Часть 1

      Прекрасное позднее утро запоздалой весны будоражило маленький городок. Улицы заполнялись криками ребятни, пением недавно вернувшихся птиц и жужжанием первых проснувшихся насекомых. Солнце постепенно восходило над крышами высоких многоэтажек, всё упорнее и упорнее с каждым днем отогревая своими мягкими лучами замёрзшую, за время зимы, природу. Запах снега и его скрежет сменились на запах юной травы и почек, звуки луж и шуршания листьев, что всю зиму таились под сугробами. Лёгкий ветерок только начинал разыгрываться, блуждая меж домами, арками и дворами-колодцами, тихонько завывая.       Из немного облупленного подъезда, где потрескавшаяся краска вечно застревала меж пальцев, стоит только по ней провести рукой, выходит мальчишка лет десяти, худощавый, с взъерошенными волосами и глазами схожими с чистым, бездонным небом, затянутым легкой дымкой облаков. Он с яркой и такой тёплой улыбкой идет по двору, будто и не замечая, как в очередной раз вступает в почти высохшую лужу, и та на это лишь еле слышно брызжет разлетевшимися каплями воды в разные стороны. Держа маленький пакетик с кошачьим кормом, что шуршит в его ручках, он спешит на небольшую полянку позади дома. В мальчишке плескаются наивность, столь детская радость всему вокруг.       За углом родного дома его уже поджидает группа котов. Те радостно мяукают и трутся о ноги своего юного друга. Коты потрепанные, у некоторых из них неприятный и грязный окрас, у двоих из них видны шрамы на перекошенных мордочках. Мальчик присел на лавочку и высыпал около себя содержимое пакета. Животные хрустели гранулами, а в благодарность ему пели свои тихие песни, что доносились прямиком из их маленьких потрёпанных душ и позволяли пройти маленькой, почти цвета снега, ручке по их поношенным шкуркам. Они сидели так какое-то время. Мальчик гладил усатиков, а они ластились и лезли к нему на коленки.       Птицы уже вовсю пели свои незамысловатые, но от этого не менее красивые, песни, и им еле заметно подпевали деревья, качаемые лёгким шаловливым ветерком-разбойником, а мурлыканье и мяуканье дополняли эту идиллию. Мальчик молча наслаждался всем этим сидя с закрытыми глазами.       К тому моменту как мальчик встал, солнце уже грело достаточно сильно. Он оставил четвероногих друзей греться под теплыми лучиками, а сам пошёл дальше. Тихий и повторяющийся стук немного раздражал, но мальчик игнорировал его. Капли воды тихо падали с крыш и сточных труб. С детской площадки доносились громкие крики ребятни, со скамеек раздавались скрипучие голоса бабушек, а мальчик спокойной и размеренной походкой продолжает свою прогулку. Час спокойной и размеренной ходьбы по знакомым улочкам и закоулкам, а после долгожданный поворот направо, теперь под ногами слышится трава, а не бетон. Маленький лес, так хорошо знакомый мальчику, встречал его прохладой и звуками насекомых. Отойдя подальше от дороги, он присел на уже зелёную, пахнущую подснежниками, траву. Он наслаждался звуками, запахами и ощущением божьей коровки у себя на запястье. Убаюкивающие звуки природы поглотили мальчика и тот ушёл куда-то глубоко в свои мысли. Когда, чуть разыгравшийся ветерок, обдул его и зашевелил пока ещё голыми ветвями деревьев, он потянулся и медленно сел. Пару минут он ещё наслаждался звуками, после чего встал и тем же путём вернулся на дорожку.       Пара минут ходьбы, два поворота налево, один направо, лесенка в пять ступенек и мальчик заходит в небольшой магазинчик. Звонкий колокольчик над дверью оповещает всех о нём. Подойдя к кассе, он просит буханку хлеба, палку колбасы и пачку молока. Стук каблучков, шуршание пакета и нежный голос говорящий стоимость покупки. Мальчик кладет купюру на столик и уже спустя пару секунд забирает звенящие монеты и пакет с продуктами. По дороге обратно он вновь слышит стрекот кузнечиков, чувствует аромат подснежников, после уже разговоры бабушек на лавочке, вновь крики ребят и тихое посапывание и мяуканье четвероногих пушистиков. Зайдя к себе в подъезд и поднявшись на нужный этаж, он входит в квартиру, где его встречает мама. Она его обнимает, целует в лобик, и они проходят на кухню. Тут играет радио, и духовка разливает своё тепло приятно грея уставшие ножки. Запах любимого яблочного пирога поднимает настроение ещё больше. Разложив принесённые мальчиком покупки, они с мамой ещё долго о чём-то болтают, смеются, а из открытого в гостиной окна доносится легкий ветерок, который остужает мучное изделие. Спустя какое-то время в коридоре разносится звук ключей и слышится мужской голос. Он быстро оказывается в кухне, треплет сына по волосам и садится напротив него. Мама ставит ужин на стол, и они принимаются за трапезу, мило беседуя о том, о сём. Закончив с ужином и поблагодарив за еду маму, мальчик выбежал в подъезд.       Поднявшись на пару этажей и нажав на звонок соседской двери, мальчик услышал из-за неё разливающуюся мелодию звонка и радостно переступал с ноги на ногу. Дверь открывает пожилая женщина с такими же небесными глазами. Они пару минут беседуют, после чего она берет ладошку мальчика своей морщинистой рукой, а в другой у неё звонко звенят ключи. Они идут вверх по лестнице, ступенька за ступенькой. Поднявшись с восьмого этажа на девятый, женщина открывает дверь, и они выходят на крышу. Там стоит скамейка, которую так любезно сюда поставили родители мальчика. Садясь на нее, они уже чувствовали лучи заходящего солнца. Оно приятно пригревает, а ветер треплет их волосы. Возможно, если бы глаза мальчика сейчас отражали эти теплые лучи, они бы и не сидели здесь вовсе. Скорее всего, он никогда бы и не подошел к тем некрасивым котам, что так любят помяукать и приластиться. Он никогда бы не услышал тот тихий звук пения сверчков в начале лета и не нашёл бы изумительную поляну, по пути к которой ловил ветки и стволы деревьев. Он никогда бы так отчётливо не ощутил божью коровку, перебирающую своими лапками на его запястье и столь приятный аромат только недавно распустившихся цветов. Он никогда бы не почувствовал, как поет душа его родителей, когда он искренне улыбается им. Он бы увидел, много злобы и грязи вокруг него. Как ребятня тычет в него пальцем, как опечалено смотрят старухи на скамеечках, он бы увидел косые и жалеющие взгляды прохожих. Он понимает тех людей, что жалеют его и говорят, как много он потерял, но не многим дано понять, как много он приобрёл. Пусть все говорят, что это проклятие так жить, но вот, они сидят здесь и наслаждаются лучами солнца, которого им не дано было увидеть, но которое они могут почувствовать, и они совершенно не жалеют об этой жизни. Может быть, они и вправду многое упускают в этой жизни, но огонёк в их душах всё еще горит намного ярче, чем у многих людей глаза, пусть другие этого и не понимают.