человеческие лица, которые были вместо каменных скал, это люди, которые всю жизнь насмехаются над ним, говорят как правильно делать, правильно думать. Они осуждать его поступки, и не дают быть самим собой. Человек был так зависим от чужого мнения, что не смог спасти себя, и теперь безбожно утопает в собственных страхах и чёрных, как сажа, душах людей. И выбраться он, к сожалению, уже не сможет. Ведь крылья, с которыми он родился, которые должны были дать ему возможность летать высоко, люди, и впрочем он сам, растерзали их. — Я вижу, как человек тонет в собственной пропасти, созданной из страхов, комплексов и чужого мнения. Его крылья ещё с ним, но чтобы выбраться, ему нужно будет приложить огромное количество усилий. А это, увы, не каждый способен сделать. Не каждому хватит духа переступить через всё, зачеркнуть и начать новую жизнь, когда груз прошлого так упорно тянет вниз. Если брать наши временные мерки, то выбраться он сможет только через несколько лет, долгих и упорных стараний. Но самое грустное, что память не стереть, и осадок всё равно останется. — Это очень сильно сказано. Вы наверняка личностью с очень тонкой душой, раз настолько проникаетесь в смысл написанного. — Возможно, — скромно улыбнулась Кэтрин. — Я Ходж, — наконец решил представиться мужчина. — Кэтрин, — она протянула ему тоненькую ладошку, думая, что тот пожмёт её, но Ходж перевернул её тыльной стороной и оставил невесомый поцелуй. — В тот вечер мы на выставке ходили вместе, обсуждали работы, а потом Ходж пригласил меня в театр. Там он подарил мне букет цветов, на удивление идеально подходящих к моему платью, и серьги с драгоценными камнями. Мне было право очень неловко их принимать, но он сказал,что хочет показать всю серьёзность своих намерений, ведь я ему очень понравилась. Потом начались походы в рестораны, простые прогулки по городу, совместные путешествия и многое другое. Я из средне обеспеченной семьи, поэтому мы показывали друг другу наши миры и их прелести. — До сих помню день, когда первая половина дня принадлежала мне, а вторая Кэтрин. Сначала мы побывали на выставке, прогулялись по парку, сходили в ресторан и купили в торговом центре ей несколько новых нарядов, а вечером нам пришлось заехать домой чтобы переодеться, потому что мы пошли в клуб с игровыми автоматами, в батутный центр, а потом взяли еду из Макдональдса и поужинали на скамейке в парке. Это был очень необычный контраст. — Хочешь сказать, что тебе не понравилось? — Наоборот. Было очень весело. — Ох, молодость, — Амели подпёрла голову рукой и с умилением смотрела на Ходжа с Кэтрин. — Смотрю на вас и вспоминаю нас с Ричем. Правда, в то время было меньше всяких развлечений, но тем не менее мы тоже весело проводили время. Как-то сразу после страшного квеста, они в то время тогда только появлялись, мы быстро поехали домой, переоделись и потом уже прибыли на открытие нового музея. Но никто ничего не заподозрил. Ну, по крайней мере, мы на это надеялись. — Мы наверное с вами очень похожи, — сказала Кэтрин. — Более чем. Слушаю вас и как будто в смотрю на наше отражение, только более молодое. — Пожалуйста, — вдруг появился официант с подносом. — Ваши блюда. Он расставил всё по местам и удалился. Бутылка вина, которую он принёс ещё во время рассказа Кэтрин, стояла ещё закрытая. — Что ж, тогда предлагаю выпить за любовь, — сказал Чарльз и взял бутылку в руки. — А ещё хотелось бы выпить за успешное подписание контракта, — невзначай добавила Кэтрин. — Само собой. Думаю у нас проблем не возникнет. Лишь пара рабочих вопросов и подпись. Бутылка открылась, и Мистер Стоункер начал разливать вино. После этого был произнесён короткий тост, и все звонко ударились бокалами.

