Mission "Saving Jay"

      Розовые стены небольшой комнаты завешаны бессмысленными картинами неизвестного автора, они украшены разбитыми зеркалами и пятнами краски, а на полу валяются острые осколки и куски штукатурки. Что здесь было — только Богу одному известно, а может даже ему не видать, что случилось в этой комнатке, заставленной тысячами мониторами и разной компьютерной техникой. В глазах немного двоится и рябит, когда девушка заходит внутрь и плюхается на кожаное кресло на колесиках, она щелкает пару раз правой кнопкой мыши и вся эта электронная конструкция оживает, громко гудит и на экране красной строкой высвечивается фраза: "Загрузка была прервана, завершить загрузку?".       — Джарвис, загрузка воспоминаний, папка Чон Хосок, начать загрузку.       Загрузка 30%...       Загрузка 50%....       Загрузка 80%.....       Сбой системы. Начните загрузку заново.       Загрузка 20%...       Загрузка 60%....       Загрузка 90%.....       Загрузка воспоминаний завершена, обратный отсчет через 3..2...1...       Девиз сегодняшней миссии: «Любовь побеждает всё»       Хосок ставит камеру на штатив и нажимает на кнопочку рядом с изображением фотоаппарата. Он наводит резкость и взлохмачивает свои чуть отросшие волосы. Лампочка мигает красным, Чон отходит и плюхается на диван.       — Я... Привет. Эм, я не знаю с чего начать. Наверное надо сказать, что я люблю вас и что в этом никто не виноват. Просто всё сложно, понимаете, сложно, потому что я и сам себе не могу объяснить, что со мной. Мне просто плохо, без всякой на то веской причины, поэтому я и сижу здесь. В этой холодной обшарпанной квартирке, на краю Сеула. Вместо того, чтобы уже сидеть с вами в нашем кафе, я специально ушёл, ушёл потому что мне плохо. — Хосок на секунду замолчал. — Они ничего не знают и не узнают, хах, — бубнит он себе под нос улыбаясь и опускает глаза, сжимая пальцы так, что становится больно. — Я ненавижу свою жизнь и себя, но все думают что я счастлив. — продолжил он свой монолог, обращаясь к камере. — Как забавно, если ты улыбаешься, дурачишься и верещишь как идиот, то все почему-то думают, что тебя ничего не гложет. Они называют меня солнышком, говорят, что я дарю столько тепла и любви им, но я ощущаю себя холодным камнем, брошенным в море. Камнем, что падает на самое дно, приземляясь в песок, и поднимая кучу пыли. Так крошится и моё разбитое сердце; я страдаю от депрессии и перепадов настроения. Мой психолог говорит, что мы справимся, и что пилюли, которые он прописал, должны помочь, — он показывает на камеру оранжевую пластиковую баночку с белыми, продолговатыми таблетками и слегка трясет ею, — но проблема в том, что я не принимаю их. Я... не хочу быть овощем ещё больше, потому что, всё, чего я хочу это отлежаться в кровати, и смотреть телевизор целый день, чтобы кто-то обнимал и нежно гладил по голове, спутывая волосы. Чтобы тонкие пальцы массировали кожу головы, а не пить таблетки, когда черепную коробку до боли сдавливает и кажется, что мозги вытекут через нос.       «Они думают, что у меня всё хорошо и отлично, и рассказывают о своих проблемах, почти не слышат меня, когда я говорю, что мне плохо и говорят лишь «да-да, а вот у меня». А вот у меня чёртовы кластерные головные боли, и тошнит каждых два часа, от химии. А вот у меня депрессия, уже как 2 года, а вы об этом ни слухом ни духом. У меня пневмоторакс и я задыхаюсь от быстрого бега, а ещё когда нервничаю и переживаю - он делает рваные вдохи и легонько бьёт себя по грудной клетке. Парень прикрывает глаза, задерживая дыхание на несколько секунд и начинает дышать глубоко полной грудью».       — У меня болит где-то в груди, — на его глазах выступают слезы, но он давит злосчастную улыбку, больше похожую на злой оскал, — а вы смеётесь, когда я начинаю, говорить, что у меня плохое настроение, потому что у тебя то, ха, мне кажется, ты светишь ещё ярче. Как же? — хмыкает Хосок и ближе придвигается к камере, — Только если этими фонарями под глазами. — он садится на пол и запускает руки в волосы сжимая и оттягивая немного. Ему обидно, больно и пусто внутри, потому что его друзья, не видят и не слышат, что с ним происходят, никто из них даже не пытался как-то помочь, а его врач сказал, что поддержка близких важна. Только каких близких? Друзей, которым на него плевать? Сестре, которая в другой стране и пишет раз в год? Или девушке, которая ушла от него, к лучшему другу? Кому на него не всё равно, кому?! — Вам всем на меня плевать. Я вас люблю, йоробун, но так больше не выдержу. Как оказалось, я слишком слаб, — он вымученно улыбается в последний раз и поднимается, чтобы выключить запись. Которую скорее всего найдут вместе с ним дней через пять, но в дверь неожиданно звонят и Хосок без раздумий кричит "открыто". Внутрь влетает взъерошенная девушка, и он было думает, что это его Наён, но карамельная блондинка, в кашемировом пальто ему не знакома. Она подходит к нему и крепко обнимает, утыкаясь холодным носом в изгиб шеи, отчего у парня идут мурашки по коже. — Ч-что? Кто ты?       — Эта временная петля, скоро закроется навсегда, просто потерпи.       — Зачем.. ты это делаешь?       — Потому что мне не плевать — коротко и совсем без приторной сладости в словах, Хосоку нравится, и он обнимает её в ответ, прикрывая глаза.       — Ещё чуть-чуть, тебе совсем не будет больно.       — Хорошо, — отвечает он и целует её сухими губами в висок, — спасибо, и, если следующие жизни существуют, найди меня, пожалуйста, — последнее что слышит девушка, прижавшись к тёплому телу.       — Я люблю тебя.       Говорит она и оступает, чуть не падая, потому что человек, которого она ищет, снова растворился на атомы у неё на глазах. Но она найдёт его, будет находить снова и снова и не важно, что это займет всю жизнь. Он и есть для неё жизнь, её единственная реальность, в которой она согласна жить, и если за это нужно платить, то она начинает прямо сейчас.       Загрузка 30%...       Загрузка 50%....       Загрузка 80%.....       Загрузка воспоминаний завершена, обратный отсчет через 3..2...1...       Девиз сегодняшней миссии: «Спаси себя сам».       В вечерних новостях сообщают о популярной к-поп группе, сегодня 17 февраля и корейский новостной канал показывает, что приготовили фанаты на день рождения своего любимого участника. Все счастливы, радуются и смотрят на Хосока, который сидит в полной прострации, стеклянным взглядом пялится на трёхдневное пятно от кофе. Они говорят: «Хоби, твои фанаты просто прекрасны», «Это так красиво, Хоуп» и «"Вау, Хорс это правда невероятно, наши поклонники так талантливы», а у него в голове всё сливается в шум. Он слышит, что все обращаются к нему и как орёт телевизор, но слов не разобрать. Он задыхается, воздух практически не поступает в лёгкие, а сердце вот-вот выпрыгнет, так быстро оно стучит в груди, кажется, будто этот звук отбивается в районе висков. И страх накрывает с головой, накатывает будто волна в море, а он не умеет плавать и всё что у него получается это просто барахтаться, до тех пор, пока стихия не возьмёт верх над ним. Его знобит, а пальцы на руках немеют, у него паническая атака, третий раз за сегодняшний день. Хосок зажмуривается и судорожно считает до десяти, сначала очень быстро, почти не улавливая очертаний цифр у себя в голове, но постепенно замедляется.       Раз...       Сердце всё также ошалело стучит в груди,       Два...       Лёгкие отпускает и он делает глубокий вдох,       Три...       