Тьма

♪ Hania Rani, Dobrawa Czocher — Malasana ♪

      Дождь заливал за шиворот куртки, но Энди стоял неподвижно, читая одни и те же строки уже сотый или тысячный раз.

Виктория Уокер

1997 — 2021

Пусть Небеса примут тебя

И ты обретешь своё счастье

      Очередной раскат молнии осветил силуэт, возникший позади в темноте осеннего вечера. Он смотрел перед собой, не замечая непогоды, словно позволяя серым каплям заполнять пустоту внутри, растущую всё больше с каждым прочитанным словом.       — Небеса не принимают самоубийц, — Люцифер подошел ближе, поравнявшись с Энди, — Но ты ведь и сам это знаешь.       — Она заслужила, чтобы хоть кто-то в этом мире надеялся на её счастье, даже если этого никогда не произойдет.       Энди взглянул на демона рядом, замечая в его руке розу, которую он прикрывал крылом, чтобы дождь не сбивал с неё лепестки.       — Не будь таким лицемером, непризнанный, — Люцифер сверкнул красным огнём в глазах, сжигая его мысленно, — Ты сам травил её. Собственными руками давал ей яд, из-за которого она теперь лежит здесь. Точнее то, что от неё осталось…       — Прекрати…       — И ей никогда не вырваться из тьмы Небытия. Она застряла там навечно. Ни Земли, ни Небес. Лишь бесконечная пустота.       Люцифер стиснул розу, чувствуя, как острые шипы вонзились в кожу до боли, до капель крови. Вспоминая ту бездну в её взгляде, что видел незадолго до её смерти. Теперь эта тьма стала ей колыбелью.       — Я просил её довериться мне, мы бы уехали из этого города. Я бы смог позаботиться о ней, — Энди помотал головой, набирая больше воздуха в легкие и борясь с отчаянием, — Мы бы…       — Вы бы что? — мрачно спросил демон, подавляя потребность силой влить в него ту дрянь, что он давал ей, — Жили долго и счастливо? Об этом ты фантазировал?       Энди повернулся на него, наблюдая, как холодные капли пытались стереть эмоции с напряженного лица, испаряясь туманом из-за того затаённого гнева, что теплился в демоне.       — Всё было бы иначе…       — Неужели ты думаешь, что смог бы увезти её от самой себя? — Люцифер зло усмехнулся, стряхивая с крыльев воду.       — Это и правда были твои слова, — непризнанный громко выдохнул в темноту, с холодным паром пытаясь отпустить скопившееся напряжение и повышая голос, — О том, что куда бы она ни уехала, ей не спастись. Вот из-за чего она прыгнула. Из-за твоих слов! — его рваный выкрик потерялся в дожде.       — Не пытайся сделать крайним меня!       Люцифер повернулся к Энди, с громким яростным хлопком раскрывая крылья, слыша, как за его спиной грозным эхом раздался гром. Непризнанный смотрел на него с вызовом, не дрогнув, лишь плотнее стискивая зубы. Его губы и руки дрожали от сдерживаемого сожаления. Он зачесал назад мокрые волосы, сжимая их до боли. Будто бы это могло помочь, будто бы это могло вернуть её.       — Но твои слова подтолкнули её ещё ближе к краю. Она ведь искала в тебе спасение и не нашла…       Люцифер сделал шаг к нему, смотря со злобой и поджимая губы в тонкую линию. И без слов Энди зная, насколько тот был прав. И как эта правда съедала демона все последние дни. До бессонницы, до ненависти, до сбитых костяшек пальцев, до изнеможения в крыльях.       — Каждый из нас виноват по-своему, но твоя вина, Энди, в разы больше. И ты это знаешь. Иначе не стоял бы здесь весь день.       Молния сверкнула, освещая серые крылья и лицо непризнанного. Чувство вины словно добавило ему возраста и усталости. Дождь заливал глаза, выражая то, что из себя он выдавить уже был не способен.       — Зачем ты делал это, непризнанный? И лучше ответь мне. Я не хочу пачкать руки в твоей крови на её могиле, но если понадобится выбить из тебя правду, я это сделаю.       Люцифер возвышался над ним, борясь сам с собой, чтобы не воплотить в реальность свои же слова. Чтобы не отыграться на каждом, на ком мог, в попытке найти виноватого, заглушить свою душевную неприкаянность.       — Это не моя прихоть, Люцифер.       — О чём ты?       — «M.A.D» был создан на Небесах. Для людей.       Люцифер смутился, понимая, что никогда не знал и не слышал об этом. И, если уж он не имел представления, то почему об этом знал какой-то непризнанный.       — С какой целью?       — Непризнанные. Всё дело в нас, — Энди поднял глаза к небу, рассматривая отблески молний, — Небеса подсадили людей на свой наркотик. Тех, кому суждено стать непризнанными, вещество постепенно всё сильнее погружает в наш мир, словно в самый прекрасный сон. К моменту, когда приходит их час, они жаждят Небес также сильно, как их хотела Вив… И принимают смерть и посмертие проще. Не застревают в межмирье…       — Вот почему вас стало так много…       Демон нахмурился, бегая взглядом по земле, ни за что в сущности не цепляясь, сопоставляя факты.       — Именно это и происходило с Вики. Она жила на два мира. Так я и нашел её. И стал её смотрителем, контролировал дозы так, как меня научили, вёл её и готовил к жизни там, наверху. А после… — Энди сделал тяжелый выдох, пытаясь вытолкнуть ком из своего горла, — А после стал другом, привязался. Но с ней что-то пошло не так…       Люцифер изучал уставшее лицо непризнанного, подмечая то, насколько больно ему было говорить о ней. Понимая, что он не желал ей смерти. И всё же продолжал давать ей яд… Но кто давал яд ему?       — Что ты имеешь ввиду?       — Почему-то Вики вместо людей постоянно видела смешанные образы. Она говорила, что наш бармен Эд копия Ади, но в реальности это не так. Тоже самое она сказала перед тем, как… — Энди замолчал, сотый раз прокручивая в голове воспоминание, — Сказала также про Форцио и Фенцио. Они смешались в единую личность для неё.       — Не произноси имя этого человека…       Взгляд вспыхнул алым в темноте, вытаскивая на поверхность всю злость и желание показать Форцио Ад.       — Значит, и ты знаешь, что этот ублюдок сделал с ней. Я молю лишь о надежде на то, что она не вспомнила тот момент…       Слова хлестанули демона под дых, загоняя в его разум десятки предположений о том, что ещё могло произойти с Вики. Пальцы сами сомкнулись сильнее и новая струйка крови потекла по ладони из-под шипа.       — Вот что стало последней каплей… Я думал… Я не знал… — Энди взглянул на Люцифера с отчаянной мольбой, тихо добавляя, — И не знаю, как жить теперь с этим.       Ему не нравилось то, что говорил непризнанный, он боялся лезть в его воспоминания, опасался увидеть там ещё одну порцию её отчаяния. Он останавливал своё желание как мог, ради себя, но оно было сильнее, чем страх увидеть то, что не сможет забыть и простить.       — Покажи мне её последний день. Я хочу видеть. Мне нужно… видеть.       Он протянул к Энди руку, понимая, что не сможет жить в неведении, не сможет не знать, лишь измучает себя собственными догадками. Не сможет отказаться увидеть её живой в последний раз…       — Уверен?       Дождь заливал их обоих нещадно, словно понимая, что так они наказывали себя, пытались смыть со своих душ всю боль, вину и горечь утраты.       — Уверен.       Энди подошел ближе и обхватил протянутую ему руку, передавая воспоминания с того самого момента, когда она пришла к нему домой и до последней секунды. Люцифер моргнул, запечатлевая последние минуты жизни Вики в своей памяти и в сердце навсегда. Чувствуя, как пылало в груди.       — Ты должен был прыгнуть следом! — его голос был сдавленным и будто чужим, стебель хрустнул в руке, ломаясь.       — Должен был… — непризнанный закрыл глаза и сглотнул очередной ком своих ошибок.       — Ты мог поймать её, мог успеть. Мог… спасти её!       Люцифер начал ходить из стороны в сторону, как тогда в комнате, снова не зная, куда себя деть и как теперь справиться с той мыслью, что даже в самую последнюю секунду всё ещё был шанс предотвратить этот кошмар. Но его не было рядом. А Энди — не смог. Остановился у края. Принял молнию за чертов знак судьбы… В груди жгло и давило так, что воздуха не хватало, пока стук сердца звучал в ушах барабаном. Энди также метался внутри самого себя, уже не имея сил на движение. Он крикнул в спину демону, словно пытаясь доказать ему и себе, что не был убийцей, не был трусом… Но и героем не стал.       — Я просыпаюсь и засыпаю с этими мыслями!       Люцифер замер, закрывая глаза и обращая лицо к дождю в попытке очистить себя от злости, выпуская весь воздух из лёгких и чувствуя, как осунулись плечи, словно на них упал неподъемный груз. Негромко произнося:       — Оказывается, ты можешь спать…       Красные угли злобы погасли в глазах и их сменила темнеющая отчужденность, которая превращалась в густую, непроглядную тьму, что заставила Энди ощутить неприятные мурашки. Воспоминания крутились в сознании Люцифера и это ненавистное лицо Форцио вызывало тошноту и желание превращать мир в пепел. Он жалел, что влез дальше, чем Энди хотел показать. Жалел, что отыскал то воспоминание, о котором говорил непризнанный, где Форцио воспользовался ей, пока она об этом даже не знала.       — Он… — демон произнёс металлическим, будто искусственным голосом, — Эта мразь… Он сломал её.       — И никто из нас не смог помочь.       Люцифер мрачно смотрел на потемневшее от дождя надгробие, выстраивая цепочку событий в своей голове, размышляя о том, как всё могло бы сложиться, если бы…       — Оставь меня одного. Я хочу попрощаться.       Непризнанный в последний раз прочитал выученную наизусть надпись, тихо произнося «прощай» и побрёл, куда глядели глаза. Люцифер подошел к надгробию, всматриваясь в выбитые имя и фамилию, что таким же глубоким оттиском отпечатались на его душе. Его голос был тихим, терялся в дожде.       — Пройдут года, десятки лет, целый век… Твоё надгробие треснет от сырости и запустения, покроется мхом и травой. И все забудут о тебе, забудут даже гораздо раньше…       Демон присел на корточки, аккуратно укладывая на изгиб плиты сломанную розу.       — Такой я и запомнил тебя. Как этот цветок. Красивой… Сломленной… И обещаю тебе, что когда все забудут, я буду помнить. Ту тебя — живую и настоящую, слегка сумасбродную, — какой ты хотела быть и была рядом со мной. Обещаю помнить и ту тебя, которая была со мной честна. Мне жаль, что для тебя в моем мире было так мало времени.       Он провел пальцами по её имени и медленно поднялся, надолго закрывая глаза, прежде, чем произнести последнее, что должен был сказать ей.       — Прости, что не смог дать тебе то, что ты искала. И прощай, Вики Уокер. Пусть твоя душа однажды найдет покой…       Он собрался уходить в момент, когда тонированная черная машина остановилась неподалеку. Демон узнал её сразу. Узнал и возненавидел, думая, что большей ненависти он испытывать не мог. Люцифер ступил в тень склепа поблизости, чувствуя несколько энергий от машины, одна из которых была ему слишком хорошо знакома.

