Книги длиною в жизнь

Однажды я повстречал человека на улице. Он не сильно выделялся из серой массы прочих людей, которые проходят тут каждый день. Все же, чем-то привлек внимание. Проследил за ним взглядом еще пару мгновений. Будто бы напоровшись на невидимую преграду, человек споткнулся и распластался на земле. В глубине души почувствовал себя виноватым в его неудаче, словно мой взгляд был способен на то, чтобы выбить почву из-под его ног. Оттолкнувшись от скамейки, пошел в сторону крушения. Мужчина с тяжелыми охами потирал места ушибов. Он заметил меня, когда уже был над ним и протянул руку, чтобы помочь. Незнакомец воспользовался предложением и крепко ухватился. Я с силой потянул. На земле валялась часть имущества пострадавшего. Встав на корточки, принялся собирать предметы. Их было не мало: игральные кубики, старинный амулет, синий камень, который поблескивал в лучах солнца, запечатанная колода карт... Он носил так много вещей, которые сложно было связать меж собой, может быть он был игроком? Такое предположение могло иметь смысл если объединить некоторые вещи между собой. Особое внимание привлекло перо, которое лежало под колодой карт. Да-да, обычное перо, которым раньше писали письма при помощи чернил, жемчужина прошлого. Несмотря на свою простоту, оно привлекло меня, заворожило мысли. Думы мои никогда не придут в голову честному и добродушному человеку, которым считал себя, до этого момента. За те доли секунд, что я был склонен над имуществом человека, который позади меня оттряхивал пыль со штанов, пронеслось такое количество противоречивых монологов, что представить сложно. Центром этой полемики было лишь одна цель, желание оставить это перо себе. Пока мужчина был отвлечен на возвращение своего опрятного внешнего вида, аккуратно и незаметно присыпал перо песком. В этот момент не мог представить, для чего оно вообще мне пригодится во времена компьютера и гелиевой ручки. Применение было лишь лежать и пылиться, как сувениру. Однако то, что сувенир краденый не вызывало восторга, но все внутри протестовало и хотело заполучить его себе. Перо было надежно, как мне казалось, замаскировано, а остальные предметы подняты и вручены обратно владельцу. - Держите, - с виноватой улыбкой протянул вещи. Мне обычно не приходилось что-то утаивать, а тем более воровать, поэтому такая реакция была случайной и ее невозможно было предугадать и предупредить. Мужчина окинул взглядом предметы и нахмурился. Было видно, что он заметил пропажу, ну, или мне просто так показалось из-за страха быть обнаруженным. Оглянувшись, окинул взглядом место своего падения и не найдя того, что искал, понял, что к чему, но сказал лишь: - Спасибо, молодой человек. Вы очень любезны. Не дождавшись ответа, пошел прочь, оставив меня наедине с угрызениями совести и пером, надежно спрятанным под слоем песка. Когда незнакомец скрылся достаточно далеко, трофей был быстро извлечен, оттряхнут и спрятан в передний внутренний кармашек. Песок ничуть не испортил его первоначального величия. Даже сейчас не понимал, что именно меня так впечатлило. Для чего пошел на такую низость. В месте, где перо через тонкий слой рубашки соприкасалось с моей кожей, почувствовал легкий жар. Похлопал по кармашку и пошел в сторону дома. Была поздняя ночь, когда закрыл крышку ноутбука и решил лечь спать. Однако несмотря на усталость, сильно ворочался и не мог уснуть. В голове начал проносится весь сегодняшний день, а затем раздумья стали вести все дальше и дальше. Образы моих наблюдений, переживаний и разных ситуаций, проносились быстрым потоком, а я лишь мог продолжать за этим наблюдать. Так далеко никогда не погружался в себя, как в этот момент. Прозвенел будильник, который обычно едва-едва слышу и нервно выключаю. В этот раз движение пальцем по дисплею было легким. Причиной такой утренней собранности одна – я так и не смог уснуть. Помимо чувства сонливости и усталости, было еще одно, более явное, перекрывающее все остальные – мне необходимо что-то сделать, сейчас же, иначе я попросту не справлюсь со своими мыслями и мозг превратится в кашу. Это было ясно, как день, но что именно мне нужно далеко от понимания. То, что мне не было ясно, было совершенно безразлично мучавшейся от потока мыслей голове и она не давала поблажек. Вторая ночь прошла так же беспокойно, как и первая. На утро второго дня мое лицо стало бледным, а синяки под глазами более явными. «Что же это со мной?» - вертелось в голове, но ответа не было. Достал перо из кармана рубашки, отложенную в дальний угол, в тот день, когда все началось. Сопоставив это, появились первые подозрения. Я не стал терять времени, оделся и двинулся в сторону магазина канцелярии, чтобы купить чернила. Со времен школы, прошло много времени, а других поводов туда ходить у меня не было. В магазине все порядком изменилось. Самой большой