Часть 1

Понедельник. Кровь была повсюду. На стенах, потолке, на светлой мебели, стекала с книжных полок. Пол был залит красным так, что трудно было сказать, из какого он материала. Тело человека лежало посреди небольшой гостиной, выпотрошенное, словно индейка на День благодарения. Оно было разорвано от шеи до низа живота, сизые ленты кишок и желудка вонючей кучей лежали рядом. Грудная клетка была вскрыта, ребра торчали в стороны, белея обломками костей. Рук у трупа не было. Из плечей торчали поврежденные суставы, кожа и мышцы свисали лохмотьями. Одна нога была оторвана, а вторая — до кости исполосована когтями. Над телом стояла девушка. Смуглая, желтоглазая, с роскошными черными волосами, заплетенными в косички. Воздух вокруг нее дрожал, будто нагретый солнцем. Одним движением красавица оторвала голову мертвеца и протянула молодому мужчине, стоявшему неподалеку. Тот усмехнулся и благосклонно кивнул. Девушка шагнула ближе и положила трофей к его ногам. — Теперь ты доволен, о фараон? — красивым грудным голосом спросила она. — Я всегда доволен, когда ты следуешь моим приказам, — сказал мужчина. — А теперь убери нас отсюда, пока не приехала полиция. Девушка коснулась его плеча, и они исчезли из разгромленной квартиры. На том месте, где она стояла, остались кровавые отпечатки львиных лап. Среда. — Ты что, шлюха такая, думала, я не узнаю, что ты мне изменяешь? — зло спросил мужчина, удерживая за подбородок привязанную к стулу женщину. — Отвечай, дрянь! — О чем ты говоришь, Амен? — дрожащим голосом спросила она. — Я не встречалась с другими! — Ты врешь, Майя, — ровно сказал Амен, — я видел тебя с парнем из закусочной. — Джимми мой сводный брат, — всхлипнула женщина, — я же рассказывала тебе о нем! — Знаю я таких сводных братьев, — Амен отпустил ее и отошел. — Все норовят залезть сестрам под юбку. — Но он гей! — отчаянно выкрикнула Майя. — Тише, ты, — Амен брезгливо вытер руки кухонным полотенцем, — еще соседей напугаешь. Тогда придется и от них избавиться. Ты же не хочешь, чтобы они пострадали? — глумливо спросил он. Майя отрицательно мотнула головой. — Вот и хорошо. Эй, кошка драная, приступай. Спали ее к Сетовой матери! Из теней за спиной человека выступила фигура. Майе показалось, что она видит львиную голову вместо человеческой, но незнакомка подошла ближе, и наваждение развеялось. Она сочувственно посмотрела на Майю, шепнула одними губами: «Извини» и широко открыла рот. Из него вырвалась струя ярко-оранжевого пламени и подожгла Майю. Пламя вспыхнуло, выжгло жертве горло и легкие, чтобы она не могла кричать. Затем рвануло вверх, облизало симпатичное лицо. Глаза лопнули и вытекли из глазниц, кровь мгновенно запеклась. Вспыхнули волосы и от жара кожа начала слезать, обнажая мышцы. Майя обмякла, ее тело стремительно покрывалось коркой запекшейся крови. Девушка закрыла рот, вытерла губы тыльной стороной ладони, недовольно поморщилась. — Люблю смотреть, как ты работаешь, — сказал Амен. — Уходим. Живо. Через мгновение их уже не было в квартире. Только на полу остались отпечатки обугленных по краям львиных лап. Суббота. Выследить Джимми оказалось просто. После похорон сестры он не понимал, что делает. Опоить парня, подсыпав ему в баре рогипнол, не составило труда. Странно, что полиция за ним не следила, учитывая, что произошло с Майей, но Амен не думал об этом. Он притащил парня к себе домой, спустился в подвал и привязал к старому стулу. Банально, но зато надежно. Когда Джимми очнулся, Амен высказал ему все, что думал о его сестре и о нем самом. Недоверие и отвращение на лице парня сменилось ужасом, когда он понял, кто убил Майю. Он пытался кричать, но Амен заранее заклеил парню рот скотчем. Он наслаждался чужими муками, чувствуя свою власть над беспомощным человеком, а потом снова призвал Сехмет. В это раз Амен хотел, чтобы парень мучился подольше, и велел ей заразить его какой-нибудь жуткой болезнью. Она протянула руку и почти уже коснулась человека, когда во входную дверь позвонили. — Сейчас вернусь, никуда не уходите, — обронил Амен и поднялся вверх по лестнице, ведущей из подвала. Не ожидая ничего плохого, он даже не посмотрел, кто именно пришел, просто распахнул дверь и удивленно уставился на двух оказавшихся за ней парней. Один, рыжий и зеленоглазый, походил на модель из журнала мужской моды, второй был высоким и длинноволосым. Парни представились агентами Бюро. И Амен испугался. Они спрашивали про Майю и про Патрика. Амен отвечал, от волнения едва соображая, что именно говорит. И, кажется, своими ответами не убедил их в том, что не причастен к этим убийствам. Длинноволосый