Линч, это какой-то розыгрыш?

Утро 11:55. Яркие лучи солнца, пение птиц за окном, а так же звонок телефона разбудили писателя. -да? Егор, чего звонишь сутра пораньше?! Совсем охренел! — начал материть писатель своего друга. -да чего ты орёшь, успокойся. Я хотел сказать, что я еду к тебе домой. Я тут новое дельце нашёл, думаю, что тебе должно такое понравится. — начал оправдываться журналист. Джон был недоволен, ведь он не спал два дня, размышляя над своим новым романом. Ему хотелось всего лишь хорошенько отоспаться за те сутки, которые он просидел за своим письменным столом. -Ладно, сейчас приведу себя в порядок тогда, пока ты будешь ко мне ехать. Но, Егор, знай, если мне не понравится работа, которую ты мне предложишь, то от тебя живого места не останется. -да понял я. Если тебе и впрямь не понравится, то я сам на него поеду. А тебе я закажу пиццу, как моральный ущерб за то, что я прервал твой царский сон.— шутя продолжал журналист, уже собираясь сбрасывать звонок. -Две пиццы, Линч. Всё, давай, буду ждать тебя. —договорил писатель и сбросил звонок. Протирая глаза, Джон ворчал, продолжая материть своего друга. Шатен отправился на кухню, ставить чайник и нарезать хлеб, чтобы скорее перекусить перед приездом Егора. Пока вода в чайнике нагревалась, писатель пошёл в ванную, чтобы умыться и почистить зубы. Открыв дверь и включив свет в ванной, Джону резко поплохело. Закружилась голова, тело ослабло, в глазах всё плыло в разные стороны и начало сильно тошнить. Дойдя до зеркала, парень облокотился руками об бортики раковины, пытаясь успокоиться. Он умылся, сделал пару глотков воды и, как только ему полегчало, он взял щётку и надавил немного зубной пасты. Чистя зубы своей жёлто-зелёной щёткой, писатель смотрел на себя в зеркало. Вдруг щётка падает из рук, а тело бросает в дрожь. Парень готов был поклясться, что за его спиной что-то было. Он описал бы это, как чей-то силуэт, тело худое, руки тощие, а глаза и не глаза вовсе, а какие-то углубления, которые светятся, как огоньки. Это нечто показалось для парня всего на пару секунд, но писателю хватило и этого. Сглотнув слюны, Джон выбежал из ванной и направился в спальню за телефоном. Взяв свой мобильный, он набрал Линча. -ало, Джон, что-то случилось? -Линч, какого хрена ты так долго! Ты где там плетёшься?! —начал орать дрожащим голосом Джон. -Джон, я не понимаю о чём ты. Где я могу плестись? Я дома сижу, вот, хотел тебя только что набрать, но ты меня опередил. — с непониманием говорил Линч. Писатель не понимал, какого чёрта творится, ведь где-то полчаса назад его друг звонил ему, хотел приехать, а потом рассказать про дело, на которое он хотел поехать. -чего? Ты ведь мне где-то минут 40 назад звонил, говорил, что приедешь и расскажешь мне про дело, которое ты нашёл. -я не понимаю тебя, Джон. Я не звонил тебе, говорю же, я хотел только что тебя набрать и рассказать. Может тебе приснилось? -может и приснилось... Да... Ты скорее всего прав. Я просто двое суток не спал, роман новый писать начал. —с облегчением начал рассказывать Джон своему другу. Может и то, что ему показалось в зеркало, было тоже из-за недосыпа? Скорее всего. -слушай, я думаю, что немного позже тогда расскажу тебе про дело. Я тебе вечером перезвоню, а пока, отоспись хорошенько.