•

      Ади сидел на заднем сидении машины Форцио и смотрел на него пустыми, покрасневшими от переживаний глазами, под которыми залегли темные круги.       — Ты обещал мне! Обещал, что она будет в порядке! Я делал всё, как ты просил: притворялся барменом, дал ей ту ампулу, что ты сказал! А теперь она мертва…       Форцио пожал плечами, абсолютно не обращая внимания на гнев юного демона.       — Ты отлично выполнил свою часть работы и, как и договаривались, вас с Сэмом никто не тронет за вашу связь. Живите, радуйтесь, любите. Сэма сегодня же выпустят из башни. Ты ведь этого хотел. Так чем ты недоволен?       Взгляд Ади бегал по чужому лицу, не находя в нём ни капли сожаления или сочувствия.       — Тем, что Вики мертва! — Ади накричал на него, тут же переходя на подавленный полушепот, — Я делал это ради любимого, но потерял друга. Она должна была жить. Ты обещал, что она будет жить в нашем мире, но ты соврал мне.       Форцио усмехнулся, качая головой. Ему будто нравилось слушать боль в чужом голосе.       — Я не врал. Теперь она живет на Небесах. Просто не совсем так, как ты того хотел… Непризнанная оказалась слабой. Такое случается.       — Иди к черту!       Ади буквально выплюнул эти слова с отвращением, быстро вышел из машины и направился к надгробию стремительным шагом. Люцифер встретил его из тени, преградив дорогу.       — Ты с ним заодно, — демон смотрел свысока, выражая одним лишь взглядом свою неприязнь.       Ади молчал, сдерживая чувство вины и скорбь, подставляя лицо дождю, будто эти холодные капли могли заменить ему слезы. Люцифер обошел его, нарочно задевая крылом, направляясь к ненавистной машине. Ади опустил голову, сжимая глаза пальцами так сильно, как мог и опустился на колени рядом с плитой, тихо прося прощения у подруги.       Люцифер оказался у машины резко, всего за секунду и распахнул дверь с той стороны, где сидел Форцио. Мужчина удивленно посмотрел на демона, но не успел сказать и слова, потому как быстро очутился на улице в луже грязи.       — Какого хрена…       Марк, верный водитель Форцио, тут же выскочил следом и Люцифер отбросил его крылом, как назойливую муху, и тот рухнул на мокрую траву, приложившись головой о чей-то памятник. Демон схватил Форцио за горло, сияя огненным взглядом и с угрозой произнес:       — Ты убил её. Изнасиловал и этим убил, — он поднял Форцио в воздух перед собой, сжимая руку на горле, чувствуя, как человек царапал его кожу.       — Пичкал наркотиком и пользовался этим. Ты отобрал у неё шанс на новую жизнь. Отобрал её у меня. И ты заплатишь…       Форцио хрипло рассмеялся, когда пламя Преисподней блеснуло в красноте глаз. Человеческая шея хрустнула под напором силы и пальцев, проворачиваясь в неестественную позу. Люцифер бросил тело под ноги, запоминая его скрюченное лицо и развернулся, чтобы уйти. Он думал, что от этого станет легче или проще, но злость не ушла, как не ушли горечь и тьма. Они всё ещё бередили и создавали раздрай внутри, и Люцифер не знал, что ещё он должен сделать, чтобы эти чувства исчезли. Издевательский смех за спиной остановил его шаги. Демон резко обернулся, видя, как от тела Форцио отделился ангел Фенцио, расправляя крылья и гордо встряхивая их.       — Признаться, эта оболочка мне уже порядком поднадоела. Как раз подумывал сменить на другую.       Люцифер смотрел удивленно, застыв на месте. Складывая новый фрагмент мозайки, что дополнял картину, порождая новые вопросы.       — Что? — ангел Фенцио отряхнул свою одежду, поправляя складки и весело улыбаясь, — Чему именно ты так удивляешься? — в его голосе звучало пренебрежение и насмешка, что распиливали демона на новые части.       