Дом Дракона

Маленький Дракон сорвался. Со скалы, с катушек — всё вместе. Откуда было знать ему, что в этот раз Ветер не подхватит его, что будет Дракон камнем лететь вниз, с жадностью и страхом хватая слишком холодный воздух? Его большие, даже слишком для такого молодого возраста крылья были расправлены сколько он себя помнил — и с гордостью он носил их, веруя, что именно они помогают ему летать. Но стоило Ветру чуть стихнуть, а потом и вовсе раствориться в Воздухе, до Дракона дошло: всё это время его поддерживал именно Ветер — подгонял вперёд и вверх, не давая упасть. Это откровение больно ударило не только по крыльям Дракона, но и по его сознанию. Ведь он так привык к постоянному присутствию Ветра, что порой не замечал его, а порой и вовсе сердился, что сегодня он слишком «слаб» или «резок». Но когда же Ветру пришлось улететь в другие края и надолго покинуть дом Дракона, это огнедышащее и сильное животное оказалось запертым в большой и глубокой яме под названием «весь остальной мир». Да, был он для него действительно ямой или скорее пещерой, малопривлекательной и неинтересной по сравнению с Небом, полётами и Ветром. Сначала он разозлился: на себя — «Какой я слабый, никчёмный. Ничего не могу без Ветра», на Ветер — «Не нужен ты мне. Надоело это твоё безумие и непредсказуемость!», а потом успокоился. Пришлось ему искать другую опору. Дракон впервые за многие годы прижал крылья к телу и встал на свои, такие слабые, казалось, лапы. И нашёл в себе силы даже порадоваться он — «наконец-то я не завишу от прихотей Ветра, наконец-то никто не врезает меня о скалы, не таранит мной деревья. Как хорошо». Но со временем начал он замечать и недостатки Земли. Ворчать о том, какая она грязная, грубая и каменистая, и принялся он жаловаться на жизнь снова, пока не почувствовал, как от каждого его слова сделать шаг становилось всё сложнее и сложнее, а Земля угрожающе засасывала и манила «хочешь, покажу, что лежит подо мной?». Дракон мотал головой и продолжал идти, выискивая в природе вокруг признаки возвращения Ветра. Уже и не верил он, что сможет когда-нибудь взлететь снова, что хватит ему на это сил и желания. Но годы шли, научился Дракон с самурайской или лучше сказать, с драконьей выдержкой принимать то, что имеет и уже с приятной тоской, с мазохистским почти наслаждением вспоминал он о Ветре. И представлял, как воспарит, как только Ветер вернётся. И уже не злился он на него, не обижался. Да и Землю не ненавидел, приспособился и к этой жизни Дракон. И стал он увереннее в себе, и стал он сильнее, и смог с трезвой головой расценить — чего он хочет от Жизни. И пусть иногда всё же просыпался в поту от страшных мыслей Дракон — «а вдруг я снова забуду, как ценил полёты, как ценил свободу, как ценил Ветер?», но кроткая Земля успокаивала и напоминала о том, что Дракон со всем справится.