***

Седовласый мужчина поставил на листе бумаги подпись синей ручкой, ставя финальную точку. Ричард улыбнулся и поздравил коллегу. Они пожали друг другу руки, и каждый из них оставил у себя экземпляр договора. За всеми разговорами и обсуждениями дел никто не заметил, как быстро пролетело время. На улице уже стемнело и всюду горели яркие огни. Где-то дорогу подсвечивали фонари, где-то вывески кафе и магазинов, где-то горели гирлянды, украшающие город. Приняв решение расходится, мужчины заплатили за счёт, при этом чуть не поспорив кто из них это сделает, и взяв под руку своих дам направились к выходу. Уже на улице они разошлись в разные направления, поскольку машина семьи Стоункеров находилась неподалёку на стоянке, а вот Ходжу с Кэтрин ещё предстояло дождаться такси. Несмотря на вечер, на улице было очень тепло. В период с сентября по октябрь считается самым лучшим временем, чтобы поехать в Бразилию, поскольку здесь это самые тёплые и влажные месяца. А вот летом, привычным жарким и сухим, температура днём здесь достигает не более девятнадцати градусов. Кэтрин стояла рядом с Ходжем и улыбалась. Несмотря на спектакль, который они разыграли, ей очень понравилось. Амели оказалась очень милой женщиной. От неё исходили тепло и доброта. Ричард хоть и был посерьёзнее, но грозным и пугающим не казался. — О чём задумалась? — Спросил Ходж, рассматривая профиль Кэтрин. — Они идеально дополняют друг друга, — не поворачиваясь ответила она. Кэт заворожённо смотрела на огни города. — Она такая нежная и женственная, но в то же время с крепким стержнем внутри. Если нужно, она смело может взять всё в свои руки. А Ричард с виду холодный, серьёзный, неприступный, но внутри он мягкий и нежный. Он такой благодаря своей жене. Они цветут рядом друг с другом. — Это точно. Сколько знаком с ними, а любовь и блеск в их глазах нисколько не угасает. Они пример идеальных отношений. — Я почему-то ассоциирую их к розами. Им нужен особый уход, который они как раз таки и дают друг другу. Рядом друг с другом они очень нежные, но если кому-то будет грозить опасность, то один смело выставит свои шипы и будет держаться до последнего, лишь бы защитить любимого или любимую. — И главное, они умеют пользоваться шипами, — продолжил её мысль Ходж. — Не выставляют их специально, чтобы как-то навредить другому. Они служат лишь для самообороны. — Да, — Кэтрин повернула голову и посмотрела на его профиль. Такой чёткий и мужественный. — Как тонко подмечено. На какое-то время они погрузились в тишину, просто наслаждаясь тёплым вечером и обществом друг друга. Телефон в кармане мужчины время от времени вибрировал, оповещая о новых сообщениях, но тот не спешил их читать. — Знаешь, — начала размышлять Кэтрин, — я весь вечер наблюдала за ними, в особенности за Амели. Вот она действительно тот человек, про которого можно сказать, что он словно солнце. Порой смотришь на человека, а от него такая светлая энергетика исходит, что даже сам того не понимая, ты исцеляешь свою чёрную душу. Как будто подпитываешься энергией этого человека, но при этом не забирая у него ничего. Таких людей просто хочется смотреть и улыбаться. Проводя время с ними, слушай их рассказы, их мысли, их идеи, твой мир как будто меняется. Я не знаю, как это объяснить и как это вообще работает, но для меня это так. Наверное, последним и единственным таким светлым человеком для меня была мама. Она была очень добрая, ласковая, справедливая и самоотверженная. Никогда не забуду её тёплые руки и нежный взгляд. — Её волосы подхватывал ветер, растрёпывая причёску. — А у тебя когда-нибудь было такое ощущение? Встречал таких людей? Ходж смотрел на неё