Люцифер ощутил, как в нём закипала сила от осознания, что к её смерти привел не человек. Это будто оголило все нервы и обострило и без того тяжелые чувства. Пламя алело в радужках, распаляясь сильнее, пока демон приближался к ангелу, впиваясь взглядом в жесткое, самодовольное лицо. Схватив Фенцио за одежду на груди, он намеревался сделать тоже самое, что и с его оболочкой, но тот лишь рассмеялся ещё сильнее, не предпринимая попыток сопротивляться.       — Убьёшь меня? Ангела? Бывшего Престола? — Фенцио издал язвительный смех, делая взмах крыльями, чтобы не висеть в воздухе, — Пойдешь против Цитадели и всей расы ангелов? И ради кого? Шепфа, Люцифер! Уж отбрось этот пафос. Эта шлюха того не стоит.       Фенцио сделал еще взмах, чувствуя, что хватка демона стала сильнее, а Ад во взгляде засиял тысячей котлов.       — Заткнись, — сквозь зубы произнес демон, до побеления сжимая пальцы, — Ты издевался над ней. И убил.       — Ты уже говорил это, не будь таким скучным! — Фенцио изменил интонацию, произнося его имя нарочито возвышенно и с издевкой, — Но ты-ы, великий Люцифер, сын самого правителя А-ада! Неужто пойдешь против ангелов?       Фенцио изучал парня перед собой, видя, как в нём бурлила ненависть. Он жестко улыбнулся, понимая, что власть была в его руках.       — О-о, я не думаю! Ведь так ты развяжешь войну, которую вам не выиграть. И в этой войне погибнут многие. Больше, чем одна никчемная непризнанная.       Люцифер сжимал зубы, чувствуя, как ненависть внутри закипала из-за того, что он был прав. Он ослабил хватку, отводя взгляд, в котором переливалось безумие. Фенцио высвободился и встал напротив, брезгливо поправляя одежду.       — Поверь, мне простят убийство человека, а вот тебе смерть ангела, бывшего Престола — вряяяд ли. И ты это знаешь.       Он сложил руки за спиной, победно улыбаясь, наблюдая, как ощеривались бордовые перья и как сжимались кулаки. Дождь сминал некогда белую робу ангела, размазывая грязь, что была на ней. Люцифер сдерживал себя, чтобы не перейти ту черту, после которой мир Небес раскололся бы пополам.       — Почему? Зачем ты сделал это?       Ангел небрежно пожал плечами, будто бы не совершил ничего предосудительного.       — Слышал когда-нибудь о том, что месть подают холодной? Так вот моя месть — ледяная. Ребекке точно понравится.       Люцифер не верил своим ушам. Не мог поверить в то, что Вики здесь была даже ни при чем. Была лишь пешкой в чужой ненависти. Так было на Земле, и так же с ней поступили на Небесах… Он смотрел на ангела исподлобья, хмурясь всё больше, чувствуя, как бездна и гнев пожирали его мысли и душу, словно левиафаны.       — Насколько же ты болен, Фенцио, раз считаешь, что за грехи Ребекки с тобой должна была расплачиваться её дочь. И как же ты глуп, если думаешь, что ей есть до этого дело. Ни отца, ни матери не было на похоронах собственной дочери. Ни одного из них там не было. Настолько им наплевать.       Фенцио скривился в лице, слушая демона.       — Я знаю эту суку и, поверь, дочь нужна была ей живой, чтобы управлять и распространять своё влияние. Но я лишил её этого! — его тонкие губы вновь растянулись в улыбке.       — Гордишься собой. Гордишься тем, что отыгрался на той, кто даже не была уверена в существовании Небес…       — О, я не просто горжусь! Я перематываю свои воспоминания раз за разом. Наслаждаюсь ка-аждым моментом. И, несомненно, покажу их все её матери. Пусть она увидит, что годы прошли, но я все-таки снова поимел Бэкку Уокер, и не один раз.       