Метель январская

Стих ропот и громкая музыка, словно из огромных магнитофонов, стала тише, и теперь я наконец мог слышать свои мысли. С вершин хрустального потолка посыпали всевозможные сладости, даже те, о которых я никогда не слышал – должно быть, заморские какие-нибудь, в любом случае, на этикетках были нарисованы какие-то закорючки.