заворожённым взглядом. Эти глаза говорили намного больше, чем тысячи слов. Было такое чувство, будто говоря про «солнечных» людей, Кэтрин сама начинала светиться и дарить тепло. И Бейкер как будто чувствовал это. — Да. Я однажды встретил такого человека. Правда, не с самого начала разглядел в нём это. Он отвечал уклончиво, но отчего-то у Кэтрин перехватило дыхание. Внутри появилось ощущение, будто бы он говорит о ней. Столько тепла было в его глазах... Такси вскоре приехало, и готово было отвезти пару по назначенному адресу, но Кэтрин вспомнила слова Амели, что вечерний город просто прекрасен и как будто наполнен волшебством. В итоге водитель повёз их по более длинному маршруту, но где из окон автомобиля можно было наблюдать всю красоту. Ходж был не против, и даже сам иногда рассматривал различные здания, украшенные парки, улицы. Но, конечно, бо́льшую часть его времени занимала переписка с кем-то. Видимо, он отвечал тому, кто так упорно пытался до него дописаться после ужина. Отвечал Бейкер также быстро, иногда давая себе несколько минут на размышление. Наконец, привезя их к территории отеля, водитель пожелал им хорошего отдыха и с довольной улыбкой взял несколько купюр, оставляя по запросу сдачу себе. Ходж помог Кэтрин выйти, подавая свою руку, и после они направились в отель, шагая рядом друг с другом. Мужчина по прежнему что-то кому-то писал, пока Хилл в одинокой тишине шла и разглядывала территорию. С каждой минутой её всё больше и больше раздражало то, что он уделяет телефону больше времени, чем ей. «Не мог хотя бы сегодня воздержаться от него?» — думала она и хмурилась. Пройдя ещё несколько десятков метров, Кэтрин не выдержала и просто вырвала телефон и рук мужчины. Ходж был обескуражен поступком девушки, а она, чтобы он так просто не забрал его обратно, стала лицом к нему, соблюдая расстояние в несколько шагов. — Кэтрин, что это значит? — с удивлением и непониманием спросил он. — Меня раздражает, что ты постоянно кому-то пишешь, — открыто ответила она. — Даже сегодня ты не мог провести вечер без того, чтобы кому-то не ответить. — Кэтрин, — спокойно начал он. — Не забывай, что во-первых я бизнесмен, а во вторых, у меня есть «любимый приятель», из-за которого я не могу сейчас себе позволить просто поваляться на пляже. — Бла-бла-бла, — закатив глаза, начала кривляться Кэтрин, передразнивая его. — Я понимаю, ответить на один вопрос, на второй, но что можно так долго обсуждать? Мы даже крюк на машине сделали, и ты практически всё время сидел и написывал кому-то. — А что ты мне предлагаешь? — он сделал шаг к ней, но Кэтрин отступила, чтобы сохранить дистанцию. — По телефонному разговору обсуждать убийство и наркотики? «Да Сэм, сожги труп этого парня, но перед тем отруби руку и отправь его боссу», — выдавил низким голосом Ходж. — Думаю, никто ничего не заподозрит. Люди такое каждый день по утрам слышат. — Сорок минут обсуждали, что делать с трупом? — подняла бровь Кэтрин. — Отдай мне телефон, пожалуйста, — всё ещё спокойным, но уже с появляющимися нотками раздражения в голосе, попросил Бейкер. — А ни то что, пристрелишь? — усмехнулась Кэт. В другое время и в другой ситуация она бы возможно испугалась или напряглась, но сейчас ей было всего лишь смешно. Хочешь опять сделал попытку приблизиться к ней, но к этим снова отошла назад, но в этот раз уже на несколько шагов. Телефон давно погас, и нельзя было узнать, с кем и о чём он переписывался. — Если будешь продолжать играть со мной в том же духе, то да, — он слегка прищурил глаза и улыбнулся. — Пистолет одолжить? — Кэтрин, — ещё один шаг, и то же действие от девушки. Они все ближе и ближе подходили к бассейну. — С