Фенцио рассмеялся над собственным словами, предвкушая реакцию Уокер старшей. Но его смех не продлился долго. Люцифер набросился на него, выпуская всю сдерживаемую до того момента ярость, ненависть и отвращение. Падая на колени в грязь, прижимая ангела к земле. Он бил, бил и бил. За каждое слово, за каждое действие, за каждое унижение, что она от него испытала. Не различая в красном свете огня Преисподней ни того месива, в которое превращалось лицо Фенцио, ни следов крови на своих руках, лице и одежде, ни брызг грязи и дождя. Лишь бил с единственной мыслью — убить. Бил до исступления, до помешательства, пока не почувствовал, как кто-то начал тащить его за крылья и кричать ему:       — Остановись! Люцифер! Стой!       Он обернулся, взглядом дикого зверя пытаясь найти того, кто мешал осуществить это желание. Ади смотрел с ужасом, хватая того за основание крыльев, пытаясь стащить с ангела.       — Уйди, — Люцифер прошипел голосами и языками Преисподней.       Ади быстро очутился прямо перед пылающим взором, что мог убить и его.       — Я ненавижу его! — Ади крикнул, указывая рукой на кашляющего и хрипящего Фенцио, — Ненавижу его всем собой! И тоже хочу его смерти!       — Так не мешай, — сквозь зубы прорычал Люцифер, слушая бульканье крови в чужом горле на фоне стихающего дождя.       — Если ты убьешь его, — Ади сжал плечо демона, пытаясь привести в чувства, — Если ты убьешь его, наш мир утонет в крови. И тебя казнят первым. А те, кому это выгодно, воспользуются поводом начать давно зреющую войну. Он того не стоит…       — Зато она стоит.       Ади удрученно покачал головой, сжимая его плечо ещё сильнее.       — Она стоит того, чтобы каждый из нас жил. Чтобы ты жил. И ценил то, чего у неё не было.       В памяти всплыли собственные слова, что он сказал Вики о ценности жизни, всплыли объятия, ставшие для них последними. Люцифер долго смотрел на Фенцио, наблюдая его невнятные попытки подняться, понимая, что даже с их регенерацией, в себя он придет не скоро. Он оттолкнул Ади в бок и приподнял Фенцио за одежду на груди.       — Ты слышишь меня, ублюдок?       Фенцио кашлянул в попытке то ли ответить, то ли рассмеяться вновь.       — Месть подают холодной, так ты сказал? Теперь слушай и запоминай. Я буду терпелив. И я дождусь, пока однажды ты допустишь ошибку. Оступишься на самой незначительной мелочи… И тогда ты узнаешь, что именно я буду тем, кто подаст эту месть тебе. Я заберу у тебя всё. Также, как ты забрал её у меня. Шаг за шагом я отберу всё, что принадлежит тебе, пока не останется ничего. Пока ты не познаешь, что такое пустота. И начну я уже сегодня. Начну с твоего сына. Дино возненавидит тебя за то, что ты издевался и убил ту, кого он тихо любил.       Фенцио прохрипел что-то невнятное, сгребая пальцами грязь.       — О, ты не знал? — Люцифер зло рассмеялся, — До чего же ты слеп, Фенцио… Дино любил её. Искренне. Как умеют только ангелы. И я покажу ему всё. Покажу тебя настоящего. И он никогда тебя не простит.       Ангел кашлял и хрипел, пока Люцифер поднимался с земли, надменно улыбаясь и играя огнём в радужках. Ади смотрел на Фенцио, тая ту же злобу и зная, что однажды он тоже сделает свой ход, забьет свой гвоздь в гроб этого ангела. Люцифер посмотрел на него в последний раз, запоминая этот момент и пошел прочь, кивая Ади вперед.       — Идём.       Он уходил, зная, что теперь обрел цель: найти источник наркотика, название которому «M.A.D» или же попросту безумие, уничтожить тех, кто стоит за его производством и разрушить жизнь Фенцио также, как он разрушил Вики.       Я отомщу каждому.       Кто отнял у тебя посмертие.       Каждому, кто забрал твою жизнь.       И забрал у меня.