—волнуясь за своего приятеля сказал Егор. -хорошо... Слу-.. —не успев договорить, как вдруг Джону в квартиру начали звонить и стучать в дверь. - эээаам... Линч, подожди, я сейчас дверь открою, посмотрю кто там. Может там дети, они в последнее время не дают мне покоя. —уже спокойно рассказывал писатель. Подойдя к двери, Джон слышал голос. Всего один и очень внятный. Убрав телефон от уха, чтобы лучше расслышать голос за дверью, шатен услышал чёткий голос своего друга Линча. За дверью чётко и внятно кто-то говорил: "Джон, открывай! Ты чего там, уснул? Я приехал вообще-то, с пиццей, как и обещал. Открывай же скорее, не томи." Джон отошёл от входной двери на два шага, а потом тихо сказал в трубку телефона: -Ли... Линч? Ты точно сейчас дома? Ты меня разыгрываешь, да? —нервно спрашивал шатен. -Джон, я дома, хочешь фото скину, могу даже видео, или же видео звонок включить. Ты чего такой сегодня недоверчивый? -Егор твою мать! Я чётко слышал твой голос за дверью! Может хватит придуриваться и признаешься, что это ты там стоишь за дверью?! -Джон! А ты не думал, что это даже звучит бредово и глупо, ты бы хоть в глазок посмотрел для начала! -Но человек, который стоит за дверью зовёт меня по имени, и говорит, что он привёз пиццу, как и обещал сегодня по утреннему звонку. Кстати, если ты не забыл, то этот человек ты! Даже для точности я посмотрю сейчас кто там.— писатель подошёл к двери и посмотрел в глазок. Да, как он и думал, там стоит Линч. Но, с Линчем было что-то не так. Лицо, руки, рост... Да он даже не моргал! Он просто стоял в метре от двери Джона и молчал, просто смотрел. Пока Линч что-то говорил, человек за дверью просто стоял и молча смотрел. Что происходит? Это часть шутки? Какой-то розыгрыш? Но сейчас не первое апреля... У человека за дверью взгляд перенёсся на глазок, в которого продолжал смотреть Джон. Его улыбка натягивалась, а веки подымались, будто вот-вот и глаза вовсе выпадут. Человек за дверью сдвинулся с места, сделав шаг в перёд. Писатель сразу же отскочил от двери и прошептал своему приятелю: -Л-линч... Ты ведь дома, да?... Приезжай, скорее... -что? Что-то случилось? Неужели дети напугали? — неудачно пошутил Линч. -Линч, не сейчас! В дверь начали стучать, а после долбиться так, что она скоро с петель вылетит. Журналист не стал медлить, слыша то, как к Джону ломятся в дом. Накинув своё светло-кофейное пальто, Егор выбежал на улицу, сел в машину и выехал. -Я сейчас. Скоро буду —говорил в трубку журналист. Писатель в панике побежал в спальню, запер дверь и из под подушки достал револьвер. Эта тварь, которая притворялась Линчем выломала дверь. По дому пошёл странный серый, густой дым, который имел странный запах чего-то приятного. Запах духов, которыми обычно пользуется Линч. Голова закружилась, снова начало тошнить, боль во всём теле. В спальню начал кто-то стучать. -Джон! Джон, ты там в порядке? Тут никого нет, можешь открывать дверь. Джон? Д-дж..Джон-н... Т-ыы-Ы-ы в пор-ряд-дке? ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН!  —голос стал нервным, дрожащим, исковерканным  и изуродованным. Дальше послышался свирепый рёв, так ещё на столько громкий, что кровь из ушей готова была пойти. Далее сильные и ритмичные удары по двери. —-Дж͂о͜н.̄.̀.͝ ̀По̚)͜+$̀уйс̚т̿а̎,̋ о̅т̓к-̅#́й͗ м͆6̂е ̆д$+̒4͜ь... ͟Я ͠х+; $ в͐сего͂ ͡л͡и͋шь п+͑$́м͝о̿+$ͅ ̍т͠ӗ͝бе͊, ͊с̑л́ыш͠ишь?...͟ ͅП-͜+$+оч͟!  ДЖО͜Н ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН!͡—-Дж͂о͜н.̄.̀.͝ ̀По̚)͜+$̀уйс̚т̿а̎,̋ о̅т̓к-̅#́й͗ м͆6̂е ̆д$+̒4͜ь... ͟Я ͠х+; $ в͐сего͂ ͡л͡и͋шь п+͑$́м͝о̿+$ͅ ̍т͠ӗ͝бе͊, ͊с̑л́ыш͠ишь?...͟ ͅП-͜+$+оч͟!  ДЖО͜Н ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! ДЖОН! Джо͘н... Пͅо͠)ͅ+$уй̂ст͝а͝,͜ о͡тͅк-͠#и ͜м6̃е͆ ͜д͠$+͝4ьͅ... ͅЯ х+͝; $ ͅвсеѓо ͝ли̎ш͟ь͝ ͡п+ͅ$мо͝+$͠ ͅтебё,ͅ ͝сл̕ыш͝и͡ш͡ь͠?͝.͝.. П-͠+$+ͅоч͡! ͠ДͅЖОͅН Свирепый рёв, громкие удары по деревянной двери, которая скоро слетит с петель и какая-то тварь, которая всё это и вытворяет. Писателю всё так же плохо, тошнота не отстаёт от него, а становится только сильнее, все конечности как-будто переламывает что-то, дышать практически нечем, он просто задыхался, а вставать и дойти до окна просто не хватало сил. Будто вот-вот и он мёртв...