кем ты так долго переписывался? Такое ощущение, что с девушкой. Почему же ты тогда не взял её? На кой я тебе? Сердце Кэтрин начало стучать быстрее, и непонятное раздражение вновь охватило её. Ходж немного удивился услышанному, но потом на его лице появилась самодовольная ухмылка. — Ревнуешь? — Что? — удивилась Кэт. — Нет! Ещё чего. Было бы кого. Ходж набрал полную грудь воздуха и тяжело выдохнул. Неизвестно, сколько ещё они здесь будут стоять, а телефон ему нужен. Решив больше не действовать медленно и постепенно, он резко сделал два больших шага, вмиг оказавшись возле Кэтрин. Та немного растерялась, но тут же сделала несколько шагов назад. Впрочем, попытка была неудачной, поскольку в глазах мужчины читалось то, что больше играть он не намерен, и выглядел он решительно. Ещё несколько шагов, и Кэтрин упала бы прямо в воду, но сильная рука вовремя с поймала её и притянула к себе. Хилл была вжата в крепкое мужское тело, и выбраться из хватки было практически невозможно. Тогда пришлось применять хитрость, и она вытянула руку с телефоном над бассейном, угрожая бросить его туда. — Кэтрин, не смей, — предупредил её Ходж, а серо-голубые глаза стали на оттенок темнее. — А ни то что, потеряешь номер и переписку своей любимой? — Не волнуйся, твой номер я помню наизусть, — обезоруживающий шаг, который на несколько секунд привёл девушку в тупик. Ходж попытался второй рукой дотянуться до телефона, но Кэтрин не хотела сдаваться просто так, поэтому начала отодвигать телефон ещё дальше себе за спину, немного выворачивая руку. Мужчина в попытке дотянуться до него начал медленно делать шаги, пока практически не повернулся спиной к бассейну. Кэт отбросила телефон на газон, который находился рядом, скрутила свободную руку Ходж и толкнула его своим телом в бассейн. Мужчина упал, расплёскивая воду по плитке. Кэтрин довольно усмехнулась и скрестила руки на груди. Когда Ходж вынырнул, он провёл рукой по лицу, избавляясь от воды. Его злой взгляд был устремлён в сторону Хилл, которая чувствовала себя победительницей. — Ладно, что ты хотела от меня услышать? — выдохнул он. — Я переписывался с Домиником. Так как из-за Джона был частично подорван мой склад, то часть товара пострадала. У нас с Джеффри Эвансом, моим наркодилером, был план как выйти в плюс и убрать хотя бы временно с дороги Уилсона. Дом мне докладывал как всё продвигается. Теперь твоя душа спокойна, ревнивица? — Ходж по-доброму усмехнулся, а Кэтрин только фыркнула. — Лучше помоги мне. Девушка положила свою сумочку на плитку и подошла ближе к бассейну. Она присела на корточки и протянула мужчине руку. Однако, когда она увидела его хитрое выражение лица, то сразу поняла, что попала в ловушку. Бейкер взял её за руку и потянул к себе. Теперь они оба были насквозь промокшими. — Чёрт, Бейкер! — вынырнув, сказала Кэт. — Один-один, дорогая. Что же я один купаться буду. — У меня макияж между прочим! — Ты чуть не выбросила мой телефон в воду с многими данными. — Ну я же этого не сделала. Да и не собиралась. Дьявол! — одна туфля соскочила с её ноги и медленно уплывала вниз. — Вторую сними, а то сейчас и она уплывёт, — сказал Ходж и нырнул за обувью девушки. — Спасибо, — ответила она, когда он вновь всплыл с её обувью в руке. — Давай вылезать. Бейкер упёрся руками о край бассейна, оттолкнулся на них и вылез. С его костюма струями стекала вода. Когда он встал на одно колено, чтобы помочь вылезти Кэтрин, девушка в ответ почему-то рассмеялась. — Ты смешинку проглотила? — ге понял её реакции мужчина. — Просто обычно, когда говорят, что человек старый, то используют выражение, что с него песок сыпется, а тут с тебя вода льётся. — Боже, — он