переменой стал продавец. Раньше тут была взрослая женщина пышных форм, которая смотрела на учеников и вспоминала себя в молодости. Рассказывала подрастающим девушкам о своем жизненном опыте и как лучше не поступать. Те кивали, делая вид, что все сказанное для них имеет большую важность. Сейчас же за кассой стоял тот самый мужчина, которого я недавно обокрал. - Здравствуйте, молодой человек. Я могу вам чем-нибудь помочь? Ком подступил к горлу, но я справился с собой. То ли несколько дней без сна ослабили мое внутреннее терзание, то ли не чувствовал вины, не знаю, но мой голос был спокоен, на сколько это вообще возможно. - Здравствуйте, можете посоветовать чернила? Я понимал, что спрашивать у него про чернила, равносильно признанию в краже, но обратного пути не было. Продавец оставался невозмутимым. - Я не знаю, какое именно у вас перо, но думаю, что… вот такие будут в самый раз. Мужчина ткнул указкой в противоположную витрину. Палитра цветов была огромной, но остановился на классическом черном. - Отличный выбор. Расплатившись и выйдя из магазина почувствовал облегчение. Все же груз вины на мне был. Взгляд, которым провожал продавец не сулил ничего хорошего. Ночь. Я вновь попытался уснуть. Затея изначально была провальной. Не знал причины, но знал о ждавшей неудаче. Мысли, которые весь день были легкими и ненавязчивыми вновь стали разрывать голову на части. С каждым денем становились ярче. Бред наяву стал искажать факты, а старые воспоминания переписывались, как я того желал. Увидев их, даже те, кто там были никогда бы не подумали, что это обман. Откинув одеяло, громко выругался и пошел в сторону столика, где заранее была заготовлена бумага, перо и чернила. «Я брежу, ну и пусть. Если это не поможет, то пойду к врачу». Неуверенно взявшись за перо, я почувствовал, что все правильно, все так, как должно быть. Начал писать. Истории у меня никогда не задавались, да и рассказчиком я был так себе, поэтому с чего начать не мог себе представить. Однако усталость, накопленная за ночи без сна, заставила написать первое, что пришло в голову. Сознание, которое было замутнено тут же стало прозрачным, как стекло. Тревога и усталость улетучились. Почувствовал, как мысли перетекают из головы на бумагу. Предложение за предложением от первого, казалось бы, бредовой строчки, словно ткач стал выстилать полотно сюжета. Перед глазами проносилась история, которую перевоплощал и адаптировал. Чувствовал себя так окрыленно, что не заметил, как ночь подошла к концу, а резкое солнце из окна стало щипать и без того нежные от темноты и отсутствия сна очи. Протер выступившие на красных и раздраженных глазах слезы, внезапно ощутил тишину, о которой так давно мечтал, а еще через мгновение пробило на зевоту. Мне нужно было идти на работу, но я не мог, не было сил. Единственное, что я сейчас желал – это спать. Этот момент был сравним со сбросом тяжелой ноши с плеч. Кровать незамедлительно поглотила бренное тело и унесла в мир снов. Когда сильно уставал, мне ничего не снилось. Черный квадрат и вот снова встаю с кровати и вхожу в новый день. Начиная с того дня все изменилось. Сны стали живыми. Их легко можно было перепутать с реальностью, что успешно и происходило. В момент приятных влажных фантазий, после пробуждения лишь вздыхал от радости, но, когда в ход шли кошмары, просыпался испуганным и в холодном поту, после чего долго убеждал себя, что это просто сон. Проснулся на следующий день после обеда. Отсутствие сна на такой долгий промежуток времени не могло остаться без последствий. Практический сутки ушли на то, чтобы смог восстановить потерянные внутренние силы. Однако после пробуждения, мысли снова начали бить о скалы моей тревожности. Они были не такими громкими, как те, что были позапрошлой ночью, но само их присутствие начинало сводить с ума. Объяснить это не мог, из-за чего становилось страшно. Перечитав свой поток бреда был очень удивлен. Написано было криво, сложно разбираемо, много ошибок, но читалось на удивление легко и сам сюжет увлекал до самого конца. «Может быть даже когда-то перепечатаю и выложу», - мелькнуло тогда. Этой ночью уснул не без труда. Сны были тяжелыми. Проснувшись утром, нельзя было сказать, что я отдохнул. Шумы возвращались, образы снова начали просачиваться в реальный мир. Следующей ночью уже не смог уснуть. Я взялся за перо и продолжил писать. Это действовало на меня как сильное успокоительное. Вновь не заметил, как прошла ночь. На работу сегодня было не нужно, поэтому откинув перо и рукопись в сторону, плюхнулся на кровать. Когда я в очередной раз перечитывал ночную рукопись, заметил, что написано в несколько раз больше, чем в прошлый. Но несмотря на объем, рукопись была не завершена. Дочитав последнюю строчку, неожиданно для себя, был взбешен. Интрига, что повисла была не легче, чем мысли, которые до