Пальцы начинают болеть от того, как сильно он их сжимает,       Четыре...       Он открывает глаза и пытается сфокусировать взгляд на том же пятне от кофе,       Пять...       Он наконец-то поворачивает голову в сторону паникующих парней, которые звали и говорили с ним минут 15, но потом поняли, что он их не слышит,       Шесть...       Хосок улыбается им слабо и показывает пальцами знак «окей»,       Семь...       Голова начинает нещадно кружиться, будто рыжеволосого штормит       Восемь...       В ушах начинает звенеть, но парень не обращает на это внимания,       Девять...       Он делает огромное усилие, чтобы встать, но собственные ноги запутываются и он делает шаг       Десять...       Он падает в обморок под вопли шестерых. ~       Хосок просыпается резко, будто от кошмара, перед глазами немного плывёт, а в горле словно пустыня. У него на лбу холодный компресс и макушка Юнги под правой рукой, он улыбается и начинает массировать его кожу головы. Брюнет издает непонятный звук и просыпается, до него медленно начинает доходить суть происходящего и он хватает тонкое запястье друга, смотря на того перепуганным взглядом.       — Хоби...       — Я не болен.       — Хоби... — с горечью повторяет Юнги, целуя его бледное запястье.       — Я не псих, понимаешь, — его голос дрожит, а в уголках глаз собирается влага.       — Хоби...       — Я не больной на голову, Юнги! — вскрикивает он и по его щекам стекают горячие слёзы. Парень плачет и смотрит таким жалобным взглядом на брюнета, что тому хочется выброситься из окна, чтобы не видеть этой обречённости в глазах самого дорогого ему человека.       — Хоби... твой доктор сказал, что у тебя клиническая депрессия и панические атаки, почему ты не сказал нам...       — Я не больной, — шепчет он, будто не слыша слов друга, он мотает головой, глотая соленые слёзы вместе с соплями и начинает кусать губы и заламывать руки.       — Первый признак нервозности, — говорит врач и запинается, — вы должны быть с ним рядом, в таком состоянии он не справится сам.       «Быть рядом — это же так легко», — думают все. «Быть рядом — это же такая ответственность», — думает Джун. «В таком состоянии...», — думает Юнги, и эта мысль застревает у него в голове.       Он засыпает с ней и просыпается на следующее утро, заставляет Хосока выпить таблетки и уговаривает Намджуна не отменять запланированную вечеринку у них дома. Юнги словно тень следит за другом целый день, практически не отходит от него и обнимает тепло и надёжно, так, что рыжеволосый раздумывает над тем, что может быть жить всё-таки стоит. Парни лишь смотрят на них и загадочно улыбаясь готовят на кухне праздничный ужин, они захламляют помещение кучей гелиевых шариков и подарков от них, менеджера и нескольких людей из стаффа, с которыми они близки. Ровно в семь вечера на него надевают праздничный колпак и сажают за стол, все поочередно поздравляют и дарят подарки, но он говорит лишь «спасибо, я открою немного позже». Чонгук подсаживается ближе к хёну и накладывает ему больше мяса, Джин наливает ему сок, вместо шампанского в руках Чимина, потому что рыжеволосый слишком слаб для алкоголя. А Тэхён с Намджуном ближе к ночи готовят праздничный торт, со свечами в форме цифр обозначающих его возраст. Хосок задувает свечи и отщипывает кусочек шоколадного печенья воткнутого в крем из сливочного сыра и чувствует вибрацию телефона в кармане домашних брюк. Он достает смартфон и видит сообщение от контакта «милая незнакомка»: «С днём рождения, Хосок~и, будь счастлив». Он пялится на это предложение и в груди у него разливается тепло, парень улыбается во все тридцать два и понимает, что вот он момент, когда никто не заметит. Рыжеволосый снимает колпачок и подымается в свою комнату, он решает не закрывать дверь, ведь незачем. Его руки ужасно трясутся, когда он достает пошарпанную коробку из-под кровати. Но ведь всё уже решено, и это не необдуманное желание, он планировал это ещё несколько месяцев назад. Он отбрасывает крышку и берет в руки тяжёлый пистолет. С его глаз катятся слёзы, когда он подставляет холодное дуло к виску.       