Часть 1

      Как тихо без Аяки и Томы дома, они отправились в путешествие по Тейвату, вряд ли они скоро вернутся. Одиноко так ещё и до невозможности неуютно, как Тома все успевал, раньше не придавал особого значения его делам. М-да, Аято, твой дом теперь похож на одинокого холостяка. Аяка такая светлая и добрая, она немало решала вопросов клана, а теперь я взял за неё часть обязанностей.       Когда я отдыхал? Прошла неделя, а я так и сижу за столом с бумагами. Стоит пройтись по осенней Инадзуме наверняка уже клён алеет, живописно и умиротворяющее. Решено! Нужно размяться и расхламить свой чердак (отсылка на Шерлока).       Проходя мимо лавочек, захватил с собой зелёный чай с фиалковой дыней и немного данго.       Клён, клён, клён во всех оттенках мелькает перед глазами, раскладываясь огненным веером. Люди спешат домой после рабочего дня, они счастливы — их ждёт семья и приятный вечер в родных стенах. Внутри меня проносится ураган эмоций, как я подумал о доме, мечта такая близкая и такая далекая: иметь свой дом, жену и детей.       Как там писали в газете: «Завидный жених Инадзумы с холодными глазами, так и остался один в уходящем году» — помню, как Яэ смеялась над этой статье, а я не смог ничего придумать, чтобы переключить её внимание.       Кап-кап, дождь … неплохо, моя стихия всегда меня успокаивала. Я заметил движения справа, кто-то хотел меня укрыться под зонтом, среди огненного многообразия клёна стояла ОНА, розовая и раздражительная лисица, её ушки слегка намокли, можно было подумать, что она вся в хрустальных камушках, а не в каплях дождя. Стоит гордо и молчит, в её глазах танцуют чертики.       — Хе-хе, Аято, вы так сегодня невнимательны и заторможены, забавно наблюдать за тем, как вы самоотверженно стоите под дождём. Неужели вам никто не захотел составить компанию?       — Добрый вечер, Мико, я не замечаю рядом с вами никого, неужели вы решили составить мне компанию? — нарочито деловым тоном говорю, чтобы вызвать хоть какую-нибудь эмоцию на этом нахальном личике. Не ошибся, ушки кицуне после этого вопроса резко встали, стряхнув с себя жидкий хрусталь.       — Вы себе льстите, мне компании не нужны, чтобы провести вечер в удовольствие, а вот вам видимо одиноко. Знаю, что малышка Аяка и Тома вас покинули и отправились в путешествие, как заметно она выросла, а вот её брат хочет остаться «завидным холостяка Инадзумы».       — Достойных рядом с собой не замечаю, а манипулировать людьми виртуозно, как вы, дорогая Госпожа Яэ, я не умею.       — Вы даже недостойно отвечаете, чтобы мне с вами продолжать эту малоувлекательную беседу.       Она поворачивается спиной, даже слишком резко, на мой взгляд, и собирается уйти. Неужели я задел чувства Яэ, ведь наши диалоги всегда полны острых шпилек и ловкий насмешек? Её плечи, они дрожат, но не от холода. Она плачет.       Два стремительных шага, одно прикосновение, разворот и я укутываю в своих объятиях самую непоколебимую личность. Она мягко касается моей груди своим лбом. Я слышу тихое и мило фырчание, это вызывает улыбку и непроизвольный смешок. Яэ смотрит на меня своими черничными глазами:       — Это лишь слабость хорошего вечера, не делай так больше, Аято.