спросил, можно ли осмотреть дом. Амен забеспокоился: похищенный им Джимми все еще был в подвале. Агенты его арестуют, если узнают. Мелькнула заполошная мысль, что надо от них избавиться, тогда он сохранит свою тайну. Он ухватился за нее и мысленно приказал Сехмет явиться. Она сразу поняла, кто перед ней. Конечно, это не были агенты. Сехмет видела их истерзанные бесконечной войной с тварями Тьмы души. Прежде, чем последний потомок фараонов успел отдать ей приказ, Сехмет сказала: — Я знаю кто, вы. Я подчиняюсь воле этого человека, потому что он привязал меня к себе. Освободите меня, я исчезну и больше никому не причиню вреда. Парни не двигались, целясь в нее из пистолетов. Наверняка они считали ее чудовищем. Но Сехмет не была созданием Тьмы, она выполняла приказы того, кого обязана была слушаться согласно древнему договору между богами и царями Египта. Пока жив хоть один потомок фараонов, Сехмет, Защитница Царей, должна была защищать его, повергая врагов к его ногам. Она шагнула к Амену, зажала ему рот ладонью, чтобы не успел произнести роковых слов. — Пожалуйста, я не хочу этого делать, — сказала Сехмет. — Я не чудовище. Я лишь подчинялась чужой воле. — Кто ты и как мы можем тебе помочь? — спросил высокий. Его напарник недовольно заворчал. — Сехмет, ярость Ра, — ответила девушка, — я подчиняюсь воле отца и фараонов согласно древнему договору. Но я не хочу убивать невинных людей только за то, что они косо посмотрели на последнего потомка царей Египта. Я богиня войны, а не мелких распрей. В спальне у этого человека — алтарь и свиток договора. Древний папирус, узнаете, когда увидите. Уничтожьте все это, я вернусь на родину, и вы больше никогда меня не увидите. Парни недоверчиво переглянулись. — В подвале пленник, — сказала Сехмет, — брат Майи. Помогите ему. — Дин, — сказал высокий охотник. Лишь одно слово, но его напарник вздохнул и убрал пистолет. — Ладушки, я понял, — Дин ткнул пальцем в Амена. — Ты. Стой на месте, — он повернулся к другу. — Сэм, давай наверх, я пойду за парнишкой. Сэм кивнул и потопал вверх по лестнице. Амен попытался вырваться. Сехмет зарычала и выпустила когти. Парень затих. Минут через пять она почувствовала, как исчезают связавшие ее узы и распадается древняя магия. Мимо прошел Дин, ведя под руку испуганного Джимми. Затем спустился Сэм. Она проводила их благодарными взглядами и отпустила человека, возомнившего себя богом. — Зря ты не боишься меня, — сказала Сехмет и убрала ладонь с лица Амена. — Ты не причинишь мне вреда! — взвизгнул он. — Ты не можешь! Ты связана договором! — Больше нет, жалкое подобие человека, — прорычала Сехмет, — ты больше мне не приказываешь. И никому не причинишь вреда. — Погоди, погоди, — раздался голос Дина из коридора, — мы так не договаривались. — Я не стану убивать его, охотник, — сказала Сехмет, — я держу слово. — Тогда отпусти его, — сказал Дин и зашел в кухню. Сехмет не хотела их убивать. Но и оставить безнаказанным Амена она тоже не могла. Подумав немного, Сехмет размахнулась и разодрала Амену грудь, разорвала одежду, порезала кожу и мышцы. Убрав когти, богиня отступила в сторону, а затем стала невидимой, оставив на полу болезненно-желтые, исходящие вонючим дымом отпечатки лап. Дин вызвал скорую, на этом они с Сэмом посчитали свой долг охотников исполненным, погрузились в блестящую черную машину и уехали. Медики прибыли через пять минут, но было поздно. Сехмет заразила Амена чумой и ускорила процесс. С удовольствием она наблюдала, как мужчина начал задыхаться, как пытался встать, выкрикивая что-то про возмездие. Затем он начал кашлять кровью, она пошла у него из глаз и носа, в конце концов он захлебнулся ей и умер. Сехмет довольно улыбнулась и исчезла. Воскресенье — Дин, ты думаешь, мы правильно поступили? — задумчиво спросил Сэм. Он чистил пистолет, сидя за столиком для завтрака в очередном номере очередного мотеля. — Мы же вызвали скорую, Сэмми. Что еще мы могли сделать? — отозвался Дин, не открывая глаз. Он лежал на кровати и пытался немного поспать перед тем, как снова сесть за руль. — Не знаю, — сказал Сэм. — Тогда и не заморачивайся, лады? — раздраженно буркнул Дин. Сэм промолчал. Сехмет понаблюдала за ними немного, а потом, как и обещала, отправилась в Египет. В одном из уцелевших храмов Гелиополя было чудесное местечко, где можно было свернуться клубочком и спать. В конце концов, она сделала все, чтобы навести охотников на след того, кто привязал ее к себе и заставил прислуживать, словно безродную служанку. Амен, последний потомок фараонов, ощутил на себе гнев Сехмет Разрушительницы, яростной дочери Ра.