закатил глаза, но улыбнулся. — Ну что, внученька, разрешишь дедушке тебе помочь или предпочитаешь оставаться в своей среде обитания? — Почему это в своей среде? — Ну лягушки на болотах обычно живут. Его эта фраза позабавила, а вот девушка юмора явно не оценила. Она набрала в ладони воду и плеснула ему в лицо. В конце концов Ходж всё же помог Кэтрин выбраться из воды. Пока он ходил за своим телефоном и её сумкой, она в это время отжимала свои волосы и платье. Идти на каблуках она не рискнула, поэтому просто взяла туфли в руку. — Чёрт, мне уже Доминик по видеосвязи звонит. Вот до чего доводит общение с особой по имени Кэтрин, — он поднял трубку и увидел облегчённо выдохнувшего на экране Уоррена. — Я думал, вас там уже убили. — Поэтому звонишь по видеосвязи, чтобы посмотреть на наши трупы? — Думал, что тот, кто поднял бы трубку, в конце концов показал бы вас, и я хотя бы знал в каком вы состоянии. Да и я хотел... Стоп. А почему вы... Мокрые? — Вспотели, — съязвил Ходж. — Я так понимаю, что без Кэтрин тут не обошлось? — блондин посмотрел на подругу, которая радостно улыбалась. — В последние месяцы ничего без участия Кэтрин в нашей жизни не происходит. — Это точно, — улыбнулся Доминик и отчего-то вспомнил, как его затащили на американские горки. Желудок свело от одного только воспоминания. — Так ты что-то хотел? — спросил его Ходж. — Да просто убедиться, что с вами всё в порядке. А то последние сообщения закончилось набором непонятных букв, а потом ты не отвечал. Это немного напрягало. — Не волнуйся, с нами всё хорошо. Правда, есть желание убить одну особу, поэтому не обещаю, что мы вернёмся вдвоём. — Буду иметь ввиду, — улыбнулся Доминик. — Только если соберёшься убивать симпапульку, то сделай это из пистолета. Она, как-никак, хорошенькая. — Я подумаю. Поговорив ещё буквально минуту, Ходж завершил звонок. Телефон он нёс в руке, поскольку вся одежда была очень мокрой. Правда, несмотря на их вечерний заплыв, настроение у обоих было хорошее. День был ярким и насыщенным, и в душе каждый хотел бы повторить его снова. Когда они шли по отелю, то ловили на себе удивлённые взгляды. Впрочем, их это не волновало. Пока они поднимались на лифте, то с их одежды успело накапать немного воды, и теперь там была лужица. Они поспешили скорее уйти, чтобы вдруг никто ничего не подумал и не отчитал. Уже стоя возле своих номеров, и прикладывая карточки, каждый оттягивал момент, когда они расстанутся на вечер. — Ходж, — внезапно сказала Кэтрин, и мужчина повернулся к ней. — Знаешь, а мне понравился сегодняшний день. А ещё мне импонирует идея как провести день из нашей легенды. Первая половина дня это культурные мероприятия и светская жизнь, а вторая — свобода и простота. — Хочешь как-нибудь воплотить в жизнь? — в ответ Кэтрин кивнула. — Можно будет попробовать. — Тогда до завтра? Нам же предстоит ещё одна встреча с Ричардом и Амели. — До завтра. Каждый скрылся за дверьми своего номера. Кэтрин стояла счастливая как маленький ребёнок, а потом начала прыгать и танцевать в комнате от радости. Ей нужно было срочно позвонить Лиз и рассказать обо всём, иначе она просто не выдержит. Ходж принял душ и закинул в стиральную машину одежду. Стоя под холодными струями он понимал, что чертовски не хочется расставаться с этой девушкой. Была бы его воля, он бы остался с ней здесь навсегда. Взяв пачку сигарет и зажигалку, Бейкер пошёл на балкон. Стоя обнажённым по пояс, он курил и смотрел на огни города. Взгляд его иногда устремлялся на соседний балкон, который принадлежал Кэтрин. Он слышал, как она что-то кому-то эмоционально рассказывала, и от этого на лице улыбка становилась всё больше.