Chapter Two

Когда Северус пришёл в сознание, он ощутил место, где лежал, ещё до того, как открыл глаза. Он лежал на холодной, твёрдой поверхности, скорее всего, сделанной из дерева. Он приподнялся и почувствовал, что его палочка ещё в кармане, слава Богу, целая. Он открыл глаза и сразу же заморгал от яркого света, ударившего в них. Грейнджер лежала в нескольких метрах от него, её тело было в неестественной и неудобной позе. Северус огляделся и увидел, что они лежат в гостиной какого-то дома, и он не имел ни малейшего понятия, какого дом размера. Он резко поднялся и подошёл к Грейнджер, начал её трясти, чтобы она проснулась. Она не двигалась, поэтому он легко поднял её на руки и отнёс на красивый зелёный диван. Пока шёл, он оглядывался по сторонам. В гостиной было несколько полок, полностью забитых книгами, и он отметил это как большой плюс. В стене был большой камин, около которого наверняка было бы очень приятно сидеть холодными вечерами, ещё один диванчик и два подвесных кресла. На полу был милый персидский ковер. Почему Тёмный Лорд послал их сюда? Северусу захотелось исследовать дом, но нельзя было оставлять Грейнджер одну, так что он взял книгу по зельям с одной из полок и начал читать до тех пор, пока девушка не проснулась полтора часа спустя. Она потянулась и схватилась за лоб. — Мерлинова борода, у меня никогда не было такой мигрени, — вздохнула она. У Северуса тоже была головная боль, но она потихоньку утихала с того момента, как он встал. — Это пройдет, — заверил он. Вдруг Гермиона вскочила, осознав, кто перед ней сидит и что произошло. — Сэр! — воскликнула она с как будто бы облегчением. — Расскажите мне всё, что вы помните с того момента, как встали, мисс Грейнджер, — сказал он, лениво переворачивая страницу книги. Она рассказала ему про приготовления к учёбе, поход на завтрак и про то, что её похитили на пути в класс зельеварения. Он поднял руку, останавливая её, припоминая себе, что Чёрный Лорд сказал ему прямо перед тем, как отправить их сюда. Кровь отлила от его лица. Гермиона занервничала, когда увидела его бледность, и чуть потрясла его за руку. Он пришел в себя и посмотрел на неё. — Грейнджер… — сказал он тихо и медленно, — ты не чувствуешь ничего странного? Нет никакой боли в животе? Или изжоги? Гермиона подумала и кивнула, мол, да, живот болит довольно сильно. Но, наверное, это больше из-за телепортации. — Когда у вас начинается менструация? — спросил Северус. Гермиона покраснела как редиска из-за такого интимного вопроса. — Они должны начаться через два-три дня, — тихо сказала она. — Проинформируйте меня, когда они начнутся, — сказал Снейп ледяным голосом. Она испуганно кивнула. Она не ожидала от него такого странного поведения. Просьба была не самой страшной, но такое требование сложно понять, если его говорит учитель. Северусу никогда не доводилось использовать чары, определяющие беременность, потому что он очень боялся, что тест окажется положительным. Также он решил не рисковать, ведь для вызова заклинания, определяющего беременность, плоду должно быть больше недели. — Оставайся здесь, я пойду проверю дом на наличие каких-либо посланников от Чёрного Лорда. Будь осторожна. Гермиона открыла рот, чтобы спросить, почему она не может пойти с ним, но затем передумала, решила послушать приказ и попытаться выяснить сама. Когда Северус переходил из комнаты в комнату, он отметил, что это был очень комфортный дом. Там было две спальни, столовая, гостиная, подвал, чердак и кабинет. Всё казалось очень… уютным. Также он заметил маггловские фотографии, которые были сделаны либо магглами, либо полукровками. Ему показалось странным, что по всему дому были расставлены бутылки с алкоголем, причем разных видов — на прикроватной тумбочке была кружка пива, несколько пустых стаканов текилы стояли рядом с бутылкой огневиски, и так было практически в каждой комнате. Он пошел на кухню, чтобы посмотреть, была ли там посуда. Как оказалось, была. Полки просто ломились от самой разной посуды. Ящики были также забиты едой, равно как и холодильник. Он задумался, почему Тёмный Лорд презентовал им столь комфортабельное жилье как наказание. Никакие его мысли не приводили его к разгадке. Взгляд Северуса упал на кухонные часы. Они были заключены здесь уже несколько часов, и живот напоминал ему про то, что уже давно наступило время обеда. Было около пяти вечера. Северус совершил несколько сложных пассов волшебной палочкой, чтобы убедиться, что в доме никого не было, или что еда не была отравлена