Часть 2

Лето было невероятно жарким, а покупателей в магазине только прибавлялось. Наверное, всё дело было в вентиляции, благодаря которой в помещении было прохладно, что так и манило посетителей внутрь. Радовало только то, что по большей части они не уходили с пустыми руками. Грейс, новая помощница братьев Уизли, прекрасно справлялась со своими обязанностями, притом настолько шустро и уверенно, что у неё даже оставалось время на то, чтобы поговорить о чём-нибудь с хозяином магазина. В этот раз Джордж вернулся с работы позже обычного. Войдя в дом и захлопнув за собой дверь, он тяжело прислонился к ней спиной. — Я дома! — Папа! Роксана — точная копия своей матери в её 16 лет — сбежала с лестницы, перескакивая через ступеньки, и бросилась с объятьями отцу на шею. Мистер Уизли с радостной улыбкой обнял дочь и прижал к себе, после чего оторвал её от пола и покружил по прихожей, на что та отозвалась счастливым верещанием и заливистым смехом. — Джордж, у неё голова закружится, — послышался строгий голос, и мужчина остановился, возвращая дочь на землю. Анджелина стояла, прислонившись плечом к дверному косяку кухни и вытирала полотенцем тарелку. Роксана поняла, что сейчас не самое лучшее время для расспросов отца о работе, и поспешно ретировалась в свою комнату, на носочках преодолев лестницу вверх. Женщина оттолкнулась плечом от косяка, развернулась и ушла обратно в кухню. Рыжий покорно отправился за ней и уселся за стол, положив локоть на поверхность. — Почему так поздно? Её голос был холоден и грозен. Тарелка с характерным стуком отправилась на положенное ей место в полке, а в руках жены появилась другая. — Я работал. Было много посетителей. Ты же знаешь, что нам с Роном вдвоём тяжело. Он предпочёл умолчать о том, что принял на работу новую помощницу. Прежняя справлялась плохо, к тому же страдала нервными срывами и приступами агрессии, когда народу было особенно много. Следующая тарелка отправилась за предыдущей, под полотенце попала очередная. — Вы закрываетесь в девять вечера. И вас не должно волновать количество посетителей. Вас обоих ждут дома жёны и дети, а они, видите ли, работают! Анджелина стукнула последней тарелкой в полке и с грохотом закрыла дверцу, после чего резко развернулась лицом к мужу и сверкнула в его сторону недобрым взглядом. Джордж невольно вздрогнул, словно от холода. Спустя минуту этого зрительного боя миссис Уизли смилостивилась и поставила перед мужем тарелку с ужином. Бросив полотенце на разделочный стол, она с тяжёлым вздохом ушла из кухни. Аппетита не было совершенно. Мужчина поковырял вилкой жареную курицу, которая была ещё горячей: семейство ужинало совсем недавно, не дождавшись главы. Меланхолично прожевав свой ужин, он задумчиво протопал наверх, в их с женой спальню. Заходить туда не было желания, ведь он в очередной раз нарвётся на холодное презрение женщины. Но не спать же ему в гостиной или комнате для гостей? Дети, конечно, уже взрослые и понимающие, но стыдно ему, взрослому мужчине, вести себя, как ребёнку, и бояться собственной супруги, которую, по идее, он должен ставить на место, а не наоборот. Поэтому мужчина смело вошёл в спальню и закрыл за собой дверь. Анджелина сидела перед зеркалом и расчёсывала непослушные густые волосы, на левом запястье её была чёрная лента. Она не снимала её со дня смерти Фреда. Сколько помнил Джордж, она всегда была на руке и будто не пачкалась, а была как новая. Кажется, бывшая мисс Джонсон не удосужилась снять её даже на свадьбу, просто спрятав этот памятный знак под перчатку. Женщина посмотрела на мужа, на миг остановившись, и отвернулась, продолжив своё занятие. — Джилл. Это нужно прекращать. Так больше нельзя. Подумай о детях: каково им возвращаться каждое лето домой и видеть наши передряги, — как можно спокойнее и твёрже произнёс Джордж. — Ты прав, — на удивление легко согласилась Анджелина, не отрываясь от созерцания себя в зеркале. — И какие у тебя конструктивные предложения? Заключить мировую мы с тобой пытались. Делать при детях улыбающиеся лица тоже. Сдерживаться, пить успокоительные, поменьше видеться... Джо, мы перепробовали всё. У тебя есть ещё варианты? Мужчина на мгновение замялся. У него были варианты, но по большей части провальные. Оставался только один, но он был слишком кардинальным и не желательным к применению. Поэтому рыжий поджал губы и отрицательно покачал головой. — Вот и у меня нет, — оказывается, Анджелина смотрела на него и только теперь в очередной раз отвернулась. Приблизившись к зеркалу, она сначала прищурилась, а потом в ужасе распахнула широко глаза и схватилась пальцами за прядь волос. Тихо чертыхаясь себе под нос, она что-то пыталась из неё выбрать, а потом с тем же ужасом взглянула на мужа, непонимающе приподнявшего брови. — Джо, у меня седой волос. В сорок три года — и уже седой волос! Джордж поджал губы, опустил глаза и усмехнулся. — Мы стареем, а не молодеем, Анджелина. Он оттолкнулся, наконец, от двери и направился к кровати, на ходу раздеваясь. Ну и пусть стареют. Главное, как известно, сердцем не стареть. И телом тоже неплохо. Не зря же он старательно держал себя в форме, как и его жена-спортсменка.