В гостиной воцаряется гробовая тишина, когда к общему удивлению в дверь резко начинают ломиться.       — Помни, та же квартира, тот же ключ, всё как и тогда, постарайся не опоздать.       Сначала дверную ручку просто дёргают, а потом вставляют ключ и проворачивают его в замочной скважине. И к общему удивлению она поддаётся, дверь резко распахивается, а парни видят запыхавшуюся девушку.       — Где Чон Хосок? — спрашивает она с испугом, что плещется на дне серо-голубых глаз.       — Его комната наверху — отвечает Юнги, и она, бросив на него злой взгляд, взлетает вверх по лестнице, громко хлопая дверью. Хосок дёргается и практически нажимает на курок.       — Нет! — вскрикивает она и подбегает к парню, — Стой, пожалуйста.       — Ч-что? Кто ты?       — Ты должен мне поверить! — она умоляюще смотрит на него, и он опускает руки. Из его глаз капают слёзы, и девушка крепко обнимает Чона, он опускает голову ей на плечо не переставая плакать.       — Я так устал... Мне так тяжело... — говорит парень и всхлипывает, — Я не могу так больше, зачем ты пришла...       — Потерпи ещё несколько минут, прошу, тебе не будет больно... Скоро и эта петля закроется навсегда.       — Что будет если у меня не получится?       — Эта петля закроется навсегда и в одной из мультивселенных он прекратит своё существование, на совсем, у тебя нет права на ошибку.       Если бы ты только пришла раньше, думает Хосок, всего несколько минут, если бы поспешила, я бы передумал. Но сейчас уже некуда отступать.       Чему бывать, того не миновать.       — Спасибо, — шепчет он прижимая левой рукой её голову к своей груди, а правая поднимается к виску. Прежде, чем она успевает что-либо сделать, слышится оглушительный выстрел и тело плавно обмякает в руках клубничной блондинки. Её волосы пачкаются в крови, а в ушах звенит, она снова опоздала. Из глаз начинают предательски катиться слёзы, но сейчас не до этого, потому что тело у неё в руках не исчезает, ход событий не прерывается.       — Закрывайся, закрывайся, — шепчет она и вытягивает правую руку из-под тела, девушка смотрит на часы и большая минутная стрелка делает ход. — Закрывайся, давай же! Да закрывайся же ты! — кричит она от безысходности. Блондинка рвет на себе перепачканные волосы и сильно пинает стул, что с грохотом врезается в стену. Девушка кричит от горечи, что оседает на кончике языка, всё должно было случится совсем по-другому, она должна была успеть. В груди ужасно жжёт и слёзы снова просятся наружу, он в который раз умер у неё на руках. Эта боль потери не исчезает, она притупляется со временем, но это всегда остаётся где-то там, спрятанное глубоко внутри. На лестнице слышатся шаги и голоса парней, кто-то бежит к его комнате очень быстро. На то, чтобы открыть окно ей хватает полминуты.       — Как выйти из петли если он не исчезнет?       — Всё просто, тебе нужно умереть.       Она выпрыгивает из окна до того, как туда влетает Юнги. До того, как он подбежит к окровавленному телу друга. До того, как осознает что произошло. До того, как он душераздирающе закричит и начнет рыдать. До того, как в комнату зайдут остальные. До того, как они увидят мертвого друга с пистолетом в руках и настежь распахнутое окно. До того, как эта временная петля закрывается навсегда...       05.11       От: Неизвестный номер       Кому: Мин Юнги       Мудак.       (Не прочитано)