перед тем, как он позвал Гермиону вниз. — Идите сюда, мисс Грейнжер! Дом безопасен, — сказал он. Несколько мгновений спустя в кухне появилась Гермиона, изучая окружение с явным любопытством. — Вы умеете готовить? — спросил Северус. Она смутилась. — Я могу приготовить какое-то конкретное блюдо, если передо мной лежит рецепт. Снейп фыркнул и мысленно закатил глаза по поводу её экспериментов в готовке. Он взял с книжных полок поваренную книгу и попросил выписать все ингредиенты. Они решили, что для первого раза сойдёт простой рецепт пасты с фаршем, и Гермиона начала готовить, пока Северус внимательней рассматривал дом, прибирал то, что не было прибрано, и выкидывал это всё в мусорное ведро в ту комнату, которую он уже себе выбрал. На кровати лежали зелёные и чёрные шелковые покрывала, и они напомнили ему его кровать в Хогвартсе. Он проверил шкафы на предмет наличия одежды, нижнего белья и прочего в обеих спальнях. Северус отдал вторую спальню, на кровати которой лежали белые и красные хлопковые покрывала, Гермионе. Он всё равно не знал, что делать с женской одеждой в её гардеробе. Когда Гермиона позвала его на ужин, её накрыло осознание того, насколько странной была ситуация. За последние двадцать четыре часа она была похищена, её пытал сам Волдеморт, её разбудил самый ненавистный профессор Хогвартса в странном доме и она только что сделала для него и себя ужин. Она потрясла головой, думая, что уже просто совсем поехала и ей нужно держать голову чистой и свежей на всё своё время пребывания здесь. Сейчас бы была самая нелепая ситуация, из-за которой надо было терять голову. Северус появился в дверном проёме как раз в то время, как она раскладывала еду на тарелки, и посмотрел на неё. Она заколола свои волосы назад чёрной заколкой, но несколько непослушных прядей всё равно сползли ей на лицо. Она напомнила ему об его матери, разве что у его матери были прямые чёрные волосы, прямо как у него. Отказываясь думать о ней сейчас и вызывать болезненные воспоминания, он потряс головой, тоже понимая, что он сейчас пребывает в довольно странном месте и состоянии. Они ели в тишине, но, конечно, Гермиона и не надеялась услышать похвалы в сторону своей готовки. Она волновалась, ведь причиной молчания могло послужить то, что Северус просто не хотел оскорблять её стряпню. Затем она подумала, почему же она всё-таки не может начать разговор. Она прочистила горло, и глаза Северуса встретились с её глазами. Он изогнул бровь, как, например, если ему нужно было сказать «Что? Чего же ты ещё сейчас от меня хочешь?». Но она собрала свою гриффиндорскую храбрость в кулак и спросила: — Сэр, что же мы будем делать? И первый раз в жизни у Северуса Снейпа не было для неё ответа. — Я пока не уверен, мисс Грейнджер. Я верю, что лучшим сейчас будет ожидание, и затем мы увидим, какие результаты оно принесёт. Мы не знаем, как долго будем здесь или донесли ли уже о нашей пропаже. Когда же это произойдет, учителя отправят за нами поисковую группу и, скорее всего, мы вернёмся в Хогвартс через несколько дней. Этот ответ удовлетворил вас? Она кивнула и больше ничего не спрашивала. Он явно не был настроен на разговор. К слову, Северус сейчас очень много думал. Очень. Он и его студентка были похищены, их пытали. Потом они оказались в доме Бог знает где и явно были не способны ничего сделать. Внезапно Северус понял, что ещё ничего не проверил снаружи. Он резко встал, напугав Гермиону, и подошёл к окну около раковины. Пустыня. Пустыня простиралась так далеко вперёд, как он только мог видеть. Высокая, некошеная трава была похожа на сафари-парк, колыхавшись от ветра. Золотая трава отсвечивала от раннего заката. Казалось, будто бы солнце пытается поджечь траву, отчего она казалась ещё красивее. В небе не было облаков, но сияние — розовое с переливами оранжевого в красный от заката. Никаких фонарей не было, и Северус почувствовал что-то, на первый взгляд показавшееся как бы… замиранием сердца? Нет, это точно не оно… Гермиона подошла к другому окну, чтобы тоже посмотреть на открывающийся вид. На секунду у неё прервалось дыхание от такого красивого вида. Ей показалось, что она смотрит на картину. Пока солнце медленно исчезало за горизонтом, тени ложились на поля и становились всё темнее и темнее. Скоро совсем стемнело, и она повернулась к Северусу, но его уже не было. Он ушёл в комнату ещё давно, и когда она это поняла, её накрыло отчаяние. Она чувствовала себя такой… одинокой. Она закрыла лицо руками, сползла по стене и всхлипнула.