Часть 1

— Мила, нам пора! — раздался суровый голос отца в саду около дворца, где мы с Даном, моим лучшим другом, любили проводить время. — Папочка, ну ещё немного, — взмолилась семилетняя я, — Дан хотел показать мне жеребенка, которого ему подарили. Умоляюще посмотрела на родителя, но, заглянув в его глаза, поняла, что спорить бесполезно: отец уже все решил и уступать не намерен. Я обернулась к другу, молча наблюдавшему за нами, и грустно произнесла: — Извини, Дан, но мне нужно идти. Папа зовет. — Ничего, Мила, — улыбнулся юноша. — Я понимаю. Вы сегодня вечером уезжаете. — Да, — вздохнув, опустила глаза. — Получается, мы теперь долго не увидимся, — скорее не вопрос, а понимающие утверждение. Я лишь кивнула, снова тяжело вздохнув. Мы немного помолчали. — Мила! — вновь позвал отец, он больше не намерен был ждать. Дан от этого окрика встрепенулся, порывисто стянул с пальца серебряное колечко с синим камешком, которое всегда носил не снимая, и надел мне. — Вот, это на память, чтобы ты не забывала обо мне. — Такого мальчика, как ты, невозможно забыть. — грустно улыбнулась ему в ответ. И тут же спохватилась: — А у меня нет для тебя памятного подарка! — Я буду помнить тебя и без него, — Дан крепче сжал мою руку, продолжая держать её после того, как надел колечко, и тепло улыбнулся. Я без сомнений поверила ему — так убедительно прозвучали слова друга. Мгновение смотрела в его синие глаза и в порыве благодарности за время, проведенное вместе, нежности и пока ещё бессознательной тоски с детской непосредственностью лёгким прикосновением поцеловала Дана в щеку и крепко-крепко обняла. — Мила, идём же, время не ждёт, — поторопил мой отец. Вздохнув, я выпуталась из объятий юноши, обнявшего меня в ответ, еще раз заглянула в его глаза и побежала к родителю, который, взяв за руку, тут же повёл меня к выходу из дворцового сада. Уже у самых ворот я обернулась в сторону того места, где все так же стоял лучший друг и с грустной улыбкой смотрел мне вслед, и сделала шаг в неизвестность будущего…