Часть 1

      Яэ плывёт среди цветов. Звук её — шелест.       Она приходит к Каимсато Аято в ночи, минуя город, неся в руке чуть покачивающийся фонарь. Свет его — небесно-синий — будоражит местное зверьё.       Аято среди цветов замечает всего один. Стоит улыбнуться уголком губ — она заметит. Тук-тук — отстукивают гэта тихо-тихо. Походка её исконно лисья. Она останавливается ровно в трёх шагах от него. Месяц набирает легонько свет, проливает его на лес Тиндзю. Аято кажется, что этот свет предназначен ей одной. Она опускает голову, серьги в ушках позвякивают.       Смех её — колокольчик. Дразниться — Аято понимает это сразу, но…       Протягивает ей руку. Она впервые касается его подушечками пальцев, средним и указательным проводя по линиям ладони. Сегодня он без перчаток, но в привычном своём костюме, в отличие от неё. Яэ пришлось натянуть длиннющее кимоно, вероятно, чтоб не сбежала. Кожа её — Аято замечает это невольно — бархат. Он перехватывает другой рукой фонарь.       Они оба в белом, две тени среди леса.       — Повезло же такой малолетке держать за руку великую лисицу, — голос её вступает с высокой ноты, трелью отражаясь от зелёных крон.       — Пожалуй, — соглашается Аято, делая шаг вперёд.       — И всё же хочу фейерверки, больше жареного тофу, и-и-и, м-м-м, — игриво протягивает она, — хочу поиграть в «Тысяча лет в Ли Юэ», не хочу готовить…       Смешно фыркает она в конце.       — Вижу, у Вас бесконечный список, — Аято может только усмехнуться.       — Ой-я, ты сам согласился! — она отдёргивает ладонь, укладывает руки на груди, возмущённо вздёргивая подбородок.       И снова эта её повадка, мол, «я раздраконю тебя, Камисато Аято».       — Вы настаивали последние десять лет, разве мог я не почтить такое упорство? — издёвка в голосе проскальзывает холодком по её спине.       — Значит, это лишь «почтение»? — и смех её — погребальный звон.       Тук-тук — постукивают гэта. Минута, другая — Яэ смотрит вперёд, мир по краям плывёт. Щеки касается капля, она стирает её не глядя, подставляет руку — дождик. Тихий-тихий, как звуки гэта. Она смотрит на него украдкой: профиль его давно как у взрослого — Яэ в памяти хранит подростка. Мальчишку, с горящими глазами, острым умом и великой ответственностью на плечах.       Яэ отводит намеренно взгляд от имения Камисато, когда Аято наконец приводит её туда. Лучи рассвета пробивают горизонт, крася небо в родной фиолетовый. Она на секунду не слышит собственное сердце — фиолетовое полотно раскрашивается поочерёдно красным, рыжим, зелёным и голубым. Лепестки их гаснут, переплетаясь с каплями дождя.       Она поднимает руку к небу. Медленно, будто бы один из тлеющих огоньков фейерверка опуститься на её ладонь. Яэ вздрагивает, когда на плечи опускается пиджак. Запах его — хвоя, кипарис и чернила — окутывает её с головой, а потом он обнимает её со спины, укладывая подбородок на её плечо.       — Я ненавижу ложь, Господин Камисато, — она переводит на него взгляд.       — Я запомню, — мурлычет он ей на ухо. — Госпожа Камисато.