того момента разрывали голову. Хоть я сам придумал этот сюжет и представить не мог, что будет дальше. Начал в тайне надеяться, что в одну из следующих ночей эта история будет чудесным образом дописана. Через несколько дней шумы вернулись и уже зная, что с этим делать, отдался вдохновению. Проснувшись, едва открыв глаза понесся к столику, чтобы увидеть продолжение, но меня ждало разочарование. Вещь, что я писал всю ночь была еще одной интересной, прекрасной, не менее масштабной, чем первая, но такой же незавершенной. Это стало убивать меня сильнее, чем внезапно вошедшие в мою жизнь громкие мысли. Ко всему прочему, стал замечать за собой изменения. Они не сулили ничего хорошего. В волосах стали появляться серебряные прядки, а кожа на лице была не такая молодая, мягкая и упругая, какой была около недели назад. Я не был дураком и прекрасно связывал эти факторы, но ничего не мог с этим поделать. Через два месяца у меня появилось около семи незавершенных книг. Я стал выглядеть намного старше, перестал выбираться из дома, уволился с работы, превратился в затворника. Если бы кто-то из знакомых увидел меня, то непременно бы не узнал. Шумы не стихали, а чернила потихоньку заканчивались. Собрав волю в кулак, пошел в магазин. Это стоило не малых физических усилий. Внешние изменения были схожи с внутренними, я неумолимо увядал. К счастью, в магазине было пусто. Мне не хотелось видеть людей сейчас. - Здравствуйте, молодой человек. – обратился продавец. – Вам чем-нибудь помочь? - Молодой человек, - устало усмехнулся я, - Вы видимо с кем-то меня путаете. - Нет, не путаю. Вы за чернилами? Я закусил твердые и сухие губы, от чего они треснули и придали слюне кровяной привкус. - Да, можно, пожалуйста. - Вы крайне необычный юноша, раз смогли довести себя до такого состояния и не трясетесь от страха, умоляя вернуть все как было. Я посмотрел на него открывая уставшие веки шире. Несмотря на улыбку, было видно, что он рассержен. - Получил то, что должен – это мое наказание, а быть может проклятие за любопытство. - И что, не жалеешь? Вместе с постаревшим телом, чувствовал, что и все другие процессы стали медленнее, поэтому чтобы дать осмысленный ответ потребовалось больше времени, чем обычно. - Я жалею лишь об одном. - Любопытно. О чем же? - Я жалею о том, что все те книги, которые я не дописал, так и не получат свой конец. На какое-то время продавец замер без лишних эмоций, вглядываясь в мои уже мутные глаза. - То есть, если книги обретут свой конец, ты будешь счастлив? - Непременно. - Я не смогу обратить изменения твоего тела. Исходя из того, что я вижу, ты непременно скоро умрешь. Я ужасно рассержен твоей глупостью. Воля случая свела тебя со мной, когда я собирался возвращаться восвояси, ты положил на меня глаз из-за чего портал закрылся, а я повалился на землю. Я остался проследить, что ты будешь делать. Думал, что ты вернешься, попросишь прощение, я сотру тебе память, а ты даже сейчас беспокоишься не о своей жизни, а о книгах, что забрали её. Абсурд. Не переживай, я помогу твоим рукописям обрести конец, но не более того. Меня хватило еще на одну ночь. Она была тяжелой, тело ломило, глаза слезились, а руки тряслись. Понимал, что как только голова коснется подушки, моя жизненная история будет завершена. До того, как я лег спать, изменяя традиции и прочитал написанное. Слезы потекли по щекам. Это не было продолжение истории – это было новое начало, еще одна книга, обреченная на незавершенность. Сердце не выдержало, и я умер. Находясь духом, меж миром живых и мертвых, боялся, что, будучи призраком, останусь таковым навсегда, ведь не доделав такое важное дело, не смогу обрести покой и буду долгие года слоняться по земле пугая других. Моё тело не скоро нашли, но до того, как это произошло, ко мне пришел тот самый продавец. Он взял со стола своё перо и окинул взглядом моё безжизненное, слегка пованивающее тело. После поднял взгляд туда, где было мое астральное тело, призрак, печально вздохнул и вытащил из-под руки новый незаконченный роман. Внимательно прочитал, а после вынул из тумбочки остальные рукописи. Прочтение всего у него заняло какое-то время, затем снова взглянул туда, где должен был стоять я и сказал: - Я исполню то, что обещал, но в наказание за твою безмерную глупость ты не узнаешь, чем они закончатся. Через несколько недель, незнакомец подкинул под двери издательства плотную папку с завершенными рукописями. Поначалу никто их не воспринял в серьез, но менее скептичные редакторы увидели в них потенциал. Через несколько месяцев книги, что при жизни я так и не смог дописать, пестрили на прилавках. Автор не был указан, что слегка корежило моё эго. Как и сказал незнакомец, как бы я не пытался, узнать продолжение не являлось возможным, что меня сильно изводило. Лишь одно приносило радость – улыбки тех, кому дочитать удалось.