Часть 1

23:49 Дверь в вашу квартиру открывается – Олег уже два года не живет с братом. Он пропускает тебя вперед, закрывая за вами дверь на три оборота, привычно вешает связку ключей на подаренный тобой крючок. Снимает с себя пальто, тянется за шнурками ботинок, отодвигает снятую обувь в сторону. Глубоко вздыхает. – Устал? - кладешь руки к нему на плечи, поглаживая. Он опускает взгляд на тебя, улыбаясь. – Теперь всегда устаю, ты ведь знаешь. Теперь твоя очередь вздыхать, к нынешнему существованию трудно привыкнуть, да и непонятно - возможно ли вообще. Но ты не хочешь зацикливаться на плохом и переводишь тему. – Нужно тебе одежду собрать, на завтра. Чтоб был там самый красивый. – Я и так буду, даже если пойду в пижаме, - ты строго зыркаешь на Олега, а он только усмехается, – хорошо, хорошо, сейчас соберусь. Он включает тебе телевизор, а вместо света зажигает свечу на столе у дивана. Проведя пальцем сквозь огонек несколько раз, наблюдая как танцует пламя, ты последовала за Олегом в спальню. Присела на кровать, наблюдая за его сборами. Он всех порвет, ты уверена. Ты лично в этом убедишься. Олег спит спокойно лишь до 4 утра. В это время его как по расписанию начинают мучить кошмары, но ты рядом и не спишь, поэтому шепчешь ему на ухо: "Я здесь, Олег, все хорошо. Я тут, рядом с тобой". Он, повертевшись, засыпает опять. Брови больше не нахмурены, дыхание ровное, значит ты опять справилась. 11:00 Утром он не просыпается от будильника, зарываясь в подушку как кот. Ты смеешься, ероша его черные волосы. – Просыпайся, Олеж. Опоздаем. Он распахивает глаза, смотря сначала на твою половину кровати, видя аккуратно заправленные одеяла и подушку, а потом поднимает взгляд на тебя, и в нем будто что-то меняется. – Доброе утро, - говорит с хрипотцой и потягивается опять по-кошачьему. Ты встаешь с кровати, идешь на кухню, надеясь, что мужчина последует за тобой. Сзади раздаются звуки шагов и ты улыбаешься. Утро проходит как обычно: Олег включает телевизор, чайник, плиту и начинает шаманить завтрак. Ты подходишь к экрану, наблюдая как по нему расплываются помехи. Олег поворачивается, ухмыляясь. – Играешься? – Не мешаю тебе готовить. Не хочешь ведь, чтоб плиту опять замкнуло? – он лишь помотал головой, опять сосредотачиваясь на готовке. Ты наблюдала как он поел, помыл за собой посуду, затем ушел в спальню, одеваясь в то, что ты посоветовала. Раньше все его кольца и побрякушки надевала ты, с любовью поглаживая в процессе костяшки и запястья, теперь ты смотрела, как он надевает их сам. – На дорожку не посидишь? Он смеется и заказывает такси, приводя волосы в порядок. Они у него послушные, ты раньше очень любила их расчесывать – работало как антистресс. Теперь они длинее, чем были на его самой первой "битве". Расчесать бы их сейчас. 12:46 За окном проносится Москва, как всегда живая и быстрая, только расстроенная дождем. Всюду проезжают люди на самокатах, выпрыгивают из автобуса зайцы без проездного, гуляют в дождевиках туристы. Между живыми людьми то и дело скользят невидимые остальным тени. Ты отворачиваешься от окна. Таксист попался разговорчивый, Олег вежливо выслушивал всю его болтовню, изредка кидая взгляды в твою сторону. – Не пропаду, Олеж. Если сам не захочешь, – мужчина задержал на тебе пронзительный взгляд, – Прости. 13:13 На пути в знакомое тебе здание стоит Саша. Он, облокатившись на стену, крутит в руках сигарету. Ты немного ежишься, но все равно киваешь ему, когда замечаешь на себе острый взгляд голубых глаз. – Олег, что она тут делает? – Помогает. Только не начинай это все сейчас, пожалуйста. Саша только вздыхает, складывая руки на груди, и отворачивается. Олег выхватывает из его ладони сигарету, игнорируя удивленный выдох брата. Привычным жестом тянется к правому карману штанов, достает зажигалку. Курит быстро, с виду даже нервно. Ты стоишь рядом, неуверенно и неуютно, в сторону Саши стараешься даже не смотреть. – Это не может продолжаться вечно, Олеж. Ты и сам это знаешь, – Саша добрый, безумно добрый и сочувствующий, и от этого тебе делается еще хуже. Потому что ты знаешь, что это правда, и ты сама уже хочешь избавить Олега от страданий, но и сама еще не готова. Он тоже. Уходит к залу быстро, без слов, и не оборачиваясь. 16:02 Олег стоял в зале среди нескольких людей. От них исходила сильная энергетика, тебе даже стало немного не по себе, но за левым плечом мужчины было спокойнее - ты понимала, что в любом случае будешь в безопасности. Твой оценивающий взгляд медленно обводил соперников, хоть ты и не сомневалась, что сможешь привести Олега к первому месту. Пугало то, что некоторые из них кажется, стали замечать тебя. Через секунду, ты почувствовала какой-то животный страх, что было крайне неожиданно в таком положении. Прямо на тебя, мимо плеча Шепса смотрела темноволосая женщина. Кажется, ее звали Виктория. У нее будто блестели глаза и смотрела она не сквозь, а прямо в саму твою суть. Олег почувствовал твое напряжение и немного подвинулся, загораживая тебя и отвечая Райдос таким же пронзительным взглядом. Тебе точно не показалось - она, ухмыльнувшись, отвернулась от вас. Следующим стоял коротко стриженный мужчина в пиджаке, на шее красовалась татуировка. Но тебя интересовала не татуировка, а сущность за его плечом. Даже ты не могла уловить ее истинное обличие – она как пламя вечно плясало из одного положения в другое, вечно меняя свою форму. Ты поежилась, и опять отвела взгляд, касаясь невесомой рукой запястья Олега. Он немного обернулся, смотря в твою сторону и будто вслух говоря: "Не бойся". С ним бояться нечего. Теперь-то точно. 01:14 Вернулись в отель поздно. Олег опять пропускает тебя вперед, закрывая за вами дверь на один оборот. Снимает с себя пальто, тянется за шнурками ботинок, отодвигает снятую обувь в сторону. Глубоко вздыхает. Ты тоже. Вот уж совпадение, что на первое испытание выбрали тебя с Олегом, Влада с его сущностью и Райдос, которая на тебя смотрела как голодный волк на загнанную в тупик овцу. Но ты все равно справилась. Помогла Олегу, разогнала из комнаты всех лярв и теней, давая ему сконцентрироваться, направила его куда нужно и привела к победе. По крайней мере ты считала, что в этом раунде первое место за ним, а на мнение остальных медиумов ты, прямо говоря, забивала. Еще с первой "битвы" Олега в вашем маленьком мирке существовало только два человека, только две души: ты и он. Не его соперники, не фанаты, даже родной брат, хоть и был близким не только Олегу, но и тебе, не входил в ваш тесный тандем. И если с самого начала ваших отношений так повелось, зачем что-то менять? Ничего менять не хотелось, ни тебе, ни Олегу. Вы всегда находили компромисс, в каждом недопонимании, каждой недомолвке и ссоре. Как бы избито это не звучало: вы дополняли друг друга, и существовать привыкли вместе, как единое целое. Вместе просыпались, завтракали, шли на съемки, проходили испытания, возвращались домой, засыпали вместе, просто были рядом. 03:00 Ты ложишься напротив него. На ресепшене не спросили, зачем ему кровать на двоих. Райдос и Влад только кинули в его сторону сочувствующие взгляды: поняли все без объяснений. Олег смотрит на тебя пронзительно, и ты опять любуешься его точенными чертами. Так хочется сейчас коснуться его, по настоящему дотронуться до родного человека, обвить руками шею или талию, зарыться носом в волосы, вдохнуть запах его шампуня, почувствовать как мужские руки гуляют по телу, прижимая к себе. Вы оба знали, что на испытаниях придется сталкиваться со смертями, общаться с мертвыми. Но Олег все равно не представлял, сколько боли это будет приносить сейчас. Он держался молодцом при других, но сейчас в комнате только вы вдвоем, и мужчина дает волю чувствам. Это похоже на больную зависимость, хуже алкогольной и наркотической. Вы не можете друг без друга, значит ты не можешь уйти, остаешься с ним тут, на земле еще дольше, а он привыкает все больше и не может отпустить. Ебаный замкнутый круг. Саша прав, он всегда был прав, и сейчас говорит абсолютную правду: это не может продолжаться вечно. – Я люблю тебя больше жизни, – он смотрит прямо в глаза, будто ты и вправду лежишь рядом, живая. Глаза и нос Олега красные, щеки мокрые от слез. Ты сама чувствуешь, как плачешь, а раньше даже не знала, что такое возможно, – пожалуйста, прости, что не уберег.